Глава I
Февраль 2003 г.
— Тебе передали дело, Малфой. — Пухлая потрёпанная папка хлопнулась на стол. — Леди прибудет в течение часа.
Драко не спеша отложил перо. Размял кисть и потянул вверх рукав рубашки, обнажая циферблат наручных часов. Задержал взгляд на бегущей стрелке и только после этого поднял голову.
Поттер сделал вид, что не заметил намеренного промедления, и как ни в чём не бывало продолжил:
— Понадобится консультация специалиста по семейным и родовым проклятиям. Нужно сделать запрос прямо сейчас.
— Премного благодарен за совет, — холодно уронил Драко.
— Это не совет, а прямое указание.
Драко неприязненно посмотрел на Поттера. Тот, впрочем, в долгу не остался: поджал губы, с враждебностью оглядывая стены. Его взгляд остановился на портрете важного немолодого человека с пышными белыми локонами и в старинных одеждах.
— Будешь выходить, закрой за собой дверь поплотнее. Не люблю сквозняки, — Драко растягивал слова, зная, что эта манера бесит Поттера.
Тот вскинулся, собираясь зацепиться за что-то в сказанном Драко, но внезапно сменил тактику. Хмыкнул и свысока заметил:
— Годы идут, а ты не меняешься.
— Должно же в этом мире быть хоть что-то постоянное.
— Как твой дрянной характер?
— Как твои дрянные шутки.
Поттер, не дослушав, уже хлопнул дверью. Немного сильнее, чем того требовала сдержанность, которую он старательно демонстрировал.
Без интереса открыв папку, Драко не удержался от удивлённого вздоха. Перед ним лежало дело семейства Гринграсс. Рука сразу потянулась к чернильнице. Судя по всему, тут действительно без консультанта не обойдёшься. Чёртов Поттер прав, как бы не было противно с ним соглашаться.
Драко быстро написал записку с просьбой выделить ему специалиста по родовым проклятиям. Сложил самолетик и отправил в нужный отдел.
Чтобы скоротать ожидание, Малфой углубился в чтение дела.
Итак, семья Гринграсс состояла из пяти человек: отец, мать, старшая дочь Дафна, с которой Драко учился, и младшая Астория. Далее сообщалась важная деталь: у Астории был брат-близнец, оказавшийся сквибом. Драко помнил разговоры матери с подругами — все сочувствовали семье Гринграсс и шептались, что это действие родового проклятия: предок проклял потомков, и вот через поколения горе их настигло.
Драко без интереса пролистал биографию всего семейства: он и так знал, что сёстры учились в Хогвартсе, их брат был отправлен в магловскую школу, а отец погиб во время войны. Гораздо важнее события последних лет.
Но не успел Малфой найти нужные заметки, как дверь распахнулась. На пороге стояла Джинни Уизли. Она воинственно оглядела кабинет и уверенно шагнула к столу Драко.
— Уизли, какая неожиданность! — сокрушённо покачал он головой. — Безусловно, я очень тронут, но мы же на работе.
Она застыла на месте. Её лицо медленно залилось краской, а глаза засверкали недобрым огнём.
— Робардс назначил меня консультантом в деле Гринграсс, — высокомерно заявила Джинни и хлопнула своей папкой по столу. Затем уселась в кресло, расправила министерскую мантию и выжидающе подняла бровь.
— О! — запоздало изобразил смущение Драко. — Надо же. А я уж было подумал... — не договорил он, с намёком посмотрев на неё.
Джинни холодно спросила:
— Что-то не так?
Драко небрежно развалился в кресле и подпёр кулаком подбородок. Тонко улыбнулся, вкладывая во взгляд как можно больше нахальства.
— Ну что ты. Я только рад, — он цокнул языком и покачал головой: — Ты же знаешь, я всегда к твоим услугам.
— Я с тобой завязала, Малфой, — спокойно парировала Джинни, деловито раскладывая бумаги на столе.
— Свежо предание, а верится с трудом, — вкрадчиво прокомментировал Драко. — Я слышу это с тех пор, как... Постойте-ка...
— Заткнись и приступай к работе.
— А как же мои нежные чувства? — с оскорблённым видом вскинулся было Малфой, но Уизли отсекла:
— Им не место на работе.
— Согласен, на работе не надо, — серьёзно признал Драко. — Может, после работы?..
Ещё минута — и Уизли превратилась бы в гарпию, свирепую и неукротимую, но этот взрыв предотвратил стук в дверь.
— Это Гринграсс, — пояснил Драко, довольно наблюдая как Джинни проглотила свой гнев и, бросив уничтожающий взгляд напоследок, приняла непроницаемый вид.
Астория прошла в кабинет, настороженно оглядываясь. Одежда на ней казалась старомодной, но такого стиля придерживались многие чистокровные волшебницы: приталенный пиджак, узкая юбка ниже колена, шляпка, кокетливо сдвинутая на бок. Гостья опасливо посмотрела на Джинни, и Драко поспешил представить её как консультанта. Астория опустилась в кресло для посетителей и замерла, сложив руки на коленях крест-накрест. Она сидела прямая как жердь и напряжённо глядела перед собой.
Драко полистал дело и вскользь просмотрел информацию на первой странице.
— Зажечь камин? Здесь прохладно, — спросил он между делом.
— Нет, — Астория нервно сжала пальцы. — Мне не холодно.
Уизли вытащила записную книжку и нервно покрутила перо в руках. Волнуется — первое серьёзное задание в карьере. Не то чтобы Драко был против неё, но, если говорить по правде, он бы предпочёл специалиста с опытом.
— Астория, — мягко позвал Драко, — в деле есть сведения о проклятии твоей семьи. Нам с консультантом нужно знать подробности.
Гринграсс кивнула и, собравшись с духом, принялась за рассказ.
— В нашей семье существовало предание, что один из предков проклял потомков. Кто-то в это верил, кто-то нет. Последние несколько поколений считалось, что за века проклятие утратило силу и больше не угрожает нам. Так было до того, как родились мы с Кастором.
В глазах Уизли промелькнуло сочувствие. Все знали, что у Астории был брат-близнец, оказавшийся сквибом.
— Мы никогда не считали брата неполноценным, — продолжала Астория. — Он такой же, как и мы, просто... не волшебник. Мама сделала все, чтобы он не чувствовал себя обделённым. Как только стало понятно, что магия в нём не пробудилась, она запретила нам с сестрой колдовать дома. Кастор очень болезненно реагировал на любое проявление магии.
— Ваши родители считали, что рождение сквиба — действие проклятия? — спросила Джинни, и Астория отрицательно покачала головой.
— Нет. Такое ведь случается. Никакая семья от этого не застрахована, — она помолчала немного и снова заговорила: — Наш отец погиб во время войны, и нам пришлось непросто. Позже Кастор поехал учиться в Индию. Он вернулся через год, так как его исключили из университета. Брат не смог найти работу у маглов, но доходов с ренты хватало на всех. А потом нашу семью постигло новое горе: исчезла мама.
Последние слова прозвучали сдавленно — было видно, что Астории тяжело говорить об этом. Драко опустил глаза на пергамент с протоколом бесследного исчезновения вдовы Гринграсс. Судя по отчёту, миссис пропала ночью из запертого изнутри помещения. Никаких следов не нашли. Мать семейства просто растворилась в воздухе.
— Дафна тяжело переживала утрату: они с мамой были очень близки, — вздохнула Астория. — Но и на этом наши несчастья не закончились: спустя ровно два года, тринадцатого февраля, при точно таких же обстоятельствах исчезла и сама Дафна.
Драко пробежался взглядом по следующему пергаменту, на котором были изложены обстоятельства исчезновения старшей сестры. Действительно, с разницей в два года Дафна пропала из запертого изнутри помещения в доме, где невозможна аппарация. Никаких следов портключей зафиксировано не было.
— Здесь написано, что пропавшие считаются погибшими. На основании чего такие выводы? — спросил Драко.
— Наш семейный гобелен, — просто ответила Астория. — Когда человек умирает не своей смертью, на месте портрета появляется череп.
Драко кивнул. В Мэноре тоже имелось семейное древо с портретами, и он знал, как оно работает.
— Я считаю, что это проклятие пробудилось, — сказала Астория. — Или... Что-то его пробудило.
— Как до этого умирали ваши родственники? — спросила Джинни, и Астория неопределённо повела плечами.
— Авроры уже спрашивали меня об этом. Но мы не нашли никаких явных совпадений, кроме как исчезновения мамы и сестры. Нигде в архивах или дневниках наших предков подобные случаи не описывались. Видимо, сами того не подозревая, мы активировали проклятие. И теперь оно грозит нам с братом.
Драко бросил взгляд на календарь на столе: двенадцатое февраля.
— Если вы думаете, мисс... — вступила в разговор Уизли, но Гринграсс её перебила:
— Просто по имени. Мне неловко.
— Хорошо, — несколько ошарашенно согласилась Джинни и прочистила горло. — Если это проклятие, то почему ты считаешь, что оно сработает в этом году? Ты ощущаешь что-то? Или на вашем гобелене появляются намёки?
Гостья подняла глаза и дрогнувшим голосом сказала:
— Есть одно обстоятельство, — Астория снова сжала руки и заметно занервничала. — За пару дней до того, как исчезла мама, ночью нас разбудил истошный крик. Мы выбежали из спален и нашли маму, которая находилась в истерике и ничего не могла вразумительно объяснить. Как я уже говорила, мама была ближе с сестрой, поэтому та осталась её успокаивать.
— И что это было? — Драко подался вперёд, ловя каждое её слово.
Астория увела взгляд в сторону, уставившись в тёмный угол кабинета.
— Дело в том, что мама уже давно была не в себе. Смерть отца подкосила её. У неё порой случался бред. Мы не придали значения её кошмарным видениям, в которых, как мама говорила, она задыхается от странного запаха.
Уизли сделала несколько записей и теперь задумчиво смотрела на строчки.
— Мы обратились в Мунго, и там ей прописали успокаивающие зелья. На следующее утро мама исчезла, а на гобелене появился череп...
Голос Астории сорвался. Драко наколдовал стакан воды, и она с благодарностью его приняла. Уизли что-то черкала в блокноте, нахмурившись.
— Мы не связали тогда это с проклятием, — голос Гринграсс окреп. — Никто не связал. Авроры закрыли дело, так ничего и не выяснив. Но через два года, в годовщину исчезновения мамы, мы с Дафной сидели у меня в комнате, и она вдруг спросила, не беспокоит ли меня непривычный запах в доме. Я очень удивилась, потому что ничего не ощущала. А сестра напомнила, что перед смертью мама говорила о странных запахах. И теперь Дафна тоже что-то чувствует. Я подумала тогда, не сходит ли она с ума, как мама. Меня так испугало это, что я прошлась по всему нашему поместью, но не ощутила ничего. Я долго не могла уснуть в ту ночь. Ворочалась и думала, как уговорить сестру посетить Мунго.
Я забыла сказать, что Кастор питает слабость к волшебным животным. Во дворе у нас живёт чупакабра, поэтому мы стараемся не выходить из дома поздним вечером. Этот зверь издаёт странные звуки, а иногда скребётся в окна по ночам. Так вот, в ту ночь мне послышался непривычный шум. Я подумала — не проникла ли в дом чупакабра, и выглянула в коридор. Мне показалось, что я чувствую что-то непривычное в воздухе. Я постояла ещё какое-то время, пытаясь понять, что это, но запах развеялся, словно ничего и не было. Тогда я отправилась спать. А утром мы обнаружили, что сестры нет в комнате, а на гобелене появилось изображение черепа...
Астория сморгнула слёзы.
— Если бы я тогда...
— Не надо, — остановил её Драко, поняв, что она винит себя в том, что не пошла к Дафне в спальню.
— Я спокойна, — с усилием Астория взяла себя в руки и продолжила: — Так мы остались с братом вдвоём. Я попробовала вернуться к обычной жизни. До смерти мамы я давала частные уроки живописи для детей. Но... Сегодня ночью я проснулась от невыносимого запаха в комнате. И мне стало так жутко, что я включила свет и позвала брата. Он спит крепко, и мне пришлось громко кричать. Кастор обошёл весь дом и двор, но ничего странного не заметил. Я украдкой применила чары обнаружения, но магия не засекла посторонних. Мы так и не нашли источник запаха. И тогда я поняла, что это предвестник проклятия и нам с братом грозит опасность. Едва дождавшись утра, я отправилась в Лондон.
Драко поймал взгляд Уизли. Та смотрела на него горящими глазами. Он едва заметно усмехнулся, и она поспешила уткнуться в блокнот.
— Ты сказала, что отправилась в Лондон — правильно ли я понял, что камины в вашем доме не подключены к сети? — задал вопрос Малфой.
— Верно. И аппарировать нельзя.
— А можно ли снять чары?
— Мы не пробовали, — как-то странно посмотрела на него Астория. — Так повелось с тех пор, когда мы поняли, что Кастор сквиб. Любая магия доводила его до слёз: он очень расстраивался, что лишён этого.
— Но прошло много лет, он уже взрослый, — резонно заметил Драко.
Астория пожала плечами.
— Мы привыкли обходиться без магии в присутствии Кастора, — сказала она и осеклась: — Я привыкла.
— Итак. Ты думаешь, что дело в родовом проклятии. А что твой брат?
— Кастор считает, что это совпадение и утверждает, что никаких запахов не было. Он не любит говорить о магическом мире и против обращения в Аврорат.
— То есть он не знает, что ты здесь?
— Нет. Он говорит, что лучше позвать священника, чем обращаться к таким, как мы.
Драко побарабанил пальцами по столешнице, задумавшись над словами Астории.
— А на что похож запах, который ты ощутила?
Гринграсс ответила не сразу. По её лицу проскользнуло отвращение, как будто воспоминание было неприятным.
— Это запах крови.
— Крови, значит, — не удивился Драко и подчёркнуто отстранённо спросил у Джинни: — Что поведает наш консультант по родовым проклятиям?
— Трудно сказать, опираясь на такие скудные данные, — в тон ему ответила Уизли. — Астория, ты и твой брат посещали Мунго?
— Кастор — нет, а я да, — ответила та. — Целитель не нашёл никаких отклонений в моих показателях, но предупредил, что с родовыми проклятиями должен работать специалист.
— Существуют проклятия, которые действуют только в помещениях, — деловито сказала Уизли, продолжая записывать что-то. — Мне нужно осмотреть ваше поместье, Астория.
— Чудесно, — вклинился Драко. — Я тоже должен посмотреть на него. Это можно устроить?
Астория перевела взгляд с Джинни на Драко.
— Дело в том, что... — она замялась. — Я же говорила вам, что Кастор не любит магию и всё, что с ней связано. Вы наверняка будете колдовать, а его это раздражает.
— Нет проблем, — пожал плечами Драко. — Можно осмотреть дом в его отсутствие.
— Как раз сегодня он уйдёт вечером и вернется поздно.
Драко нахмурился.
— А где он будет?
— По пятницам и субботам он посещает магловский бар. Обычно возвращается ночью.
— Гм, — с подозрением хмыкнул Драко. — Как он проходит мимо чупакабры? Она ведь свободно разгуливает по территории двора?
— Да, охраняет поместье. Брат подкармливает животное, и оно не нападает на него.
— И чем же он его кормит? — скептически поинтересовался Малфой.
— Обычно он приносит ей живого козленка. Покупает у соседа, — пояснила Астория, и Драко подавил порыв поморщиться от омерзения. Уизли осталась спокойна.
— А тот запах не мог исходить от... Корма для чупакабры? — уточнил Драко.
— Нет, — сразу отвергла такое предположение Астория. — Чупакабра живёт у нас три года. Я ни разу не слышала запахов от её трапезы.
— Ясно, — Драко закрыл папку. — Значит, сегодня вечером мы с консультантом по проклятиям нанесём тебе визит. На месте и решим, что делать дальше.
Астория оставила адрес и удалилась. Драко посмотрел на строчки, написанные красивым почерком.
— Ты была в Суррее? — спросил он.
Уизли оторвалась от блокнота.
— В восточной его части.
— А нам нужна западная, — цокнул языком Драко. — Необходимо заказать портключ. Это я беру на себя.
Он сделал пометку и хотел что-то ещё сказать, как дверь распахнулась в очередной раз.
— Ты аврор Малфой? — прорычал коренастый молодой человек, стремительно входя в кабинет. Он был одет по магловской моде: в простые джинсы и чёрную кожаную куртку.
— Это моё имя и должность, сэр, — чопорно кивнул Драко, не выказывая волнения. — Вам назначено?
— К чертям собачьим твоё назначение! — рыкнул он, оказываясь перед столом. — Мне сказали, что ты ведёшь дело Гринграссов. Моя сестрица-ведьма была у тебя только что!
Драко посмотрел на Джинни и извиняющимся тоном сказал:
— Позволь представить тебе мистера Гринграсса — достойного наследника благородного рода.
— Заткнись! — вышел тот из себя. — Что она тебе тут наплела? Я запрещал ей обращаться в ваш грёбаный Аврорат!
— Ваша сестра пришла к нам с проблемой, которая её беспокоит. Это может коснуться и вас, сэр, — преспокойно разглядывая ногти, проговорил Малфой. — С проклятиями, особенно родовыми, шутки плохи.
Гринграсс с ненавистью посмотрел на Драко, и желваки заходили на его лице.
— Не вздумай сунуться в мой дом! — процедил он угрожающе. — Я говорил ведьме: всё это чушь собачья — проклятия! Они свели в могилу отца и мать своим колдовством!
Драко нахмурился и посмотрел на Кастора.
— Вы удивительно приятный собеседник, — сказал он и лениво поднял ладонь. В неё прилетела волшебная палочка, и Драко небрежно крутанул её между пальцев. Несколько искр слетели с её кончика.
Нарочитая демонстрация магии разозлила Гринграсса. Он побагровел и в бешенстве подался вперёд:
— Ты! Только попробуй применить эту штуку ко мне! — проревел он. — Я ваши законы знаю — ты не имеешь права наставлять на магла свою палочку!
Драко тонко улыбнулся, не думая убирать волшебное древко.
— Но вы не магл, сэр! Вы сквиб.
Кастора передёрнуло. Его кулак пружинисто сжался, готовясь нанести удар. Драко с интересом смотрел на то, как борются внутри Гринграсса какие-то сложные чувства. Кастор медлил, не решаясь ударить.
Внезапно Гринграсс отпрянул и сунул ладонь во внутренний карман. Палочка в руке Драко замерла, и пальцы потёрли шершавое дерево.
Из-под полы кожаной куртки вынырнул револьвер. Гринграсс наставил его на Драко и хрипло проговорил:
— Имей в виду: у меня есть штука, которая размозжит тебе череп, прежде чем ты скажешь хоть слово из своих дрянных заклинаний, — он резко повернулся и направил дуло на Уизли. — И ты, ведьма, только попробуй заколдовать меня или мою сестру!
— Убери это, — повысил голос Драко.
Гринграсс глумливо ухмыльнулся и взвёл курок, по-прежнему целясь в Джинни.
— А то что, Малфой? Ты же волшебник — заколдуй меня!
— Я повторяю в последний раз, — тихо и чётко произнёс Драко, — убери от неё это.
Гринграсс на мгновение замер, а затем его рука одним твёрдым и точным движением наставила пистолет на портрет на стене за спиной Драко. Раздался оглушительный выстрел. Джинни вскрикнула.
Драко не шелохнулся. Он холодно смотрел на Гринграсса, не собираясь оборачиваться и проверять, куда угодила пуля.
— Я не шучу, — в голосе Кастора звучала угроза. — Только суньтесь ко мне, волшебники грёбаные.
Гринграсс спрятал пистолет и вышел из кабинета, со всей силы хлопнув дверью.
В комнате повисла тишина. Уизли моргнула и нахмурилась, что-то пометив в блокноте.
— Каков джентльмен, верно? — усмехнулся Драко и поднялся. Недовольно осмотрел портрет предка. Тот охал и ахал, хватаясь за нарисованную грудь, в которой зияла дыра. Применив Репаро, Драко вернулся на своё место. Сел в кресло и положил руки на стол, переплетя пальцы.
— Что думает консультант по родовым проклятиям? — поинтересовался он, глядя на Уизли, которая наверняка уже исписала половину блокнота.
— Консультант по родовым проклятиям пока не делает поспешных выводов, — уклончиво ответила Джинни. — А что же думает бравый аврор?
Драко заговорил не сразу. Он открыл папку и достал пергамент с биографией членов семьи Гринграсс.
— Бравый аврор думает, — глубокомысленно начал Малфой, — что ненавидеть магию и в то же время любить волшебных зверюшек — очень нелогично.
— Ну почему, — неуверенно протянула Уизли. — Некоторые волшебные существа довольно милые.
— Мы не о карликовых пушистиках сейчас говорим, — резонно заметил Драко. — Ты чупакабру когда-нибудь видела? Жуткая тварь с шестью ногами, шипами и острыми зубами. Питается кровью к тому же. Этот Кастор скармливает ей козлёнка — она жрёт его заживо!
Уизли осталась бесстрастной. Драко хмыкнул.
— Хотя кому я это говорю? Людям, державшим в качестве питомца упыря на чердаке, не понять... Согласен, после упыря даже чупакабра покажется милым созданием.
— Малфой! — предостерегающе произнесла Джинни, сверкнув глазами.
— Ладно, шутки шутками, а у него на шее имеется волшебный амулет, который защищает от чтения мыслей. Я разозлился и хотел влезть в его голову, но услышал только шум. Нет, я понимаю, что его мозги ссохлись от выпивки, или что он там принимает... но не до такой же степени!
— Ты думаешь, он наркоман? — засомневалась Джинни, а Драко расхохотался.
— Святая наивность! Конечно. Не смог найти работу у маглов, опустошает семейное хранилище — чем он, по-твоему, ещё занимается? Наверняка, если копнуть поглубже, то Гринграсса исключили из университета за алкоголь и наркотики. Но вопрос в другом — раз он так ненавидит магию, отчего не уйдёт полностью в мир маглов и не поселится там? Он использует магические вещи! Уверен, в его доме мы найдём не один артефакт.
— Я согласна, что выглядит это подозрительно. Но с тем же успехом это может не значить ничего.
— Не нравится он мне, — подытожил Драко и посмотрел на Джинни: — Может ли сквиб активировать проклятие?
Джинни сосредоточено покрутила перо в руках.
— Смотря какое, — осторожно сказала она. — Есть задокументированные случаи, но всё-таки в основном требуется помощь волшебника.
— А наш беспредельщик не имеет друзей среди волшебников, как я полагаю, — вдумчиво проговорил Драко. — А как насчёт случаев бесследного исчезновения людей? Существуют ли проклятия с таким действием? Ещё и с запахом крови?
Уизли замешкалась.
— Среди стандартных — нет, но можно поискать в разделе редких случаев. Я займусь этим.
— Замечательно, — покровительственно улыбнулся Драко. — В шесть вечера встречаемся в Атриуме. Мы отправляемся в Суррей.
Джинни отстранённо кивнула и поднялась. Драко проследил за тем, как она шла к двери.
— Уизли?
Она сразу же повернулась. Драко ухмыльнулся уголком рта.
— Может, после работы всё-таки обсудим нашу последнюю встречу? Раз уж само провидение свело нас за одним делом.
— Встреча на то и последняя, что тут нечего обсуждать, Малфой, — ледяным тоном сказала Джинни. — Давай договоримся, что личному на работе не место. Мы расстались ещё в Хогвартсе, и больше незачем бередить прошлое.
Драко качнул головой.
— С тех пор, как ты разбежалась со святым Поттером, я слышал это сотню раз.
Джинни вскинула подбородок. Гордая и неприступная, в строгой министерской мантии и забранными вверх волосами, в которые была воткнута волшебная палочка.
Если медленно потянуть древко, то пряди медного цвета свободно расплескаются по плечам. Её губы приоткроются с беззвучным «Ах», и она вскинет руки, чтобы собрать волосы. Длинные ресницы дрогнут, и глаза заискрятся, как янтарь на солнце.
— Больше этого не будет, — отчуждённо сказала она и взялась за ручку. — Я с тобой завязала.
Дверь захлопнулась.
Драко смотрел в пустоту и вертел волшебную палочку в руке. Один плавный поворот, второй, третий. Древко замерло.
— Завязала она, как же, — сказал он сам себе. Отложил палочку и со вздохом придвинул дело Гринграссов.