Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 32. Убежище
Дорога в особняк Вандервудов прошла в гнетущем молчании. Лила сидела на заднем сиденье внедорожника Кассиана, закутавшись в пиджак Дэмиена, и смотрела в окно невидящим взглядом. Шок от предательства отца, падения, ледяной воды и последующего спасения был слишком силён. Она дрожала, но не от холода — внутри всё сжималось в тугой, болезненный комок.
Дэмиен, сидевший рядом, молчал. Его обычно ясный ум лихорадочно работал, выстраивая новые линии защиты, просчитывая ходы Генри. Но каждый раз его взгляд натыкался на её бледное, испуганное лицо, и все мысли путались. Он спас её, но он же и был виноват в том, что она оказалась в такой ситуации.
Кассиан, рулящий машиной, периодически бросал на них взгляды через зеркало заднего вида. Его лицо было хмурым. «Элеонора, она в отъезде на совещании, — прорычал он, ломая тишину. — Элеонора... ей лучше пока не знать всех деталей. Скажем, что Лила остаётся у нас на несколько дней из-за проблем с безопасностью в её доме. После сегодняшнего скандала это будет звучать правдоподобно.»
Дэмиен кивнул. «Отведи её в голубую комнату. Та, что подальше от главных лестниц и с отдельным выходом в сад.» Он посмотрел на Лилу. «Ты будешь в безопасности. Никто не придёт.»
Она молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
---
Особняк Вандервудов встретил их тишиной и покоем, которые были разительной противоположностью хаосу, оставшемуся за его стенами. Горничная, обученная не проявлять лишних эмоций, проводила Лилу в комнату, помогла ей принять душ и принесла чистое платье — простое и мягкое, ничего общего с её дорогими, но неудобными нарядами из дома Уэйнов.
Лила сидела на кровати, когда в дверь тихо постучали. На пороге стоял Дэмиен. Он тоже переоделся в простые тёмные брюки и свитер. Без костюма и галстука он выглядел моложе и... уязвимее.
«Можно?» — его голос был тихим.
Она кивнула.
Он вошел и сел в кресло поодаль, давая ей пространство. «Как ты?» — глупый вопрос, но другого он не нашёл.
«Я... не знаю, — её голос был хриплым от слёз и воды. — Всё произошло так быстро. Он... он прислал этих людей...» Она содрогнулась. «Они хотели меня увезти. И... он думает, что это я... что я предательница.»
«Он ошибся, — твёрдо сказал Дэмиен. — Он всегда во всём ошибается. И за свои ошибки он заплатит.»
Она посмотрела на него, и в её глазах наконец появился вопрос, который она боялась задать. «Марк... это было не твоё настоящее имя, да? Вы... вы с Кассианом... вы знали? Знали, кто я? Всё это время?»
Дэмиен глубоко вздохнул. Пришло время правды. Не всей. Но части. «Да, — он не стал отводить взгляд. — Мы знали, что ты дочь Генри. Мы знали, что он использует тебя. Мы... я... хотел понять, насколько ты вовлечена в его игры.» Он замолчал, подбирая слова, ненавидя себя за то, что должен это говорить. «Но я ошибался в тебе. С самого начала. Ты не такая, как они.»
Слёзы снова выступили на её глазах, но на этот раз это были слёзы облегчения. «Я никогда не хотела им быть, — прошептала она. — Я просто хотела, чтобы меня хоть кто-то увидел. Услышал.»
«Я вижу тебя, Лила, — сказал Дэмиен, и его голос внезапно стал очень мягким. — И я слышу. И я обещаю, что больше никто не причинит тебе боли.»
Он не сказал ей, что она сестра Оливии. Не сказал о Леоне. Это могло переполнить её. Сейчас ей нужна была стабильность и безопасность.
В дверь снова постучали. Вошёл Кассиан с подносом, на котором стояла кружка с дымящимся чаем и тарелка с тостами. «Ешь, — бросил он лаконично, ставя поднос рядом на тумбочку. — Силы понадобятся.» Он посмотрел на Дэмиена. «Нужно поговорить. Тристан и... другой... ждут в кабинете.»
Дэмиен кивнул и поднялся. Он задержался у двери, обернувшись к Лиле. «Отдыхай. Эта комната — твоя крепость. Никто сюда не проникнет.»
Когда дверь закрылась за ним, Лила взяла кружку с чаем. Тепло обожгло её закоченевшие пальцы. Она была в логове врага. Но почему-то впервые за долгие годы чувствовала себя в безопасности.
---
Кабинет Дэмиена напоминал штаб во время осады. На большом экране светилось лицо Тристана (все ещё в маске Мистера «И»), а на динамике звучал голос Леона, искажённый вокодером.
«Он в ярости, — докладывал Леон. — Его люди прочёсывают город. Он ищет Лилу. И он ищет того, кто стоял за утечкой информации. Он подозревает вас, но не уверен. Пока он дезориентирован — это наше преимущество.»
«Она в шоке, но жива, — коротко сообщил Дэмиен. — Генри перешёл черту. Он послал людей похитить собственную дочь. Это наш козырь. Мы можем представить это как похищение и выдвинуть ему ультиматум.»
«Слишком рискованно, — возразил Тристан. — Он может пойти на эскалацию. Нападение на нас.»
«Он и так нападёт! — Кассиан ударил кулаком по столу. — Мы должны нанести удар первыми!»
«Мы уже наносим, — холодно сказал Леон. — Финансовые потери от начавшихся проверок исчисляются миллионами. Его акции падают. Сейчас мы должны усиливать давление, а не бросаться в лобовую атаку. Нужно найти следующую уязвимость.»
«У него есть контракты с городом, — задумчиво произнёс Дэмиен. — На поставку оборудования для больниц. Тристан, найди там нарушения. Завышенные цены, некачественные материалы. Леон, через свои каналы спровоцируй забастовку рабочих на его заводах. Мы должны добить его экономически, а потом предъявить публике всё остальное.»
Они снова склонились над планами, но теперь в их действиях была новая, личная ярость. Они видели лицо жертвы. И это придавало их мести новый, безжалостный смысл.
А в голубой комнате Лила Вандервуд, наконец согревшись, заснула, сжимая в руке край пиджака Дэмиена. Её сон был тревожным, но впервые за много лет ей не снился дом Уэйнов. Ей снилось тихое озеро и чей-то спокойный, уверенный голос, говоривший: «Ты в безопасности. Я с тобой».
Комментарии