Махинация

И только на работе меня немного отпустило.

— Десять тысяч слов — базовый запас есть! — связавшись со мной, сообщила сияющая Барбара. — Манобан, ты киборг!

Почти похвала, и это от полковника Тейн. Я грустно улыбнулась и подумала, что можно взять выходной, впервые за сколько?.. Кажется, я слегка потеряла счет времени.

— Как ты? — внезапно озаботилась моим состоянием Барб.

— Устала, — честно призналась я.

И с этим словом усталость навалилась втрое сильнее.

— Выглядишь измотанной, — констатировала полковник. — Но оно и не удивительно, Манобан, ты проделала немыслимый объем работы. За такой срок. С учетом всех корректировок. Медаль хочешь?

Хочу домой.

Поняла это внезапно, но так отчетливо. Просто хочу домой. На Гаэру, в привычный и понятный мир, без кошмаров, ужасов и гнетущего ощущения, что тебя рано или поздно, но убьют.

— Лиса! — внезапно встревожилась Барбара.

Поняв, что едва не плачу, запрокинула голову, стараясь сдержать слезы, и слишком поздно вспомнила, что у меня пластырь на подбородке.

— Капитан Манобан?! — прошипела полковник. — Откуда ссадина?

— Упала, — устало ответила я.

Опустив голову, потрогала пластырь и на всякий случай добавила:

— Могу отлепить — скинете фото повреждения экспертам, получите заслуживающее доверия профессиональное мнение, что повреждение получено в результате падения.

На последней части фразы отчетливо прозвучал сарказм.

— Не смешно, — отрезала Барб, все так же пристально глядя на меня.

Я и не смеялась.

— Как Полиглот? — спросила, закрывая тему.

Барбара помрачнела, хотя казалось больше некуда, и тихо ответила:

— В коме.

В следующее мгновение я отключилась.

Просто выключила связь и закрыла лицо ладонями. Хотелось завыть. Или напиться. Желательно кофе, желательно в Эранеспрингс.

Тень подключился к связи неожиданно, просто услышала шелест открываемого видеоокна, а затем и его усталый голос:

— Я пытался помочь, но правительство Гаэры разумно запретило доступ к одному из своих лучших специалистов. Уровень секретности, сама понимаешь.

Я понимала. Но даже не ответила ничего.

Чон помолчал, а затем неожиданно произнес:

— Помнишь, я говорил, что тебя в базарный день нельзя выпускать одну?

Отведя ладони от лица, вопросительно посмотрела на него.

Синие глаза с багровым зрачком сверкнули искоркой затаенной улыбки, и Тень продолжил мысль:

— Одну нельзя, а вот со мной можно. Прогуляться хочешь?

— Скорее да, чем нет, — растерянно ответила я.

Затем глянула на часы и только сейчас поняла — девушки не пришли. Потом, припомнив обстановку в департаменте, осознала, что тут вообще было на редкость пусто сегодня.

— Выходной, — с улыбкой наблюдая за моим осознанием действительности, сообщил Чон. — Я же сказал — базарный день. Плохие ночи закончились две недели назад, соответственно, сегодня — базарный день. Собирайся, сейчас зайду за тобой.