Глава 40
Последний триместр прошел на удивление спокойно. Конечно, разных дел у Юнги добавилось. Зато Чимина долбануло каким-то новым коктейлем гормонов, и большую часть времени он был спокоен, как удав. Также в программу входило есть в режиме удава и спать. Честно говорю, Юнги был счастлив, что Чимин впал в такой благостный и пассивный модус. Куда хуже было бы, если бы он нервничал или обзавелся новым хобби, или ему в голову бы вдарила очередная идея о подработке. В общем, Юнги наслаждался жизнью, насколько мог. Еще он морально готовился к тому, что будет после рождения ребенка. У Юнги не было конкретной идеи, что произойдет, но вот уже в чем он был уверен - легко с Чимином не будет. Да и просто с ребенком. Ребенок - это сложно. Ребенок - это не на работу ходить.
Разговоры о любви они оставили на неопределенный период. В этом состояние Чимин только задумчиво посмотрел на Юнги , улыбнулся, будто он папа-природа и завтрак ему готовят еноты, и заявил:
- Конечно, я тебя люблю. Все в этом мире заслуживает любви...
Юнги этот ответ понравился еще меньше предыдущих, так что он решил не углубляться. Еще куда ни шло, если их связывали какие-то сложные отношения, но уж быть в ряду "всего в этом мире" Юнги точно не собирался.
Наконец, они все начали жить в режиме ожидания. Ребенок должен был появиться со дня на день. Все нервничали. Ну, кроме Чимина. Чета Пак, кажется, немного сходила с ума. Если раньше они практически не вмешивались в жизнь Чимина и Юнги , то теперь оказывались в гостях чаще, чем того позволяют приличия. Впрочем, Юнги их понимал. Он бы тоже жуть как волновался за Чимина.
Собственные родители Юнги , кажется, с ним не разговаривали. Отец никогда не отличался общительностью, а вот с папой они как созванивались каждый выходные, так и продолжали. Просто раньше они действительно чем-то говорили и что-то обсуждали, теперь же перебрасывались от силы тремя фразами и прощались. Об испорченных отношениях Юнги не жалел и даже не планировал ничего делать, чтобы их наладить.
Ведь дело был не в Чимине как таковом. Просто к его тридцати пяти родители так и не понял, что у Юнги своя жизнь, а не приложение к их. К тому же Юнги впервые смотрел на эти отношения не отстраненно, а с позиции будущего отца. Мог ли он представить, что говорит их ребенку, что тот должен заключать брак не по любви, а исходя из амбиций? Нет, такого Юнги вообразить не мог. Он бы никогда такого сыну не сказал, так что и своих родителей тут понять не мог.
Не сказать, чтобы роды начались внезапно, скорее оказалось, что к этому нельзя быть готовым. Он добрались до клиники, Юнги все еще нервничал больше, чем Чимин, а затем в какой-то момент Юна оставили в коридоре и сказали, что дальше идти нельзя.
Юнги занялся тем, чем и планировал, - принялся не находить себе места. Время тянулось как резина. Как состав, из которого делают леденцы на ярмарках. Как тесто, куда добавили слишком мало воды. В общем, каждая минута занимала целую бесконечность.
Почти спустя час к Юнги вышел медбрат.
- Мистер Мин-Пак?
Юнги поднялся навстречу, чувствуя какой-то неприятный привкус во рту. Интонация у медбрата была тревожной.
- Что-то не так?
- У вашего супруга нет метки, верно?
Юнги в первую секунду даже не понял, что именно у него спрашивают. Дело было в том, что этого вопроса он никак не ожидал.
- Нет, мы... А что? - уточнил Юнги .
- Пойдемте. Вам нужно ее поставить. И молитесь, чтобы она поставилась...
У Юнги было много вопросов, но он не хотел тратить на них время. Вместо этого Юн поспешил за медбратом, пытаясь на ходу сформулировать саму суть своего беспокойства. Мысль ускользала.
- Без метки будут проблемы? - наконец, выдал Юнги уже тогда, когда облачался в защиту, которая была необходима, чтобы попасть палату.
- В случае вашего супруга - да.
- Мы не слышали о таком.
- Обычно метка не нужна.
Они зашли в палату.
***
Мир начинал обретать былую четкость. ЧИМИН ощущал себя так, будто его переехало катком, а потом обратно, а затем - еще раз. Его мозг, кажется, не хотел сохранять воспоминаний о последних двенадцати часах, потому что все буквально растворялось. ЧИМИН еще секунду назад помнил, что ему говорили врачи в процессе, а теперь в голове была пустота. Сын был с ним, лежал у Чимин на груди.
- Юн?. - Сколько прошло времени?
- С какого момента? - уточнил Юнги .
- С родов?.. С какого-нибудь момента. Я ощущаю себя так, будто провалился в никуда...
Юнги фыркнул.
- Полчаса.
Чимин почувствовал, как Юнги погладил его по лбу.
- Тебе же не должны были пустить.
Законодательство в этом плане менялось сейчас, однако же Чимин точно помнил, что Юнги должны были до конца родов оставить в коридоре.
- Кое-что произошло. Ты не помнишь?
- Смутно...
Чимин провел рукой по шее. На загривке что-то пульсировало и болело. Он точно знал, что это, но его мозг не выдавал ответов.Юн... я тут подумал... - пробормотал Чимин.
- Уже? - фыркнул Юнги .
Чимин слабо хмыкнул. Смешно. Сил, как и желания, смеяться не было. Это тоже должно было быть больно.
- Так что ты подумал?
- юн, а кто из нас будет сидеть в декрете?
В палате повисла гнетущая тишина. Чимин довольно улыбнулся, а потом ощутил, как соскальзывает в состояние между сном и явью.
От части конец, но хотите здесь будет продолжение жизнь после свадьбы?