Глава 21. Бартоломью. Часть 1
Следующий вечер, по словам Пэнси, должен был стать «официальным воссоединением» Пожирателей смерти. Оказалось, что все их собрания всегда проходили в поместье Малфоев, и теперь, с возвращением Лестрейнджа в Англию, очередная встреча была закономерным событием.
Гермиона провела всё утро, избегая хозяйской спальни, или, если точнее, самого хозяина. Малфой очень странно отреагировал на её открытие касательно проклятий Эдациума, и она решила, что будет лучше дать ему время на размышления. Лестрейндж и Кассиус отбыли рано утром по какому-то важному «делу», о котором Гермиона не осмелилась расспросить поподробнее, так что большую часть дня она провела в компании Элая и Пэнси, которые проявили живой интерес к её находке.
— Проклятие Эдациума, — протянул Элай. — Гениально.
Гермиона попыталась не краснеть, но с благодарностью приняла комплимент.
— История, которую вы мне рассказали, — начала она, — про женщину и проклятие, которое высасывало из неё жизнь. Думаю, она страдала от того же.
— Да-да, — с грустью согласился Элай. — Жаль, что мы так и не успели к ней вовремя.
— Но что всё это значит для нашей ситуации? — поинтересовалась Пэнси.
— Это ещё один кусочек головоломки, — пояснила Гермиона. — Ещё один шаг на пути к тому, чтобы понять, чем является это существо. Если Малфой действительно хочет спасти её, тогда ему нужно знать, что она из себя представляет. Возможно, мы могли бы найти брешь в её защите... Проклятия Эдациума — это тёмная магия, — продолжила девушка. — Они могут проявляться в различных формах: через укус вампира, поцелуй дементора или, как в случае нашего призрака, с помощью пламени. В нём явно скрыто что-то большее... должна быть какая-то причина, почему привидение использует именно огонь.
Пэнси неуютно заёрзала в кресле и украдкой посмотрела на Элая.
— Ты что-то знаешь? — спросила Гермиона, заметив её реакцию.
— Вроде того, — признала Пэнси. — Я не знаю историю целиком, но... кое-что мне известно. Просто у Драко действительно есть причина, по которой он не делится этой тайной с другими, и я не хочу быть человеком, который предаст его доверие.
Гермиона вздохнула.
— Я понимаю, это не твой секрет, чтобы рассказывать, — пробормотала она, вспомнив, что пару недель назад Элай сказал ей то же самое.
— Он обязательно вам расскажет, — заверил Элай. — Вы с мистером Малфоем как магниты: два абсолютно разных человека с противоположными взглядами и идеалами, которых всё равно притягивает друг к другу невидимая сила.
Почему-то Гермионе показалось, что Элай подразумевал не только её предложение помочь Драко.
— Давайте двигаться дальше, — вклинилась Пэнси.
— Точно, — с сарказмом отозвалась Гермиона. — Давайте поговорим о маниакальной одержимости Пожирателей официальными ужинами. Клянусь, вы потратили больше времени на выбор нарядов, чем на придумывание злодейских планов.
Элай рассмеялся:
— Да, эти волшебники довольно эгоцентричны. Хотя, должен признать, нет ничего более грандиозного и изысканного, чем ужин в поместье Малфоев.
— Совершенно верно, — кивнула Пэнси. — Именно поэтому завтра тебе надо выглядеть идеально — ты будешь принимать гостей в качестве хозяйки замка.
— Никакого давления, — усмехнулась Гермиона.
— Надо просто красиво одеться и часто улыбаться, но не этой твоей улыбкой а-ля «Я борюсь за справедливость», а нормальной: холодной и отстранённой.
— Бегу тренироваться, — усмехнулась Гермиона.
— Я серьёзно. Сегодня вечером здесь соберутся сотни людей, большей части которых будет крайне любопытно узнать, кто же стал хозяйкой наследства Малфоев. Молодые девушки возненавидят тебя за то, что ты забрала у них потенциального жениха, женщины постарше — за то, что забрала у них потенциального зятя, а вот пожилые мужчины могут, напротив, быть чрезмерно дружелюбными.
Сарказма в голосе Гермионы заметно поубавилось, когда она округлила глаза и спросила:
— Ты же шутишь?
— Поверь, я была на достаточном количестве таких ужинов — если ты появилась без спутника, держи палочку наготове.
— Я ни за что не переживу этот вечер! — воскликнула Гермиона. — Я чуть не потеряла сознание от волнения в компании всего лишь пяти Пожирателей. Что мне делать с сотней?!
— Вам и не придётся ничего делать, — вклинился Элай, пытаясь её успокоить. — Мистер Малфой всё время будет рядом. Леди Малфой не может появиться на подобном вечере без сопровождения.
Гермиона сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Они втроём сидели вокруг деревянного обеденного стола в одной из множества комнат замка. Здесь было светло: солнечные лучи заполняли зал ослепительным блеском, проникая сквозь широкие окна, за которыми виднелся задний двор со множеством художественно подстриженных кустов по бокам одной из узких аллей.
— Полагаю, придётся снова выбирать наряд? — спросила Гермиона, всем своим видом показывая, что идея её не прельщает.
— Естественно, — ответила Пэнси. — Вообще-то я уже нашла тебе сногсшибательное платье — глубокий оттенок пурпурного.
— Не могу дождаться, — отозвалась Гермиона без особого энтузиазма, стараясь не думать о том, что пурпурный её полнит и делает короче. — Слушайте, я, пожалуй, пойду — надо узнать больше о проклятиях Эдациума, в библиотеке есть отличная книга, которую я давно планировала закончить. Во сколько Лестрейндж возвращается?
— Через несколько часов, — ответил Элай, давая понять, что у неё достаточно времени. — Я пошлю за вами домашнего эльфа, когда они вернутся.
— Договорились, — кивнула Гермиона и поднялась с места.
Когда дверь за ней закрылась, Пэнси медленно повернулась к Элаю, о чём-то размышляя. Она открыла было рот, сделала паузу, словно передумала, но потом указала на дверь и всё же поинтересовалась:
— Ты заметил весь этот сарказм?
Элай поднялся из-за стола, складывая пустые чашки на поднос:
— Да.
— Она становится чем-то похожа на Драко.
Тонкие губы Элая изогнулись в хитрой улыбке:
— Забавно, не правда ли?
* * *
Гермиона устало пробиралась по коридорам замка, с удивительной лёгкостью выбирая нужную дорогу. Она шла по мраморным лестницам вверх, на третий этаж, в спокойное убежище, которым была библиотека Малфоев. Ещё до того, как прохладный воздух коридора успел смешаться с теплом натопленной комнаты, Гермиона схватила ту самую книгу, которая в последнее время часто занимала её мысли, и вновь погрузилась в тёмный мир Матильды Фрогворт.
«Сегодня мать меня перехитрила: набросилась на меня на чердаке, когда я вернулась, и пыталась убить меня. Наверное, голод заставил её пойти на крайние меры. Думаю, она начинает понимать, что отец не вернётся. Мои поездки в Албанию принесли неплохие плоды, учитывая то, что именно там я узнала о заклинании, которое использовала на матери. Вообще-то это скорее проклятие.
Я выхватила палочку, направила матери в лицо и позволила Адскому пламени поглотить её».
— Говорят, любопытство сгубило кошку.
Гермиона резко обернулась и увидела Драко, который стоял, прислонившись к одному из книжных шкафов, руки сложены на груди. Он не улыбался, но и недавняя отрешённость пропала с его лица.
— Любопытство необходимо, — возразила Гермиона, возвращаясь к книге. — Если оно сгубило кошку, значит, животное умерло с честью.
Губы Драко растянулись в ухмылке:
— Ты ведь понимаешь, что, будь кошка хоть чуточку сообразительнее, она могла бы прожить много лет, завести семью и детей?
— Какое бесцельное существование, — улыбнулась Гермиона. — По крайней мере, кошка знала, на что идёт, и вряд ли сожалела о своём выборе.
Драко подошёл к тому месту, где сидела Гермиона, и устроился напротив неё, закинув ноги на стол.
— Ненавижу котов.
Она усмехнулась:
— Могу поспорить, это взаимно.
Драко резко выпрямился на стуле и с любопытством посмотрел на неё:
— Грейнджер, неужели я вижу ухмылку?
— Есть какая-то конкретная причина очередной попытки вывести меня из себя, Малфой?
— Вообще-то да, — ответил он, вновь принимая расслабленную позу. — Очень конкретная причина, которая связана со следующим абзацем, на который я недавно наткнулся.
Он засунул руку в карман, извлёк оттуда помятый клочок пергамента и начал читать вслух:
— «Проклятия Эдациума являются предвестниками длительной боли и страданий. На сегодняшний день неизвестно о существовании лекарства против проклятия, если последнее оказывало свой эффект дольше трёх дней. В таких случаях единственный известный способ остановить разрушительное действие проклятия — уничтожить существо, которое его навлекло».
— Интересно, — задумчиво произнесла Гермиона.
— Не могу не согласиться, — кивнул Драко со смешком. — Особенно вторая часть, где говорится об антидоте, который может заглушить боль и которого у меня сейчас нет.
— То есть тебя заинтересовала именно эта часть?
Малфой встретился с её взглядом.
— А что ещё?
— Не знаю, может быть, информация о том, что ты продолжишь медленно умирать, если не уничтожишь существо, которое наложило проклятие?
Внезапно Драко хитро улыбнулся.
— Тебе ведь очень любопытно, не так ли? — спросил он.
Их взгляды вновь пересеклись, но Гермиона поспешно отвела глаза:
— Что за нелепость.
— Я же вижу: тебя гложет изнутри, потому что все вокруг знают, а ты — нет.
— Ну, было бы неплохо, если бы ты действительно рассказал мне, — произнесла она, защищаясь. — Мы все вместе вляпались в это дело.
— Но не по собственному выбору, — заметил Малфой. — Если бы всё зависело от меня, ты бы была сейчас в доме Уизли.
Гермиона издала смешок.
— Никто не хотел оказаться в такой ситуации, — сказала она. — И я вижу, как меняется твоё лицо, когда ты возвращаешься в свою спальню. Ты не хочешь здесь находиться, но всё равно продолжаешь наказывать себя за что-то, что сделал в прошлом. И этим в буквальном смысле убиваешь себя.
Вся весёлость исчезла с лица Драко, пока Гермиона говорила, но он не стал кричать на неё, как делал обычно, когда она позволяла себе копаться слишком глубоко в его чувствах. Казалось, он смирился с её прямотой.
— Как думаешь, сколько мне ещё осталось? До тех пор, когда я уже не смогу ходить или разговаривать?
— Проклятие питается твоей грустью, так что, пока ты мыслишь позитивно, думаю, эффект будет не так заметен.
— Не так-то просто мыслить позитивно, когда смерть висит над этим местом, — с сожалением произнёс он.
— Ты казался вполне счастливым сегодня утром, — пожала плечами Гермиона.
Драко пришлось постараться, чтобы не ухмыльнуться во весь рот. Он вспомнил это замечательное чувство освобождения и удовольствия, когда у него получилось достать Грейнджер. Он почти забыл о физической боли, когда его ребяческие выпады в сторону девушки достигли цели и вызвали желаемую реакцию.
— Знаешь, — начала Гермиона. — Радоваться жизни не так уж сложно. Счастье можно найти даже в тёмные времена.
— Тебе легко говорить.
— Я серьёзно, — настаивала она. — Не обязательно иметь жизнь, о которой всегда мечтал, чтобы быть счастливым. Даже самые маленькие лампочки могут осветить тёмную комнату.
Драко издал пустой смешок:
— Ты просто не знаешь, в какой темноте я нахожусь сейчас.
— Ну, если бы ты перестал быть таким чертовски упрямым, возможно, тебе бы не пришлось бороться с ней в одиночку.
Удовлетворение, которое Драко почувствовал, увидев серьёзность на её лице, вновь произвело эффект, похожий на его утреннее состояние, лишь подтверждая его маленькую теорию. Раздражение в голосе Гермионы действительно поднимало ему настроение.
— Предлагаешь мне лампочку, Грейнджер? — с улыбкой спросил Малфой.
— Я сама в темноте, — откровенно ответила она. — Мои родители мертвы, у меня нет родных, а мои друзья за сотни миль отсюда. И я тоже пытаюсь найти выход.
— И что же могут сделать два слепых человека?
Гермиона задумалась, тщательно подбирая слова.
— Они могут искать выход вместе.
К её удивлению, Малфой нисколько не смутился. Напротив, он остановил на Гермионе внимательный и напряжённый взгляд, в котором не было и тени обычного самодовольства или злонамеренности.
— Слизерин и Гриффиндор объединяют силы, серьёзно?
— Мы давно не в Хогвартсе, Драко, — пожала она плечами.
Имя эхом отдалось в голове парня. Драко. Он заметил, что буква «к» у неё прозвучала чуть резче, чем у большинства его знакомых.
— Ты произносишь моё имя очень странно, — не преминул отметить Малфой.
— Я просто пытаюсь быть выше прошлых обид.
— Отлично, а меня вполне устраивает положение ниже.
Гермиона обиженно надулась.
— И что теперь? — осведомился Драко. — Хочешь, чтобы я называл тебя Гермионой?
— Да.
— Ладно.
— И может, наконец расскажешь мне историю привидения?
Мгновение Драко рассматривал библиотеку, о чём-то раздумывая, после чего скрестил руки на груди и коротко ответил:
— Нет.
— Почему нет?
— Давай для начала попробуем эту штуку с именами, — предложил он с ухмылкой. — Мы ведь слепые, помнишь? Не будем торопиться... Мы же не хотим споткнуться и упасть.