Приоткрытая тайна
Рита действовала скорей на автомате, нежели хоть как-то осознанно. Умка была жива, вернее, сердце вроде как билось, но пульс не прощупывался. А вот зрачки неподвижно застыли и смотрели куда-то вверх.
– А мы... Врачей надо...
– А ну цыц. Сейчас я решаю, что надо, а что – нет. – Зло шипит Игла на Кошкину, аккуратно осматривая голову Умановой и надавливая где-то за правым ухом.
В какой-то момент ей откровенно жаль Риту, особенно потому, что та совсем немного знает. Вернее, проще сказать, что Багира не знает ничего, равно как и врачи в этом КТЦ. Да, их ввели в курс дела, да они прекрасно мониторят состояние органов, но не более того. И то, следят куда пристальнее за работой имплантатов, нежели всего остального.
– Повезло ей, правда, сейчас девчонке нужна полная диагностика. – Игла осторожно переворачивает Уманову на бок, сгибая той ноги. – У неё давление внутречерепное подскочило. Иначе говоря, доигрались вы.
– Откуда ты знаешь?
– А не всё ли равно? – Лида быстро делает укол, затем буквально швыряет Риту на скамейку рядом с лежащей Умой, – башку её приподними, и да, здесь зажми, – наёмница указывает куда-то на затылок. – Это её успокоит.
На сей раз Кошкина не медлит и вопросов не задаёт. Сказано, сделано. Руки сами делают, а она лишь вопрошающе смотрит на Иглу. В голове уже вертится пара догадок, но вот язык боится их произносить.
– У неё ведь не слишком хорошо имплантаты прижились, верно? – нарушает молчание Лида, аккуратно прощупывая шею и спускаясь рукой по позвоночнику.
– Да, были проблемы... – Начинает Рита и тут же затыкается.
– Что? Удивлена?
– Ты... как много ты знаешь?
– Намного больше, чем ты. – Резко отвечает Лида, пытаясь пресечь все расспросы, но понимая, что их не миновать. – Ладно... Приходить в себя она будет с полчаса. Так что поведаю... – Наёмница уселась на пол напротив Умановой и Риты, закурила. – Это у вас досье на меня такое, где я снайпер, подрывник и прочее... Когда же ну, после вашего этого КТЦ... В общем, когда в больничке валялась, меня навестил один экземпляр из вашего этого ФСБ что ли... Сунул под нос бумаги, пришлось согласиться.
– Ладно, у нас снайпер, подрывник, а на самом деле?
– На самом деле мультифункциональная личность. В общем, я же в частной военной конторе была как бы... Работа полулегальная, так что, в своё время, когда ещё могла, окончила этот... колледж в США, или как там... Кибернетика, бионика, биомедицинская инженерия.
– То есть...
– То есть на зоне вашей я была ночами, а днями торчала у неё, – слабый кивок в сторону Умановой. – Как у вас там выражаются... «халявные мозги».
– Ладно... Это понятно... Наверное... Как ты здесь оказалась?
– Ну... В общем... На данном этапе киборгам, да, давай называть вещи своими словами, им нужен кто-то, скажем, вторая половинка, бодигард... Ваши эти спецы думали, что ты справишься... И прогадали.
– Как это?
– Сама смотри. Ты же внимания на состояние щенка своего не обратила, да? Она тебе ответила, что всё нормально и всё. Ты успокоилась и отцепилась. А здесь надо быть дотошным. Да и... Пока часть программ писали... В общем, если в самом кратком изложении: я помогала в её адаптации. Только она этого может и не помнить, или же стараться не вспоминать. Там не слишком хорошие ассоциации, слишком для неё болезненные.
– Стоп-стоп-стоп. – Рита категорично замахала свободной рукой.
Поверить в такое было трудно, невероятно просто. Даже если отбросить то, что дело касается её любимой Умы... Чтобы наёмница была в государственном проекте настолько глубоко, что являлась чуть ли не ключевой фигурой? В такое Рита поверить отказывалась, но ситуация, в которой она оказалась, явственно говорила, что всё именно так.
– И... ты сказала, что её перегрузила...
– Щенок... – с иностранным акцентом произнесла Лида, – эта фраза её, как там вы говорите... Бесила. Так что здесь оставалось просто пару раз повторить...
– Ладно... Ну, ты здесь, а что дальше?
– Очень хороший вопрос. Дальше надо её окончательно адаптировать. Она сейчас в том состоянии, что чуть-чуть и попробует вены вскрыть. Чего косишься, не веришь? Сама суди, молодая девка, которой бы жить, любить, парней кадрить... А в итоге: постоянный самоконтроль чтобы не показать то, насколько она не человек. Даже от своего отряда, который не должен знать, по крайней мере, сейчас. Время не пришло. А вот она зато приходит в себя. – Лида быстро тушит окурок и, садясь около Риты, тихо шепчет на ухо, – играй свою роль, сейчас она у тебя ведущая.
В отличии от Риты, у наёмницы эмоциональной связи с Умановой сейчас не было. Ворошить те воспоминания и заставлять вновь пройти девушку через те мучения она не хотела, так что оставалось либо вновь строить мосты, либо ждать, пока Олеся сама вспомнит и придёт. По крайней мере, это не помешает быть рядом и присматривать.
Спустя часа три
– Лида, на минутку можно? – Кошкина, осторожно подойдя к наёмнице, кивает в сторону кабинета Пригова.
– Можно и не на минутку. Надоела эта бутафория.
Игла опускает взгляд на часы. Четыре утра, о том, чтобы выспаться речи и не идёт, даже учитывая, что квартира служебная всего-то в паре кварталов. Нет, конечно, можно смотаться и успеть туда и назад за минут двадцать, только всё равно на сон останется максимум часа два, а этого мало.
– Умка... Она это... Как в себя пришла...
– Так у Пригова в кабинете и сидит, – закончила за Кошкину Игла, – знаю я это. Её сущность пытается логически приделать объяснения к произошедшему.
– Это же живой человек, а ты так холодно...
– Давай без нотаций. Это не первый опыт. Знаю, что и как делать.
Рита замолкает. Прошедшие пару часов, решив Умку не трогать, она просидела в комнате отдыха, пытаясь «прокачать» всю информацию.
Когда она давала согласие, ей очень четко объяснили, что это будет первый подобный опыт, а остальные, если и были, то окончились неудачо, и Уманова это как Белка и Стрелка – первопроходец. Тогда такой риск казался оправданным.
Сейчас же кажется, что в поисках мозгов эти эскулапы обращались не только к знатокам из России.
– А ты там... Остальные кто?
– Я откуда знаю? – искреннее удиаление меняется на усмешку, – судя по всему, такая я там была одна. Так что остальные – ваши.
– Значит, здесь ты лишь мониторила состояние Умы?
– У меня был приказ, я его выполняла. – Начала Игла, но тут же усмехнулась, словно шутку услышала, – и в итоге нарушила. Вмешиваться в ваши с ней дела я не имела права. Да и для чистоты эксперимента это было недопустимо.
– Чистоты чего?! Эксперимента?!
– Не ори и не шипи. Найди любого врача вашего, который с ней такое сотворил, он тебе именно так и заявит, понятно? Так что, тон блюди. – Как ни в чём не бывало, перешла на своеобразный сленг Лида, явно давая понять, что лучше в общении держать дистанцию и следить за словами.
– Ты вмешалась, что дальше?
– Ну... – Лида закурила, выдохнула столб дыма, – для начала то, что киборгам сложно адаптироваться и до того, как они начнут это делать самостоятельно, пройдёт уйма времени. Ещё это значит, что у вас я задержусь минимум на пару месяцев, поскольку надо будет покопаться в её башке.
– То есть покопаться?
– Ну, лоботомию там сделать... Что, повелась? Побыть рядом, понаблюдать, понять, что с ней не так и как это исправить.
– Она... – Рита постаралась вспомнить пару последних разговоров, – она боится, что все узнают... Боится реакции...
– Вернее боится того, что её якобы отошлют обратно, – закончила за Кошкину Лида, – отослать не могут, но я бы этому не радовалась. Могут ликвидировать, что, собственно, обычно и происходило с более ранними плодами экспериментов там, за рубежом. Впрочем, я и так много сказала. Иди, переваривай. И да, Умановой скажи, чтобы после шести утра ко мне зашла.