Глава 32.
- Мам.- последовательно позвали меня дети, пока я обжималась с Мануэлем на свадьбе Отто и Тамилии.
Очень пышная свадьба. Много знакомых и незнакомых людей. Со стороны жениха только представители, Амбассадоры и вообще люди по работе. От нас только ребята.
Огромное пузо беременяшки напомнила про таблетки, которые достала из сумочки. Я уже стояла прижатая к мужу спиной.
Грусть настигает его до жути, лицо можно сказать заплаканное, но улыбку легко заполучить.
Каждый по очереди подходил к нам, но новоиспечённая пара осталась на подольше. Следующий танец отца и невесты.
- Что такое?- спросила, а руки теперь сложила на мужские на моем же животе. Муж даже не разговаривает.
- Я же теперь вас могу официально называть мамой и папой? - монотонный голос Брейкса, который сбоку приобнимал дочь.
Мануэль поднял глаза и шмыгнул носом, выпрямился.
- Отто, с выбора уйти или остаться ты стал нашим,- с легкой улыбкой ответила и взглянула назад. На мужа, он с моего взгляда снова так сделал.
- Тогда, после медового месяца, прошу готовить на одну порцию больше, а лучше на две. Ем очень много,- нервный смешок от него и опущенный взгляд.
Семья, своя кровная семья не дает покоя.
- Три,- поправила его Тамилия и они соединились взглядами. Отто ошарашен и не понимает, пока дочь усмехнулась.
- Анжелика, наша внучка,- низкий тон сзади. Муж сказал за неё.
- А так же моя дочь,- посмеялась дочь.
Отто заплакал. Мартинес за ним.
Два шкафа скрывают слёзы.
Десятилетняя Анжелика, копия своего папы. Просто копия. До нас дошло, что та никому не доверяла до Тами, а после и нас.
- Милый, тебе нужно поменять плечо, сейчас танец с Тами,- прошептала мужу, голова лежала на плече, пока моя рука похлопывала по лопатке.
Вдох и выдох.
- Поцелуйчик на прощание,- подставил щеку немного смеясь.
Взяв лицо чмокнула в губы.
- Люблю тебя.- посмеялась немного и отпустила.
Отто не хотел отпускать Тамилию. Мы стояли как две копии.
- Брейкс, дай мне дочь,- попросил усмехаясь и стуча по лопатке Мануэль.
- Я перенесу этот танец,- шепот мужчины, который совсем немного повернул в нашу сторону голову, даже не отрывая.
- Чем дольше будет свадьба, тем дольше она будет моя.- с небольшим подколом проговорил.
Настроение поднялось.
Парень вспоркал и ветерев глаза окончательно поднялся. Встал статно. Кроме красных глаз уже ничего не напоминала об эмоциональности.
- Прошу,- сразу подавал руку дочери.
- Ха, подлец.- поставил руки на бока. Дал посмеяться всем.- Теперь я отказываюсь.
- Папа.
- Я не хочу. Не. Хо. Чу.
- Мне побегать еще за вашей дочерью?- усмехнулся парень.
- Мануэль, я не думаю, что ты захочешь остаться после...- начала я высокомерно о кое чем напоминая.
- Томирис, зачем ты это упоминаешь.- с ладонью на мои губах и с шоком сказал.
- После моего переодевания,- продолжила и заставила его краснеть.
- Папа, хватит приставать к маме.- фыркнул проходящий Роджер, а за ним Марсело.
- Папа, ты как подросток не умеешь держать своего дружка в своих штанах?
Я залилась смехом, а сыновья подошли всё же.
- Я даже еще ничего не делал, а вы меня уже осуждаете,- грубый и немного недовольный мужчина обнял сзади, освобождая место в кругу.
- Ага, папа в таком мы знаем тебя лучше всех.
- Мануэль,- отвек нас Отто и еще раз протянул руку.
Отбили сыновья по предплечью.
- Куда тянешь?- с огромными глазами спросил Роджер.
- Папа занят мамой, ему нужно выпустить не только пыл.- сразу обосновал Марсело.
Отто почувствовал разочарование и небольшой стыд. С нами никогда не скрывал истинных эмоций.
Роджер положил руку на плечо.
- Мы просто не хотим отпускать. Для нас это такой же шаг, как и для родителей. Просто представь Анжелику с кем то.
- Брейкс,- позвала я и обратила все внимание на себя.- Отдашь, можешь откликаться на фамилию Мартинес и Браун. И чтобы это не значило, ты обязан это делать. Потому что, черт возьми, тебя знают как не Брейкса Отто, а как холоднокровного убийцу. И черт. Мы отдаем тебе свою Тамилию и принимаем в семью. Пойми, как мы о ней беспокоимся, потому что я не пожалею пуль из твоего оружия на поясе в твою бошку. Ни одной не пожалею, но и за тебя пущу в кого-нибудь, если понадобится. И давай признаем, что ты не знаешь меня полностью. Я мать и не смотря на присутсуие мужчин в моей семье, имею достаточно сил, чтобы справиться с каждым. Я принимаю тебя и твою дочь, как приняла Джейсона и Эмили. Как в конце концов приняла Квин и Роджера. Просто пойми, что мы с Мануэлем отрываем частичку себя отдавая ее тебе, но и так же отдавая ее вам.
Я постоянно имела твердый взгляд в глаза Отто, который был ответным.
- Пока ты говорила серьёзные вещи, я ужасно возбудился.- выдохнул Мартинес немного поправляя штаны. Каждого рассмешило, кроме нас с женихом.
- После танца. Я стану твоей мамой.
Отто сел на колено и склонил голову на поставленную руку.
Мы стояли в центре. Так сделал весь зал, кроме наших ребят.
Брейкс, склонил голову перед мною. Показывая, что он под моим влиянием.
Взгляд Тамилии и Роджера мне все показал.
Он сделал это впервые.
Я чмокнула в макушку и приподняла голову.
- Вставай и давай сделаем тебя сыном,- с легкой улыбкой и уверенным взглядом попросила.
Яркая улыбка оцарила от холодного убийцы и он встал. За ним последовали остальные и быстро разошлись дальше.
- Миссис Браун, теперь каждый будет бояться сказать про вас и ваше семью плохого.
Ладонь почувствовала чмок, а потом быстрых схват мужа.
- Придурок, я не разрешал мою жену целовать.
Я посмеялась и ударила весёлого мужа.
- Тогда с вашего позволения, я могу одолжить на танец после вашего?
Муж выдохнул.
- Ты чертов подонок, но я соглашусь, потому хочу быть закрытым в туалете со своей прекрасной женой.
Брейкс с полной уверенностью передал руку дочери мужу.
Мы освободили середину.
- Томирис,- подозвал он и два сына.
- Здесь можно курить?- сразу перебила.
- Да, папа позаботился об этом.- Роджер подавал сигарету.
- Я же могу к вам обратиться в любой момент?
Сыновья подняли взгляд на шкафа, как и я.
- Отто, ты мой сын и можешь лежать на моих коленях.- расслабленно усмехнулась.
- Коленях?- непонятно посмотрел на нас троих.
- Когда нам трудно или грустно, мама всегда даст полежать на её коленках и поговорить. - объяснил Марсело и приобнял.
- А так мы можем молча подойти и обнять. Объяснив это просто хотением,- второй сын примкнул ко второй стороне.
- Просто подойти обнять и сказать " просто захотелось " ?- глаза ошарашенны и ступор у мужчины.
- Да, а так же можно меня можно отвлекать от всего, если я не занята Мануэлем.- гордо улыбнулась.
- И к папе тоже можно, он даже чмокнет в макушку.- тыкнул себе Марсело и оторвавшись заменил мой пустой бокал.
- А какие еще преимущества?
- Ты можешь рассказать всё на свете.- оторвался Роджер и предложил еще одну, а после кивка подал сигарету.
Тоже оторвался.
- А так же попросить помощи. Не зависимо с чем.
- А позвонить посоветоваться в два ночи?- смеялся смущаеще Отто напротив.
- Можно,- ответила за всех и выпрямилась.
- Брейкс Отто, танец окончен и тебе позволено называть нас мамой и папой.- радостный муж положил руку ему на плечо.
Девушка приобняла с другой стороны.
- А какие запреты в вашей семье?
- Мат,- ответил Марсело.
- Скрытность и секреты.
- Проходить в родительскую комнату в обуви и топтаться по цветам.
- А так же подвергать маму опасности, а то и без этого справляется. Да милая?- муж притянул к себе за талию.
Я прищуренно и немного обижено посмотрела на него.
- Папочка член убери в себя, дай погулять еще чуток.- посмеялась и дала покурить из своих рук. Он закрепил сигарету в своих руках и прижал сильнее.
- Томирис, да я говорил, что он будет вставать и в девятосто лет?
- Папа.- сыновья.
- Мы уходим,- закатила глаза дочь и стала уводить своего мужа.
- Так мама с папой, значит же нельзя отвлекать?- смеялся громко Отто и обращался к парням.
- Да, ты молодец. Правильно запомнил.- толкала дочь.
Глаза Мартинеса.
- Милая, у меня в груди горит.
- Чертов Мартинес.- он закатил глаза и закружил в своих объятьях.
- Я готов это слушать вечно,- поставив на пол поцеловал.
- Остались Нодид, Эрос и Элан.
- Извини, но список прибавился. У нас внуки.
- Помнишь танец? Самый первый танец, когда я тебя ещё ненавидела?
- Браун, я помню каждый момент с тобой.
Я забрала сигарету и отошла. Все поставила и выкинула.
- Томирис,- позвал Отто, около детей и наших ребят.
- Ребят, я иду танцевать с папой танец, когда видела его третий раз и не переносила на дух.- задом шла и раздавала воздушные поцелуи.
Врезалась в мужа и поворачиваясь лицом увидела тянущуюся руку.
Без приседа. Вторая за спиной. Лицо совсем не излучает ненависть.
Я медленно подняла свою и засомневалась, как тогда.
- Надо скрыть, то что этот брак фиктивный,- проговорил и посмеялся.
Я просто усмехнулась и дала.
С него началась наша история. Только с этого танца. Даже ее с поцелуя, а именно с танца.
Почувствовала те же эмоции, ту ненависть сравнивая с радостнью реальности с этим человеком.
- Мануэль,- позвала мужчину, который и так внимательно на меня смотрел.
Руки держали его лицо, а мужские придерживали талию. На дистанции.
- Тридцать лет назад я ненавидела тебя с такой же силой, что сейчас люблю.
- Настолько сильно?- уже хмурился муж и прижал.
- Настолько сильно.
- Почему?
- Ты был таким, каким кажется Отто. Жестоким, холодным, нудным, брезгливым, вызывал страх.
- Даже здесь наш ребёнок пошел по нашим стопам.
- Боже мой. Мартинес. Из-за тебя мне пришлось бросить шахматы, когда я думала, что они вся моя жизнь. Даже парня, который был похож на парня, которых сотворил с Тамилией. Господи,- усмехнулась я в конце от совпадения.
- Кто он? Почему я о нем не знал?- сразу жесткий, грубый голос и взгляд.
- Мартинес, он уже умер давно. Еще даже Тамилия в животе была.
- Слава богу, руки не пришлось марать.
- Мартинес, я так люблю тебя. Ты даже не представляешь.- пальцы выпрямились, а голова опустилась на время слов.- Я говорю тебе это редко, но знай, что сука даже не выразить словами и действиями эту силу.
- Проживешь заново?
- Господи, да я готова постоянно это делать, но больше хочется один...
- Один раз и навсегда.
Я выдохнула свой пыл и приземлилась. Даже не заметила, как привстала.
- Сейчас конечно не о нас, но дай мне доверить нашему десятому ребёнку тебя.
Квин, Джейсон. Роджер. Марсело, Эмили. Тамилия, Отто. Эрос. Элан. Нодин.
- Отто, ты же ему обещал сразу после вашего,- вспоминала в слух и муж направлялся к той же компании, которая звала меня перед моим уходом в воспоминания.
- Для вас даже центр освободили,- угарал Ник и ударил мужа по плечу.
- Традцать лет танцу, а вы его не забыли,- усмехался гордо Адам.
- И папа.- позвал Марсело шагнув вперёд.- Мы посоветовались тут со всеми.- остановка и взгляд на каждого.- Мы хотим попросить маму на танец для каждого.
- Вы ахуели?- ударила мужа после мгновенного мата.- Я трахаться хочу, а вы тут танцы блять придумали.
Уже оторвалась и повернулась к нему злостно. Два удара подряд.
- Чертов Мартинес, рот закрой.
- А че? Почему я должен страдать? - начал на меня не понимания.
Джордан повернул мужа к себе.
- Тогда поступим так. Сейчас она танцует с Отто, потом трахаетесь, а потом с нами.
- Я снова нарасхват.- выдохнула и повернулась к Ариэль.
Та сразу потянула бокал со смешком.
- Пей мамочка, потому что твоего Мартинесика мы тоже заберем.- подавилась на первом глатке.
- Вы серьезно ахуели,- выдохнула и тут все полились смехом.
Муж взял руку.
- Мам, очередь и первый наш новоиспечённый сынок.- гордо улыбаясь поворачивал к тому.- Я вырву тебе каждый волос, если с нее упадет ее. И даже твоей признание на колене мне ничего не дает. Томирис моя и она не делиться, не продается. Женщина только моя, а на вас она уделяет свободное время от меня. Извини, но я не только перед своей женщиной стою на коленях крепче, чем мой возбужденный член. Если теперь ты возьмёшь ее руку, считай что я даю разрешение в одиночку ее защищать. Томирис Браун, моя женщина и если ты будешь под ней, то знай, что только по лесенке ниже меня. Я её единственный мужчина. Говорю это потому что совершил неимоверное количество ошибок в ее сторону. Друзья, которые были со мной с сада отказывались от меня в ее сторону. И ты должен будешь делать так с Тамилией. Тамилия не должна должна повторять ошибок моей женщины. Потому что моя дочь не должна быть такой сильной, как ее мама. Сейчас я хочу доверить тебе человека, который сильнее любого присутствующего. Просто вспомни, каким котенком она становится на моих руках после пройденных событий. Возьмешь руку, возьмешь ответственность за то, что моя дочь будет слабее своей матери в милион раз. Такая цена прикосновения к моей женщине.
Руки мужа трясутся, от этого и моя. Глаза Мартинеса старшего не испытывают печали, страха и боли. Они это вызывают.