Глава 10 - «Ты - моя самая страшная правда»
Ночь.
Тишина Парижа почти святая.
Ты лежишь в кровати, скрученная под шелковым пледом, но внутри — всё ломает. Не помогает ни шампанское, ни сигареты, ни пульсирующая музыка в голове.
Ты слышишь его шаги.
Слышишь, как щёлкает дверь его номера напротив. Как хрипло он смеётся в трубку, потом выключает свет.
И в этот момент — всё рушится.
Ты поднимаешься.
В халате, босиком.
Ночью. В три. В слезах. С дрожащими руками.
Ты не думаешь. Просто идёшь. Как будто сама судьба толкает тебя к его двери.
Ты стучишь.
Два раза. Тихо.
Он открывает почти сразу.
В майке, со скомканными волосами, с удивлённым лицом.
— ...Ты?
Ты стоишь. Красные глаза. Распухшие губы. Голос — как песок.
— Я не могу больше молчать.
Он не двигается. Только смотрит.
Ты вдыхаешь.
— Я скучаю. Понимаешь? Не по прикосновениям. Не по флирту. По тебе. По твоим резким фразам, по тому, как ты смотришь на меня, будто я не просто обёртка. Я была с кем угодно, но никто не смотрел на меня так.
(пауза)
— Ты был первым, кто не испугался меня. Кто говорил со мной, а не с тем, кем я притворяюсь.
Слеза. Одна. Катится по щеке.
Ты смахиваешь, но слишком поздно.
— Мне больно.
— Тогда зачем ты ушла?
— Потому что испугалась. Потому что ты — настоящая угроза. Потому что всё, что ты делал, — было по-настоящему. А я не знала, как быть с правдой.
(тишина)
— Ты — моя самая страшная правда.
Он стоит, не дыша. В глазах — что-то меняется.
Он делает шаг. Один. Потом ещё.
Ты не двигаешься.
— Я ненавижу, что ты пришла вот так. Что ты плачешь. Что ты говоришь это только сейчас, — шепчет он, почти зло. — Потому что я всё это время ждал. А теперь... ты ломаешь меня этим.
— Я не хочу, чтобы ты ждал. Я хочу, чтобы ты услышал.
Он смотрит.
Долго. До мурашек.
А потом берёт твоё лицо в руки.
— Я тебя ненавижу за то, как сильно я тебя люблю.
И в этот момент ты впервые чувствуешь: он не играет.
Он сдался. Ради тебя.
Ты прижимаешься к нему. Горячо, тихо, почти отчаянно.
Он целует тебя — не губы, а лоб.
Не как страсть. Как дом.
Ты впервые не боишься быть слабой.
— Ты останешься? — спрашивает он.
Ты киваешь.
Он не ведёт тебя в постель. Он садит тебя рядом, заворачивает в плед.
И ты просто лежишь на его груди. Пальцы — на его запястье. Сердце — бьётся ровно.
Вы молчите.
Но внутри — громче всех слов:
"Я снова дома."