⚖ Потенциальный зять ⚖
Из-за того, что он был так настойчив в своих словах, наступило краткое молчание. Взволнованная Игён первая разбила тишину своим обеспокоенным, но твёрдым голосом:
— Есть ли какой-то способ загладить вину перед вами? Существует несколько человек в нашей сфере деятельности, которые не ладят с моим мужем. Если это не навредит Догук, то я бы хотела связаться с ними. Я собиралась сделать это с самого начала, в обмен на Чимина, так что уже подготовила их список.
— Лучше бы вы сделали это после победы в суде. Учитывая текущую ситуацию, мы бы могли легко использовать это в своих интересах. Прямо сейчас нам нужно быть жертвой. Вам следует лишь мимоходом озвучить данное намерение адвокату Сон.
— Сделаю.
— О, и ещё один момент. Вам нужно присутствовать в день произнесения вступительной речи. Адвокат Сон, возможно, предоставит больше деталей...Но нужно показать судье и прессе ваше мрачное лицо.
Казалось, Игён знает, что настоящая битва начинается сейчас. Чимин помассировал напряженные плечи сестры. Она накрыла руку Чимина своей, согревая его, и затем спросила обоих мужчин, глядя на Намджуна:
— Да, верно. Адвокат Сон сказала, что нужно съехать из дома немедленно до начала судебного процесса или сразу после – хороший способ показать мою решительность развестись. Мы уже спим в разных комнатах и... сейчас будто ходим по тонкому льду.
Чимин, который не участвовал в обсуждении вскочил и спросил:
— Ты хочешь убраться из этого дома? Говорила же, что собираешься остаться.
— Есть несколько домов, зарегистрированных на моё имя, они не так уж и далеко отсюда. Мы бы могли видеться даже чаще, Чимин.
Едва она закончила своё высказывание, как Намджун тут же ответил:
— Это возможно. Но ваш случай особенный: вы оба довольны известны, так что есть некоторые моменты, которые также нужно тщательно обдумать. Детей тоже собираетесь забрать?
— Конечно.
— Это всё равно что продемонстрировать врагу свой беззащитный живот. Сухан скажут, что вы относитесь к детям как к имуществу.
— Тогда, хотите сказать, что мне следует оставить их там? Я не могу.
— Это ещё одна приманка для акул. Прямо сейчас команда юристов Сухан извращает самые обычные вещи в небылицы. СМИ записывают сказанное Сухан под диктовку слово в слово. Для всего есть своё подходящее время. Население страны прямо сейчас сосредоточено на вашей семье, так что я бы не сказал, что сейчас подходящее время.
По сути дела, Намджун пытался донести, что она не может уйти из дома сейчас. Возможно, он ходил вокруг да около со своим рациональным объяснением, зная, что Игён трудно переубедить, если она решилась на что-то.
Чимин молча наблюдал, и Игён спросила:
— Тогда когда?..
— Я не думаю, что должен решать в одиночку что-то вроде этого. Как насчет, чтобы я обсудил с адвокатом Пак и после вернулся?
Вообще, чем важнее было дело, тем более вытягивалась схема принятия решений, особенно в команде Намджуна. Все окончательные решения принимались сверху вниз. Это было самым эффективным методом и повышало шансы на успех. Но в то же время, Намджун сказал, что он бы мог сначала выслушать мнение Чимина, что показалось тому необычным и знаменательным.
— Конечно, если бы ты мог это сделать, была бы признательна. Тогда я и правда пойду. — Сестра Намджуна приняла его мнение и сделала шаг ко входной двери. До того как она окончательно вышла, Игён безмолвно попрощалась с Намджуном, прошедшим ко входной двери. Чимин проследовал прямо за ним, но остановился на мгновение. Он держал руку на приоткрытой двери и слегка поцеловал Намджуна в губы. Они ничего не сказали, но обменялись взглядами, наполненными мыслями, прежде чем Чимин быстро вышел.
Игён уже ждала у лифта. Увидев брата, она неловко улыбнулась:
— Я подожду твоего ответа. Не нужно следовать за мной вниз. Не следует оставлять гостя одного слишком долго.
Чимин, который совершенно не мог назвать Намджуна гостем, промолчал.
Лифт тут же звякнул, открывая свою пасть. Игён помахала Чимину, говоря не следовать за ней, и зашла внутрь лифта. Чимин помахал на прощание.
Когда двухстворчатые двери сомкнулись, Чимин помчался обратно домой со скоростью света. Намджун уже прошёл вглубь квартиры, так как прихожая была пуста. Когда Чимин вбежал в гостиную, то увидел, что Намджун бросил пиджак на спинку дивана, и посмотрел на него:
— Ты вернулся быстрее, чем я думал.
— Это то, что я хотел сказать тебе. Ты рано.
Чимин подошёл к Намджуну и расстегнул его жилет. Он стянул галстук и аккуратно положил сверху пиджака мужчины, прижав крепкие плечи к дивану. Не сопротивляясь, Намджун плюхнулся на плюшевые подушки. Чимин забрался на него сверху. Они обменялись горячими взглядами, и Чимин, чувствуя, как пылают щёки, склонил голову для поцелуя. Однако Намджун схватил его за шею, не давая их губам соприкоснуться.
— Ах, что такое? — Запротестовал Чимин.
— Больше не впускай домой чужих женщин.
Услышав это, Чимин был совершенно ошеломлён нелепостью требования Намджуна:
— Чужих? Она моя кровная сестра. Сейчас ты ведёшь себя смешно.
— Мне не нравится видеть женские каблуки в домах, где я часто бываю. С этого момента старайся встречаться с ней снаружи.
Хотя Чимин не мог ответить, потому что он потерял дар речи, Намджун воспринял его молчание как согласие, и начал расстёгивать пуговицы на рубашке юноши одну за другой. Чимин смотрел отсутствующим взглядом, затем подумал, что попросить такое вполне в духе Намджуна, он в конце концов принял просьбу.
— Да, конечно, почему бы и нет. В таких вопросах лучше быть беспристрастным, так что я поищу другое место для общения с ней.
— Я думал, ты будешь сопротивляться, ведь речь идёт о сестре. Что заставило тебя услышать меня с первого раза?
— Поскольку ты ничего от меня не требуешь, я хочу выслушать все твои просьбы.
Услышав это, Намджун не ответил. Он просто-напросто потерялся в собственных мыслях. Казалось, мужчина хочет что-то сказать и, наконец, он открыл рот.
Лицо Намджуна было непроницаемо, как обычно, и ожесточённость, которую юноша видел за маской, и страсть к Чимину, отражающаяся в этих глазах – всё это было типично для Намджуна. Однако тема, которую тот поднял, совершенно выходила за грани воображения Чимина.
— Знаешь ли ты, что директор Пак лечится от депрессии в последнее время? — Спросил Намджун.
Чимин не знал, так что он просто прикусил нижнюю губу. Он не мог отреагировать сильнее, потому что тратил все свои силы лишь на то, чтобы подумать. У него вышло собраться с мыслями и перевести взгляд на сумку-шоппер с пищевыми добавками и закусками. Как она упоминала, кажется, ей нужно было сменить обстановку.
Чувствуя жалость к ней, Чимин не мог подобрать слова. Намджун провёл рукой по спине Чимина и сказал:
— Слышал, она сидит дома взаперти.
— Насколько мне известно. Но, похоже, у неё не лучшие времена, томиться в таком подвале особняка, когда её муж на вершине мира. И я не так много могу сделать... Что мне делать? Было бы плохо, покинь она этот дом прямо сейчас.
— Мы пытаемся прорваться сквозь иск о разводе, не уголовный. Твоя сестра не замешана в преступной деятельности, нужно сказать ей это. Как ты и сказал, мы мало что можем сделать для неё прямо сейчас.
— Понятно.
— Снаружи, не здесь.
— Я же сказал, что понял.
Чимин слабо ухмыльнулся, а затем погладил Намджуна по горлу. Ошибки допустила другая сторона, и они исправляли ситуацию. Разводы были обычным делом, но он не мог понять, почему они продолжают натыкаться на препятствия раз за разом.
Нуждаясь в утешении, Чимин посмотрел Намджуну в глаза. Зрачки старшего мужчины были лишь маленькими точками, так что их было непросто разглядеть, но Чимин знал, что там внутри существовало постоянство, заполненное Чимином. Он хотел избавиться от всех волнений и крепко обнять Намджуна.
Чимин удобно прислонился своим тощим телом к старшему мужчине. Его большие руки касались всего тела Чимина, так что юноша отчётливо ощущал мягкость надетых им рубашки и брюк сквозь свою удобную одежду. Сам факт того, что Чимин был в удобной одежде, а Намджун всё ещё в костюме, разжигал внутри Чимина пламя.
— Отлично выглядишь в костюме, старший адвокат. — Чимин протянул руки и положил их на широкие плечи Намджуна. Затем он отодвинулся от тела, к которому прижимался, и они обменялись взглядами:
— Никто не знает, что ты скрываешь под ним.
— Раздень меня и проверь.
Чимин медленно погладил широкую спину другого мужчины, скрытую рубашкой, а Намджун приподнял одну бровь. Его лицо, недовольное и наполненное непристойными желаниями одновременно, было довольно привлекательным. Чимин начал инициативно продвигаться вдоль тела Намджуна. Куда бы его пальцы не притрагивались, он мог ощутить, как вздрагивает Намджун. Ощущая это, он стал ещё более беспокойным.
Чимин не хотел давить на Намджуна, но в итоге заговорил раньше, чем понял это. Он знал, что Намджун не будет обрадован этим, так что отвёл взгляд и спросил:
— Можно потом я официально представлю тебя сестре?
— Мы с ней уже знакомы.
Чимин прочертил указательным пальцем линию по его плечу к груди и вниз к животу, и погладил край брюк:
— Что мы вместе. Даже если другие не знают, Игён я бы хотел рассказать. Может, она не примет это с распростёртыми объятиями, но смирится.
— Наверное, ты жил в прекрасном мире, который был к тебе добр и дружелюбен. Похоже на тебя.
— Моей сестре можно довериться. Если мы с ней пообедаем или что-то наподобие...
— Это что, официальная брачная встреча между семьями? Мне не нравится – меня от такого воротит. Мне придётся официально стать геем.
Даже если он не ожидал, что Намджун охотно согласится, Чимин думал, что отказ ограничится всего несколькими словами. Однако реакция была не ахти какой. Он отказался так демонстративно, что Чимин расстроился и схватил другого за плечи, встряхивая. Он хотел, чтобы у Намджуна закружилась голова, но не похоже, что это как-то повлияло на мужчину, что ещё сильнее разозлило Чимина.
— Как ты можешь быть таким постоянно бесячим? У тебя необыкновенный талант, как насчёт раскрыть мне свой секрет? Думаю, это твой коронный номер – злить оппонента, я передам его своим потомкам. — Парировал иронично Чимин.
Намджун нахмурился:
— Как ты смеешь думать о том, чтобы иметь прямых потомков, несмотря на то, что ты – Пак Чимин. Твоё семя бесполезно для размножения человечества. Оно хорошо лишь для одного единственного потребителя, меня.
— Почему тогда ты не согласен на официальную брачную встречу?
— Так это и правда была она? Думаешь, я сумасшедший? Зачем мне это? Почему бы тогда тебе просто не разболтать всем? Мы – гомосексуалы!
— Может, я хочу. Боишься? Думаешь, что твоё семя полезно для размножения человечества, Ким Намджун?
— Взгляните-ка на этого сопляка.
— Так что?
Они переругивались по-детски, и оба одновременно замолкли от обиды. Лицо Чимина при этом было наполнено стыдом. Намджун, вероятно, был тоже возмущён, но это не было понятно по его выражению.
Честно говоря, Чимин всерьёз не собирался совершить каминг-аут. Он лишь был немного подавлен из-за того, что не мог никому рассказать о том, что ему нравится Намджун. Позже, когда всё закончится хорошо, он хотел как минимум раскрыться перед сестрой, его вечной союзницей, и похвастаться Намджуном.