Глава 2: Мама
Папа и мама развелись. Моя мама к тому моменту болела, но чем? Было неизвестно...
Дальше было обследование, спустя пол года у нее обнаружили рак матки. Ей сделали операцию и удалили опухоль, но было уже поздно. Живой организм внутри нее рассеялся по всему телу.
Мы пережили голод, пока мамочка была в больнице. Нас обеспечивал человек, который был фактически чужим для нас. Благодаря ему мы могли жить, питаться. Не думаю, что без него у на бы вышло это.
Мама боролась с болезнью три года. За месяц до трагедии, она слегла. Ноги еле передвигались, она была худая, бледная. Летом, после последней консультации у врача в своей жизни, она не плакала, привыкла, а может смирилась... Врач сказал пару месяцев, максимум полгода. Я на тот момент не осознавала серьезность всей ситуации, но очень сильно переживала. Была надежда на операцию, химию, но это бы особо не помогло бы. Мы выбрали сначала химию, а потом операцию.
После первой химии мама похудела, до 35 кг, анорексия. Она лежала на диване, надеялась что встанет и пойдет, постоянно собиралась на работу, но даже до выхода из комнаты не доходила.
26 ноября она вовсе поплохела, она задыхалась, жадно хватала воздух. Глаза закатаны, руки сухие, бледные, холодные. В 17:45 я зашла к ней в комнату и прислушалась. Тихо. Не было того тяжелого дыхания, ее грудь больше не вздымалась. Было страшно, но я подошла, пощупала пульс. Я отправилась к брату.
-Она не дышит! - сказала я, и он встал. Брат направился в комнату к маме.
-Все - сказал он, убедившись, что пульс отсутствует.
К этому моменту в комнату зашла бабушка и мой младший брат.
-Лучше бы я сдохла, чем ты! - крикнула она и бросилась к ней в ноги. Мой младший брат ревет и сидит рядом с мамой, старший брат тоже плачет, а я стою и не знаю что же делать, прямо как в песне: "В диапазоне между отчаянием и надеждой"
На тот момент на моем счету было 4 нервных срыва, мне уже было все равно, плевать. Мне нечего было чувствовать. Я нервничала постоянно, меня тошнило, я худела. Было невыносимо, но я все так же переживала за маму. Давилась таблетками, пила, пыталась есть, но тщетно.
Мы решили все вопросы с похоронами и кремацией. Мама сама хотела, чтобы ее сожгли и похоронили прах. Она привыкла быть красивой для всех, а в процессе болезни она перестала быть такой, как прежде. Мамочка очень сильно похудела, побледнела. Из человека просто пропали жизненные силы. Мы сделали все так, как она хотела. Похоронили мы ее 28 ноября рядом с ее бабушкой. Собралось полгорода, все плакали, а я просто стояла и давила безумную улыбку. Мне было стыдно, вообще мой мозг не соображал, что я творю.
Я просто не видела ничего такого в этом, но потом уже начала осознавать все. Я начала жалеть, что так и не попрощалась с ней. Меня больше не будет греть ее тепло, я больше не смогу обнять, она не увидит мою жену, не сможет прикоснуться ко мне, улыбнуться. Она попросту ничего не увидит и не почувствует.
Она не была виновата в своей болезни, никак нет. Наверное ей просто было дано мало времени для этой жизни, ведь за свои сорок один год, она смогла сделать столько героического.
После этого всего я совершила попытку суицида, но меня спас мой лучший друг - Гриша