Аромат жасмина.

Она - это утонченная Шанель и грациозная Монро. Смесь непокорного востока и холодного кубика льда.

Попробуйте узнать, какие книги любит читать девушка и вы поймёте, чего ей не хватает на самом деле. И, Боже упаси, если вам попадётся не читающая мисс! Такие, обычно, довольно скучны, банальны и не остроумны.

Очаровательные женщины - натуры хитрые. От природы тонкие манипуляторы и провокаторы (не все, конечно же). Сорт их можно сравнивать с годами старинных бутылок красного вина или дорогого портвейна - на вкус и цвет, как говорится.

София, приехавшая в холодную и такую чужую Москву, испытывала двоякие чувства. Её смуглая кожа, вперемешку с Итальянским загаром, была схожа с горячим горьким шоколадом, тающим во рту от малейшего прикосновения.

На её коленях сидела маленькая Малена, которая молча поедала на обед грибной суп. Девочку переодели из белоснежной пижамки с медведями в голубую футболку и такого же цвета шортики, надев мягкие вязанные носочки.

Дамы сидели на кухне и пили мятный чай с малиновым вареньем и мёдом. София давно не чувствовала себя здесь так, как сейчас - тепло и уютно. Её душа нагрелась приятным светом, словно сердце девушки - пламя, которое греет, не обжигая. Она мягко улыбнулась, пригладила тёмные волосы девочки и сделала глоток ароматного чая.

– Сонь, ты там совсем исхудала в своей Италии, – покачала головой Жанна, отрезав второй кусочек любимого пирога. Девушка поперхнулась, услышав, как к ней обратилась мать. – Ну ничего, за неделю точно наберёшь, – довольная улыбка. – Поедем мы, кстати, завтра на дачу, будем праздновать там, да и неделю эту проведём на свежем воздухе, а ты отдохнёшь.

– Во-первых, мам, я - София, – не грубо, но холодно ответила она мягким голосом. – Во-вторых, а почему на дачу? Нет, конечно, я даже рада, если там, но почему не здесь? – Спросила, взглядом окинув светлую кухню.

– Так к нам гости приедут, дорогая! – Жанна аккуратно взяла Малену на руки. Девочка, давно умеющая говорить, попросила разрешения пойти в гостиную поиграть. Получив одобрительный ответ, она убежала, прихватив со стола две баранки.

София невольно улыбалась, глядя на растущее чудо.

– Очень жаль, что так вышло, – задумавшись, произнесла она.

– Да нам только в радость нянчить её, милая, – Жанна очень любила детей, да и всё живое, поэтому, когда Малена родилась, женщина была на седьмом небе от счастья.

– Я всё равно заберу её, мам. Позже, но заберу, – девушка допила чай, но налила себе ещё, почувствовав, как тело её расслабляется, а все проблемы остались в Италии.

– Ты своих детей рожай, а не брата воспитывай, – строго, но без злобы, ответила ей мать. Софи лишь недовольно хмыкнула. – Я тебе хотела сказать, – осторожно начала Жанна, зная бурную реакцию дочери. – Áдам завтра тоже приедет.

И тут девушка встала в ступор – её опасения подтвердились.

– Какого чёрта, мам? – Она испепеляла мать взглядом.

– Ты же знаешь — это воля отца, – виновато проговорила женщина, словно оправдываясь.

– Разве год назад было не ясно, что между нами ничего не выйдет? Свадьбы не было и не будет! – Она слегка ударила кулачком по столу - для видимости.

София посчитала про себя до десяти, глубоко вдыхая и выдыхая. Успокоившись, она извинилась.

– Почему ты так не любишь его? Никто из вас двоих так и не сказал, что тогда случилось в тот день... – Тихо, словно боясь, что их услышат, сказала Жанна.

Модель задумалась. Она сразу вспомнила всё то, что произошло, когда он сделал ей предложение. Сделал предложение, изменив в этот же день. С кем? С бывшей подругой Софии – она случайно встретила их в торговом центре, где пара мило шла за руки, смеясь и Улыбаясь.

Это была история для тех, кто хотел узнать причину их разрыва, но даже этот вариант
девушка так и не рассказала.
Сейчас же она решила рассказать, но обыграв всё по своему.

– Мам, – начала Софи, – Ты хочешь правды? Тогда слушай.

В нашем случае не помог любимый Бренди, жаркие примирения и душевные разговоры по ночам, затрагивающие щепетильные темы. Мы сами разрушили всё, что между нами было. Спасли свои сердца, убегая друг от друга, но разрушили души, сгубив последнюю надежду на любовь.
Вечная война была частью нашей жизни. Я спорила, он - молчал, я была спокойна, а он начинал вспыхивать, нервно ища свои крепкие сигареты.
Мы были близки, но это нас и сгубило.

Закончив, София холодно улыбнулась. Реакция её матери была двоякая: злость, печаль, обида и непонимание.

– Как же так, милая? Ничего не понимаю, – растерянно произнесла она.

– И не надо, мам, – Она накрыла её ладонь своей. – Спасибо за чай, но я  пойду в комнату. Разбуди меня, как только отец вернётся, – девушка слегка коснулась пухлыми губами щеки матери.  Жанна сидела и осмысливала то, что сказала ей сейчас дочь.

Софи забрала из сумки телефон и хотела, по привычке, зайти к себе в комнату, но опешила, вспомнив, что там детская. На диванчике ей спать не хотелось, да и по ночам, как сказала ей мать, там спит одна Малена, лишь в обед засыпая в кроватке. Девушка остановилась около запертой на ключ двери – комната брата.

"Где же ты?" – Мысленно задала она вопрос.

Девушка решила занять комнату для гостей. Только она зашла, как сразу же устало легла на большую кровать, заправленную свежим постельным бельем. Пахло порошком и лавандой, а в комнате царил аромат деревенских яблок и кунжутных семечек.

Телефон Софии завибрировал.

– Алло, – не взглянув, вяло ответила она.

– Ты уволена, – ответил ледяной и холодный голос на том конце. Девушка тут же дёрнулась и села.

— Адри? Что... Что случилось?

– Фото. Выставка. Как ты могла? – Фотограф говорил равнодушно, но это равнодушие убивало её изнутри.

– Я не понимаю...

– Те снимки, которые были лишь у меня и тебя, оказались у моего брата, который уже открывает выставку, где ты – золотая середина, – раздражение всё же промелькнуло в его голосе. Девушка услышала, как он зажег папиросу, закурив.

София ничего не понимала. Бен - брат Адри? Выставка? Что?

– Так, стоп, – она опешила. – Он - твой брат?

– Именно, София, именно. Троюродный, но брат.

– Но я не знала, – она закрыла глаза и вздохнула. Сейчас ей меньше всего хотелось терять работу, но теперь она поняла, что творилось с Бенджамином в последнее время. Она ожидала всего, но не такой подставы.

– Это уже не имеет значения. Мы терпеть не можем друг-друга. С ним-то я разберусь, но тебя видеть в студии более не желаю, – он не шутил. – Я не ожидал, что ты так поступишь со мной. Поверь, я сделаю всё, чтобы моделью в Италии ты больше не работала. Всего доброго, – он скинул, не дав сказать Софии.

В шоке от происходящего, она лишь нервно закинула телефон под кровать и, оставшись в нижнем белье, легла в постель.

"Разберусь позже. Сам позвонит, когда поймет, что погорячился" – поразмыслив, она укрылась и закрыла глаза.