глава 1 - (эпизод 1)
Глава 1
«Мы не выбирали эту роль. Мы всего лишь хотим, чтобы будущие поколения
не прокляли нас за то, что мы не взяли ситуацию под контроль,
когда у нас еще была такая возможность».
Председатель совета, князь Рогожин Гавриил Афанасьевич.
Первое закрытое заседание организации «Светоч»
(в 1941-м переименована в «ОРГП», в 1991-м переименована в Kinesis Corp.).
Мне показалось, что за углом мебельного магазина промелькнул едва заметный силуэт человека в шляпе. Всмотревшись повнимательней, я, впрочем, списал это на призрачное наваждение, навеянное мрачной атмосферой, царившей в Солиниковском переулке этим вечером. Совсем недавно прошел дождь, поэтому все предметы в пределах видимости были смазаны дымкой тумана, заставляя прохожих нервно всматриваться вперед, чтобы случайно не наткнуться на фонарный столб, коварно притаившийся впереди.
Неподалеку какой-то бард-попрошайка хриплым голосом затянул меланхоличную песню под гитару. Что-то было в этом голосе, заставившее меня замереть, вслушиваясь в текст песни:
Заскучал престарелый октябрь.
Сединой покачал невзначай,
Просыпая, как перхоть, листву,
Устилая морщины асфальта...[i]
Задумавшись, я не заметил приближающуюся опасность.
— Как прекрасно ощущение прохлады в воздухе сегодня! Вы не находите? — прозвучал не терпящий пререканий голос за моей спиной. Буквально же это означало: «Ни звука! Вынь руки из карманов и медленно поворачивайся». Нешуточность его намерений подтверждал холодный металл ножа, скорпионом впившийся в мой бок.
Не рискуя напороться на острое лезвие, я медленно повернулся лицом к человеку в шляпе. Вид его был сдержан, глаза ровным счетом ничего не выражали. Кто-то, смотря на суровый изгиб его бровей, мог бы принять это за раздраженность или недовольство. Но я-то уж точно знал, что передо мной стоит одна из самых уравновешенных и хладнокровных личностей, которая когда-либо ходила по земле. Я знал этого человека. Знал также и то, что на голове у него была вовсе не шляпа.
— Вы же не станете отрицать, что вечер идеально подходит для прогулки по березовому скверув пальто?
На этот раз давление лезвия увеличилось, и я рефлекторно отскочил, ощущая, как лопнула кожа в боку. Страха я не испытывал. Даже несмотря на то, что под одеждой уже проступило алое пятно, неизбежно пачкая еще совсем новую рубашку и единственный пиджак.
— Ты ведь прекрасно знаешь, что, если я выну руки из карманов, для меня все прекратится здесь и сейчас, — я приложил все усилия, чтобы мой голос прозвучал как можно уверенней. Человек в «не шляпе» на мгновение задумался, наверняка, прикидывая, блефую я или нет.
— Да, осень в этом году теплая, — произнес он, загадочно вращая в руке свое оружие.
Все эти разговоры о погоде начали меня утомлять. Я ни капли не сомневался в том, что мой собеседник, не задумываясь, одним легким движением отрезал бы мне руку, если бы только знал, в какой из них я держу прибор.
Ему было известно, что я левша, хотя на самом-то деле это могло быть и неправдой, так как все, что я говорил или делал когда-либо в его присутствии, было искусно продуманной игрой. И он об этом знал или, по крайней мере, догадывался.
В любом случае я мог не опасаться за свои конечности, которыми так сильно дорожил. Он был очень практичным и не стал бы рисковать, если бы его шансы на успех были меньше 75 процентов (не спрашивайте, откуда мне известна эта цифра). Все его решения зачастую рациональны и взвешены. Хотя это в нем и пугало.
— Что там у тебя? Свинцовый колпак? — спросил я, бросив взгляд на его причудливый головной убор. Тот напоминал бесформенный шлем, поверх которого неуклюже была намотана какая-то тряпка.
Он собрался было открыть рот, чтобы продекламировать очередной отрывок из прогноза погоды, не имеющий никакого отношения к делу, но я вовремя его прервал:
— Молчать. Просто слушай и кивай. Ясно?
Без сомнений, он все понял, но, видимо, мой тон ему не понравился, так как лезвие ножа снова начало ко мне приближаться. За секунду до очередного болезненного укола в мою плоть его рука неуверенно замерла — это я нажал кнопку прибора, лежащего в моем кармане. Небольшая дрожь пробежала по его телу. И после короткого раздумья он все же решил опустить нож. Опустить опустил, но не спрятал. Видимо, на ходу соображая над своими дальнейшими действиями, он все же рассчитывал, что я где-то допущу промашку. Хотя нам обоим было ясно, что на этот раз все будет по-моему.
Кольнув меня ножом, он ответил на два не дающих ему покоя вопроса: блефую ли я и, если нет, то поможет ли шлем противостоять болевому импульсу в голову? То, что я блефую, было, разумеется, маловероятным. Но то, что его шлем не сработал, было для него куда более обезоруживающим, чем сам болевой импульс. Для него стало открытием, что усмиряющий чип был имплантирован ему не только в голову. У каждого студента их было как минимум два. Хотя никто из них об этом не подозревал. До теперешнего времени.
— В сердце, — начал я отвечать на его невысказанный вопрос, как обычно делал на лекциях в Институте, — возле правого желудочка. И этот куда мощнее того, что в твоем сером веществе. Если я подержу кнопку чуть подольше... Тебе все ясно?
На этот раз он утвердительно кивнул.
— Хорошо. Я задаю вопросы — ты киваешь.
Кивок.
— Кто составил план к бегству? Ты?
Машет головой.
— Креветка?
Пауза. Кивает.
— Кто бы сомневался. Ты спроектировал шлемы?
Кивок, правда, без особой гордости.
— Хорошо, — продолжал я допрос, — кто убил охрану? Ты?
Машет головой.
— Креветка?
Кивает.
— Маша?
Медлит с ответом.
— Бесполезно. Ты ведь знаешь, что так или иначе я получу ответы. Так значит, Креветка и Маша?
Короткий кивок.
— Остальные уже покинули город?
Кивает.
Я снова нажал на прибор — и на этот раз его колени подкосились, а нож беспомощно звякнул об асфальт.
— Ну?
Машет головой.
— Значит, все еще здесь... Кто убил ректора? Ты? Креветка? Сорока?..
При упоминании Сороки его зрачки расширились. И немигающий взгляд пронзил меня, как рентгеновский луч пенсионера во время сеанса флюорографии.
Ох и не понравился мне этот взгляд. Он был более красноречив, чем все произнесенные им слова. Парнишка запоздало попытался отвести глаза, но было уже поздно. Этим взглядом он выдал себя с потрохами. Как ни старался вести себя невозмутимо, горькая правда твердила свое: он знает. Знает мой секрет. Каким-то непостижимым образом он узнал. И это меняло все. Больше не было необходимости притворяться, играя комедию. Если у мальчишки до этого и был хоть и смутный, но все-таки шанс выкрутиться из передряги, в которую он по неосторожности себя втянул, то теперь этот шанс лопнул, как мыльный пузырь.
По инерции я продолжал задавать вопросы, в основном повторяя знакомые нам имена в разной последовательности. Он отвечал, смиренно жестикулируя.
Если честно, толковый был парень. Он попал к нам лет пять назад с весьма необычным дефектом речи. Потрясающие интеллектуальные способности. Но из-за болезни — хоть его разум и работал настолько активно, что многие профессора позавидовали бы, — его речевой аппарат в разрез с сигналами мозга выдавал полную несуразицу, лишая этого одаренного молодого человека роскоши полноценного общения с окружающими. Хотя со временем, как ни странно, некоторые студенты и, разумеется, я все же научились расшифровывать его шарады. Да, славный был малый. Мы звали его Кроль.
------------
[i]Декань Алексей, Осколки кривого зеркала. — Харьков, 2013.
-------------------
роман поступил в продажу: "Силуэты - Проект Kinesis" Алексей Декань (с)
Если вам понравилась книга - поддержите автора, закажите бумажную или электронную книгу на сайте www.knigionline.com
Работает доставка УКРАИНА / РОССИЯ / США / КАНАДА / ЕВРОПА / БЛИЖНЕЕ ЗАРУБЕЖЬЕ
или купите в магазине КНИЖНАЯ ПОЛКА г. Киев, ул. Нижний Вал, 7-9
Только при вашей активной поддержке у автора будет стимул продолжать серию