1 часть
Аида
Я с трудом набираю номер своего лучшего друга, делая всего два нажатия на экран телефона, который держу в руке. Его номер был в списке экстренных контактов именно на такой случай. Если мой бывший снова придёт и будет вести себя со мной грубо, я знаю, как себя вести. Он говорит мне о своей любви и просит прощения. Но когда я отказываю ему, он может ударить меня или угрожать причинить вред в тёмном переулке.
Руки Марселя словно давят на мои плечи, создавая невыносимое ощущение тяжести. Его прикосновения вызывают у меня удивительное оцепенение, и я осознаю, насколько беспомощна в этот момент.
— Давай обсудим всё спокойно.
— Отпустите меня! — кричу я как можно громче, надеясь, что соседи уже вернулись домой. Но, увы, никто не спешит мне на помощь. Невозможно было не услышать его крики и мои мольбы.
— Нет, солнышко, сначала мы должны поговорить.
— Если ты немедленно не уберёшь руки, я буду кричать так громко, что сюда сбежится весь дом! — говорю я, пытаясь вырваться из его объятий. Одной рукой он прижимает меня к себе, а другой пытается обнять, и его губы касаются моего лба.
— Ты же знаешь, я люблю тебя, — повторяет он, пока я пытаюсь оттолкнуть его, но он покрывает мои щёки горячими поцелуями, и я не могу сдержать слёз от безысходности.
Я не хочу общаться с ним, не хочу иметь с ним ничего общего и не намерена искать разумный выход из ситуации. Мои иллюзии рухнули, и я ощущаю, как осколки вонзаются в мои глаза. Это произошло, когда человек, которого я любила и который был моей первой искренней и чистой любовью, причинил мне боль. В тот день я думала, что это будет последний день в моей жизни.
— Марсель, я оказала тебе огромную услугу, — сказала я, отталкивая его с неожиданной силой, которая появилась в моих хрупких руках. — Мой отец не знает о том, что ты сделал, иначе тебя бы арестовали, и, возможно, на длительный срок.
— Ты мне угрожаешь, тварь? — он сжимает моё горло. — Ты жалкая, и я могу сделать с тобой такое, что ни один парень больше не взглянет на тебя без отвращения.
Он угрожает мне, но никто из соседей даже не пытается мне помочь и не вызывает полицию.
Почему это происходит именно со мной?
— Ты отвратительны, и всё, что с в тобой связано, вызывает у меня отторжение.
Его взгляд был диким, словно он не понимал, где находится. Казалось, его сознание было изменено какими-то веществами или он был не в себе. Он очень зол, и его трясет от ярости. Я чувствую страх, но стараюсь не показывать его, понимая, что именно такую реакцию он от меня и ожидает.
— Пойди и накурись или нанюхайся чего-нибудь, может, и мне сделаешь одолжение, умрёшь где-нибудь, — фыркнула я.
Стараюсь контролировать свои эмоции и не отвечать ему грубостью, но слова сами срываются с языка, и я уже жду, что он снова ударит меня.
— А ты, — он наклоняется и шепчет мне на ухо. — Посмотри на себя, святая нашлась.
Он хватает меня за горло, отрывает от стены и с силой ударяет головой о стену. Мне больно, и я уже готова заплакать, но я не позволяю ему увидеть даже малейших признаков того, что действительно чувствую.
Мой лучший друг буквально выбежал из лифта, испугавшись, что мне придётся отдирать от себя бывшего парня. Но всё прошло относительно спокойно.
— Зайди в квартиру, — просит друг.
— Адам, всё хорошо, — говорю я, с трудом сдерживая тяжелый вздох.
— Я слышал, как всё хорошо. Заходи.
Я решаю не вмешиваться. Возможно, один разговор между двумя мужчинами может быть ценнее тысячи моих слов. Я с нетерпением ожидаю, когда мой лучший друг войдет в квартиру. Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы всё уладить.
— Пидор, блять, — с раздражением говорит Адам и, закрыв за собой дверь, задаёт мне вопрос: — Он не прикасался к тебе?
— Нет, просто говорил что-то невнятное.
Я обманываю его, потому что не хочу беспокоить и вспоминать всё, что произошло только что.
— Почему ты не заблокировала его? Он уже давно не даёт тебе покоя.
— Разве это может остановить его? Он постоянно находит новые номера моих телефонов, присылает цветы с неискренними признаниями в любви и поджидает меня возле универа.
— Почему ты не рассказала об этом отцу, Аида? Если бы ты рассказала отцу, у него же есть связи в правоохранительных органах, этот ублюдок уже был бы далеко.
Адам понимал, почему я не рассказала отцу о случившемся. Он любит меня, но наши отношения довольно сложные. Я уверена, что он всегда будет на моей стороне, что бы ни произошло. Однако у моего бывшего было много личных историй, которые я по своей глупости рассказала ему. Он был в курсе моих школьных лет и знал, что мы с подругами курили не только сигареты. Эти и другие подробности разрушали мой образ идеальной дочери, который отец создавал в своём воображении.
С раннего детства я осознавала, что мой отец относится ко мне с величайшей нежностью и любовью. После того как не стало мамы, я стала единственным ребёнком в семье, и его чувства ко мне только усилились. Я была уверена, что он простит меня за любую провинность и с пониманием отнесётся к любой информации, которую я ему сообщу. Однако я так боялась его расстроить, что до последнего пыталась сохранить видимость благополучия.
— Собирайся, мы поедем ко мне. Хотя у меня дома парни, это всё же лучше, чем оставаться одной дома, — предлагает парень.
— Боюсь, своим недовольным видом я испорчу вам весь вечер.
Меня немного трясло, но постепенно становилось легче. Я приняла четыре таблетки валерианы, запив их большим количеством воды. Надеюсь, это поможет мне почувствовать себя немного лучше.
— Пойдём со мной, — настаивал Адам, продолжая убеждать меня поехать с ним. — Я не могу оставить тебя здесь, зная, что это животное не сделанного вовремя аборта может находиться поблизости.
Я долго сомневалась, но потом решила, что сейчас мне действительно лучше провести время в компании друзей и лучшего друга.
— Я уже полностью готова, — говорю я, беря сумку и надевая чёрный бомбер поверх топа, чтобы не замёрзнуть.
Мы быстро добираемся до его дома, так как он живёт всего в паре кварталов от меня. В его доме царит атмосфера радости и веселья, хотя ребята почти не употребляют алкоголь.
— Вот и мы! — говорит Адам, входя в комнату. Ребята притворяются, что рады меня видеть, но девочки смотрят без особого интереса. Кажется, сейчас они начнут сплетничать
обо мне.
— Удивительно, как он мог уйти один, а вернуться с самой красивой девушкой на нашем курсе? — произнес староста другой группы с нескрываемой завистью в голосе.