Глава 5.
Я был невероятно счастливым ребенком. Я все время кричал и пел. Просто не мог вовремя остановиться. Я был по-настоящему счастлив.
Курт Кобейн.
Полдень, 26 сентября, 1996.
Оранжерея, принадлежавшая старому особняку семьи Миллер, словно застыла во времени, воспевая свои растения, погруженные в осеннюю прелесть. Под высоким стеклянным куполом плавился поток золотистого света, лаская многочисленные портреты на стенах, окрашенные в оттенки охры и золотистой листвы. В каждом уголке этого уютного пространства воссоздано гармоничное существование: буйствующая лоза оплетала поникшие статуэтки, а ветви огромного фикуса соприкасались с кустами сакуры. В тишине оранжереи осень расцветала во всей своей красоте, омывая этот волшебный уголок природной пышностью и медленным танцем опадающих листьев.
Элис стояла посреди этого чудесного сада и вдыхала его аромат. Находясь тут, она как будто ощущала себя частью этого огромного дома и его истории. Поддавшись очарованию, она на мгновение забыла, зачем сюда пришла.
- Мистер Коллинз! – Позвала она, вспомнив. – Мистер Коллинз!
В ответ тишина. Элис пошла по дорожке, ведущей к фонтану.
- Мистер Коллинз!
Откуда-то послышалось шуршание листьев и бормотание.
- Вы здесь, мистер Коллинз?
- Ах, Элис, это вы. – К ней на встречу вышел невысокий бородатый мужчина в рабочем сером комбинезоне и презабавной цветной шапочке, прикрывающей седину. Он был больше похож на безумного художника, чем на садовника.
- Приглашаю вас выпить со мной кофе, идем? – Элис любезно улыбнулась, приседая в реверансе.
- Ой, ну что вы, дорогая, совсем не стоит! – Отмахнулся, смеясь, мистер Коллинз. – Мы ж с вами не в средневековье живем, чего уж вы мне тут кланяетесь.
- Из вежливости.
Мистер Коллинз хмыкнул и снял перчатки.
- Пойдемте, раз уж приглашаете, а то я тут умаялся уже, надо передохнуть.
Они вышли из оранжереи и направились в кухню для прислуги через просторный светлый зал. Элис уже накрыла стол и подготовила план разговора.
Как следует отмыв руки и почистив ногти после работы с землей, мистер Коллинз уселся за стол.
- Кофе? Или может быть, холодный чай?
- Холодный чай, пожалуйста.
Элис наполнила стакан и передала садовнику.
- Зовите меня Уильям, а то мистер Коллинз для меня слишком официально.
- Хорошо. – Улыбнулась Элис. – Что вы скажете о нашей оранжерее?
- Знаете, когда миссис Бенгс меня направила к вам, я посчитал, что меня ждет полнейшее уныние и запустение, но на самом деле, все не так страшно. Должно быть, за садом как-никак ухаживали?
- Да, к нам присылали одного человека, но мисс Миллер отнеслась к нему скептически, потому что он был слишком юн и нерасторопен.
- Однако, он неплохо справился с азалиями.
- Надо отдать ему должное. – Хихикнула Элис. – Уильям, а вы давно работаете у миссис Бенгс?
- Лет двадцать уж.
- Звучит впечатляюще! Я тут едва год и до сих пор не могу привыкнуть.
- К чему же?
- Ко всей этой изысканной обстановке. Понимаете, меня воспитывали в скромности и смирении, – врала на ходу Элис, придерживаясь плана, – мы с братом ходили в христианскую школу.
- А-а-а, – заинтересованно протянул Уильям, – теперь все ясно.
- Тетушка предлагала мне работу у миссис Бенгс, но так вышло, что я осталась в доме мистера Миллера и, кажется, это было лучшим решением.
- Отчего же?
Элис опасливо посмотрела по сторонам, будто их могут подслушать и прошептала:
- Ну, как только я подумаю о том скандале с их сыном, Кристофером, понимаю, что мне повезло. – Элис передернула плечами.
- А-а-а, – снова протянул Уильям, – про те фото? Эх, да, тебе было бы там нелегко. Молодые горничные у них не задерживались, как правило. Вот уж свезло так свезло.
Элис кротко улыбнулась.
- Это не парень, а невоспитанный кобель. Он не всегда был таким, но это один из самых ярких примеров того, как деньги портят людей. – Резюмировал садовник, видя испуганный взгляд девушки.
- Должно быть, это ужасно, когда сын не оправдал надежд родителей. Раз уж они пошли на крайние меры и лишили его финансирования.
- Это было очень трудное решение для родителей, правда. Они были очень расстроены и разочарованы его поведением, но до конца продолжали верить в его возможность измениться и вынести урок из этого опыта. – Уильям попался на крючок Элис. – Но, к великому сожалению, прошло несколько месяцев, и он снова в центре скандала!
Элис испуганно прикрыла рот ладошкой и прошептала сквозь пальцы:
- Не может быть!
- А вы разве не читали новостей? Он же в рок-группе играет, на зло родителям, они сейчас стали очень популярны. Странно, что вы не знаете.
- Я не слежу за такими новостями, такая музыка меня не интересует вовсе.
- Они сейчас на слуху у всех, Lost Dogs называется.
- А вот название знакомое, но там не упоминался никакой Бенгс. – Задумчиво произнесла Элис, потирая свой острый подбородок.
- Потому что Кристофер упоминается там как Джек Спайдер. – Уильям поднял указательный палец вверх.
- Он что, сменил имя?
- Нет, это, как сейчас модно говорить, его псевдоним. Родители умоляли его не ввязываться в музыку, не марать имя семьи в говне, прости за грубость, рок-н-ролла. И тогда он придумал себе новое имя.
- Подождите, вы упомянули какой-то скандал.
- Да, перед концертом в Сиэтле у них умер барабанщик, Бен.
- А-а-а, это я слышала, да.
- Хороший парень был, знавал я его мать, она тут работала, в этом доме, пока не заболела.
Тут Элис удивилась по-настоящему. Что значит, мать Бена работала тут? Интересно, а Милена знала об этом?
- Он и мисс Миллер бок о бок провели здесь все детство, – продолжал Уильям, – странно, что вы не знали об этом. Бенджамин Фокс.
- Нет, мисс Миллер никогда не упоминала его имени. – Соврала Элис. – Я не знала, что они знакомы.
Конечно! Она же накануне упоминала, что была в него влюблена! Значит, она была не просто фанаткой группы, как показалось с самого начала.
- Мистер Миллер оплачивал счета за лечение миссис Фокс, пока она, упокой ее душу, не скончалась от болезни.
Элис сложила ладони вместе и пошевелила губами, будто молясь, скрывая за жестом неподдельное удивление.
- Видимо, они и правда были очень близки. – Произнесла она, пребывая в искреннем недоумении. Значит поэтому у Милены и есть свой интерес. Бен и его мать жили в этом доме, невероятно.
- Все хорошие люди уходят раньше. – Уильям глубоко вздохнул. – Скорее всего там, на небесах, они оказались нужнее. Сара была доброй женщиной, но судьба у нее, конечно... Постоянно крутилась как белка в колесе, помогала соседям, присматривала за мисс Миллер. И вот так жизнь отплатила за ее доброту.
- И что же сейчас будет? – Негромко спросила Элис, будто в пустоту.
- С чем?
- Ну, с группой этой. Кристофер вернется в семью, раз группы больше нет?
Уильям придвинулся ближе к Элис и почти шепотом произнес:
- Я слышал, что их всех заставили подписать свидетельство о неразглашении.
- Да вы что?! – Воскликнула Элис, почти подпрыгнув от неожиданности.
- Знаете, что это может значить? Это значит, что у полиции есть подозрение на совершение преступления, а не просто расследование несчастного случая. Просто так это не делается. Бедная миссис Бенгс!
У Элис замерло сердце. На мгновение она забыла, что надо дышать. Значит, у полиции все же есть какие-то доказательства, раз они решили сохранять тайну следствия. Вот это поворот! Милена оказалась права на этот счет. Также шепотом, как и Уильям, Элис спросила:
- А вы что думаете?
- Я уже ничему в этой жизни не удивлюсь, учитывая, в какие передряги они только не попадали. Но если полиция опровергла несчастный случай, значит скоро появятся и подозреваемые. И еще странно, что Бена нашла смерть именно в годовщину смерти его матери. Как будто смерть враз выкосила семью Фокс. – Уильям хлопнул ладонью по столу.
- Да, это действительно странно. – Вздрогнув, согласилась Элис.
- Так, – внезапно бодрым и будничным голосом сказал вдруг Уильям, – отдохнули, поболтали, теперь пора за работу! Спасибо!
- Всегда пожалуйста! – Весело ответила ему Элис, наблюдая, как Уильям надевает перчатки. – Забегайте сюда.
- Обязательно!
На этой позитивной ноте они закончили беседу и Элис осталась в одиночестве на кухне крепко задумавшись.
***
Вечер, 26 сентября, 1996.
В самом центре Сиэтла, в тени от городской суеты прячется небольшой бар Portal, наполненный громкой музыкой, весельем и звуками бильярдных шаров. Даже в пять часов вечера здесь можно наблюдать, как пьяные девушки показывают свои танцевальные навыки, а дружные компании веселятся и наслаждаются азартными играми. В самом углу бара, лениво потягивая пиво, сидел Джек. Он наблюдал, как Адам и Джефф забивали в лузы шары, время от времени дурачась и затевая спор. Сегодня он был зол как никогда, потому что после утреннего нагоняя от родителей, перед тем, как поехать в полицию, он собрал некоторые из своих вещей и решил окончательно уйти из дома.
- Бросить музыку! – Негодовал Джек вслух. – Хрена с два!
Однако, с момента прекращения финансирования, его карман пустел с каждым днем, и Джек пока никак не мог придумать, где же еще достать денег на проживание. Привычка ни в чем себе не отказывать сыграла с ним злую шутку, а такого понятия, как «экономия» с молоком матери он не впитал. Да и о чем говорить, если все детство и юность он провел с няньками и горничными, а от родителей слышал только упреки и видел их попытки откупиться деньгами и подарками вместо должного внимания. И вот сейчас, в самый неподходящий момент, они решили его проучить.
Келли задерживалась. Джек увидел, как Джефф агрессивно швырнул кий в сторону и попер на Адама, тот в панике отскочил и встал в позу обороны, но Джефф с легкостью заломил его руки за спину и уложил лицом в бильярдный стол. Крепкий, рыжий викинг буквально впечатал несчастного Адама в борт. Джек знал, что это всего лишь шутка и с интересом подпер кулаком голову, опершись на стол локтем.
- Проигрывай достойно! – В сердцах вопил Адам, пытаясь вырваться.
- Ты жалкий жулик! – Рычал Джефф.
- Да ты просто играть не умеешь, отпусти, сволочь!
- Иди к чертям! – Джефф в сердцах пнул Адама и отпустил его руки. – В следующий раз этот кий я засуну тебе в задницу!
- Мать твою, говоришь, что я жулик, но как можно жульничать в бильярде, ты, идиот? – Адам огрызнулся, потирая запястья. – Чуть что, сразу в драку!
Обиженно сопя из-за проигрыша, Джефф сел за стол к Джеку и опустошил бокал с виски.
- Как дети, ей-богу, – покачал головой Джек, придвинувшись к стене, уступая место Адаму, но тот сел рядом с Джеффом. – Келли до сих пор не пришла.
- Мне не важно, что она нам скажет, – вальяжно рассевшись на диване, произнес Джефф, – я все равно считаю, что без Бена мы ничего сделать не сможем.
- Я об этом уже давно вам говорил, – поддакнул Адам, – мы не можем сейчас продолжать играть, это бессмысленно. Понятно, что ты, Джек, против, но я считаю, что это будет справедливо по отношению к Бену.
Келли, цветочно благоухая в прокуренном баре, вихрем взвилась возле стола, улыбаясь своей манерной белоснежной улыбкой. На ней было легкое цветастое платье, а на шее повязан платок в тон ему.
- Мальчики, – проворковала она, садясь рядом с Джеком, – простите, что заставила ждать, но, как говорится, начальство не опаздывает, оно задерживается.
Адам хмыкнул и отвел взгляд.
- Это еще что за реакция?! – Возмутилась она, замахиваясь на него через стол.
- После смерти Бена ты как будто чувствуешь себя здесь главной. – Ответил за Адама Джефф.
- А разве нет? – Искренне удивилась Келли. – Вообще-то я ваш менеджер! Это вы как истуканы себя ведете с того самого момента, вот и приходится думать за всех вас!
- Может, это потому что нам не все равно?! – Повышенным тоном прикрикнул на нее Адам, что в принципе было для него не свойственно. Все трое внезапно обратили на него свое внимание. – А что?!
- Мне тоже не все равно! – Попыталась оправдаться Келли, но в голосе различалась фальшь. – Например, я была сегодня у одного очень классного юриста, и он придумал, как мы с вами сможем продолжить гастроли! С Майклом я попробую договориться повторно отыграть в «Dirty Frank» под драм-машину, но нам с вами нужно найти нового барабанщика до выступления в Такоме. То есть у нас на все есть неделя.
Ее голос звучал так буднично и естественно, словно она составляла список покупок для супермаркета.
- Келли, это бред, ты сама себя слышишь? – Джефф подался вперед через стол, скрежет его зубов, казалось, было слышно всему бару сквозь громкую музыку. – Я не стану играть под драм-машину! Все, что ты говоришь, мать твою, это безумие!
- Я согласен с Джеффом, тело Бена не остыло, а ты вот так легко предлагаешь взять на его место какого-то барабанщика и отыграть этот чертов тур?! – Адам провел руками по лицу, вытирая проступившие капли пота. Он снова бы в своей излюбленной кожаной куртке.
- Вы не понимаете, нам надо закончить дело! Горят контракты, мы же останемся без средств к существованию! – Келли казалось, что если она начнет давить на выполнение условий договора, то они точно согласятся. – Я по рукам и ногам связана этими контрактами, как еще выкручиваться?!
- Мне, например, – взял слово Джек, – сейчас бабки нужны. Я готов играть дальше. И мне плевать, что вы об этом думаете. Без бабла я долго не протяну. Между прочим, мать вашу, именно ради вашей музыки я свалил из дома!
- Не ради музыки, – рявкнул Джефф, – исключительно ради того, чтоб досадить предкам! Ты мне по ушам тут не езди не пытайся внушить мне чувство вины.
- Ничего я не внушаю. – С вызовом ответил Джек.
- Мы друг о друге знаем все, Джек, и то, чем ты сейчас апеллируешь – ничто иное, как перекладывание ответственности. – Заметил Адам.
- Да пошли вы! – Джек махнул рукой и взял бутылку пива. – Строите тут из себя Бена номер два и Бена номер три. Будто все вместе ходили к его психотерапевту. Психи ненормальные. – Он сделал пару глотков, поставил бутылку на стол и покрутил пальцем у виска.
- Я тоже, между прочим, много чего потеряю, если мы распустим группу, – заметил Джефф, – но я не собираюсь починать на лаврах успеха, пока смерть Бена остается не раскрытой.
- Да что вы все заладили, смерть Бена, смерть Бена?! Какая-то дурацкая солидарность! – Келли скривила лицо. – Это несчастный случай, и никто не застрахован от этого. На его месте мог бы оказаться любой.
- Да? И если б это оказался я - меня б тоже заменили? – Озабоченно спросил Адам.
- Если б умер ты, представь, вместо тебя мы поставили бы манекен и один хрен никто не заметил бы разницы, ты же басист! – Хохотнул Джефф и ударил Адама в плечо.
- Очень смешно, Джефф, ха-ха! – Огрызнулся Адам. – Потренируйся еще и заменишь на сцене короля юмора - самого Джорджа Карлина.
- Еще куртку эту надеть на него и вообще не отличить! – Поддакнул, смеясь, Джек. – Один в один!
- Да-да, – с укором покачал головой Адам, перебивая смех ребят, – типичные шуточки про басистов.
И хотя эта шутка разрядила обстановку, все четверо были настроены решительно и враждебно. Джефф и Адам смотрели на Келли и Джека, сидевших по другую сторону стола. Напряжение, которое повисло между друзьями, густотой обволакивало каждого из них. Двое настаивали на продолжении группы в обновленном составе, другие двое, упорно противясь этой идее, горячо защищали память и наследие Бена. И в каждом из них бурлила горячая смесь обиды и разочарования. Ведь каждая из сторон уверена в правильности своих аргументов и, чем сильнее их споры затягивались в злобную петлю, тем вероятнее висела угроза разрушить не только группу, но и их давние дружеские связи.
- Ну, – не выдержав повисшего молчания, произнесла Келли, – мы все в деле или как?
- Я да, ты же знаешь. – Пожал плечами Джек.
Джефф повернулся к Адаму, и они едва заметно кивнули друг другу.
- Мы против. – Сказал Джефф за двоих. – Нас ждут впереди трудности, перемены и похороны Бена. Через месяц можно будет, например, сделать памятное выступление в его честь. Но не сейчас. Можно же перенести даты?
Келли поморщилась. Ее план висел на волоске. Она начала понимать, что не сможет уговорить парней продолжить этот гребанный тур. Если она предложит Майклу перенести тур, то тот точно откажется подписать контракт на условиях, которые предложил Генри. Чертов Бен!
- Ах так! – Потеряв терпение, Келли вскочила из-за стола. – Вот и сидите тут, чертовы неудачники! Я вытащила вас, как свиней, из этих гаражных концертов, вложила в ваш успех столько усилий и вот так вы поступаете со мной?!
- Келли, – перебил ее Адам, – так будет правильно.
- Да пошел ты! Пошли вы все! К чертовой матери! Жалкие мамкины сыночки! – Разошлась не на шутку Келли, в сердцах размахивая руками. – Знаете что, я вас уничтожу!
- Ты ненормальная, – покачал головой Джефф, Келли замахнулась на него, но он ловко перехватил удар, – иди проветрись! – Он легко оттолкнул ее от стола.
- Я всех вас уничтожу. – Прошипела она, злобно сверкая глазами и тыча пальцем в каждого из них. – Вы все такие же мягкотелые, как и Бен! Но он хотя бы хотел отыграть тур, прежде чем свернуть проект, а вы даже этого не делаете! Ну, посмотрим, кто из нас будет смеяться последним, я сделаю так, что вы ни доллара не получите больше с продажи дисков!
- Ты о чем? – Адам впился в нее взглядом, но она лишь рассмеялась.
Джек встал из-за стола.
- Пойдем отсюда, Келли. – Он попытался взять ее за руку, но Келли вырвалась.
- Оставайся с этими придурками, без них ты мне нахер не нужен! – С этими словами она развернулась на каблуках и стремительно покинула бар.
Джек в недоумении застыл на месте и почесал затылок. Адам и Джефф переглянулись.
- Это, нахер, сейчас что было? – Произнес Джек, возвращаясь за стол.
- Тебя только что послали. – Расхохотался Джефф. – Пойду закажу пивка. Будете что-нибудь?
- Погоди, – остановил его Адам, – что она имела в виду, когда сказала, что Бен хотел свернуть группу?
- Откуда я знаю, – отмахнулся Джефф, – мало ли чего можно было ляпнуть со злости? Тебе взять пива? – Он обратился к Джеку.
- Нет, спасибо, у меня еще есть.
- Я с тобой.
Джефф и Адам пошли к стойке бара, а Джек, переваривая ситуацию, уставился в противоположную стену. Его не покидало чувство, что он знал, что имела в виду Келли, но никак не мог вспомнить.