Трясина.

Отворив дверь, я, поначалу, никого в комнате не заметил. На одной из кроватей, одеяло возвышалось- Ленка свернулась калачиком. Видимо, никого не хочет видеть. Подойдя поближе и сев на край кровати, я тихонько произнес ее имя.
Она скинула одеяло,  резко встала, и пристально уставилась на меня, словно видела впервые. Глаза у нее были еще краснее, чем в прошлый раз, а голос надрывался и скрипел, словно не смазанная петлица двери. Видимо, болела она намного сильнее меня. Если у меня простуда, то тут болезнь смахивала на лихорадку.
- Ооо, Тема пришел, а я тебя давно тут жду.
- Ты лежи спокойно, не волнуйся. Хотела меня видеть? Так вот он я, задавай вопросы. Только сильно не перенапрягайся.
- Соню нашли?
- Нет.
Она нервно дернулась, но не заплакала. Похоже вода в организме, которая расходуется на слезы в ней кончилась.
- Соня может больше не прийти... И я хотела извиниться за нее, перед тобой.
- Ты уж тут совершенно не причем,
- Нет... Должна признаться, что половину шуток... ну, про тебя, придумывала я.
Вздохнув, я сказал:
- Зря ты так, Лена. В жизни не поверю, что ты хоть наполовину такая же как она.
- Но это правда! Соня была намного лучше меня. Только я держала в уме то, что у нее было на языке.
- Все равно не верю.
- Ты просто не любил никогда, а она любила... и...и... только из-за тебя она могла пропасть, ты во всем виноват!.- Лена повышала надорванный голос.
- Что ты несешь? Кого она могла любить? И тем более кто мог полюбить ее?
- Соня любила одного так искренно, так нежно. Была готова ради него на все. Спала с его фото под подушкой.
- И кто же "счастливчик"?
- А сам не знаешь?
"Чего тут думать?"
- Паша.
Лена искренне удивилась.
- Откуда ты знаешь?
- А кто еще? Точно не я, Рома тоже не очень. Пашу любят все.
- Но... ты не понимаешь. Так любила его только она одна!
- Все так говорят... девушки.
- Соня могла отдать ему все, что принадлежало ей. Она говорила, что и деньги она ему давала.
- В смысле... на самом деле все? Материальное? Деньги там... украшения?
- Я же говорю. Никому кроме  меня она больше не могла сказать, даже родителям. Она таскала деньги у них под носом и все ради него.
- Она его спонсировала?
- Да. В институте, ради встреч с ним она отдала тридцать тысяч. А может и больше.
- Она дура, раз на такое пошла. Все знают Пашу и как он ведет себя с девушками. Ты из-за этого меня звала.
- Я просто хотела, чтобы ты не держал зла на нее.
- Ладно, считай, я прощаю ее. К тому же, в каждом человеке есть хорошее... Может и в Соне оно было.
Лена немного успокоилась, и отвернувшись от меня, дала понять, что разговор окончен.
Любила она, ага. Пашу все любят. Но кусочек жалости к ней все равно пробудился во мне. Паша такой козел! Быстрей бы нашел себе одну единственную и не ломал чужие судьбы. А девушки клюют на сексуального червяка, да еще и радуются.
Наступила ночь. Ветер не стихал, но дождя не было. По прежнему все вокруг было пропитано сыростью. На нашей кухне Паша печально играл на гитаре какую-то лирическую песенку, а остальные ему подпевали. Даже я. Эльдара Камильевича не было, видимо не вернулся со своего осмотра. Наверное весь заповедник осматривает. Не подумав, я брякнул:
- А Эльдар Камильевич пошел лес осматривать, смотреть не срубили ли лишнего еще где-нибудь.
Все замолчали и обернулись в мою сторону.
- Ты что, все ему рассказал?- спросила Таня.
- Не все. Только про полянку без деревьев.
- А с хрена ли?- Паша занервничал.
- Он все осмотрит, организует и подготовит к приезду полиции.
- В голову тебе не приходило то, что он в этом замешан?
- А я говорил.- встрял Рома.
- Неее, ребят, мне кажется, что ему также плохо, как и нам.
- Если он виноват, то другие браконьеры могут быть с ним. Я теперь спать одна боюсь.- Таня прижалась к Паше.
- Да с чего вы это взяли?
- С того, что он здесь каждый год и со Стасом дружил... и... все может быть.
- Короче, ребят, сегодня все спим в женской комнате, мало ли что.- Паша посмотрел на Рому и тот кивнул.
Девочки собрались в туалет и уговорили парней их проводить. Я же остался сидеть в одиночестве.
Чувствовал себя чуть лучше. Озноб изредка, но все равно накатывал. Собаки уселись рядом и грели мои ноги. Погладив их, я все-таки воспламенился любовью к собакам. Но точно не ко всем. Маленькие тявки - это вообще не собаки.
Луна была огромной. Похоже на полнолуние. Луна намного красивее солнца. Она такая бледно-желтая, теплая и одновременно холодная. Луна рождает внутри меня мягкость, чувство успокоения. На ней жилось бы гораздо легче, чем на Земле, уже изуродованной людьми. Хочу жить там вместе с Оксаной. Да, кстати мы с Оксаной теперь встречаемся. Слов нет выразить, как я счастлив и всегда буду счастлив, пока она со мной. Это, конечно тайна, поэтому ещё никто не в курсе, да и похвастаться особо некому. Рома, а тем более Паша, будут ревновать. Она сказала, что только во мне смогла найти родственную душу, представляете? Такая красота, и теперь я смогу смотреть  на нее каждый день. Только побыстрее смотаться отсюда.
Ладно, пора спать. Герда меня не отпускала, все так жалобно в глаза смотрела. Нарда беспокойно бегала вокруг. Кушать наверное хочет. Завтра напишу, что случится интересного.