||9 часть||привязанность||
Луна почувствовала, как что-то теплое разнеслось по её телу. Сначала ей показалось, что её ударили в спину, но... Лишь через пару долгих секунд она поняла, что это нож.
Кончики её пальцев похолодели, а мышцы сжались. В один момент весь мир словно замер, и она могла слышать только свое учащенное дыхание.
Из-за болевого шока Луна временно не чувствовала боль. Адреналиновый всплеск заставил её тело задрожать как при лихорадке, а её стук сердца стал настолько быстрым, что был слышен даже мужчине, стоящему сзади.
Тело Луны обмякло, и перед глазами все поплыло. Возникло чувство сонливости и... Беспомощности. Её ударили в спину и застигнули врасплох. В момент атаки она вмиг позабыла о всех учениях из полиции о самозащите.
Тело Луны заледенело, и она была не в силах двигаться. Конечности будто отказывались слушаться её.
Мужчина опустил её на колени, собираясь оставить девушку здесь одну. Но внезапно она впилась ногтями в его руку.
Луна сделала это специально, чтобы частицы его ДНК остались в её ногтях. И в случае чего, мужчину смогут найти. Например, если Луна уже не сможет говорить...
Она старалась содрать кожу с его рук, оставляя сильные порезы на его руках.
Мужчина разозлился. Он схватил Луну за волосы, резко ударяя её лицом об мокрый асфальт. Это движение мужчина повторил еще пару раз, пока не услышал характерный хруст её носа.
Луна почувствовала пульсирующую резкую боль в носу. Из сломанного носа хлынула кровь, быстро капавшая на асфальт. Её было слишком много... В носу и области вокруг него возникло ощущение давления, из-за быстро нарастающего отека мягких тканей. Луне было очень больно сделать даже вздох разбитым носом.
Мужчина вновь схватил её за голову, заставляя девушку взглянуть на него сверху вниз. Он допустил ошибку. Луна очень быстро и детально запомнила его образ. Лицо мужчины было скрыто маской, а из-за темноты девушка не видела даже его глаз, но это было не так важно.
Луна запомнила его крепкий силуэт, фирму его спортивной черной одежды, которая полностью закрывала его тело, и даже его оттенок кожи.
Но больше всего ей запомнился интересный момент... У мужчины было шесть пальцев.
Заметив внимание Луны, мужчина дал ей звонкую пощечину, продолжая насильно удерживать её на коленях. Он зажал её рот, и резко оставил холодным лезвием ножа глубокую рану на её лбу, ближе к росту волос.
Луна пыталась закричать не только чтобы позвать на помощь, но и от сильной боли, которая перекрывала путь кислорода в её легкие. Из её глаз непроизвольно текли слезы. Кроме ноющей боли в носу и на лбу, она постепенно начала чувствовать невыносимые ощущения в спине от ножа. Кровь украсила её некогда белоснежную рубашку, оставляя огромное пятно.
Из-за сильного отека на носу, она не почувствовала запах металла... Но запах своего собственного ужаса Луна чувствовала прекрасно. Впервые смерть была так близко.
Мужчина пару раз ударил её головой об асфальт, убеждаясь в том, что сейчас от боли Луна не может даже говорить, а её силы иссякли.
Он ушел. А Луна так и осталась лежать там, на холодной земле. Она слабо сжимала свой красный шарф, вспоминая великодушную улыбку мистера Барнса, его отцовские советы...
Луна вспомнила свою мать. Единственного человека, которого из всей семьи она считала родным, но сама же страдала от её характера, и со времен её смерти так и не проронила ни единой слезы по этому поводу... Хотя всё еще просыпалась ночами от кошмаров о своем прошлом.
И Кэйю. Наверное, Луна всё же могла назвать его напарником, а не коллегой... Да, определенно могла. Даже в такой момент он занимал место в её мыслях. Но признавать то, что он становится важным человеком в её увядающей жизни она не хотела. Слишком страшно.
Наконец, Луна закрыла глаза, и окончательно потеряла сознание.
***
Луна очнулась в больничной палате, до этого пролежав без сознания пять часов. Ей повезло, что девушку довольно быстро нашли её соседи, и удары были не настолько сильными, чтобы убить Луну... Но чувствовала она себя отвратительно. Весь полицейский участок встал на уши. Всем было ясно, что это нападение - прямая угроза сотрудникам полиции, вероятно вызванная их расследованием по серийным убийствам.
Всё было идеально спланировано, вот только Луна имела собственное мнение, отличное от других...
Она догадывалась кто и зачем организовал это нападение.
Луна стала еще более молчаливой и замкнутой. Она впервые начала чувствовать недоверие к каждому человеку вокруг. Даже к врачам, пытающимся помочь ей и выполнить свою работу.
Моральная боль оказалось сильнее физической. Луна ненавидела эту слабость, и винила саму себя в произошедшем. Во первых, глупо идти ночью по улице одной. Очень глупо. За пеленой работы и всех ужасных событий Луна совсем забыла, что находится под такой же угрозой, что и остальные люди.
И во вторых... Она винила себя за то, что не дала отпор. Несомненно мужчина был сильнее, но ведь и она не слаба физически. Работа в полиции подготавливала к любому исходу событий... Но здесь она оказалась слабее.
В больницу к ней приезжала полиция. Оказалось, что им всем сильно повезло. Луна полностью забыла момент самого нападения, но вот личность нападавшего обрывками сохранилась в её памяти. Еще больше помог ДНК мужчины, который смогла содрать с его кожи Луна. Сейчас велся лабораторный анализ.
Этого мужчину уже искали, и руководил этими поисками сам Кэйа.
В её палате почти что поселился Мистер Барнс. Как только он узнал о случившемся, мужчина чуть не слег в постель от инфаркта. Каждый день он посещал Луну, проводя в её палате по несколько часов.
У Луны никогда не было настоящего отца. Он ушел из семьи, когда девушке не было и трех лет. Она не помнила даже его лица.
Но Мистер Барнс... В какой-то момент Луна поняла, что впервые кто-то любит её как свою дочь.
На самом деле, сам Мистер Барнс был одинок. Его единственным членом семьи была его дочь, но год назад они сильно поссорились и оборвали связь. Он очень мало рассказывал о ней. Но Луна и не просила подробностей его личной жизни. Она и сама не рассказывала о себе ничего, кроме небольших сухих фактов.
Яркий свет больничной палаты неприятно светил в глаза Луны. Каждый раз она неприятно морщилась от него.
В больнице сильно пахло медикаментами, и от этого запаха у Луны уже начинала кружиться голова. Стены этого места повидали больше слез и молитв, чем каждая церковь в мире...
Но сейчас Луна не думала об этом. Рядом сидел Мистер Барнс, вновь пришедший к ней в палату. Он всегда приносил ей огромное множество еды, по каким-то причинам считая, что здесь её совсем не кормят. Луна благодарила его, но аппетита не было совсем, и она старалась есть только из уважения, чтобы не обидеть Барнса.
Мистер Барнс искренне улыбался, рассказывая истории из своей жизни. Но Луна витала в своих мыслях. Даже несмотря на свое состояние, она не позволяла себе отдохнуть, и всё время думала о расследовании. К счастью, после попадания Луны в больницу, новых убийств не происходило. Маньяк затих.
—Луна, я хотел спросить тебя. - Мягко произнес Мистер Барнс. — Как твои отношения с Кэйей? Твой коллега...
—Мой напарник. - Внезапно перебила его Луна, не задумываясь над сказанным. Но затем она нахмурилась, не ожидая от себя подобных слов. —Он.. не так плох, как я думала. Кэйа часто бывает полезен.
— Я рад. - Мистер Барнс наставнически похлопал её по плечу.
—Кэйа поменялся в лучшую сторону.
—Поменялся? - Мистер Барнс улыбнулся. — Нет, Луна... Люди не меняются. Вы просто сблизились. Вы оба узнали друг друга с разных новых сторон, и с худших, и с лучших... Наверняка и он поменял свое мнение о тебе.
Луна... Испугалась его слов, но не подала виду. Сблизились. Это было ужасно слышать. Они оба не хотели этого. В этом они были похожи - вдвоем считали, что привязанность - это слабость.
В коридоре послышался шум. Медсестры разговаривали с кем-то. Затем Луна услышана голос Кэйи... И что-то в сердце замерло.
—Как говорится, вспомнишь солнышко, вот и лучик. - Мистер Барнс тихо рассмеялся, и встал с постели Луны. — Кэйа сильно волновался о тебе всё это время. По секрету скажу, что он каждый день спрашивал меня о твоем самочувствии...
В палату медленно вошел Кэйа. Мистер Барнс пожал ему руку и попрощался с Луной, прежде чем уйти и оставить их наедине.
—Ты совсем раскисла. - Сказал он, подходя ближе к Луне.
—Ты тоже... От переживаний. - Невозмутимо ответила она, замечая, как тревожно он осматривал её, и с какой осторожностью он обращался с ней, словно Луна могла сломаться от любого неправильного касания.
—А как не переживать, когда ты находишься здесь? - Кэйю было трудно понять. С одной стороны он говорил с иронией, а с другой... С серьезностью.
Он сел рядом с Луной, и словно в первый раз осматривал её. Она была бледной и уставшей. Луна не могла ложиться и дотрагиваться до своего раненого бока, но раньше болела вся спина полностью.
А также Кэйа заметил печальные для себя изменения в её лице. На её лбу остался небольшой глубокий порез, медленно перерастающий в шрам. Его словно оставили для насмешки. Чтобы каждый раз Луна вспоминала, что не бессмертна. Чтобы вспоминала ту роковую ночь... И страх, смешанный с болью.
—Я рада, что ты пришел. Мне нужно поговорить по поводу расследования. - невозмутимо произнесла девушка.
—Луна, ты серьезно? - Кэйа приподнял бровь вверх. — Я понимаю, что тебя ударили головой, но разве вред был настолько сильным?
—Не смешно. - Она закатила глаза.
—Ты пережила нападение, сейчас еле способна шевелиться, не говоря уже о моральном состоянии... И вместо отдыха, ты всё еще думаешь о работе? Твой трудоголизм тебя убьет. - Вдруг его взгляд вновь приобрел игривость. —Я пришел увидеть тебя, а не свою "любимую" работу.
—Это правда важно. - Луна настаивала. Наконец к ней пришел человек, с которым она могла обсудить все свои догадки. — По поводу нападения на меня... Я подозреваю кто и зачем сделал это.
—Я слушаю. - лицо Кэйи стало серьезнее чем обычно.
— Я уверена, что меня не собирались убивать. Я знаю, что все считают, что меня просто не добили, но это глупо. Если бы от меня хотели избавиться, ударили бы ножом в сердце. - Она отвернулась от него, взглянув в окно. — Меня хотели припугнуть. Точнее не только меня, но и всех, кто работает над расследованием.
—И кого ты подозреваешь?
—Альбедо. - Луна посмотрела прямо в его глаза.
—Что? - Недоверчиво переспросил Кэйа. —Альбедо? Я давно знаю его.
—Да, Альбедо... За день до нападения он предупредил меня. Сказал мне быть осторожнее, ведь сейчас мы с тобой знаем слишком много и сильно продвигаем дело, Кэйа. - Вдруг Луна взяла его за руку. — Кэйа, он сказал мне бояться того, что на меня могут совершить нападение.
Кэйа застыл. Он медленно перевел свой взгляд на их ладони. Впервые она самостоятельно проявила тактильность по отношению к нему.
—Луна, он несомненно... - На пару секунд он замолчал, подбирая слова. —...Очень необычный человек. - Кэйа тихо вздохнул, наслаждаясь этой странной минутной слабостью. — Но я уверен в нем. Это наверняка просто совпадение.
—Надеюсь, что ты прав. - Равнодушно ответила ему Луна, и медленно убрала свою руку, словно этого прикосновения никогда и не было... Кэйа подыграл этому спектаклю, точно также как и она игнорируя то, что зарождается между ними.
***
Луна долго лежала в больнице. За это время начался декабрь... Первые дни этого месяца были совсем не снежными, однако прогнозы погоды обещали, что ситуация вскоре изменится.
Для неё это было отвратительным временем. Всё свободное время она занималась расследованием, игнорируя недовольные взгляды медсестер, запреты Мистера Барнса и насмешки, смешанные с волнением от Кэйи.
По словам Мистера Барнса, был еще один человек, который очень переживал за Луну... Итер. Он не находил себе места нигде, но каждый раз отказывался приходить к Луне в больницу. Он просто боялся... Боялся самого себя. Итер не хотел навязываться, и стеснялся даже взглянуть ей в глаза.
Луна не совсем понимала причин такого поведения. Но она объясняла самой себе его поведение тем, что заменила ему пропавшую сестру. А получив такое ранение, она наверняка напомнила ему о днях, когда пропала Люмин... Точно также исчезла из его жизни. И скорее всего Итер чувствовал вину за то, что второй раз не уберег того, кого считал близким человеком.
Но всё это оставалось только логическими размышлениями Луны. На самом деле, правда скользила сквозь её пальцы, но она выбирала закрывать на это глаза. Точно ли Итер видел в ней только фигуру сестры?
Аль-Хайтам обошелся одним холодным приездом к Луне, чтобы убедится в том, что она находится в здравии. Но было видно, что он переживает... По своему. Уважение к Луне как к человеку и как к хорошему работнику всё еще оставалось при нем.
Также два раза к ней приезжала Арлекино. Сначала она отчитала Луну. Имея под рукой Кэйю, она одна ночью пошла домой, зная ситуацию в городе. Но Луна и сама винила себя за такую ошибку. Она волновалась не за себя, а за расследование поставленное на паузу. Луна не доверяла полицейским, на которых временно повесили это дело. Они словно не делали абсолютно ничего для его раскрытия.
Но позже Арлекино также выразила... Свой тип заботы. Такой же с виду безразличный и холодный, как и она сама.
Вот только маловероятно, что Луна узнает, что Арлекино лично проследила за тем, чтобы за девушкой ухаживали самым лучшим способом из всех возможных.
Лишь через две недели с начала зимы пошел снег. Первый снег в этом году... Всё вокруг замело. Улицы покрылись большими белоснежными сугробами.
Из окна своей палаты Луна видела, как дети резвятся на улице. С громким смехом они лепили снеговиков, перекидывались снежками и уже ожидали праздник с кучей подарков и большой украшенной елкой... Их невинность грела сердце. Из проблем у них была только учеба. Смерть и всё происходящее вокруг было далеко от них.
Люди постепенно украшали улицы и здания. Теплые золотые гирлянды, осторожно повешенные на стены зданий, ярко освещали улицы, делая постройки вокруг больше похожими на пряничные домики. В городе поставили много ёлок, украшенных в длинные гирлянды, желтые и красные новогодние игрушки, а также большие банты и огни.
В магазинах появилось много рождественских товаров. Люди закупались подарками для своих близких. Даже в такие темные и страшные времена все старались найти счастье, и не падать духом.
Луна старалась как можно быстрее выйти из больницы. Она равнодушно относилась к наступающему празднику.
Наконец, спустя долгие уговоры и помощь Арлекино, её выпустили из больницы при условии, что она каждую неделю будет приезжать на проверку своего состояния.
Узнав, что Луну выписывают из больницы, Кэйа вызвался забрать её.
Она вышла из злополучного здания ранним утром. Было еще темно, и мягкие большие хлопья снега падали на замерзшую землю, лавочки, крыши домов и машин... Всё стало белым.
На пару секунд она остановилась, замечая как в свете теплого золотистого фонаря закружилась снежинки, исполняя свой долгий танец. Свой последний танец.
С громким гулом ветра снегопад продолжался еще с ночи. Снежинки обдавали лицо Луны холодом... И спокойствием. Очень редкое чувство для той реальности, в которой она оказалась.
Она села в машину Кэйи, впервые понимая, как сильно она соскучилась по привычной жизни. Луна принесла в салон машины приятный мороз.
Кэйа улыбнулся, но с сожалением заметил шрам на её лбу. Всё же он остался. Луна старалась прятать его за волосами или за шапкой, но его уродливая история никак не могла скрыться с её глаз.
—С возвращением. - Кэйа завел машину, заранее прогретую к приходу Луны.
—Спасибо. - Коротко сказала она с благодарностью. —Кэйа... Можем заехать кое-куда, перед тем как я отправлюсь домой?
—Конечно, куда?
—На кладбище.
Он с удивлением взглянул на неё, приподняв бровь.
—На кладбище? Радикально. - Он медленно положил руки на руль, не понимая всей серьезности её слов. — И что я уже успел сделать, что ты решила так быстро избавиться от меня?
—Это не смешно. - Она отвернулась от него. —Я говорю серьезно. Мне нужно на кладбище. Просто отвези меня без лишних вопросов... Пожалуйста.
Кэйа замер, смотря на девушку с удивлением. Она не шутила. Альберих пожал плечами, решая выполнить просьбу напарницы.
***
Дорога была недлинной. Снег продолжал кружить в окне машины, но ветер и ночной снегопад начали стихать. На улице расцветало. Яркие рассветы были редкостью. Небо просто постепенно становилось светлее.
Было гораздо холоднее чем во время дождливой осени, но природа хотя-бы обрела красоту и краски... Однотонные, но не такие блеклые.
Всю дорогу Кэйа пытался расспросить у Луны, в чем же причина их визита в такое... Нетипичное место.
—Я проявляю добродушность, вожу тебя по всем твоим делам. - медленно заговорил он, переводя хитрый взгляд на Луну. — А ты даже не расскажешь мне, зачем мы туда едем? Как я могу знать, ты едешь проводить ритуалы с могильной землей, или хочешь повидать мертвого человека?
—Кэйа. - Голос Луны был холоден. — Скажи мне, разве я пытаюсь залезть в твои личные дела? Разве я пытаюсь разобраться в чем причина вашей ссоры с Дилюком? Как ты используешь свою фамилию богатой семьи Рангвидров для своих не самых приятных целей? Что случилось с твоим глазом, который ты решил скрывать за повязкой? Нет, не пытаюсь. И жду от тебя такого же.
—Справедливо. - Кэйа покачал головой и замолчал.
После случившегося, и до этого закрытая в себе и вечно серьезная девушка стала еще более замкнутой. Нападение отразилось на неё ни только физически, но и морально. Кэйе казалось, что они вернулись в самое начало их знакомства, когда Луна была нелюдимой. Он несомненно хорошо влиял на неё в этом плане. Рядом с ним она постепенно начинала свободнее проявлять свои эмоции. Но сейчас всё вновь изменилось.
Однако Кэйа готов ждать. Он мог только представить, что пережила Луна.
Его взгляд упал на лицо девушки. Кэйю всегда привлекал взгляд своей напарницы. Пустой. Совершенно пустой взгляд. Она словно всегда морально существовала в другом мире, запрятанном глубоко внутри её души.
Луна всегда выглядела отреченной, незаинтересованной в людских проблемах. И раньше Кэйа был убежден в этом. Но чем больше он узнавал её... Тем сильнее менял свое мнение. На самом деле, Кэйа видел её добродушие, скрытое за бетонными стенами.
И в этом он замечал их различие. С виду холодная Луна обладала сильной эмпатией и любовью к людям.
А Кэйа, внешне выглядевший обольстительно, на самом деле не испытывал к большинству людей и капли сочувствия. Он слишком часто использовал всех в своих целях, не обращая внимания на чувства людей. Ему было действительно плевать.
И Кэйа испытывал восхищение. Этот странный парадокс в её характере нравился ему. Хотелось узнать Луну ближе... Но каждый раз Кэйа чувствовал лёд, скрывающий мягкость её души. А также он и сам останавливал себя. Привязанность - слабость, в которой Кэйа не нуждался.
Её мягкие черты лица казались ему грациозными. Он любил рассматривать небольшие родинки на лице Луны... Их хаотичное расположение напоминало ему ночной небосвод.
Как жаль, что звезды всегда остаются недосягаемыми для людей.
Луна, почти не моргая, смотрела в одну точку. Иногда боль давала о себе знать. Она всегда была острой, сравнимой с огнем. На спине словно расползлась змея, крепко сжимающая её тело.
С отвращением она рассматривала шрам на своем лбу, нечаянно заметив свое отражение в салонном зеркале.
Луна тут же попыталась спрятать его за волосами. Впервые она настолько сильно ненавидела что-то в себе.
Луна не хотела общаться с кем-либо. Почему-то ей хотелось сидеть в тишине абсолютно одной. Даже Мистер Барнс утомлял её, хотя несомненно, она была очень благодарна ему за заботу и поддержку.
Но по ночам она спала мало, предпочитая часами смотреть в никуда, лежа на спине, и ни о чем не думая.
Не осознавая, из-за этих причин она и отталкивала Кэйю от себя, и на каждое его слово отвечала то шипением, то мягкостью. Луна сама не определилась, что думать и чувствовать.
Её наполнял страх смерти, метка которого осталась на её лбу... Это чувство заполняло ее полностью, притупляя все остальные эмоции.
—Приехали. - Неторопливо произнес Кэйа, паркуя машину около ворот мрачного кладбища.
Везде лежал снег, покрывший каждую могилу. Они сильно различались. Некоторые могилы были новыми и ухоженными. На них стояли дорогостоящие памятники, но горе людей, захоронивших здесь своих близких было совсем свежим. Некоторым могилам не было и месяца.
Другие были старыми и потертыми. Могильные плиты уже разъехались, крест покосился... И даже имя человека, находившегося под землей, не сохранилось. Стерлось.
Но кое-что объединяло их всех. Смерть. Не важно в каком гробу лежал человек, если он был мертв. Кладбище наполнено слезами и смирением. Людей можно вернуть откуда угодно, но не из могил.
Не дождавшись Кэйю, Луна одна пошла вдоль кладбища, доходя до одной определенной могилы...
Она медленно опустилась на колени, и положила на могильную плиту две заранее купленных гвоздики.
Луна сжала губы и провела рукой по могильной плите, убирая с неё снег. Теперь она смогла увидеть имя своей матери, выгравированное на холодном обработанном камне.
Сердце Луны сжалось. Неужели труп человека, причинивший столько боли и радости одновременно сейчас лежал под землей?
Она вспомнила её всегда теплые руки, но вечно недовольные глаза, по которым на самом деле Луна сильно скучала. От матери всегда пахло чем-то приторно-сладким. Она была своеобразной женщиной. Иногда слишком жестокой к своему собственному ребенку... Но именно мама учит своё дитя любви.
—Я наверное разочаровала тебя. - Тихо сказала Луна, чувствуя как сильно мерзнут её руки. Когда Луна была маленькой, мама ругала её за такое, и быстро надевала на руки Луны теплые варежки. — Я всё еще допускаю смерти людей... Я всё еще не справилась. - Она покачала головой. — Я совсем позабыла, что я беззащитна перед смертью также, как и умершие от убийств люди, несмотря на то, что имею больше власти. Ты бы наверняка назвала меня дурочкой.
На лице Луны появилась очень слабая улыбка, скорее лишь её очертания.
—Ты знаешь, я редко скучаю... Есть много причин обижаться на тебя. - Она склонила голову набок. — И если бы ты была жива, ты бы не сожалела обо всем, что делала со мной.
Затем голос Луны оборвался.
—...Но я люблю тебя. Несмотря на всю жестокость и обиды. Никто не заменит тебя. Никогда, мама...
Ком, царапающий её горло повис в груди Луны. Как ни странно, со временем даже жестокость матери она вспоминала с улыбкой на лице. Всё изменилось навсегда после её смерти.
Луна с трудом поднялась. В такие моменты она чувствовала себя ничтожной. Голова начала болеть из-за горячих слез, навсегда остывших в её глазах, но никогда не пролитых на её бледные холодные щеки. Она всё еще не смогла проронить ни одной слезы.
Сзади оказался Кэйа. Луна не знала, как давно он здесь, но выглядел он очень серьезно. Луна хотела пройти мимо него, но ноги её плохо слушались.
И тогда Кэйа очень аккуратно придержал её за спину, помогая устоять на месте. Он не пытался усилить это слабое касание, ведь слишком уважал её личные границы, даже если иногда казалось, что это не так. Когда она находилась в таком состоянии, ему не хотелось лишний раз волновать её.
Вероятно, Кэйа уже всё понял, заметив фамилию женщины, похороненной здесь. Он больше не задавал лишних вопросов. С особым трепетом он помог добраться Луне до машины.
Они в тишине поехали к её дому. Но в этот раз тишина не угнетала их. Одно лишь присутствие Кэйи почему-то помогало и утешало Луну.
А на падающем снегу отображались все чувства... В каждой снежинке скользило то, что скрывали люди в сердцах.
Но холод всегда скроет истинные мотивы.
***
Луна медленно шла на поправку. Первые два дня после выписки из больницы она провела так, как и хотела - в полной тишине в своей квартире, толком ничего не съев и не выпив. Но ей определено стало лучше. Тревожные мысли постепенно заканчивались.
Несмотря на все слова Кэйи, Луна не могла снять подозрений с Альбедо. Она приняла для себя решение - следить за ним намного пристальнее, чем за остальными.
Сегодня последний день, который Луна решила провести дома. Уже завтра она выйдет на работу.
Но спокойный день омрачился странным звонком с неизвестного номера.
—Ало? - Произнесла Луна, взяв трубку телефона.
—О, Луна... - Раздался голос Альбедо. —Наш чудесным образом выживший детектив... - Он сделал короткую паузу. —Не хотите ли Вы посетить мою лабораторию? Я приглашаю Вас. У нас с Вами... Есть тема для разговора.