Глава 12
Оставьте свое мнение в коментариях!
-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-
Старик смотрел на меня как-то странно. Я попросила его сыграть мне какую-нибудь немецкую народную песню и добавила, что у меня нет ни гроша, ни еды и что я не смогу никак его вознаградить за игру, разве что словесно. Он предложил мне присесть рядом с ним на лавочке, до сих пор не давая точный ответ на мою просьбу. Я, боясь показаться грубой, согласилась. Кому-то надо бы принять душ. От старика шел не очень приятный запах, но я не подала виду. Я представилась ему и спросила его имя, на что получила кивок и молчание в ответ. Не очень дружелюбно с его стороны, подумала я. Хотя это же я привязалась к нему. Мы сидели так с минуту, наблюдая за людьми, проходящими по набережной. Было пасмурно, и все спешили поскорей по домам. Кого-то дома ждал горячий ужин и дети, а кого-то – пустая квартира, кот и новая серия любимого сериала по телевизору. Все куда-то спешили. А куда спешили мы со стариком?
Я уже забыла о своей просьбе, когда зазвучали первые аккорды незнакомого мне инструмента. Позже старик сказал, что это баян – его старый друг. Мелодия была больше нейтральная, чем веселая, с нотками патриотизма. Старик подпевал, фальшивя на высоких нотах. Было неприятно его слушать, и я не понимала, за что ему тетя в коричневом плаще кинула монетку. Но вот песня закончилась, наступила тишина. Он не пытался со мной заговорить и, казалось бы, был полностью погружен в свои мысли. Я подумала, что было бы уместно поблагодарить его и уйти, но вспомнила, что мне некуда. Прошло минут пятнадцать перед тем, как он снова заговорил. Старик представился мне Лютером. Сказал, что к нему давно никто не присаживался, и он долгое время ни с кем не разговаривал. Я посочувствовала ему и спросила, есть ли у него дом, на что тот ответил мне, что эта скамейка и есть его жилище. После мы некоторое время просидели в тишине.
Наверное, прошло часа три – повечерело. Я все время сидела с ним на скамейке, порой будучи единственным его слушателем. В игре старика не было ничего впечатляющего, мне было откровенно скучно. Я заняла себя наблюдением за осенним листопадом, за изящным падением листьев и их кружащими танцами. Я наблюдала, как один за другим падает на землю, медленно, но уверенно оседая на осенний ковер.
Мне негде было переночевать и некуда идти. Этот город мне был незнаком, и я еле нашла эту арку. Оказалось, мало кто в этом городе знает о ней. Здесь было умиротворяюще, легкий ветерок и шелест листьев под ногами у прохожих, казалось, был здесь всегда и всегда будет. Как и этот старик. Складывалось впечатление, что он сросся с этой скамейкой и не скоро с ней разлучится. Вероятно, он проведет здесь и свои последние дни.
Сейчас, когда мои руки и ноги уже задеревенели и, казалось, кровь больше не поступает в них, это напомнило мне о тех днях, когда я была привязана к кровати. К кровати в логове преступников и похитителей, одного из которых я, кстати, здесь и ждала. На моих руках еще надолго останутся синяки и разодранная от веревок кожа, что уж говорить о душевной ране. Я спросила себя, чего же тогда я жду, и сказала себе, что жду ответов. Я спросила себя, как я здесь оказалась, и ответила себе же, что жду того, кто мне даст эти ответы. Только вот я не уверена, знает ли Люк ответы и нужны ли они мне вообще. Я уже было сдалась, будучи на пути к моим приемным родителям, чтобы сказать, что мне не нужно это прошлое и что мне все равно, что они не родные. Я столько времени потратила на поиски девушки из прошлого, которая была мной, и вот, когда я отреклась от прежней жизни, судьба привела меня сюда – туда, где есть ответы. Я не знаю, где они спрятаны. И не представляю, дала ли судьба мне шанс или прокляла. В моей голове накопилось много вопросов, и первым из них был такой: если Люк и есть тот, кто даст мне ответы, то является ли он моей судьбой?
Я уже не сидела на лавочке, а отошла в глубь парка, коротко попрощавшись со стариком. Здесь было умиротворяюще. Тучи заслонили луну, оставляя меня один на один с уличными фонарями. Подул прохладный ветерок, заставляя меня поежиться и засунуть руки в карманы. Очень даже кстати, ведь я совсем забыла про записку, оставленную Люком. Он не написал ни время, ни день встречи, не написал, придет ли вообще. Если я его когда-нибудь увижу, то обязательно скажу ему, что очень необдуманно оставлять кому-то место назначения и самим туда не приходить. Перечитываю снова, пытаясь зацепиться за какие-нибудь детали, не замеченные мною ранее. Ничего нового для себя не нахожу, все то же место назначения и объяснение, как я попала в лес. Все безуспешно. Возможно, если бы некоторые урывки предложений не были утрачены вследствие скомканности, то я бы узнала более важную для меня информацию, например, когда он приедет и зачем мне этот старик.
В парке уже никого не было, когда я услышала скрип колес. Птицы уже попрятались в гнезда, когда до меня донесся звук шагов. Со мной кто-то пытался заговорить, и я начала бежать. Я была без понятия кто это был, и побег казался лучшим решением в этот момент. Мужчина побежал за мной. У меня уже не было шансов, когда мне что-то перекрыло дыхание.
-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:—:-:-:-
Вдох-выдох, вдох-выдох. Я снова могу дышать. Почему-то уже не волнует, что меня опять похитили. Неужели этой компании друзей-минус один все еще не надоело? Я же добровольно пришла к арке! Зачем все усложнять?
– Доброе утро, деточка. – Не знаю, радоваться или нет. С одной стороны, хорошо, что я хотя бы здесь, непонятно где, не одна. С другой – терпеть не могу, когда меня называют уменьшительно-ласкательными прозвищами незнакомые мне люди. Кстати! Я не узнаю этот голос – я не знаю, кто это.
– Не такое уж оно и доброе, раз я здесь, малыш. – Открываю глаза, чтобы посмотреть, куда я на этот раз вляпалась.
Насчет малыша я ошиблась, ему за сорок.
– Сожалею, что не смог предоставить тебе апартаменты получше. Ты оказалась довольно тяжелой, уж извини, не смог донести тебя до пентхауса на последнем этаже, – попытался съязвить он мне. Упс! У кого-то и чувства юмора тоже нет.
– Кому-то просто нужно подлечить свой остеохондроз, старость – не радость, понимаешь ли.
– Какое славное дитя, однако, – криво улыбнулся похититель.
– Ну, здравствуй, Кая, или как ты больше привыкла, Эффи. – Мурашки по телу, все ли со мной в порядке?
– Ближе к делу, – перебила его я. – Я хочу знать все, что меня касается, и всю информацию, которую вы можете мне предоставить. Не хочу больше находиться здесь ни минуты.
– Все не так просто. Но я отвечу на твои вопросы, если ты согласишься помочь нам найти одного человека. – К чему это все? Мне нужны ответы на парочку вопросов, в том числе на тот, откуда взялось это прозвище – Кая.
– Наймите шпионов или полицию, я вам в этом вряд ли чем-нибудь смогу помочь. – Я не хочу связываться с преступниками и тем более не буду им помогать.
– К сожалению, ты единственная, кто с ним разговаривал до и после твоей смерти, и, соответственно, единственная, кто может нам помочь. – Э-э-э-э... откуда он об этом знает? Что? Куда делась логика? Логика, ау! О ком он говорит? И что я из этого получу? В голове 1000 вопросов в минуту, а где ответы?! Что-то мне подсказывает, что их цена может быть слишком высока. Я не знаю, во что ввязываюсь.
– О ком вы говорите? – Осталось 999 вопросов, ну вот, может, к концу жизни я и узнаю обо всем, что меня интересует.
– Ты уже, наверное, догадалась, о ком. – Тусклый свет комнаты делал видимой только половину его лица, оставляя в темноте вторую. Он выжидающе смотрел на меня, надеясь на что-то. Ухмылка на губах делала его еще больше похожим на злодея. На этот раз я не была прикована к кровати. Сейчас моим пристанищем стала маленькая дешевая односпальная комнатка гостиницы. У меня было дежавю, на секунду. Как будто я здесь уже была и уже разговаривала с ним. Говорят, в большинстве своем дежавю – это воспоминания о наших вещих снах. Или же это действительно когда-либо происходило. В любом случае, я не могу знать наверняка.
– Алекс, – прошептала я.
-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-:-
Сходите посмотреть веб сайт этой истории. Ссылка так же у меня на странице.
http://fromthewindow.wix.com/fromthewindow