Глава 7. Кошмар
«Нельзя объяснить вкус соли тому, кто пробовал лишь сахар…»
Я проснулась одна посреди ночи в темной комнате. Ни один лунный луч не попадал сквозь темно-бордовые занавески, свисающие до самого пола. Никиты не было рядом… Я забыла его позвать, и он обиделся? Часы, стоящие на маленькой тумбочке, показывали 3:33, и каждая секунда, как будто маршируя, отдавалась в моей голове с особой четкостью. Мой взгляд привлек красный свет по левую сторону от меня. Это был букет Хиганбаны. Откуда в такой глуши появился этот цветок? В одном из источников я читала, что в Японии это символ осени, а также считается несчастливым знаком. В основном этот цветок растет на кладбищах, поближе к покойникам и привидениям. Особенность в том, что зачастую он вырастает сам…. А сейчас моя комната просто полностью наполнена Хиганбанами… Я встала с кровати и начала ходить по комнате, трогая и рассматривая каждый бутон.
– Мышка, ты чего не спишь? – я настолько рехнулась, что слышу голос мамы… Такой теплый и ласковый…. Сонный… лучше вернуться обратно в кровать.
Через пару минут в комнату вошла Алана с разносом, на котором было две чашки ароматного ромашкового чая, а на маленькой тарелочке черника и кусочки клубники.
– Моя малышка выросла, но так и не перестала бояться темноты. – Я не могла поверить, что она прямо сейчас стоит рядом со мной. Всё та же мама, ничуть не изменившаяся, которая и в детстве приносила мне эти ягоды, когда я не могла уснуть. Они оказывают успокоительный эффект для нервной системы, регулируют выработку картизола. Она прошла к моей кровати и поставила разнос на тумбочку, присев рядом со мной.
– Мамочка… - из моих глаз полились слёзы, - ты… всё такая же заботливая. – я улыбнулась ей и взяла из её тёплых рук горячую чашку чая… - Спасибо, что всегда рядом и любишь меня…
Ромашка приятно согревала изнутри и мне действительно становилось спокойнее. Но не думаю, что это от неё…. Я вновь вижу маму. Она по-прежнему улыбается, она по-прежнему рядом со мной. Я так скучала… Поставив кружку на тумбочку, я крепко обняла её и также сильно прижалась. Как же больно терять родных, как же больно терять мать. Какого бы зла кто ей не желал, всё это только от обиды…. Лишние и неверно сказанные слова, которые неизгладимо режут душу… Я не смогу вновь потерять любимого человека, не хочу её отпускать. Боюсь, что если вновь засну, то навсегда потеряю. В нос ударил сладкий запах ванили и корицы. Такой родной и такой любимый. Я все также тихо всхлипывала в объятиях матери, но внезапно она начала говорить что-то абсолютно несвязное…
– Слепо доверять чужим людям безрассудно, не стоит верить всему, что кажется правдой… Береги ближнего своего, не давай любимым людям покидать этот мир.
– Мамочка, ты о чём? – я подняла свой взгляд и встретилась с её абсолютно пустыми глазами. Они не выражали ничего и казались мне стеклянными. – Мамочка? Всё ведь хорошо, вы с папой живы и ничего не произошло.
– Мы мертвы, - я отскочила от неё и застыла от ужаса. Её лицо и тело…
Прямо на моих глазах она стала гнить и, словно пепел, рассеиваться по помещению с ужасными криками, отчего мне пришлось закрыть уши, чтобы не оглохнуть.
Я почувствовала, как кто-то прижимает меня к себе и нежно гладит по голове, отчего становится так тепло, как было когда-то в детстве. Открыв глаза, я увидела его…
– Никита? А где. – я полностью открыла глаза и увидела светлую комнату, внутрь которой пробивались утренние, яркие солнечные лучи. Так всё это сон, получается… Я вновь её упустила…
– Я разбудил?
– Нет, а что происходит… Чего не спишь?
– Ты начала захлебываться слезами ни с того ни с сего, а когда я тебя приобнял, то вроде успокоилась…
– Спасибо, правда, - я прижалась к нему ещё ближе, - А сколько времени?
10:48, - произнес парень, взглянув на часы. – Ну а не сплю из-за криков, которые доносятся снизу уже минут двадцать.
– Криков? – с непониманием спросила я, потому что проснулась явно не от них. Но буквально через минуты три я поняла, о чем он говорил.
Поднявшись с кровати, мы вместе с ним спустились вниз и застали кричащего Дени. А на кого, собственно…
– У тебя пмс или что? Чего такой нервный с самого утра? – спросил Никита за нас двоих.
– Я тебе сейчас такие пмс вставлю. Эти два голодных недоразвитых птеродактеля захотели посреди ночи пожрать. – он указал на мою любимою подружку, которая всегда на диете и её собутыльника, который, видимо, был сподвигнут ею.
– Не удивлена. Ты из-за этого шум поднял?
– Ладно, если бы они тихо подошли, взяли колбасу и свалили. Но надо же было навернуться об ковер. К тому, что боеголовку так и тянет исследовать силу земного притяжения, я привык. Но то, что этому идиоту захочется изучать физику вместе с ней, заставило меня проснуться. Хорошо, отлично, допустим. Но хрюкать на кой черт надо было?! – тут Ден чуть ли не подлетел с дивана, направляясь к нам с Никитой, активно жестикулируя и пытаясь наиболее точно передать их совместный полёт с палкой колбасы в руке.
– Эа…. Ну Экстремальные ситуации требуют экстремального решения. Оно ж само вышло, мы не специально.
– Настолько экстремальная, что моё утро началось в половину четвертого с неимоверным желанием засунуть эту палку колбасы… - он сделал явный акцент на слово «эту», держа в руках покусанное, но опасное оружие под названием «Молочная докторская».
– В рот? – Несса максимально невинно и ангельски улыбнулась.
– В том числе.
– Ковбаса, кфтати, так фебе, - сказал Артём, который пытался дожевать кусок, который так удачно спёр.
– Именно поэтому вы не успокоились на этом и под песни Lil Nas X пошли за Дошираком, а сейчас выносите мне мозг?!
– Ну так там круглосутка закрыта…. – ну тут серьёзно можно было бы заплакать.
Мы с Никитой отвернулись от остальных и залились громким смехом. От одного лишь взгляда на этого маленького гения, который сейчас стоит с покусанной колбасой в руке, а на голове объявили атомную войну овцы, можно было смеяться вечно. А его взгляд, полный обиды и поиска понимания, просто непередаваемый.