Жюльен. Часть 12
— Около десяти минут десятого Хэ Чжунъи сел на автобус №34 на остановке на восточной стороне улицы Наньпин. Примерно двадцать минут спустя он вышел на остановке на перекрёстке с улицей Вэньчан. Его зафиксировала камера наблюдения. Через несколько минут Хэ Чжунъи вышел за пределы видимости камер и больше не появлялся.
Ло Вэньчжоу вырос в Яньчэне. Ему достаточно было лишь услышать любое название, чтобы понять, где находится это место.
Улица Вэньчан располагалась к юго-востоку от коммерческого центра района Хуаши. Другими словами, покинув поместье Чэнгуан, жертва отправилась не домой, а наоборот, в противоположном направлении.
— Я на перекрёстке улицы Вэньчан, — доложил по сотовому Тао Жань, стараясь перекричать шум потока машин. — Хэ Чжунъи ни при каком раскладе не мог находиться на западе района Хуаши между девятью и половиной десятого. И та ругань, которую отметили свидетели, никак с убийством не связана. Ма Сяовэя ввели в заблуждение. Зачем вообще Ван Хунлян его допрашивал, да в такой спешке? Можно подумать, они сами убили Хэ Чжунъи, а теперь побыстрее хотят найти того, на кого можно свалить вину.
— Капитан Ло, — к Ло Вэньчжоу подбежал полицейский из угрозыска и передал стопку материалов. — Судмедэксперты прислали отчёт. Они определили, что предположительное время смерти Хэ Чжунъи было между девятью и десятью вечера двадцатого числа.
— Между девятью и десятью... — Ло Вэньчжоу взял материалы и пролистал их. Он не отреагировал на подозрения Тао Жаня. — Согласно этому отчёту, можно предположить, что Хэ Чжунъи убили почти сразу после того, как он сошел с автобуса.
Похоже Тао Жань нашёл место потише. Шума, издававшегося из трубки, стало значительно меньше.
— К девяти вечеринка в поместье Чэнгуан только подходила к концу. Чжан Дунлай вышел на улицу, и камеры наблюдения засекли его в первый раз. Какое-то время он провёл во дворе, затем вернулся обратно внутрь. В 9:45 камеры снаружи снова его засекли. Он вышел вместе с девушкой, они о чём-то говорили, а потом они исчезли среди деревьев.
Ло Вэньчжоу вздохнул.
— Похоже, что расписание молодого господина Чжана было так сильно забито, что в нём не нашлось бы места для убийства.
— Если только у него случайно не окажется брата близнеца, Чжан Дунлай вне подозрений. Нам его отпустить?
Ло Вэньчжоу уклончиво спросил:
— Что ты еще откопал?
— Есть ещё список телефонных звонков, — ответил Тао Жань. — Но тут что-то не так... Жертве звонили, пока он ждал неподалеку от поместья Чэнгуан, так? Его номер мне дал его сосед по комнате. Мне удалось получить список вызовов. Вечером двадцатого Хэ Чжунъи несколько раз беседовал с человеком с незарегистрированным номером.
— Да? — Ло Вэньчжоу поднял брови. — И что в этом странного? Мы же уже определили, что жертва знал убийцу.
Тао Жань ответил:
— Не в звонках дело... В ту ночь, в районе 9:50, Хэ Чжунъи получил смс с неотслеживаемого номера. Содержание такое: «Место встречи изменилось. Сведём счеты у Золотого Треугольника. Двадцатое мая». Что это значит? Что за сведение счетов? Каких счетов? Что ещё за «Золотой треугольник»? Но название мне знакомым кажется...
Ло Вэньчжоу внезапно перебил его:
— Забудь пока про это. Улица Вэньчан находится в сердце района Лаочэн. Там всегда толпы людей, а девять вечера для них — не самое позднее время. Прихвати пару парней, и поспрашивайте, не видел ли кто его.
Тао Жань так и замер на месте. Не успел он и рта открыть, как Ло Вэньчжоу быстро повесил трубку. Тао Жань не удержался и состроил рожу своему телефону. До сих пор Тао Жань думал, что Ван Хунлян способен только на простые уловки, вроде перекладывания ответственности, наслаждения плюсами своей должности и валянием дурака. Так что им придется потрудиться найти способ прижать его прежде, чем он помешает ходу расследования.
Только теперь Тао Жань начал смутно осознавать, что в этом деле была замешана не только политика.
Следственная группа действовала очень оперативно. Меньше чем за час полицейские из угрозыска заняли свои позиции и начали опрашивать народ, показывая фотографию покойного Хэ Чжунъи.
Такая работа входила в ежедневные обязанности полицейских. Всё это всегда очень затягивалось и ужасно удручало. Более жалкой была, пожалуй, раздача листовок у дороги. Приходилось повторять одни и те же слова бесчисленное количество раз, и успех полностью зависел от удачи.
Человеческие глаза не объектив камеры — невозможно запомнить всех проходящих мимо людей.
К тому же город был слишком большим. Жителей кружил водоворот рутины — рано утром на работу, поздно вечером с работы. С соседями в качестве приветствия — кивок головой. В общественном транспорте и вовсе все стояли, уткнувшись в крошечные экраны, в наивной попытке оказаться в мире по ту сторону океана, поглощенные историями со всех концов Китая, вовлечённые в дискуссии с людьми за девять с половиной миллионов квадратных километров от них. Каждую секунду внимание людей было занято. Конечно, ни у кого не могло остаться времени обратить внимание на одного скромно одетого молодого парня, трудового мигранта.
Он и правда был слишком заурядный, слишком скучный. Он не стоил того, чтобы хотя бы на миг оказаться достойным чьего-то внимания.
Живым или мёртвым.
На этот раз удача была не на стороне полиции. Тао Жань с остальными проработали от восхода до заката, и, когда солнце спряталось за горами, они все ещё оставались с пустыми руками.
— Заместитель капитана, никто не видел этого человека.
— Заместитель Тао, мы запросили доступ ко всем камерам наблюдения в магазинах с западной стороны улицы и все их просмотрели. И знаете что? Мы ничего не нашли.
— Тут один старик сказал, что, возможно, видел его. Я спросил, в какую сторону он пошел, он указал в направлении стройки.
К этому моменту они уже растеряли все нити, которые могли бы показать, куда пошёл Хэ Чжунъи после того, как сошел с автобуса, или где был убит.
И года не прошло с приезда Хэ Чжунъи в город до дня его убийства. А ведь ему не было и двадцати лет. Только камеры наблюдения успели заснять про него немое кино, прежде чем он пропал без вести и неизвестно где погиб.
Даже после смерти его телу не было покоя. По странному стечению обстоятельств, пока город продолжал жить в своём ритме, его тело перевезли через полгорода обратно в западную часть района Хуаши.
От безысходности, Тао Жань был вынужден распустить толпу полицейских, которые жарились в пекле солнца, пока с них градом не потек пот и отрапортовать Ло Вэньчжоу о том, что их миссия с треском провалилась.
— Здесь мы уже ничего не найдем, — сказал Тао Жань. — Думаю, что нам надо вернуться и собрать больше анализов с тела жертвы... Где ты сейчас?
Ло Вэньчжоу по всей видимости сидел у кого-то в машине. Тао Жань слышал как по радио передавали новости о дорожном трафике. Диктор методом исключения называл улицы, на которых в вечерний час пик не было пробок.
Ло Вэньчжоу что-то невнятно бросил, выдержал молчание и выключил радио.
— Или ты мог бы продолжать рассматривать версию с Чжан Дунлаем.
— Чжан Дунлаем? — Тао Жань весь день рта не закрывал. Его глотка дымилась, а мозг был как в тумане. Тао Жань безучастно спросил: — Разве с него не сняли все подозрения?
— Чжан Тин сказала, что, когда её остановил Хэ Чжунъи, он спросил её о некоем человеке по фамилии Фэн. Если Хэ Чжунъи ничего не перепутал, этот человек уже пересекался с Чжан Тин ранее. Более того, не знаю, заметил ли ты, но Хэ Чжунъи покинул поместье Чэнгуан примерно в то же время, как Чжан Дунлай вышел во двор в первый раз. Очевидно, что Чжан Дунлай не собирался уходить с вечеринки, так зачем тогда он вышел — подышать свежим воздухом?
Тао Жань сначала завис, но быстро пришёл в себя.
— Когда вечеринка закончилась, многие начали расходиться по домам. Он мог выйти их проводить. Думаешь, тот, кого Хэ Чжунъи хотел увидеть, был в той толпе?
— Десять очков! Но без бонуса. Ещё и этот подозрительный мобильник. Он — единственная причина, по которой мы вчера привлекли Чжан Дунлая. Смотря на то, как этот малец выкручивается, он, скорее всего, даже понятия не имеет как пишется «приношу свои извинения». И, если телефон был не его подарком, то кто тогда дал его Хэ Чжунъи от имени Чжан Дунлая? Или Хэ Чжунъи наврал своим друзьям? Тогда почему он солгал?
Ло Вэньчжоу сказал это всё на одном дыхании. Он сделал ещё один глубокий вдох и поинтересовался:
— Слушай, почему бы тебе не отпроситься с работы? Приди завтра пораньше и, пока не минуло двое суток, попробуй снова допросить Чжан Дунлая. А я дам задание Лан Цяо собрать команду и расследовать дело Хэ Чжунъи.
Прежде чем он повесил трубку, Тао Жань внезапно спросил:
— Ты сейчас в западной части района Хуаши?
Ло Вэньчжоу, сидя в нелегальном такси, помедлил. Затем он натянуто улыбнулся и ответил наигранно весёлым тоном:
— В целом мире справиться о моем местоположении может только моя жена. Тао-Тао, уверен, что хочешь это знать?
— Ты расследуешь дело Ван Хунляна? — Тао Жань проигнорировал этот бред. Он понизил голос и сказал: — Я не претендую на повышение, мне не важно, как директор Чжан планирует разбираться с Ван Хунляном и меня совсем не интересует, кто станет следующим начальником управления. Но, если кто-то совершил преступление, мы обязаны арестовать его независимо от его должности.
— Единственное, что ты сейчас обязан сделать — это поймать убийцу Хэ Чжунъи. — Ло Вэньчжоу весело рассмеялся и добавил: — Но, так и быть, мелкий чертёнок, я расскажу тебе. Я подозреваю, что Ван Хунлян сделал что-то плохое. Не важно, какая у него должность, но совершенно безрассудно называть его преступником, опираясь лишь на одно донесение. Как только у меня на руках появятся веские доказательства, вам всем без исключения придётся хорошенько сверхурочно поработать.
Ло Вэньчжоу повесил трубку и повернулся к неподвижно сидящему частнику.
Местный левак не соизволил раскрыть своё полное имя. Он назвал себя «сяо Чжэнь». Он всем своим видом давал знать, что он совсем не доверяет всем двуногим животным на этой планете. Когда его взгляд встретился с Ло Вэньчжоу в зеркале заднего вида, он быстро отвернулся, притворившись, что его вовсе не заботит предмет телефонного звонка.
Ло Вэньчжоу сказал:
— Это дело пока что находится в стадии расследования. Когда оно будет закрыто, можешь раскрывать его детали кому угодно, а пока — держи рот на замке.
Сяо Чжэнь сверкнул глазами.
— О чём это вы? Что-то не пойму.
Ло Вэньчжоу пристально посмотрел на молодого водителя нелегального такси сквозь свои солнцезащитные очки.
— В прошлый раз ты сказал мне, что в смерти твоей старшей сестры причастен Ван Хунлян и его банда наркоторговцев. Но я навёл справки и выяснил, что на самом деле твоя сестра не раз привлекалась за проституцию и умерла от передоза. Чэнь Чжэнь, это дело касается человека, который стоит во главе общественной безопасности целого района и людей, работающих на него. Мы не можем привлечь его к ответственности, опираясь лишь на твои слова.
Когда он упомянул полное имя и фамилию водителя, тот ударил по тормозам и остановился у обочины дороги.
Ло Вэньчжоу и глазом не повёл.
— Ты припарковался в неположенном месте. Если тебе выпишут штраф, я не буду тебя отмазывать.
Лицо Чэнь Чжэня было мертвенно-бледным. Было видно, что он унижен и оскорблен. Он повернулся к Ло Вэньчжоу и свирепо не него уставился.
— Моя сестра не была такой!
Ло Вэньчжоу никак не тронуло это заявление. Он лишь постучал по окну и произнес по слогам:
— До-ка-за-тель-ства.
— У моей сестры не хватило времени рассказать мне всё, — сказал Чэнь Чжэнь. — Она не спала ночами и всегда чего-то боялась. Я пытался спросить её, но она злилась и посылала меня. Я... я как-то подслушал её разговор по телефону...
— С кем?
Чэнь Чжэнь потёр глаза и замотал головой.
Ло Вэньчжоу подал ему салфетку.
— Ты слышал что-нибудь о «Золотом треугольнике»?
Чэнь Чжэнь замер.
Тем временем в здании, принадлежавшем семье Фэй, в дверь офиса Фэй Ду постучала секретарша и зашла.
— Президент Фэй, прибыл адвокат Чжао из Жуньшуня.
Фэй Ду кивнул.
— Как раз вовремя. Пригласи его.
Секретарша не работала сверхурочно с тех самых пор, как устроилась в компанию к Фэй Ду. К тому же она никогда не видела, чтобы её босс принимал кого-либо связанного с работой в такое время. Её не покидало чувство новизны.
Лучезарно улыбаясь, она пригласила гостя пройти в офис Фэй Ду. Подав чай, она тайком бросила на прибывшего взгляд. Она обратила внимание, что этот адвокат Чжао был одет с иголочки, он был довольно красив и высок. Однако, разрез глаз его был скорее женственным, а в его выражении лица читалась детская непосредственность.
Секретарша знала, что богатенький сынок Фэй не гнушался ни мужчин, ни женщин. Его особенно привлекали спокойные и утончённые натуры, не слишком прямолинейные. Когда девушка осознала положение дел, в реальность её вернул холодный взгляд Фэй Ду. Девушка закатала губу и вернулась к своим профессиональным обязанностям придворного слуги, который покорно вставал на колени и не совал нос в чужие дела.
В компании Жуньшунь работали юрисконсульты, вовлеченные в некоторые особые проекты. Подперев подбородок, Фэй Ду смиренно слушал, как адвокат Чжао очень подробно описывал некоторые важные документы так быстро, что слюна разлеталась во все стороны, а затем нещадно сменил тему:
— Как поживает Тин-Тин?
Адвокат Чжао растерялся. Он и не надеялся, что этот некомпетентный молодой невежда хотя бы ненадолго притворится, что ему интересно. Но он быстро оправился. Не меняясь в лице, адвокат Чжао отложил материалы, которые так долго собирал, и ответил:
— Я узнал от своего коллеги по уголовному розыску, что её брата не смогут долго держать в отделении, ещё я слышал, что у полиции для этого недостаточно улик. Глава Чжан завтра отпустит его. Всё будет хорошо. Тин-Тин всего-лишь немного испугалась. Благодарю вас за заботу.
— Тин-Тин не единственная, о ком я беспокоюсь, — Фэй Ду загадочно улыбнулся. Его улыбка содержала в себе тысячи слов, но они не сорвутся с его губ. — Я уверен, что знакомство с таким дальновидным человеком как вы, адвокат Чжао, может быть на руку в трудный час. Вы не окажете мне честь, поужинать со мной?
Адвокат Чжао слегка нахмурился. Он собирался отказаться, но Фэй Ду уже встал и жестом, не терпящим никаких отказов, пригласил его к выходу.
Компания Фэй была крупнейшим клиентом Жуньшуня. Две корпорации работали вместе ещё до того, как Фэй Ду занял место отца. Он был основным спонсором компании Жуньшунь. Чжао Хаочан не мог позволить себе отказать. Он всё же встал, но очень неохотно.
— Не знаю, есть ли у вас какие-либо ограничения в питании, поэтому я попросил сделать разнообразное меню. — Фэй Ду обогнал его и как бы между прочим спросил: — Кстати, Хаочан, откуда вы родом? Или вы местный?
Это была просто праздная беседа, но Чжао Хаочан почувствовал себя загнанным в угол. Когда Фэй Ду обернулся, заподозрив неладное, и удивленно на него посмотрел, Чжао Хаочан, избегая взгляда Фэй Ду бросил короткое: «Ага», не дав более чёткого, развёрнутого ответа.