Эпилог
Прошло несколько месяцев.
Снег начал таять, обнажая асфальт — гладкий, тёплый, будто очищенный от всех следов прошедших битв. Ветер тихо гонял пыль по дороге, и только одинокий всхлип мотора где-то вдалеке напоминал о том, что жизнь продолжается.
Анастасия стояла у окна небольшой квартиры, где всё было просто и спокойно. Без охоты, без страха, без гонок. Александр спал, перевернувшись на бок, раскинувшись как ребёнок, будто выдохнув все тревоги.
Она наливала кофе и думала о прошлом. Оно больше не било по затылку. Не пряталось в чужих лицах, не шептало угрозами из писем. Оно стало фоном — тёплым, выцветшим. Да, иногда в ней вспыхивало желание вновь почувствовать рев мотора, ритм адреналина под кожей, но теперь она умела его глушить. Научилась останавливаться. Научилась дышать.
Фрик — теперь просто имя в уголовном деле. Один из многих, кто переоценил свои силы. Он проиграл, и не только в гонке. Он проиграл, потому что не понял главного: прошлое не даёт власти, если ты сам не даёшь ему этой власти.
Она больше не была «Евой». Не была и той прежней Анастасией, что верила, будто можно сбежать от всего. Она стала собой — женщиной, которая приняла свою тень, пережила боль, пересекла черту... и выжила.
На полке стоял пепельно-чёрный ключ. Не от Мерседеса — тот давно сгорел. Этот был сувениром. Маленьким напоминанием о том, кем она была. Но он не звенел, не звал за собой. Он просто лежал. Молчаливо. Мирно.
В дверь кто-то позвонил.
— Почта, — крикнул Александр, просыпаясь.
Анастасия открыла. Молодой курьер протянул конверт. Без обратного адреса. Она сжала его, сердце дрогнуло — но уже не сжалось в тревоге.
Открыла.
Внутри — всего лишь открытка. На ней изображён ночной город, пустая трасса, и надпись:
«Ты выиграла. Но главное — не останавливаться. Свобода — это не финиш. Это путь».
Она улыбнулась. Медленно. Честно.
Александр подошёл, обнял сзади, заглянул через плечо.
— Это из прошлого?
— Нет, — ответила она. — Это напоминание, куда мы больше не вернёмся.
Они стояли вместе, в утреннем свете, среди обычного, спокойного утра. Без шума моторов, без масок и гонок. Просто вдвоём.
И впервые за долгое время Анастасия поняла: она действительно свободна.