chapter five
- Черт! - проклятие Гарри нарушает тишину.
Я поднимаю взгляд от осколков стекла на совке, и моя челюсть слегка открывается.
Он подскользнулся и сейчас лежит в луже зелено-голубой жидкости. Его волосы растрепаны, глаза широко раскрыты от шока, он с сожалением потирает синяк, на его лице появляется раздражение.
Я просто смотрю пару секунд, а затем растворяюсь в смехе.
- Не. Смешно, - рычит он, вставая на колени и глядя на заляпанные края лабораторного халата. - Боже, я сломал задницу.
Пытаясь прекратить хихикать, я полностью терплю неудачу.
Сузив глаза, Гарри поднимается в полный рост, морщась. - Эмбер, клянусь богом, если ты не прекратишь смеяться, я... - он бросает руку в воздух, показывая мне ужасы. - Ты бы не смеялась, если бы ты сломала себе задницу.
- Я не думаю, что это правда.
- Правда, - настаивает он.
- Так тебе и надо за то, что устроил здесь беспорядок, - говорю я ему сочувственно.
Он многократно ругается, ходя кругами. - Мне нужно в больницу.
- О, ради Бога, ты такой ребенок, - говорю я, закатывая глаза и бросая в мусорную корзину осколки. - Сначала ты поднимаешь шум только потому, что я села за "твой стол".
- Да, но...
- Потом ты ведешь себя, как козел, только потому, что упал на свою тупую задницу.
Гарри фыркает. - Моя задница не глупа, она слишком сексуальна для тебя.
- И ты тоже, - смеюсь я. Его брови поднимаются, и я понимаю, что я только что сказала, и мое лицо краснеет. - Я имею в виду...
- Конечно.
Я обижаюсь. - Надеюсь, в следующий раз ты упадешь на свое лицо.
- Этого не случится. Мое лицо - еще одна сексуальная часть меня, и мы не хотим его сломать.
Я не могу перестать смеяться. Каким-то образом из-за падения Гарри исчезло напряжение. Это лучше, чем насмешки, и лучше, чем мы оба пытаемся мысленно убить друг друга.
Избавившись от последнего разбитого стекла, я выпрямляюсь и вытираю руки о свои джинсы. — Все, — смотря на бардак, который все еще валялся на кафельном полу, я говорю: — Тебе лучше поторопиться это все убрать.
— Ага, ага, — он напевает какую-то песенку себе под нос, пока он "работает". Серьезно, у него есть не весь день. Маура может расколоть наши головы, если мы собираемся бездельничать.
Я опираюсь о стол, вздохнув. — Хорошо.
Нет ответа.
— Есть какие-нибудь советы для меня? Я имею в виду, например, о работе в Priory Inc. Потому что я, очевидно, уже успела все испортить, и я думаю, что могла бы воспользоваться некоторыми советами.
— И ты хочешь получить совет от меня? — говорит Гарри с недоверием.
— Ты работаешь в Лаборатории 2.
— Справедливое замечание, и я великолепен.
— Нет.
— И сексуален.
— Точно нет.
— Не отпирайся, - усмехается он.
— Черт возьми, просто дай мне совет, — настаиваю я.
— Честно говоря, Эмбер, я не могу сказать тебе многого. В принципе, ты достаточно умна, если ты попала в Priory, остальное зависит только от тебя. Просто постарайся не попасться на плохую сторону Мауры снова, — он немного ухмыляется, как будто не думает, что это возможно для меня.
К сожалению, он, вероятно, прав. Беды находят меня довольно легко.
Я неравномерно стучу по столешнице своими ногтями. — Итак, сегодня я говорила с Деймоном Ривзом.
Гарри кивает. — Он делает это со всеми его новыми сотрудниками. Он утверждает, что это заставляет их чувствовать себя более желанными, но я на самом деле думаю, что это его способ запугать их, потому что они знают, что они не могут что-то вытащить из Priory.
— Он определено очень страшный, — соглашаюсь я.
— И как все прошло?
Я съеживаюсь.
Гарри поднимает брови. — Серьезно? Все прошло не очень? Но ты же... — он делает паузу, словно пересматривая свой выбор. — Паинька.
— Я не паинька. И в любом случае я думаю, мистер Ривз был не очень мной доволен.
— Что ты сделала? Плюнула на его туфли?
— Нет, я...
— Хорошо, потому что он действительно любит свои туфли. Они для него вроде щенков или детей или что-то в этом роде. Какая жалость, что мужчина заботится о своих туфлях, — бормочет Гарри.
Я смотрю на странные потертые ботинки, которые он носит. — Ты, очевидно, не очень заботишься о своей обуви.
Он красноречиво улыбнулся.
— Я разозлила его, потому что спросила о Лаборатории 3. И также я спросила для чего нужен Priory Inc.
Воздух вокруг нас, кажется, похолодел. Швабра шумно падает, но Гарри, похоже этого не замечает. Он несколько раз прочищает горло, проведя рукой по своим волосам. — Ты... — он облизывает нижнюю губу, а затем прикусывает ее — жест, который я восприняла бы как размышления, если бы не бледность его лица. — Почему ты спросила мистера Ривза об этом? — спрашивает он наконец, его голос звучит резко и обвинительно.
— Мне было любопытно, — говорю я, неуверенно пожимая плечами. — Это странно - так скрывать Лабораторию 3.
Сделав несколько шагов ко мне, он рычит, его горячее дыхание опаляет мое лицо. — Ты сказала, что хочешь совета? Хорошо, вот мой совет. Не задавай больше никогда такие вопросы.
Мое сердцебиение учащается по какой-то причине, которую я не могу точно определить. Может быть, это огонь, горящий в его зеленых глазах. Может быть, это угрожающая близость: наши тела находятся всего в нескольких дюймах друг от друга.
Может быть, эта легкомысленость от того, что я нахожусь вокруг всех этих вредных химических веществ сразу. Кто знает?
— Почему нет? — бросаю вызов я.
Гарри злобно качает головой, кажется, он намерен заставить понять меня, не говоря мне ничего и не давая мне объяснения. — Последний... последний человек, который пытался узнать кое-что о Priory и засунул нос туда, куда не надо было... Она заплатила за это. Дорого.
Ужас посылает по моему позвоночнику мурашки. — Ч-что с ней случилось?
Гарри не отвечает, но его взгляд темнеет еще больше.
— Она тот стажер, с которым что-то случилось? Почему ты ненавидишь Кейда... Поэтому?
Он все еще молчит. Гарри не приближается ближе, но и не отходит назад, и каждую секунду я всё больше понимаю, насколько мы близко стоим. Если честно, это страшно. Мне хочется сделать шаг назад, но я и так уже стою у стола, прикоснувшись к нему бедрами.
— Да.
— Что да?
— Вот причина, по которой я ненавижу Кейда. Эта девушка, Джиллиан, рассказала тебе об этом. Она... она тоже задавала слишком много вопросов, но она не заслужила смерти за это.
Я смотрю на него. — Кейд убил ее?
Гарри смеется. — Ты думаешь, я позволил бы Кейду жить, если бы он убил ее?
Я сжимаюсь от презрения, которое звучит в его тоне, как будто я глупая или что-то в этом роде. Я даже не знаю, о ком мы говорим, с ума сойти!
— Нет, Кейд не убивал ее, но он точно не спас ее, хотя он мог.
Медленно и осторожно я протягиваю ему руку, не уверенная, что хочу сделать. Я никчемна в утешении людей, и я даже не знаю Гарри. — Мне жаль.
— Просто прекрати задавать вопросы, черт побери, я могу тебя невзлюбить, но я не хочу, чтобы ты пострадала от этой же участи. Это для твоего же блага. Priory Inc — это совсем не то, что ты думаешь.
— Но Гарри...
— Нет. Конец обсуждения.
— Ты не можешь сказать мне, что кто-то умер, потому что задавал вопросы, и ждать, что у меня не возникнет миллион вопросов об этом!
Он стонет и закрывает лицо руками.
Воздух трескается от напряжения. Наконец, Гарри говорит: — Я пойду скажу Мауре, что мы закончили уборку.
Мои глаза расширяются от раздражения. — Но...
— Какая часть предложения тебе не понятна? Не знал, что это было так сложно понять.
Что случилось с тем Гарри, который шутил? Тот, кто не говорил мне, что я буду убита, если я не заткнусь? Я хочу посмеяться над мыслью, что я нахожусь в реальной опасности. Это смешно, на самом деле.
Не так ли?
Затем Гарри уходит, а я хочу последовать за ним и потребовать, чтобы он уверил меня, что никто никого не убивал. Что в Priory никто никогда не был убит.
Но я не делаю этого. Я сжимаю руки в кулаки и пинаю швабру. Интересно, если, может быть, я стала чем-то опасным, то после всего...