49 часть
Когда ты любишь человека, хочется делить с ним и самые потаённые секреты.
Вечер был удивительно тихим; казалось, что даже звёзды на горизонте вот-вот заснут - они то исчезали, то мерцали сквозь дымку. Цзянь Яо по-кошачьи свернулась на диванчике, положив голову на Бо Цзиньяня.
- Я не очень хорошо помню, как выглядел мой отец.
- Это средний уровень памяти обычного человека, - кивнул профессор.
Цзянь Яо засмеялась и легонько стукнула его кулаком по груди. Даже в качестве слушателя он оставался всё таким же надменным и жутко серьёзным.
- Мне было семь, - сказала она, глядя куда-то вдаль. - Папа распутывал страшное убийство, за которым стоял известный мафиози.
- Ясно, - Бо Цзиньянь погладил её волосы за ухом. - Продолжай.
- В тот день папа привёл нас с Сяосюань на день рождения дедушки. А мама задержалась на фабрике, поэтому с нами не пошла, - её голос стал хрипловатым. - Было так хорошо… Я помню, как дедушка с бабушкой готовили. Цзянь Сюань была ещё маленькая и заснула в комнате, а папа играл со мной. А потом пришли те люди.
Пальцы, державшие руку Бо Цзиньяня, чуточку сжались. Профессор посмотрел на девушку глубоким тёмным взглядом.
- Они себя называли «Банда топора», потому что ходили с топорами, - Цзянь Яо еле слышно вздохнула. - На самом деле это были подростки, не больше двадцати лет, после бойни они сразу разбежались. Их всех потом поймали и посадили.
Сказав так, Цзянь Яо замолчала и только крепче прижалась к Бо Цзиньяню.
А тот, глядя на склонившуюся к нему женскую голову, испытал незнакомое тёплое чувство. Она зависит от него, она полагается на своего мужчину.
Возможность слушать и обмениваться самым сокровенным так же важна для любви, как физический контакт.
Поразмыслив немного, профессор негромко произнёс:
- Я рад, что ты поделилась. На самом деле в общих чертах я знал уже давно, но гораздо важнее, что услышал это от тебя. Это значит, что твои любовь и доверие ко мне перешли на более глубокий уровень. И у меня тоже, разумеется.
Цзянь Яо в его руках чуточку улыбнулась.
А он добавил:
- Ты на удивление хорошо это выдержала. Я тобой горжусь.
В глазах девушки внезапно стало влажно.
Конечно, она знала, что он не отреагирует, как простой обыватель, чем-нибудь вроде «всё проходит» или «не грусти». Но он гордится?.. Эти простые и ласковые слова нежной музыкой заполнили её сердце.
Помолчав, она сказала:
- Ещё кое-что…
Бо Цзиньянь опустил к ней взгляд.
- На самом деле я тогда находилась не в спальне, а в гостиной. Мы с папой играли в прятки, и он запер меня в шкаф, а дверцу подпёр диваном. Но мне было видно оттуда, что происходит. Они так громко включили музыку, что я кричала, а меня никто не слышал. Когда меня спасли, папа был ещё жив. Я ухватилась за него и не отпускала до самой последней минуты.
***
Почему именно сегодня она решила рассказать об этом Бо Цзиньяню?
Возможно, прощание с Ли Сюньжанем напомнило ей о прошлом.
А может, она поняла, что прячет внутри самую глубокую рану, то, о чём никому не расскажешь, и вот теперь-то можно рассказать.
Потому что он поймёт. Поймёт так, как никто другой.
Потому что в дальнейшем он будет самым близким для неё человеком.
Красивое лицо Бо Цзиньяня выглядело грустным. Несколько секунд он просто смотрел на неё, а потом поцеловал.
В ту ночь он ещё долго обнимал её, сидя под звёздами, а она всё рассказывала и рассказывала о прошлом. О том, что её отец тоже мастерски рыбачил, о том, что очень долго она боялась засыпать одна, о том, как в университете приходилось часами зазубривать скучную грамматику.
Бо Цзиньянь слушал её тихо и внимательно, лишь бдил за соблюдением уговора и время от времени целовал её. Поначалу Цзянь Яо не обратила внимания, а потом заметила, что он действует строго по часам и отмеряет каждые пять минут. Это открытие очень её развеселило.
Девушка спросила, что занимательного случалось с ним во время учёбы, и он слегка нахмурился:
- Ничего особенного.
- Ну ладно… - не стала настаивать Цзянь Яо.
Было уже далеко за полночь, и девушку начало клонить в сон.
Она встала с дивана, высвобождаясь из рук Бо Цзиньяня:
- Пойду спать.
Тот взглянул на неё, встал следом, и вместе они вернулись в гостиную, направляясь каждый к себе.
- Доброй ночи, - сказала Цзянь Яо.
Бо Цзиньянь наклонился и поцеловал её в лоб:
- Спокойной ночи. Сладких снов.
***
«Сладких снов», однако, всё не приходило. Возможно, слишком сильным оказалось погружение в прошлое - она всё глядела в окно, смотрела на тусклые звёзды и чувствовала пустоту и горечь на сердце.
Потом она подумала о Бо Цзиньяне. Все последние дни после объятий и поцелуев он выглядел самодовольным, но не насытившимся - и со всей прямотой выражал желание заняться с ней любовью.
В первый день он спросил: «Ты меня хочешь?»
Во второй: «Сегодня ты спишь в моей комнате?»
Но сегодня он позабыл и ласково пожелал ей сладких снов.
Цзянь Яо невольно улыбнулась.
А Бо Цзиньянь в это время, лёжа на спине на своей чёрной кровати два на два, тоже никак не мог заснуть.
Ему доводилось видеть вещи куда страшнее, чем то, что пережила Цзянь Яо, в том числе его собственное прошлое. Но самая мысль о том, что его женщина прошла через ад и лила при нём слёзы, вызывала в профессоре душевные муки.
Проведя ещё час в бесполезных попытках заснуть, он встал с кровати, взял из шкафчика ключ и вышел из комнаты.
Привыкнув действовать, как Супермен, он нисколько не задавался вопросом, уместно ли входить среди ночи в комнату к девушке. Он просто знал, что в данную минуту хочет быть рядом с ней. А она всего-то через стену. Так почему нет?
Цзянь Яо тоже не спала, бродила по комнате, когда вдруг услышала его шаги.
Бо Цзиньянь? Зачем он идёт сюда среди ночи?
Через несколько мгновений она услышала тихий шум поворачивающегося ключа.
Девушка быстро нырнула в кровать и замерла.
Дверь медленно открылась, пропуская знакомую фигуру.
Цзянь Яо не волновалась, так как знала, что правил приличия Бо Цзиньянь не нарушит. Весь свет в комнате был выключен, и в темноте, сквозь полуприкрытые веки, девушка наблюдала за тем, что он делает.
Когда он медленно подошёл к кровати, она тут же закрыла глаза и сделала вид, что спит.
Внезапно она почувствовала, что он ласково поднял её руку и легонько поцеловал.
Иногда едва заметное касание губами может сильнее впечатлить женщину, чем страстный французский поцелуй - потому что оно будет напитано не страстью, а любованием и восхищением.
Ей захотелось рассмеяться, но она сдержалась. Ещё какое-то время она прислушивалась, но не доносилось ни звука. Она уж подумала, что он собирается уйти, когда постель вдруг несколько просела.
Она остолбенела на миг - он лёг на её кровать.
Её окружил мужской запах. Прохладный шёлк его чёрной пижамы едва не задел её нос. Он положил руку ей на талию, а потом потянулся выше.
Цзянь Яо держалась, стараясь не пошевелиться. Вскоре его пальцы добрались до её волос и осторожно, тихо, чтобы не разбудить, стали наматывать локон.
Что за человек…
Девушка потерпела ещё немножко - и не выдержала. Открыла глаза и встретилась с ним взглядом.
На секунду он замер, потом улыбнулся.
- Значит, ты тоже не спишь, - произнёс он довольным тоном.
Цзянь Яо захихикала, глядя на него, и не удержалась от комментария:
- Ты лежишь на левом боку! Это наименее здоровая поза!
Бо Цзиньянь растерянно оглядел себя: похоже было, что этот факт от его внимания ускользнул. Всегда насмехавшийся над тем, в какой позе спит Цзянь Яо, он вдруг сам нарушил своё священное правило.
Только вот заявлять профессору, что он сел в калошу, не стоило - опасное это было дело.
После недолгого разглядывания, Бо Цзиньянь невозмутимо произнёс:
- И что?
- В каком смысле?
- Как ты намерена это компенсировать?
Едва договорив, он накрыл её губы поцелуем.
Поцелуй был очень глубоким. Крепко обхватив её лицо обеими руками, он целовал её и целовал, пока она не начала дышать тяжело и часто.
Тогда он отстранился, глядя на неё. Девушка тоже пыталась разглядеть его в темноте - казалось, перед ней прекрасное изваяние, единственное назначение которого - смотреть на неё.
Казалось, что воздух вокруг сгущается и становится всё жарче. Все её прежние пустота и саднящая горечь ушли, растаяв под его поцелуями. Каждое его движение, каждое прикосновение его губ влекло её, как магнитом, заставляя желать всё большего и большего.
После короткой паузы она протянула руку, обвивая его шею. И в тоже самое время он, не сводя с неё пылающего взгляда, опустился, прижимая её собой, обхватив обеими руками и снова дразня губами и языком.
Оба они, под покровом ночи, излив друг другу сердце в недавнем разговоре, одинаково не находили себе места, одинаково сдерживали себя и одинаково страстно желали.
***
Сначала губы и язык Бо Цзиньяня, увлёкшись до самозабвения, скользнули по щеке девушки, а затем, так же неторопливо двигаясь, достигли шеи. Разум Цзянь Яо был в огне, в нём не осталось места для размышлений можно или нельзя, лишь инстинктивно хотелось быть как можно ближе к Бо Цзиньяню. Однако сегодняшняя ночь отличалась от всех предыдущих: она пробудила какой-то неизведанный импульс, долго дремавший где-то внутри - как будто разожгла пламя.
Опасный и манящий импульс, однако девушка сама ещё не сознавала, к чему он ведёт.
На Цзянь Яо была надета пижама, и Бо Цзиньянь через тонкую ткань следовал рукой по изгибам тела девушки, мягко лаская и изучая. А через некоторое время, не торопясь, он сдвинул ткань вверх, охватывая ладонью одну из полных, налитых округлостей.
Профессор слегка сжал пальцы, издав при этом невнятный вздох.
Впервые ощутив здесь прикосновение, Цзянь Яо только и смогла, что схватиться обеими руками за его пижаму и спрятать у него на груди своё пылающее лицо.
Бо Цзиньянь размял в длинных пальцах - ощущение тугой плоти в ладони было восхитительным. Подумалось, что если продолжать дразнить её вот так, она постепенно сможет достичь наслаждения. Он почувствовал, что кровь у него закипает.
Не отдавая себе отчёта, он наклонился и ловко расстегнул все пуговицы на пижаме девушки.
- Не надо… - прошептала Цзянь Яо.
Впервые Бо Цзиньянь отступил от манер джентльмена и не прислушался к желанию девушки (к тому же, возможно, это были только слова), а вместо того опустил голову и сжал губами вершину её груди.
Цзянь Яо охватило удивительное чувство, будто всё тело разом обмякло и во все стороны побежали мурашки. В темноте она видела его короткие чёрные волосы, голову, склонившуюся над её грудью… Ей показалось, что она вот-вот задохнётся.
- Fantastic, - выдохнул он.
Девушка спрятала горящие щёки в ладонях:
- Не комментируй!
Цзянь Яо была в его руках, словно тростник - он сжимал в ладонях, сминал, покусывал; тела соприкасались, и в какой-то момент Цзянь Яо почувствовала, что внизу её касается нечто твёрдое и напряжённое. Это осознание вызвало в ней робость, панику и страх неизвестности.
А Бо Цзиньянь в этот же момент отпустил её и сел на кровати. Цзянь Яо в растерянности посмотрела на него. В глубине тёмных глаз была заметна улыбка. Очень проворно он снял свою пижаму и вновь опустился на неё сверху.
Девушка подняла руку, коснувшись его груди:
- Зачем ты разделся?
Бо Цзиньянь опешил.
Вообще говоря, одежду он снял бессознательно. Разгорячённый, возбуждённый, он чувствовал себя так, будто вот-вот взорвётся. Потому-то, собственно, и разоблачился.
Он помолчал секунду.
- Цзянь Яо, давай сделаем это.
Она лежала перед ним - по открытой коже бежали мурашки. Девушка сжала обе ладони в кулаки, украдкой глядя в темноте на его обнажённое тело.
В этот момент время, кажется, остановилось. Они лишь смотрели друг на друга в накалившейся атмосфере, от которой можно было потерять голову. Он ждал её ответа.
Наконец она мягко, чуть хрипловато прошептала:
- Продолжай.
Бо Цзиньянь беззвучно улыбнулся:
- Спасибо.
Он снова опустился на неё, но на сей раз, когда их языки сплелись, его рука медленно скользнула вниз, ища дорогу внутрь пижамных штанов.
От ощущения, что он ласкает её ноги, девушка вся напряглась.
В этот момент он не очень разборчиво шепнул ей на ухо:
- Нужно внести одну коррективу.
- Что? - её голос дрожал.
- Если действовать слишком поспешно, то ты не получишь сильного…
- Не говори ничего! - Цзянь Яо хотелось лишь спрятаться в его руках. Она почувствовала, что сдаётся.
Он вдруг снова сел и потянулся к прикроватному ночнику:
- Я включу свет.
- Нет! - девушка перехватила его руку.
- Почему? Ты не хочешь видеть моё тело?
- Дело не в этом, - ответила она. Её щеки были настолько красные, что едва не кровоточили. - Я стесняюсь. В другой раз включишь, ладно?
Бо Цзиньянь секунду помолчал:
- Ладно.
Цзянь Яо вздохнула с облегчением, но тут он добавил:
- Я могу надеть очки ночного видения. Обоюдовыгодное решение.
- Нет! - она схватила его за руку, не давая встать с постели. - Давай лучше так.
Бо Цзиньянь какое-то время смотрел на неё в темноте, потом усмехнулся:
- Почему ты настолько стесняешься?
Ещё не договорив, он в который раз опустился на неё - необыкновенно нежно. Тихонько коснулся её шеи, затем спустился, освобождая девушку от пижамы и изучая губами каждый дюйм, а его рука снова направилась вниз.
На самом деле в этот момент каждая клеточка Бо Цзиньяня буквально кричала, что пора переходить к главному действу, но он сдерживался усилием воли. Женщина по натуре уступчива, и только что это было показано наглядно: она пересилила свою застенчивость и поддалась его натиску, потому что любит его. Потому, будучи человеком воспитанным, он должен был считаться с её чувствами превыше своих. Ведь с точки зрения физиологии, чтобы первый раз прошёл успешно, она должна была возбудиться, прежде чем вступить в любовную игру. И он терпеливо ждал, сдерживая клокочущее в нём желание, и снова и снова целовал её нежное тело.
Потом, уже позже, Бо Цзиньянь очень огорчался этому промедлению. Когда у него накопилось больше опыта, он понял задним числом, что в ту ночь тело Цзянь Яо было давным-давно готово к игре. Но по незнанию он тянул и тянул, и в итоге всё сорвалось.
***
В почти полной темноте перед ним наконец-то предстало прекрасное, обнажённое тело Цзянь Яо. Он сделал едва слышный вдох, собираясь в неё войти, и в этот момент зазвонил сотовый телефон.
Оба замерли.
Цзянь Яо, уже простодушно отдавшаяся на произвол судьбы, вдруг пришла в себя и протянула руку к тумбочке.
- Не бери, - он попытался остановить её.
- Это рингтон, который у меня стоит на звонки из полиции, - сказала девушка.
Он вздохнул, дотянулся и забрал из её рук телефон:
- Бо Цзиньянь. Слушаю вас.
Руководитель полицейской команды сперва несколько опешил: он звонил Цзянь Яо, а ответил ему Бо Цзиньянь, да ещё чудовищно ледяным тоном. Однако почти сразу он заговорил:
- Профессор Бо! Массовое убийство в районе Дасинь. Жуткое зрелище и к тому же очень необычное. Вам стоит приехать сюда и взглянуть самому.