Глава 26: Хилл
Воспоминания Хилла
– Наивысший балл получил Ратчакит. Он набрал идеальный результат в шестьдесят баллов. Поаплодируйте своему другу! – раздался голос учителя математики, и сразу после этого весь класс зааплодировал.
– Ух ты, потрясающе! Как ты это сделал? Ты такой молодец! В нашем классе многие смогли набрать только половину.
– Потрясающе!
Одноклассники ещё некоторое время болтали, а затем учитель попросил тишины и начал объявлять оценки других учеников.
– Ратчакит, подойди сюда!
– Да.
– Ты отлично справился. Ты набрал самый высокий балл, единственный в этом классе. Этот тест был очень сложным. Так держать! – учитель улыбнулся мне, но я так и остался стоять с серьёзным выражением лица. Я не помнил, когда в последний раз улыбался.
– Ты думал о старшей школе? Какое направление выберешь?
– Точные науки.
– Хорошо. Ты справишься. Останешься же в нашей школе?
– Да.
– Очень хорошо! Я отправлю оценки твоему дедушке. Другие учителя уже отправили?
– Да.
– Тогда и я немедленно сообщу ему. Будь осторожен по дороге домой!
Эта школа является крупнейшей частной школой в провинции. Мой дедушка предъявлял высокие требования ко всему, что касалось семьи, поэтому отправил меня учиться сюда. Я заканчивал Matthayom 3 и мне нужно было сдавать вступительные экзамены в старшую школу. Я обязательно продолжу учиться здесь. Мой дедушка был другом директора и крупным акционером. Он приказал всем учителям докладывать ему о моём поведении и успеваемости. Я был под контролем круглосуточно.
"Ты должен быть выше всех. Не думай о тех, кто ниже тебя."
Слова моего дедушки глубоко укоренились в моем сознании. Он очень жесткий и упрямый человек. У моего отца и дедушки разные взгляды. Отец хотел, чтобы я рос и развивался, как другие дети, и делал свойственные ребёнку вещи, но дедушка был не согласен. Из-за этого дома постоянно были конфликты.
– Если я сделаю то, что говорит дедушка, вы двое больше не будете ругаться, да?
Я задал этот вопрос, когда мне было шесть лет. Мой отец сидел позади дома, о чём-то глубоко задумавшись. До этого он и дедушка очень сильно поссорились за обеденным столом, а мама и бабушка пытались их остановить.
Мои родители только открыли новый бизнес, и, похоже, дела шли хорошо, поэтому у них не было на меня много времени. Я большую часть времени проводил с дедушкой и бабушкой. Дедушка заставлял меня учиться и делать вещи, которыми дети обычно не занимались, поэтому у меня почти не оставалось времени на игры с друзьями.
Когда я был ребенком, у меня не было друзей, и это влияет на меня по сей день. Мне очень трудно начать с кем-то общаться, так что я не решаюсь разговаривать с другими людьми. Мой дедушка велел не обращать на них внимания. Друзья мне не нужны. Они будут только обузой.
– Нет, сынок! Я не хочу, чтобы ты был таким, как папа в детстве. Папа хочет, чтобы ты веселился и играл, как твои сверстники, – сказал мой отец, тепло взглянув на меня, и с любовью погладил меня по голове.
– Хорошо.
Это было мое собственное решение...
Когда я учился в третьем классе, у меня не было друзей из-за влияния моего дедушки и финансового положения моей семьи. В школе обо мне ходило много слухов, поэтому со мной никто не разговаривал. В этом не было ничего удивительного, потому что я не знал, как себя вести с другими людьми. Так что да... это было нормально. Я привык.
Но в центре, куда я ходил к репетиторам, люди были мне незнакомы, и встреча с ними заставляла меня нервничать. Я носил маску, чтобы скрыть своё лицо, и если кто-то спрашивал, я говорил, что у меня аллергия.
– Сегодня мы закончим на полчаса раньше, чем обычно, – объявил директор, и учителя стали выпроваживать учеников из центра. Как правило, я заканчиваю в 8 вечера, и водитель приезжал забрать меня в это время каждый день. Но сейчас 19:30, и машины не было видно. Что мне делать ещё полчаса? У меня не было мобильного телефона, потому что мне было запрещено им пользоваться, чтобы не отвлекаться от учёбы.
Я шел по тропинке. Я никогда раньше не был в этом районе. Обычно меня привозили и забирали из учебного центра. Надо найти место, где можно посидеть и подождать.
– Сынок, почему ты гуляешь один ночью? Ждешь, когда родители заберут тебя? – обратился ко мне пожилой мужчина, который мыл тарелки в палатке под навесом. Должно быть, это был уличный ресторан. Я осмотрелся и, увидев рисунки, понял, что они также продают напитки и десерты. Интересно, внутри здания сам ресторан или кафе?
Я кивнул.
– Заходи и подожди внутри! Здесь темно и опасно.
Я немного поколебался, затем решил войти внутрь. Лучше ждать в помещении, чем бесцельно ходить на дороге.
– Хочешь что-нибудь съесть? У нас и десерты есть, – мне протянули меню. Я не был голоден, но было невежливо сидеть, ничего не покупая. Я решил заказать десерт и потом забрать его домой.
– Хочешь кокосовый торт? Я не уверен, остался ли, – мужчина на мгновение задумался. Затем крикнул куда-то вглубь помещения. – Тер! Сынок, проверь в шкафу, есть ли ещё кокосовый торт?
– Остался, – в проёме показался мальчик того же возраста, что и я. Он вошел через заднюю дверь, неся поднос, наполненный тортами.
– Сколько ты хочешь? – повернув голову, спросил меня мальчик.
– Только один кусок. Упакуй с собой, – мягко ответил я. Мальчик положил торт в коробку и подошел, чтобы поставить его передо мной.
– Вот, – его звонкий голос и широкая улыбка заставили меня на мгновение замереть, прежде чем я протянул деньги, чтобы заплатить за торт.
– Этот ребенок ждет своих родителей. Можешь составить ему компанию? Похоже, вы одного возраста. Я отойду ненадолго, – сказала мужчина, снимая фартук и направляясь к задней двери.
Мальчик, которого звали Тер, сидел передо мной.
– Эй!
Я вздохнул. Ситуация, которую я ненавижу больше всего. Я уже говорил, что не знаю, что делать, когда со мной разговаривают незнакомцы.
– Мм?.. – тихо ответил я.
Боже мой, когда водитель приедет за мной?..
– Как тебя зовут? Меня зовут Истер. Можешь звать меня Тер.
Почему он так много улыбается?..
– Я учусь в Matthayom 2. А ты?
– ... – я молчал.
Он младше меня?..
– ...? – Тер, видимо, не дождавшись моего ответа, посмотрел на меня с немым вопросом. – Ты плохо себя чувствуешь? Поэтому носишь маску?
Я кивнул.
– Оооо, так у тебя болит горло, и ты не можешь говорить?
Я снова кивнул.
Надеюсь ему надоест, и он перестанет со мной разговаривать. Никто не хочет разговаривать с тем, кто не отвечает. Я был в замешательстве.
– Но ты же можешь писать? Я принесу бумагу и карандаш, – прежде, чем я успел понять, о чём он, Тер встал и убежал, но он быстро вернулся с бумагой и карандашом.
Реально?..
– Твоя школа? – он спросил с широкой улыбкой. Его большие круглые глаза всё время сияли. Кажется, он был решительно настроен меня разговорить.
Я написал название школы.
– Ух ты, это самая дорогая частная школа! Круто! А я учусь рядом с домом. Я слышал, что в твоей школе есть бассейн, это правда?
Я кивнул.
– Ого! Я всего несколько раз плавал в бассейне. Эй, у тебя такой красивый почерк! Как ты так можешь писать? Вот мой очень плохой. Я даже не могу прочитать, что сам написал.
И как мне ответить на это?..
Или, может быть, мне не нужно отвечать, может быть, он просто хочет, чтобы я его слушал? Иначе в чём прикол, что он разговаривает сам с собой? Странный он...
– А почему так поздно идешь домой?
Я написал на листе бумаги: Я беру дополнительные занятия.
– О, в той репетиторской школе через дорогу? Ты такой прилежный! Если бы мои родители заставляли меня ходить ещё куда-то, кроме школы, я бы отказался, хотя наш дом очень близко. Ха-ха-ха. Так ты любишь кокосовый торт?
Нет, я купил это для кое-кого дома.
– Хочешь попробовать наш домашний шоколад? Я угощаю! Я люблю готовить десерты и напитки, и сегодня учился готовить горячий шоколад. Мне кажется вкусно, хотя мама и не разрешила выставить на продажу. Давай я дам тебе попробовать! – воскликнул мальчик и опять, прежде чем я успел отреагировать, убежал.
Меня решили сделать подопытным...
Но было уже поздно отвечать, потому что стакан шоколада, приготовленный мальчиком, уже стоял передо мной.
Выбора нет...
Я слегка спустил маску, чтобы было легче пить.
Это было не очень вкусно...
– Как? Вкусно? – спросил Тер с энтузиазмом. – О, точно! Извини! Я забыл, что у тебя болит горло. Тебе не нужно это пить, если не хочешь.
– ...
– Непривычный вкус, верно? – он ухмыльнулся.
Хм...
Если добавишь больше молока, возможно, станет вкуснее.
– Правда? Тогда я попробую сделать так в следующий раз.
В следующий раз я снова буду подопытным кроликом...
– Э-э, я имею в виду, я попробую сделать это для тебя после того, как твоё горло пройдёт.
– Тер, папа зовёт тебя, сынок! – сказала женщина, войдя в кафе. Видимо, это была его мама.
– Иду, – ответил Тер, вставая. – Я скоро вернусь.
Перед магазином остановилась знакомая машина. Внутрь быстро вошла женщина средних лет с аккуратно собранными волосами, в костюме и на высоких каблуках. Её милое лицо засияло, когда она увидела меня.
– Хилл, ты здесь. Мама приехала забрать тебя из репетиторского центра, но увидела, что он уже закрыт, – мама подошла и нежно обняла меня. Она выглядела очень счастливой. – Какое совпадение, у меня сегодня появилось свободное время, и я сама захотела забрать тебя.
– Это твоя мама? – спросила тетушка. (п/п – это всё еще мама Тера, тетя/тетушка/старшая сестрица - обращение к старшим)
– Да, здравствуйте, – вежливо поприветствовала её моя мама. Тетушка улыбнулась в ответ. – Мой сын не доставил беспокойства?
– Нет, он тихо ждал и даже купил кусок торта, – сказала тётушка.
– Правда? Дай мне посмотреть. Ух ты, кокосовый торт? Мама не знала, что сынок любит торты, – мама выглядела немного удивленной после того, как взяла коробку с тортом.
– Я купил это для мамы, – ответил я.
– Ой, спасибо, милый! – сказала моя мама и повернулась, чтобы поблагодарить владелицу. – Спасибо. Мы тогда пойдём.
– Приходите снова, хорошо? Ученик можешь приходить и ждать тут в следующий раз.
– Хорошо, – кивнул я, но не был уверен, вернусь ли.
– Кстати, как тебя зовут? Я так и не успела спросить.
Я не ответил. Я не хочу, чтобы тот ребенок знал. Если Тер узнает, кто я, и какие слухи ходят обо мне в школе, возможно, он больше не захочет со мной разговаривать.
– Его зовут Хилл, – увидев, как я молчу, моя мама ответила за меня, затем взяла меня за руку и пошла в сторону машины. – Поехали домой. В следующий раз, если опять случится подобная ситуация, ты можешь подождать здесь, сынок. Это лучше, чем стоять перед школой. Я предупрежу водителя.
– Мам.
– Что?
– До того, как пришла мама, был ребенок, сын владельца.
– Он... Он сказал тебе что-то плохое, сынок?
– ... – я промолчал, но улыбнулся, когда вспомнил его.
– Хилл... Как давно я не видела твою улыбку! – заметила мама, поворачивая голову, чтобы посмотреть на меня с водительского сиденья.
Я тоже заметил, что улыбался, хотя и не сильно, но это была моя первая улыбка за несколько лет.
– Мой сын такой красивый, когда улыбается! Даже в маске, – с гордостью сказала мама. Я снял маску. – Мама счастлива! Этот ребенок может быть твоим первым другом. В следующий раз, прежде чем идти домой, сначала загляни в этот магазин. Дедушка точно не узнает. Мы не скажем ему.
– Можно?
– Да, просто скажи водителю подождать. В следующий раз принеси что-нибудь вкусное тому мальчику, хорошо?
– Да.
– Кстати, как его зовут?
– Истер, но он сказал, что я могу называть его Тер.
– Истер? Какое забавное имя! Не могу дождаться встречи с ним. Хочу посмотреть на того, кто смог заставить моего ребёнка улыбаться!
Только моя мама знала, что обо мне говорили в школе, и что я был единственным, с кем не разговаривали в классе, так как именно она ходила на все школьные собрания. Мама очень волновалась из-за того, что у меня не было друзей. Но я сказал, что всё в порядке. Ей это очень не нравилось, и они с папой пытались убедить дедушку изменить свое отношение к моему воспитанию. Однако всё было бесполезно. Я не хотел, чтобы мой папа ругался и спорил со своим отцом, или чтобы они ушли жить отдельно, и поэтому делал всё, что хотел дедушка.
– Итак, какой он? Этот мальчик?
– Он много говорил со мной, но я не отвечал. Он хороший, веселый и много смеётся.
Маленький, светлокожий мальчик с большими глазами, который выглядит довольно забавно, но не слишком ярко.
Его улыбка...
Его улыбка, казалось, медленно разрушала стены, которыми я отгородился от мира. Эта яркая улыбка будто обнажала истинные чувства внутри меня, заполняя меня позитивными эмоциями. Он был первым, кто смог прорваться сквозь мою броню и прочно засесть в моих мыслях.
Несмотря на то, что я никогда не улыбался, один только его вид заставлял меня захотеть улыбнуться.
..
..
Воспоминания Тера
– Он ушел? – спросил я маму, когда вернулся и никого не нашел.
– Его мама приехала, и они ушли.
– О, правда? И даже не попрощался, – сказал я сердито. Этот странный мальчик! Его глаза выглядели очень холодными, как будто он не хотел ни с кем разговаривать. Но, думаю, он чувствовал себя одиноким. Я не мог точно объяснить, какое впечатление у меня о нём сложилось.
Я всегда много говорил. И хотя он не отвечал на мои вопросы, его отношение не было таким уж раздражающим. Он выглядел больше смущенным, чем недружелюбным. Может быть, ему не нравилось разговаривать с незнакомцами. Вот почему мне захотелось поговорить с ним, узнать его получше, помочь ему восполнить то, чего ему не хватало. Может быть я смогу заставить одиночество исчезнуть из его сердца. Я не был уверен, правильно ли я вообще понял, я только предполагал. Эта моя привычка заботиться о других поистине непоколебима.
– Его мать очень красивая. Сначала я подумала, что она слишком молода для такого взрослого сына. Сколько же ей лет? Почему она выглядит такой молодой? – моя мама продолжала бормотать себе под нос, пока раскладывала вещи по местам.
– Ой, мам, если ты перестанешь много жаловаться, я думаю, ты тоже будешь выглядеть моложе, – сказал я.
– Ах ты! Иди сюда! Помоги мне убрать стол.
– Да, да! Кстати, мам. Он не сказал, когда снова придёт?
– Нет, но я сказала ему, что он может прийти, когда захочет, и он согласился.
– О, да? Это хорошо. Я не мог рассмотреть его лица из-за маски и не знаю имени. Он странный, – сказал я, расставляя стулья.
– Я спросила имя. Его мать сказала мне.
– Правда? Как его зовут?
– А...
– ...?
– Если я правильно расслышала, его зовут Нью.
После этого он часто приходил в магазин, примерно два или три раза в неделю. Каждый раз он был в маске. Иногда он носил очки. Я пришел к выводу, что у него, вероятно, было хроническое заболевание, поэтому никогда не просил снять маску и показать лицо полностью.
Я заметил, что он начал много говорить. Медленно, шаг за шагом, он открывался мне, пока я не почувствовал, что мы становимся ближе. А ещё он стал чаще улыбаться, даже если улыбка была только в его глазах. Но маску он так и не снял. Грусть и одиночество, которые я заметил при нашей первой встрече, постепенно исчезли.
Он был мастер на все руки, особенно когда дело касалось учёбы. Даже в игре, в которую он никогда раньше не играл, и только научился благодаря мне, ему удалось победить. Я притворился, что расстроился из-за проигрыша, и в следующем раунде он специально проиграл мне.
Он мало рассказывал о себе, словно не хотел, чтобы кто-то знал, ну я и не лез. Каждый день его забирал водитель. Однажды Нью поблагодарил меня за то, что я дружу с ним, и я ответил тем же.
Мы были знакомы уже месяц.
Однажды я заночевал у друга. На следующий день, когда я пришел домой, мама сказала мне...
– Нью уехал в Сингапур, малыш, – кажется, она беспокоилась, как я восприму новость о его отъезде.
– Куда? – я удивился. – В Сингапур!?
– Да, сынок. Вчера он и его мать приходили попрощаться. Жаль, что тебя не было. Он сказал, что это было внезапное решение, и он не мог сказать тебе заранее. У его отца там работа, и они уезжают надолго.
– Oх... – я разочарованно вздохнул. Жаль, что мы не смогли попрощаться. Надеюсь, с ним всё будет в порядке, и он найдет там хороших друзей. А ещё что он не забудет меня, хотя мы знакомы всего месяц.
...
...
Настоящее время
– Почему ты не сказал, что ты Нью? – возмущенно воскликнул я, когда Хилл закончил рассказывать свою историю. Он улыбнулся и протянул мне стакан свежеприготовленного "Овалтина". (п/п – витаминный напиток по типу пищевой добавки)
Наступило утро. Вчера вечером мы... эм, договорились стать парой, и Хилл обещал, что расскажет мне утром о том, когда я ему понравился.
Раннее утро принесло немного прохлады, поскольку почти всю ночь шёл дождь. Мягкий солнечный свет лился через окно. Мне нравится такая атмосфера, но, думаю, для воскресенья мы все-таки рановато проснулись. Почему так вышло?
– Я не знал, как рассказать об этом, – улыбнулся Хилл, присаживаясь на диван рядом со мной.
– О, я долгое время думал, что тебя зовут по-другому. Неудивительно, что я тебя не узнал.
Когда я первый раз встретил Хилла, то мне показалось, что раньше я его уже где-то видел. Но сколько бы об этом ни думал, так и не мог вспомнить. Ох... оказывается, тем, кого я считал своим другом по имени Нью, переехавшим в Сингапур, был Хилл.
– Почему ты тогда уехал в Сингапур? – спросил я.
– Я поехал туда с родителями и проучился год старшей школы, прежде чем попросил разрешения вернуться в Таиланд, – объяснил Хилл, делая глоток ароматного кофе.
В отличие от меня, который был в полном шоке от услышанного, он выглядел очень расслабленным.
Я думаю... я понимаю, почему Хилл так отличается от Нью, которого я знал. Год за границей, вдали от дедушки, где за ним некому было присматривать и ограничивать, а также то, что он жил с родителями, которые, очевидно, не хотели, чтобы Хилл вырос замкнутым человеком, повлияло на изменение его личности.
– Когда ты сказал, что свяжешься со мной и не сделал этого, я думал, что ты забыл обо мне, – сказал я, делая глоток напитка. – Эй, а почему ты пьёшь кофе, а я Овалтин? Я тоже хочу кофе! Я все еще сонный.
Допив, я поставил стакан на стол.
– Я никогда тебя не забывал, – тихо произнес Хилл. – Я всё время скучал по тебе. Поэтому хотел поскорее вернуться в Таиланд.
– Ааа...
Опять он смотрит на меня этим своим взглядом!
– Ты... случайно, не из-за этого перевелся к нам?
– Да, – Хилл мило улыбнулся и нежно погладил меня по голове.
Ой, да ладно... Когда это мне начало нравиться, что меня гладят по голове? И каждый раз становилось так тепло...
– Хорошо... тогда, – Хилл поставил свою кофейную чашку на стол затем подошёл ко мне и наклонился. Я задержал дыхание.
– Что? – спросил я, чувствуя накрывающую меня волну жара.
– Почему ты так сильно краснеешь? – рассмеялся Хилл. Я быстро отвернулся. Я был не в силах продолжать смотреть на него.
– П-почему ты внезапно подошёл? – спросил я, заикаясь.
– Ты помнишь, что я сказал прошлой ночью?
– Что? – я нахмурил брови.
– Hy... – он запнулся, поэтому я повернулся, чтобы посмотреть. Хилл смотрел на мои губы, что заставило меня покраснеть ещё больше.
Что...?
– П-почему ты так на меня смотришь?
Я поднял обе руки, чтобы упереться ему в грудь, но напрасно. Хилл приближался ко мне все ближе.
Слишком близко...
Я закрыл глаза и стиснул зубы, внутри стало так жарко, словно сердце готово было взорваться. Мои руки и тело дрожали. Я почувствовал тёплое дыхание на лице и затем лёгкое прикосновение губ к моим губам. Всего мгновение... и моё сердце растаяло и потекло.
Хилл отстранился. Я медленно открыл глаза и увидел, как он удовлетворенно улыбается. Я глубоко вздохнул, жар разливался по моей груди, распространяясь по лицу и ушам. Не знаю, насколько красное у меня сейчас лицо.
– Ч-что ты делаешь? – спросил я, нахмурившись от удивления. Нельзя спросить или сказать мне заранее!
– Утренний поцелуй, – небрежно сказал Хилл. Он явно был доволен тем, что сделал. На его лице не отразилось никакого беспокойства, в отличие от меня. Я был настолько потрясен, что чуть не потерял сознание.
– Ч-что? С чего вдруг ты это сделал? – мрачно спросил я.
Это считается... поцелуем? Мы с Хиллом уже целовались. Один раз, но в тот день мы были пьяны... и тут... случилось непредвиденное. Значит, это первый раз, когда мы сделали это осознанно, да?
– Вчера вечером ты дал мне разрешение.
– ...?!
– Да.
Я думал о вчерашнем вечере...
Что вчера случилось? Помню, я лег спать пораньше, Хиллу нужно было поработать. Хм... ничего не произошло.
Или произошло!?
__________________________________
Накануне вечером
– Могу я поцеловать тебя на ночь?
– ...
Я не ответил, потому что спал, когда услышал его голос... Ох, не пытайся разговаривать со мной, когда я сплю. Я ужасно злюсь, когда меня будят.
– Зачем? – спросил я не задумываясь.
– Чтобы ты мог спокойно спать, а я был мотивирован работать.
– Ммм... – я промямлил что-то невнтяное вместо ответа, а затем почувствовал мягкое прикосновение к губам. В этот момент мой разум был совершенно пуст.
– Спокойной ночи!
– Ммм...
– Могу ли я поцеловать тебя завтра утром?
– Ммм...
Это был не сон!!!
Я думал, что прошлой ночью так хорошо спал и мне приснился приятный сон.
– Ты схитрил! Я ведь спал. Спроси меня сейчас, когда я уже проснулся.
– Просто приму это как разрешение. С этого момента я не буду больше спрашивать. Теперь я чувствую себя гораздо более мотивированным, – сказал Хилл, поддразнивая меня. Он снова улыбнулся и повернулся к столу, заваленному бумагами.
– Сперва украл поцелуй, потом заявил такое... – проворчал я себе под нос, намеренно громко, чтобы Хилл услышал.
– Я сделал всё, что мог, – насмешливо ответил он.
– ...? – я нахмурился, чувствуя себя сбитым с толку.
– Я постараюсь больше так не делать, – он рассмеялся, увидев моё угрюмое выражение лица. О боже, ему так нравится меня дразнить!
Ну вот, Норт, смотри, куда ты меня отправил! Прямо в логово тигра! Разве ты не говорил, что здесь я буду в безопасности?
– Если ты не перестанешь делать такое милое лицо, я тебя по-настоящему поцелую, – его голос звучал спокойно, но почему я почувствовал угрозу?
Но он не просто угрожал – он снова приближался. Эй, это уже не угроза! Он правда собирается это сделать?! Я уставился на него.
О нет! Я больше не могу сдерживаться! Не подходи так близко! Я никак не привыкну к этому! Ты же сказал, что защитишь моё сердце!
– Хорошо. Я всё понял. Хватит! Отойди, – сказал я, поспешно отводя взгляд.
Он - настоящий соблазнитель... Я чуть не взорвался от смущения! Как же это раздражает! Хилл лишь улыбнулся и вернулся к своим бумагам.
– Проголодался? – спросил он, не отрывая взгляда от документа в руках. Я украдкой заглянул и увидел, что это был список заданий.
– Пока нет, – ответил я. Было ещё слишком рано для завтрака. – Что это?
Я с любопытством указал на изображение на листе. Оно показалось мне совершенно незнакомым. Буду ли я учиться чему-то подобному?
Хилл кратко объяснил мне. Оказалось, ветеринарное дело сильно отличалось от медицины. Но Хилл заверил меня, что есть много похожего. Ничего не изменилось. Он помогал мне с уроками в школе и даже теперь, в университете. Если подумать, я довольно сильно зависим от Хилла. Я смотрел на него – человека, который так терпеливо объяснял мне всё, что я спрашивал, и вдруг почувствовал себя очень счастливым. Находиться рядом с ним – похоже на сон.
– Что-то не так? – спросил он, заметив, что я смотрю на него, вместо того, чтобы внимательно слушать.
– Эм... нет, – я поспешно отвернулся, чтобы скрыть смущение. – Просто... это похоже на сон. Быть твоей парой, – тихо добавил я, почесывая щёку, не зная, куда деть руки.
Хилл тихонько рассмеялся и ласково погладил меня по голове.
– Я тоже думал, что это сон.
– Может, мы оба спим? -- пошутил я.
– Если это так, то... я не хочу просыпаться никогда.
– Тогда... я тоже не хочу просыпаться.
Я впервые широко улыбнулся Хиллу, потому что раньше не осмеливался из-за неловкости и страха, что испытывал в его присутствии. Но теперь это стало проходить. Мне кажется, что теперь я мог бы улыбаться ему вечно. Я больше не боялся.
– Ах, да. Дай мне свой телефон, – вдруг сказал он, словно что-то вспомнив. Сбитый с толку, я протянул ему мобильник.
– Что ты собираешься с ним делать? – спросил я.
– Разве не очевидно? Обновим твой статус на Facebook. Чтобы тебя никто больше не беспокоил, – ухмыльнулся он. – Ты мой парень... и я должен защищать то, что принадлежит мне.
О боже... он всегда такой...