Академия Карлайл

Да уж... Давно не было таких беззаботных посиделок в кафе. Новые знакомые за считанные мгновения смогли отвлечь меня от всех мыслей, связанных с происшествиями последней недели. С каких это пор я научилась так легко подпускать к себе новых людей и без труда находить с ними общий язык? Я не узнаю саму себя. В заведении я, Амелия и Томас просидели почти до закрытия. Мы даже не обратили внимания, что находимся здесь уже несколько часов. От нашего разговора нас отвлек голос официанта:

— Простите... Вы не могли бы оплатить счет? Мы закрываемся через десять минут. — Девушка смущенно опустила глаза в пол и положила счет на столик.

— Оу... Да, конечно. — Томас уверенно взял счет и направился к барной стойке, даже не дослушав наши с Амелией возражения по оплате.

— Анастейша, прости за вопрос, но что имел в виду этот самодовольный тип по фамилии Старк? — спросила Амелия. Она нервно заправила рыжую прядь за ухо и начала теребить руками салфетку.

На мгновение мне показалось, что весь негатив, скапливающийся во мне в последние дни, вдруг разом испарился. Я уже было расслабилась и подумала, что смогу забыть о самовлюбленной улыбке Джека и, наконец, взяла себя в руки, перестав плеваться в окружающих при одном только упоминании о парне. Но тут злость снова дала о себе знать. И Амелия явно была не тем человеком, на которого мне хотелось бы ее вымещать.

— Ты о чем? — Конечно, я поняла, о чем она.

Я почувствовала, как на лице подкожными паразитами вздулись желваки, пальцы сдавили стакан с коктейлем. Надо держать себя в руках. Я же не хочу выставить себя психопаткой перед новыми знакомыми. Хотя почему-то мне казалось, что психани я сейчас, стыдно мне потом перед ними не будет. Эти двое буквально окутали меня своей душевностью и пониманием.

— Ну, когда он сказал «сама Кортез будет учиться»... — Амелия подняла на меня глаза. Поняв, что я завожусь от одной только мысли о Старке, она попыталась закрыть эту тему. — Хотя давай обсудим это позже, тем более блондинчик возвращается. — Она вдруг кокетливо махнула рукой в сторону возвращающегося к нам Тома.

— Ты же знаешь, что его зовут Томас. — На душе полегчало, стоило только увидеть копну светлых волос, приближающуюся в нашу сторону.

За «блондинчика» мне почему-то стало обидно. Да и что-то во мне екнуло, стоило только увидеть то, каким хитрым взглядом наделила юношу Амелия. Я попыталась взять себя в руки в сотый раз.

— А говорить, кстати, не о чем. Сама не знаю, что тут происходит. — Я мягко улыбнулась, всеми силами пытаясь дать понять, что все хорошо.

Сейчас все действительно было хорошо. Лучше, чем я могла бы предположить, поэтому и улыбка получилась вполне искренней. С ними мне было легко, и все проблемы сами собой улетучивались, пусть и на время.

К столику подошел Томас, и мы вышли из кафе. Конечно же, Том вызвался нас проводить. Половину дороги до нашей резиденции мы спорили, кто должен был оплатить ужин. Но, не буду даже этого отрицать, мне было приятно, что Купер являлся настоящим джентльменом. На ум сразу пришел Джек Старк, который и в подметки ему не годился. Хотя разве было что-то, в чем Джек превосходил бы Томаса?!

Так, стоп! И почему я их сравниваю? Хотя нет, главный вопрос другой: почему я вообще об этом думаю? Я же вроде ни к кому из них не испытываю чувств... Ана, очнись! Какие чувства? Ты обоих знаешь не больше суток в общей сложности!

Всю дорогу до общаги Амелия ответственно пыталась поддержать разговор, который, стоило только спорам утихнуть, сразу сошел на нет. Я же и не пыталась скрыть свою усталость, которая навалилась вдвойне сильнее, как только мы попрощались с Томасом и вошли в общежитие. Сразу же пошла в душ, чтобы смыть с себя всю грязь этого дня.

Капли теплой воды стекали по коже. Я подставила лицо под струи, чтобы почувствовать хоть что-то настоящее, то, что можно хоть как-то идентифицировать. Сейчас, когда я осталась наедине с мыслями, одиночество нахлынуло с новой силой. На душе остался осадок, который ничто не могло заставить исчезнуть. Звук воды затянул меня в пучины сознания, помогая на время избавиться от чувства «выжатого лимона».

Закончив с водными процедурами и посмотрев на время, я поняла, что звонить Вики уже поздно. Пытаясь отделаться от противного чувства вины, я дотащилась до кровати и рухнула на мягкую постель. Подушка манила, и вскоре мои веки сомкнулись.

***

Утром я проснулась от шума в комнате. Оказалось, это Амелия собиралась на пробежку и не могла найти кроссовки. Она успела раскурочить свою кровать, шкаф и даже письменный стол, на котором сейчас валялись горы одежды. Благо, моих вещей ее рука не коснулась. Нужных ей кроссовок нигде не было. Чтобы не тратить время впустую, я тоже начала собираться на стадион. Амелия была совсем не против моей компании.

На стадионе было огромное количество людей. Складывалось впечатление, что всю Академию выгнали на зарядку. Стоило нам только появиться на территории арены, как добрая половина присутствующих смотрела в нашу сторону. О боже... Да что с этими людьми не так? Чувство заговора вернулось со скоростью света, и я устремила свой скептический взор на студентов. Все резко отвернулись и быстро притворились, будто ничего и не было, будто никто и не думал портить мне утро своим поведением. Хотя, может, они и не делали этого специально. Пока я не выясню правду, предъявлять обвинения кому-либо будет несправедливо.

— Анастейша, нам явно нужно узнать, что тут происходит. То этот заносчивый придурок несет чушь, то эти люди откровенно пялятся на тебя. Если ты дочь мафиози, то говори прямо сейчас. Иначе я умру от любопытства. — Амелия сложила руки на груди, оглядывая меня с ног до головы в поисках ответа на свой вопрос.

— Если бы я была дочерью мафиози, то, хотя бы знала это. — Хотя откуда мне это знать? В сериалах ведь все так и происходит, верно? Чертов «Ривердейл» какой-то!

Мы посмеялись над абсурдностью этой мысли и, решив сильно не зацикливаться на неприятностях, приступили к тренировке. Вся злость и непонимание происходящего, которые скопились за эти дни, выплеснулась наружу: я бегала так, словно от этого зависела моя жизнь — если я не буду бежать быстрее, агрессивнее, упорнее, то меня уничтожат, разорвут, убьют...

Пора остановиться. Иначе я растрачу все силы, чтобы были с самого утра. Мысли в голове конкурировали между собой и даже не собирались уступать друг другу. Чувствуя, что уже не справляюсь с заданным мной же темпом, я обессиленно рухнула на газон. Перевести дыхание и успокоить сердцебиение было сложнее, чем я думала.

Амелия также упала рядом со мной и пыталась отдышаться. Сквозь бешеный ритм сердца и шума в ушах я услышала какие-то крики. Любопытство взяло верх, и я поднялась с газона, чтобы пойти на шум.

Ругань была за стадионом, место напоминало небольшой садик. Моему взору открылась «прекрасная картина»: Купер и Старк выясняли отношения. Черт бы побрал этих двоих. Чистой воды ребячество, ей-богу! Даже не нужно было вслушиваться в спор, все было и так понятно: эти два идиота сцепились из-за вчерашнего конфликта в кафе. Ну, конечно... никто из них не собирался выходить из потасовки, — а назвать это другим словом не получалось, — побежденным. Можно было услышать, как их подначивают начать драку ребята, столпившиеся вокруг в ожидании зрелища. По глазам Старка я поняла, что он не в силах больше себя сдерживать и вот-вот ударит Тома.

В следующее мгновение я оказалась между ними, заставив остановиться кулак Джека в паре сантиметров от моего лба. Его злые, наполненные огнем глаза смотрели мне прямо в душу. Мне показалось, он не сразу понял, что произошло... На мгновение я даже подумала, что он испугался... Испугался за меня?.. Но в ту же секунду он вернулся в реальность, перевел взгляд на Купера и словно прорычал:

— Кортез, уйди... — Парни снова сцепились друг с другом взглядами, не обращая на меня внимания.

Я двумя руками со всей силы оттолкнула парней от друг друга. Даже нет, отогнала от самой себя, так как их злое и горячее пыхтение, словно дыхание дракона, опаляло мою макушку. Да уж, Ан... любишь ты находить приключения на свою пятую точку...

— Успокойтесь! Оба! Вы что тут устроили?! Что за бойцовский клуб? — Я начинала закипать. Да как это у них получается? Втягивать в свои склоки меня! Даже Алекс меня бесила меньше.

— Все трое! В мой кабинет! Немедленно! — Я остолбенела... Это был Кроуфорд. — Я повторять не буду... — сквозь зубы процедил директор и направился на выход из сада.

Ох, стыдно-то как. Будь здесь родители, они бы точно этого не одобрили. Точнее, мама. Папа бы лишь посмеивался над нелепостью ситуации, делая вид, что сердится. А мама... Я вспомнила ее точеную фигуру, высоко поднятый подбородок, сведенные обычно к переносице брови в моменты раздражения, и по спине побежали мурашки. Она бы точно сейчас злилась.

И почему, интересно, их никогда нет рядом, когда они нужны? Именно сейчас, когда я вконец запуталась в происходящем, они могли бы, наконец, появиться тут! Пустые надежды!

Ноги сами собой привели меня к кабинету директора. С показушной любезностью Старк открыл передо мной дверь:

— Только после дам, — произнес этот демон с нескрываемым ехидством.

Я только сузила глаза и ядовито улыбнулась, присев в реверансе в знак «благодарности за несказанную щедрость» и вошла в кабинет директора. Сердце застучало еще быстрее, чем после интенсивной утренней тренировки. Я, конечно, привыкла находиться в кабинете директора Хилла благодаря Алекс, но...это не Хилл. Это Кроуфорд. Это Академия. Это, черт возьми, «Улей»! Да где ж я так нагрешила-то?

Томас, до этого ни слова не произнеся в мою сторону, сейчас встал прямо за мной, едва касаясь рукой моего локтя, как бы показывая, что рядом и бояться нечего. На душе потеплело. Этот парень явно что-то делал со мной, заставляя сердце биться чаще и громче обычного. Ладони начали потеть, но явно не из-за страха: его я больше не чувствовала.

— Вы оба! — Я вздрогнула. Тишину прервал Кроуфорд. По его взгляду было видно, что он вне себя от гнева, но кроме глаз его больше ничего не выдавало. Он спокойно восседал на своем высоком кресле, наблюдая за нами, как кот наблюдает за своей добычей. Что-то в его хитром прищуре и движении рук напоминало мне повадки семейства кошачьих. — Что за выступление вы устроили перед студентами?! Совсем рассудка лишились? Вы одни из самых лучших и выдающихся студентов подразделения! Вы должны быть примером для всех! Да еще и умудрились втянуть первокурсницу в свои споры! — Он перевел свой взгляд на меня.

Страх начал возвращаться, но теперь я понимала, что вполне смогу выдержать весь гнев и раздражение директора. Тем не менее я готова была поклясться, что мои глаза сейчас были наполнены беспокойством и испугом. Он увидел это и смягчил тон.

— Как ты вообще оказалась в этом конфликте? — Он вновь перевел суровый взгляд на парней. — Вам я говорю это уже в стотысячный раз, а тебе, моя дорогая, первый и, надеюсь, последний. — Он потер переносицу и вздохнул. — Вы — потомки основателей «Улья». Вы не имеете никакого права так себя вести, особенно на людях. На вас троих должны равняться все остальные.

— Что? — Слова директора будто из сна меня выдернули. — Что вы только что сейчас сказали, мистер Кроуфорд? Я кто? — Пришлось проигнорировать ухмылку Джека и то, как, наверное, глупо прозвучал мой вопрос.

Сердце ухнуло куда-то вниз в ожидании развязки. Сейчас, кажется, я действительно могла получить ответы на все вопросы. Нос некстати зачесался, и я сочла это судьбоносным знаком.

Кроуфорд закатил глаза, будто выдал секрет, находящийся под семью печатями. Он взглядом указал Джеку и Тому на выход из кабинета, давая понять, что разговор с ними двумя еще не окончен.

— Анастейша, послушай. У нас с твоими родителями был уговор — они сами тебе расскажут об этом. Но ситуация сложилась немного по-другому. Придется все объяснить тебе прямо сейчас. — Кот в нем снова «проснулся». Даже взгляд казался другим — настороженным, но в то же время ласковым и заманчивым. Ну, ей-богу, самый настоящий котяра. Уверенный, упитанный, холеный.

— У твоих родителей, конечно, будет свое видение этой ситуации, но, боюсь, мне придется рассказать часть этой давней истории так, как вижу ее я. — Начал он издалека. Я лишь вздохнула на это. Ну хоть ладони перестали потеть, и колени дрожать, и то хорошо. — Вы, Кортезы, — директор усмехнулся, хитро сощурившись, — никогда не довольствовались малым. Никогда. Иногда смотрю на тебя и вижу твоего деда — Джереми. О, а Фредерик — ты же его полная копия! Точь в точь, даже хмуришься так же! — Ностальгическая улыбка ненадолго коснулась его губ.

Мне эти его флэшбэки — как кость в горле. Нет, как удар ржавым ножом. Он, сам того не желая, надавил на больное. Я же даже о родителях мало что знала, не говоря уже о дедушке, встречи с котором я могу пересчитать по пальцам.

— Твоя семья богата на истории. Хорхе Кортез, твой прадед, был как раз тем самым человеком, что заложил фундамент секретного подразделения Академии Карлайл. — От пафоса директора захотелось выть. Теперь понятно, почему все вокруг так пялились на меня. — Невероятно целеустремленным человеком он был, раз убедил сотрудничать с ним сразу две мощные организации в нашей стране — службу внутренней безопасности и внешней разведки. Ими заведовали прадеды Джека и Томаса. — Да уж, иногда судьба действительно преподносит настоящие «сюрпризы».

Я глубоко вздохнула, пытаясь сделать серьезное выражение лица и собрать все мысли в кучу.

— Теперь мне понятно. Но это же не все, что вы хотели мне поведать. — Я уставилась на Кроуфорда. Сказать откровенно, мне полегчало. Сильно полегчало. Теперь я знала хотя бы небольшую часть истории моей семьи. От этого знания на душе стало тепло.

— Нет, ты точно копия Джереми! — Директор тихо рассмеялся, не обращая внимания на мою нервозность и все еще присутствующее непонимание. — Твой дедушка — невероятно проницательный человек. Терпеть не мог, когда его близким угрожала опасность. Именно поэтому он пытался оградить своих детей от обучения в «Улье». У него никогда не было гладких отношений с Хорхе, но это решение окончательно рассорило Джереми и Хорхе. А Фредерик... — Я вздрогнула от упоминания имени отца. Что-то внутри меня екнуло. Папу мне безмерно хотелось увидеть прямо сейчас и, желательно, еще почувствовать, как он целует меня в лоб... — Ох, Фредди... — Я никогда не слышала, чтобы кто-то помимо мамы так называл папу. — Твой отец хотел перемен, хотел выйти из-под опеки отца, поэтому, собственно, и поступил инструктором в секретное подразделение. Туда он позже перетянул и твою мать. — Он ненадолго замолчал, давая мне время обдумать все сказанное. Подумать над чем было.

Какое-то время я простояла, глядя в одну точку, не понимая, что мне делать со всей этой информацией. Глаза защипало, когда я поняла, что ни одного правдивого слова мои родители мне не сказали. Ни одного. Все те крупицы информации, что я знала о них, оказались ложью. Кто я теперь? Как мне понять, что делать дальше?! И, наконец, как мне снова им доверять?!

Почувствовав мои терзания, Кроуфорд встал из-за стола и подошел ко мне, положив свои теплые большие руки мне на плечи.

— Я знаю, что ты чувствуешь, девочка моя. — Директор мягко поднял мой подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. На мгновение вся тревога рассеялась. — Но ты должна понять, что, какой бы непонятной ни была ситуация, ты должна идти дальше. На свете все еще есть люди, которым ты можешь доверять. — Он улыбнулся, выжидающе глядя на меня, и я поняла, что смогу заходить в этот кабинет в любое свободное время.

— Спасибо. — Только и смогла выдавить я, глядя в глаза мистеру Кроуфорду. Кажется, он понял, что я хотела сказать.

Я даже не помню, как вышла из кабинета директора и оказалась около своего корпуса. Я никак не могла собрать все мысли в кучу и разложить по полочкам. Да, это все нужно переварить. Только потом я смогу все понять.

На пороге общежития меня встретила перепуганная Амелия в домашних шортах, футболке и халате.

— Ну, наконец-то! — Она выдохнула с облегчением. — Ты все это время была у директора? Тебя не было три часа!

— Сколько?! — Я резко посмотрела на свои часы. — Действительно... почти полдень.

— Он тебя так сильно ругал? О, как бы я не хотела оказаться на твоем месте... — Амелия положила руку на мое плечо. Вдруг она сморщилась. — Так, давай-ка ты сходишь в душ, а после мне все расскажешь. Идет? Мы с тобой здорово так набегались на стадионе. От тебя идет нехилый такой «аромат».

Я лишь кивнула головой в знак согласия. Наверное, я так в кабинете от страха вспотела.

Душ подействовал на меня положительно. Похоже, со всеми этими переживаниями мне часто придется бывать под струями воды, чтобы успокоиться. Надо хоть коврик бросить покрасивее, да полочек прицепить побольше.

Так, проведя в ванной комнате минут пятнадцать за посторонними размышлениями, я вышла в коридор, где меня ждала Амелия. Моя новая подруга стояла, оперевшись о косяк и рассекая пустоту своим взглядом. Она явно была погружена в свои мысли. Со всеми своими заботами я даже и не задумывалась о том, как прошел день моей соседки и все ли у нее в порядке.

Я ожидала от нее криков, визгов, объятий и сочувствующих взглядов, но под конец рассказа она лишь сложила руки на груди и устало откинулась на спинку кресла. Информации было много не только для меня. В какие-то моменты мне казалось, что я лишь нагружаю ее своими проблемами...

Эта неугомонная дамочка, как ни странно, была максимально спокойна и сосредоточена на моем рассказе. Я лишь изредка видела, как ее глаза становятся шире от таких новостей. Я даже удивлена, что она ни разу не перебила.

— Так, у меня, конечно, просто несчетное количество вопросов, но они подождут. Не хочу грузить тебя еще сильнее. Сейчас время обеда, поэтому предлагаю сходить в ближайшее кафе и уже там обсудить все, что на повестке дня.

— Да. — Я облегченно выдохнула. На вопросы я бы сейчас не ответила, а вот от еды мой желудок никогда не откажется. — Да, думаю, это прекрасная идея!

Мы обе быстро переоделись и вышли из комнаты. В кафе было полно людей, поэтому решили заказать на вынос и пойти поесть у фонтана. Мы еще немного обсудили, уже на спокойную голову и холодный рассудок, ситуацию в кабинете директора. Как бы мне не хотелось верить в это, но реальность такова. Нужно как можно быстрее увидеть родителей. Хотя нет. Почему-то именно сейчас я хочу их видеть меньше всего. Моя внутренняя маленькая девочка бунтовала. Она не могла принять тот факт, что все это время родители держали в секрете такую информацию о семье. Они что, не доверяют мне? Но другая часть меня принимала этот факт. Ведь если бы родители нарушили этот секрет, то... Да я даже думать боюсь, что с ними могли сделать...

— Девчонки, привет! — Я обернулась на голос. Это был Том. — Амелия, не против, если я украду твою подругу на разговор?

— Только верни потом в целости и сохранности. — Амелия скрестила руки на груди в знак своего неодобрения.

— Конечно, не переживай... — Кажется, он не был готов к такому напору. Я была благодарна Амелии, потому что на то, чтобы озвучить все свои мысли, мне бы сил не хватило.

— О, нет, золотой мальчик, я не переживаю, а вот тебе... — Она встала и ткнула в его грудь изящным пальчиком. — Переживать стоит.

Тут я все-таки решила вмешаться. Мягко коснувшись ее ладони, я произнесла:

— Амелия, думаю нам с Томасом действительно есть о чем поговорить. Встретимся в общежитии, хорошо?

— Я... Ладно, да... Хорошо. Но будь осторожна, я прошу тебя. — Подруга внимательно оглядела Купера, прежде чем согласиться меня отпустить. На прощание она нежно провела по моему плечу рукой и скрылась в толпе учеников.

И почему Амелия так взъелась на него? Только вчера все было так хорошо. Хотя... Ее понять было можно. Наверное. По большей степени такая реакция могла быть у меня, чем у нее. Я встала с бортика фонтана и решительно направилась в сторону аллеи. Купер, почти бегом, направился следом. За поворотом я резко развернулась к своему спутнику.

— Анастейша, я... Мне очень жаль, что ты была втянута в этот конфликт. Но тебе не стоило вмешиваться. Мы взрослые люди и можем сами решить свои вопросы. Это было очень глупо и необдуманно с твоей стороны. Я могу сам поза...

— Прости, что?! — Я перебила его и жестом показала, что договорить у него не выйдет. — Поступила глупо? Я предотвратила вашу драку! Негде крылышки свои почесать? Устроили петушиные бои! Если вам так нравится решать вопросы кулаками, то можно было хотя бы сделать это на ринге, за канатами и один на один! А не устраивать показуху на глазах у всей Академии!

— Извини... — Том потупил глаза. — Но обещай мне, что больше не сделаешь необдуманных поступков. — Купер коснулся кончиками пальцев моего запястья, но резко одернул руку, словно на секунду потерял контроль над телом. — Просто обещай мне. — Он опустил взгляд.

— Да что с тобой? — Я попыталась поднять его подбородок, чтобы хоть немного увидеть лицо. Он не сразу поднял на меня свои голубые глаза, будто боялся, что я смогу что-то в них увидеть, чего знать не должна.

— Ана... Мне нужно идти... — Том смущенно запустил руку в волосы на затылке и сделал шаг вперед, чтобы обойти меня и выйти на аллейку.

— Вы что здесь делаете?!

Я обернулась. Передо мной стоял высокий статный мужчина со светлыми волосами. Первое, что мне явно бросилось в глаза — это кобура с пистолетом на его ремне. Да уж, только этого нам еще не хватало...

— Я повторяю свой вопрос: что вы тут делаете? — Глаза мужчины помрачнели.

— Отец! — «Отец?!». Том обошел меня и прикрыл рукой, будто защищая. — Мы просто разговаривали об утреннем инциденте. —Он вытянулся как струна.

— Ты что себе позволяешь?! Ты знаешь правило — никаких отношений между студентами «Улья», особенно если они даже не прошли подготовку! Я не для этого трачу столько сил и нервов на твое образование, чтобы ты кидался на первую девчонку и губил свое будущее! — Его грубый низкий голос как будто давил прессом. — А об утренней драке мы еще поговорим.

— Сэр, простите, мы... — Я шагнула чуть вперед, но рука Томаса не давала пройти.

— А ты помолчи! — Он оглядел меня с ног до головы. Терпеть не могу такие презрительные взгляды. — Хочешь сына моего охмурить? Не выйдет, дорогуша!

— Да что вы себе позволяете?! — Я уже была вне себя от гнева и не могла контролировать поток слов. — Вы кто вообще такой, чтобы разговаривать с девушками в подобном тоне? Мы просто разговаривали с вашим сыном! Никто не собирается кадрить вашего золотого мальчика! — Серьезно?! Повторить ехидство Амелии?!

Я со всей злости отбросила руку Томаса и выбежала на аллейку.

Даже Алекс бы не смогла вывести меня на эмоции с такой скоростью! Подумать только, что этот тип, интересно, возомнил о себе и своем сыне?!

Больше всего меня бесила реакция Томаса. Я понимала, что мы знали друг друга всего пару дней и даже друзьями не стали, но я почему-то чувствовала себя обманутой. Он же даже не пытался как-то оправдать меня или объяснить всю ситуацию!

Черт бы побрал этого парня. И почему я так к нему привязалась?! Если бы я написала этот гребаный тест немного хуже, то сейчас бы загорала на солнце с Вики и праздновала день рождения Уэса!

Черт! День рождения! Он же совсем скоро!

Уже на ходу доставая телефон из кармана, чтобы созвониться с друзьями, я с огромной силой впечаталась в чье-то плечо. Ничему-то меня жизнь не учит!

— Аккуратнее! — Раздался до боли знакомый голос где-то у меня над головой.

— Ауч! — Я обернулась. Вполоборота на меня смотрел Старк. — Тебе еще что нужно?

— Мне?! Вообще-то, это ты меня чуть не сшибла! — Он хватил меня за руку. — Куда так летишь, Кортез? — Его фирменная ядовитая ухмылочка только сильнее заводила меня.

— Да иди ты к черту! — Яростно выдернув руку из его хватки, я увидела, как сзади шагало семейство Куперов. Я развернулась и пошла прочь от него.

Вскоре ноги сами привели меня в какие-то заросли, где стояла одинокая беседка. Решив, что если позвоню отсюда по видеосвязи, то ребята не догадаются о моем местоположении, я набрала им.

В тот момент, когда я хотела уже скинуть звонок, на экране высветилась любимая мордашка. Кудри Вики заслоняли часть изображения, но я все равно сумела разглядеть Уэса. Вся злость, обида и гнев испарились мгновенно. Я так скучала по ним! По оптимизму Вики, по сухому сарказму Уэса... Нас разделяла не больше сотни километров, но почему-то это расстояние сейчас казалось огромной пропастью. Под конец нашего разговора я едва сдерживала слезы.

— Анастейша? Все в порядке? — Первым мое состояние заметил Уэс. Почему-то мне казалось, что мисс Маккалистер и мистер Джеро не случайно оказались вместе в тот момент, когда их застал мой звонок.

Едва заметно утерев слезу, я через силу улыбнулась. Стоило поскорее заканчивать этот затянувшийся спектакль. Нечего морочить им голову!

— Подруга, ты выглядишь неважно... Встреча с родителями...— Вики не успела договорить.

— Хватит так беспокоиться обо мне, ребят! У меня все отлично, а вот вам стоило бы заняться собственной личной жизнью! — Друзья по ту сторону экрана смущенно переглянулись, будто пойманные врасплох. Я довольно вздохнула. Удалось-таки обратить их внимание на что-то другое. — Меня зовут. — Я даже специально повернула голову в сторону «зова». — Я еще буду звонить. И да, Маккалистер, назначаю тебя ответственной за подготовку ко дню рождения Уэса! ¡Adios![1]

Сердце неприятно ныло после разговора. Вина и одиночество угнетали меня все сильнее.

Вернувшись в комнату, Амелию я не обнаружила. Даже не буду удивлена, если эта рыжая плутовка уже вовсю заводит новые знакомства. Мне нужно переодеться и привести себя в порядок. Весь свой гнев я могу выплеснуть только двумя способами: побить грушу и пострелять на полигоне. Последний вариант явно никто не разрешит реализовать сейчас. Будем довольствоваться тем, что есть. Нужно скорее собираться, чтобы Амелия не застала меня дома в таком настроении. Посмотрев на карту кампуса, я определила, что один из залов находится в соседнем здании. Отлично! Не придется плутать по этому лабиринту.

Оказавшись в зале, я осмотрелась. Помещение было небольшим, довольно уютным и, на удивление, пустым. По всему залу было разбросано много тренажеров разного калибра. В самом углу висели груши. Они-то мне как раз и нужны! Мои ноги сами меня понесли к заветной цели.

Так отчаянно и яростно я не била кожаный мешок с песком уже очень давно. Мысли о семейной тайне, о драке Старка и Купера, о выходке отца Тома, тоска по домашним кружили в бешеном танце в моей голове и никак не хотели покидать ее.

— Что, выплескиваешь злость? — Я услышала позади себя шаги и явно мужской голос. Несложно было догадаться, кто пришел добить меня.

Развернувшись, я увидела мужскую фигуру, опиравшуюся о косяк. Это был Джек. Ну прям как в Голливудских фильмах, ей-богу!

— А что, хочешь оказаться на месте груши? — прокричала ему я, не останавливаясь. Сейчас даже его цепкий взгляд, которым он меня награждал, и приятный голос с хрипотцой не могли меня остановить. Я действительно ударила бы его, не посмотрев на смазливое личико, если бы он подошел хоть на шаг ближе.

Бесит! Все бесит: и Джек, и тайны вокруг меня, и... даже Томас, который не посчитал нужным объясниться, и злость на которого сейчас душила меня сильнее всего!

— Нет. — Он схватил мою грушу и остановил ее. — Хочу помочь.

— Ты-то? — Я усмехнулась. — Не притворяйся. Твое мнимое благородство ни к чему. — На секунду я заострила внимание на его глазах — они и правда не источали злорадства, а были на удивление спокойными. Я выхватила мешок из его рук и продолжила бить по нему. — Проваливай отсюда.

— Почему ты злилась днем? Чем тебя обидели Куперы? — Даже не смотря на него, я поняла, что он опять лыбится своей дурацкой ухмылочкой. Ох, где у него находится эта кнопка переключателя: то он последний мудак, то непонятый хороший мальчик, пытающийся помочь всем вокруг?! Где он настоящий?

— Это не твое дело... — Я толкнула грушу в сторону, и за долю секунды та оказалась в сантиметрах от Джека, а моя рука в перчатке остановилась в нерешительности у его лица. И как он сумел подойти ко мне так быстро?

— Анастейша Карнелия Кортез!

Что?! Так меня может назвать только моя семья. За спиной Джека я разглядела неясную мужскую тень. Голос, раздавшийся издалека, показался мне смутно знакомым, но стоило только незнакомцу выйти из тени на свет, как все встало на свои места. Роберт Васкес... Это был мой брат...

[1]. Пока!