Глава 25
Нарисую картину твоей души
И повешу ее на своих словах.
Нажимая на кнопки, забудем жизнь,
Подавляя тот искренний первый страх.
Tracktor Bowling, Игра©
Паскаль забыл постучаться, задумавшись о своём, и зашёл в комнату Джерри. Оторопел на пороге. Глаза налились ужасом.
«О, Господи!» - едва не сорвалось с губ.
Джерри переодевался и стоял в одних трусах. Но шокировала Паскаля не его нагота. Ноги Джерри, частично живот и поясница были покрыты точно такими же шрамами, какие уродовали его левую руку. Отдельные рубцы виднелись на плечах: насыщенные, грубые.
Юнг зажал ладонью рот. И когда Джерри посмотрел на него, спешно отвернулся.
- Джерри, извини, - сбито протараторил мужчина. – Я не знал, что ты не одет... Забыл постучать...
Мысли разлетались подобно испуганным птицам. Перед глазами стояла страшная картина увиденного, будто отпечаталась на сетчатке точно такими же рубцами, какие оплетали тело юноши подобно плющу.
Джерри ничего не ответил. Надел спортивные штаны и водолазку без горла и сел на кровать.
- Можешь поворачиваться. Я оделся.
Юнг повернулся. Хотя бы на вид заставлял себя выглядеть спокойнее, но изнутри его по-прежнему колотило. Он не ожидал увидеть такое и не знал, что сказать. В голове звенела тишина, в которую ножами впивались десятки вопросов.
Около минуты они провели в молчании. Затем Джерри сцепил руки в замок и, смотря вниз, произнёс:
- Давай спрашивай, откуда у меня эти шрамы.
Паскаль прикусил губу, растерянно потёр затылок. Да, он больше всего сейчас желал узнать, что же могло оставить на теле Джерри столь жуткие отметины! Но он не был уверен в том, что имеет право об этом говорить. По тому, как Джерри держался сейчас, было видно, что он не хотел, чтобы Паскаль увидел это.
- Ты не обязан мне этого рассказывать, если не хочешь, - ответил Юнг, несмело подошёл ближе, сократив расстояние между ними вдвое.
- Но ты ведь хочешь узнать ответ? – Джерри на мгновение поднял к нему взгляд. – И рано или поздно всё равно спросишь меня об этом, - снова опустил голову.
- Да, хочу, - выдохнул мужчина, получилось тише обычного и с хрипотцой, напряжение подвело голос.
Он помолчал пару секунд и добавил:
- Джерри, откуда у тебя эти шрамы? Что случилось?
Дав себе мысленную пощёчину, Паскаль вышел из растерянного транса, сел на кровать в полуметре от мальчика, внимательно, но без давления смотря на него.
- Они у меня остались после аварии, - проговорил Джерри после некоторого молчания. Всё так же смотрел в пол.
- Какой аварии? – совершенно по-идиотски не понял Юнг.
Джерри поднял на него глаза с долей удивления, снова опустил.
- Той, в которой погибли мои родители.
Паскалю захотелось хлопнуть себя по лбу. И как можно быть таким дураком?
- Извини, Джерри, я сегодня что-то не в себе, - виновато произнёс он. И вдруг в сознание ворвалось понимание того, почему же он так сглупил. – Подожди... Джерри, ты же говорил, что родители поехали на отдых без тебя?
Юноша тяжело, но беззвучно вздохнул.
- Я соврал. Просто я не люблю говорить о том, что был с ними.
- Почему? – Паскаль непонимающе нахмурился.
- Потому что, когда люди узнают, что я тоже был в той аварии, они начинают расспрашивать, что со мной было, жалеть в несколько раз сильнее... А я этого не хочу.
Юнг понимающе покивал. И, посомневавшись, спросил:
- Джерри, что именно произошло? От чего у тебя такие шрамы?
- Я не хочу сейчас говорить об этом. Извини.
- Не извиняйся, всё в порядке. Расскажешь, когда будешь готов.
Джерри поднял голову, слабо, грустно улыбнулся опекуну, но в глазах всё равно мелькнул проблеск света. Опять опустил её, занавешивая лицо волосами. Паскаль осторожно притянул его к себе и обнял, поглаживая по плечу, безмолвно успокаивая и обещая, что больно больше не будет. И хотелось приложить все усилия, сломать мир, чтобы на самом деле было так.
Джерри прижался виском к его плечу. Сидел тихо-тихо, казалось, не дыша. Волосы по-прежнему скрывали лицо.
А Паскаль всё так же гладил его плечу, смотрел куда-то перед собой и думал. Как же, должно быть, Джерри было больно в тот момент, когда он получил раны, ставшие впоследствии росписью шрамов. Он почти ощущал эту боль, вдыхал её откуда-то из прошлого, которое всегда витает рядом с людьми.
Что могло оставить такие отметины по всему телу? Даже страшно подумать. Огонь? В таком случае он должен был гореть заживо. Осколки? Ещё что-то?
И Паскаль представлял себе, какой ад устраивали Джерри в приюте за его увечья. Люди нетерпимы к тем, кто чем-то отличается от них, дети же в троице жестоки в этом плане. А у Джерри не было возможности совсем не раздеваться при других мальчиках в условиях детдома.
Боль к боли. Боль за то, что он не выбирал.
Паскаль на мгновение сильнее прижал его к себе. Джерри повернул голову, пряча лицо у него на плече.
На душе вдруг стало тепло, несмотря на весь ужас. Паскаль улыбнулся одними губами и погладил мальчика по волосам.