Глава V. Надежда обернётся отчаянием(3).
Отогнав все мысли, я сел на пол и присоединился к остальным...
Сначала многие из нас неловко молчали...Но затем разговоры начинались сами по себе. На лицах появлялись улыбки. Слышался смех...
В такой момент каждый из нас совершенно забыл, в какой ситуации находится...
Цумики:
Я...Я бы хотел..ла когда-нибудь стать...главным врачом...Но...я не уверенна, что у меня...п..получится...
Нанами:
Я знаю, что ты сможешь...
Цумики:
П...почему ты так уверенна?
Нанами:
Если захотеть по-настоящему, ты сможешь всё....Я не помню кто сказал мне это, но тем не менее...
Овари:
То есть...Если я сильно захочу съесть жареный стейк прямо сейчас, он появится?!
Ч...Что? Как можно было вообще...
Ханамура:
В таком случае...Если я подумаю о красивой девушке....
Как только Ханамура сказал это, из его носа пошла кровь
Нанами:
Нет, я не это имела в виду
Нидай:
Нужно верить в свои силы и идти до финишной прямой! Так поступают настоящие спортсмены!
Идти до финишной прямой...Я посмотрел на улыбчивые лица всех эти людей, а затем перевёл взгляд на окошко, из которого в комнату проникал лунный свет...Если это последний этаж, то всё это скоро закончится, верно?
Возможно, внутри нас действительно живёт, хоть и слабая, но всё же надежда...
Я невольно улыбнулся и посмотрел в пол
Нанами:
Я чувствую, что эта убийственная игра скоро закончится...
Нанами сказала это так тихо...Но тем не менее, я понимаю её чувства..
Овари:
Что? О чём ты?
Нанами:
Я не знаю, как это объяснить, но...
Нидай:
Нам нельзя сдаваться. В этом месте умерли наши друзья, мы обязаны выжить ради них!
Цумики:
Н...но сможем..л..ли мы?
Ханамура:
Я не хочу умирать здесь! Не хочу!
Умереть здесь...Они тоже не хотели такого конца...Когда-то они смеялись, радовались жизни, которая так рано и внезапно была отнята у них...
Если я закрою глаза...То передо мной сразу же появляются четырнадцать смеющихся лиц...И...пять...Всего лишь пять выживших появятся передо мной, если я снова открою их...
Они бы хотели, чтобы хоть кто-то из нас смог сделать то, что не вышло у них...
*Выбраться отсюда...*
Нанами:
Мы не можем просто умереть здесь...
Цумики:
Но...В..вдруг кто-либо с..снова решит...*хнык*...
Неожиданно для всех, Овари резко встала с пола...
Овари:
Чёрт! Я не позволю какому-либо ублюдку убить меня!
Нанами:
Что ты хочешь...
Овари:
Этот кукловод...Он же где-то здесь, да? Наблюдает за нами
Кукловод...Что она имеет в виду?
Овари:
Тогда давайте просто убьём его!
Нанами:
Нет, мы не можем сделать этого...
Овари:
Почему нет?
Нанами:
Убийства...Это то, чего он хочет...Мы не должны опускаться до этого, никогда
Я понимаю чувства Нанами...После всего, что случилось...Произносить эти слова всё больнее...
Нидай:
Хватит, успокойся
Овари:
Ладно...
Она, успокоившись, снова села на прежнее место
Нидай:
Но в одном ты права
Овари:
А?
Нидай:
Мы не можем оставить всё, как есть и ждать предательства друг от друга
Нанами:
Что ты предлагаешь?
Нидай:
Мы должны объединиться против кукловоды и одолеть его
Ханамура:
Объединиться?!
Нидай:
Нужно дать ему отпор и закончить эти убийства раз и навсегда! Но нам нужно быть готовыми к тому, что он окажется сильнее, чем мы думаем...Поэтому с этого момента...Я лично буду тренировать вас!
Цумики:
Т...тренировать?
Овари:
Я согласна на всё, лишь бы выбить из этого кукловода всё дерьмо!
Ханамура:
Тренировки?! Это совсем не подходит для моего режима!
Нанами:
Возможно...Это неплохая идея...
Нанами...
Нанами:
Так, когда мы начнём?
Нидай:
Сегодня, на рассвете, собираемся здесь же. Без опозданий!
После этих слов они поговорили ещё какое-то время, а затем разошлись каждый по своим делам...
До рассвета ещё есть немного времени...
Нужно занять себя чем-то
Я начал бездельно ходить по особняку из комнаты в комнату, пока не пришёл в библиотеку...Моё внимание снова привлекло кровавое пятно, но я старался не думать об этом...
Как только я зажёг свечу, подошёл к книжным шкафам....Это единственный способ отвлечься...
Моё внимание привлекла одна книга...Я подсветил её свечой...
Ганс Христиан Андерсен
"Девочка со спичками"
Я так и не понял, что заставило меня выбрать именно эту книгу, но...Я сел за читальный стол, поставил свечу перед собой и открыл первую страницу...
Стоял страшный мороз. В воздухе носились ледяные иглы. Непроницаемой тьмою спустился на землю последний вечер Старого года.
По улицам плелась бедная маленькая девочка с непокрытой головой и босыми ногами. Когда она вышла из дому, на ногах ее были туфли. Но что в том толку! Туфли эти носила ее мать, и ей они были велики. Девочка потеряла их, когда перебегала улицу, спасаясь от двух мчавшихся на нее во весь опор карет. Одна туфля так и не нашлась, а другую схватил маленький мальчишка и убежал с нею. Бедные босые ножонки посинели от холода.
Девочка в переднике несла целую кучу спичек и держала одну коробку в руке. За целый день никто ничего у нее не купил, никто не дал ей ни копейки. Дрожа от холода и от голода, шла малютка по улице. Блестящие снежинки серебрились в ее белокурых локонах, падавших на шею, но ей было не до них. Из всех окон блестел свет, всюду чудесно пахло жареным гусем: был канун Нового года. Вот об этом так она думала.
В уголку между двумя домами присела она на землю и скорчилась. Она поджала под себя ноги, и ей стало еще холоднее. Идти домой она не решалась: она не продала спичек и не могла принести ни одной копейки. Отец, наверное, побил бы ее, да дома было также холодно: они жили под самой крышей, и, как ни затыкали щели соломой и тряпьем, ветер все-таки врывался к ним со свистом. У девочки руки закоченели от холода.
— Ах, если бы вытащить хоть одну спичку из коробки, чиркнуть ею по стене, зажечь и погреть пальцы; ведь только одну!
Она взяла одну спичку. Чирк!... Ах, как спичка заблестела и загорелась! Она горела таким ясным, теплым пламенем, точно свечка, и девочка с наслаждением грела над ней руки. Что за чудная была свечечка!
Девочка мечтала, что она сидит перед большой железной печкой с полированными медными ножками и медной крышкой. Как ярко пылал в ней огонь и как она грела! Девочка протянула было к ней ноги, но вдруг пламя погасло, печка пропала, а в руке остались обгорелые остатки спички.
Девочка чиркнула второй спичкой по стене. Пламя вспыхнуло, осветило стену, и вдруг стена стала прозрачной, так что можно было видеть комнаты.
На столе была покрыта белая скатерть, стоял блестящий фарфоровый сервиз и дымился жареный гусь, начиненный яблоками и черносливом. Гусь соскочил с блюда и с воткнутыми в него ножом и вилкой, переваливаясь с боку на бок, прямо направился к бедной девочке.
Но и вторая спичка сгорела; осталась только сырая, холодная стена. Девочка поспешила зажечь еще спичку.
Вот она сидит под чудесной ёлкой, гораздо больше и наряднее той, которую она видела через стеклянную дверь у богатого купца. Между зелеными ветвями горят тысячи свечей, висит множество пестрых картинок, таких, как в окнах магазинов. Девочка протягивает к ним руки... Но спичка гаснет, и свечки улетают на небо... Это звездочки. Одна из них покатилась вниз и оставила за собою длинный огненный след.
— Вот теперь кто-нибудь умирает, — прошептала девочка. Старушка-бабушка, единственное любившее ее существо, рассказывала ей, когда еще была жива, что если звездочка падает с неба, чья-нибудь душа улетает на небо к Богу.
Она снова чиркнула по стене, снова все осветилось, и в темном проходе стояла теперь старая бабушка, такая ясная, прозрачная, с доброй любящей улыбкой.
— Бабушка! — воскликнула малютка. — Возьми меня с собою. Я знаю, что ты исчезнешь, как только догорит спичка, как исчезла теплая печка, жареный гусь и роскошная елка.
И она быстро зажгла всю пачку спичек: ей хотелось удержать бабушку. Спички запылали с таким блеском, что стало светлее, чем днем.
Бабушка еще похорошела, выросла, она взяла маленькую девочку на руки, и обе они, блестящие, радостные, понеслись высоко, высоко над землей. Там не было ни холода, ни голода, ни страха: они улетели к Богу.
А в углу, скорчившись у стенки, неподвижно сидела маленькая девочка с красными щеками и улыбкой на устах. Она замерзла в последний день Старого года.
Ясное солнце осветило в Новый год маленький труп. В окоченелой руке была пачка обгорелых спичек.
— Она хотела согреться! — говорили люди.
Никому и в голову не приходило, сколько чудных вещей показали ей эти спички, с каким блеском поднялась она со своею любимой бабушкой туда, где нашла на Новый год радость и счастье.
Прочитав последнее слово, я закрыл книгу, а затем поставил её на место, в книжный шкаф...
Смерть стала для неё радостью и счастьем?...Жизнь - это самое дорогое, что у тебя есть, разве нет? Каждый убитый на этих этажах чувствовал это...Наверное, мне просто не понять этого...
Я вышел из библиотеки и направился к месту встречи...
Оказавшись прямо перед окном, я заметил, как еле-еле оранжевые лучи пробираются сквозь стекло...Похоже, что уже рассвет...