Глава 7
В ангаре было тихо. Скучавший у входа участковый вяло козырнул и доложил:
– Я уже все в рапорте написал.
– Я видел, – отозвался Симоненко, проходя мимо, и пообещал. – Перепишем.
Участковый пожал плечами, перехватил поудобнее свою объемистую папку и снова привалился плечом к стене у входа в ангар. Андрияненко из принципа не пошла рядом с Симоненко, а стала осматривать место происшествия по своему маршруту. В принципе, осматривать было особенно нечего. Все просто и очевидно. Вот лом, которым подцепили рычаг домкрата, вот микроавтобус, сорвавшийся в результате с домкратов и придавивший к стене предпринимателя. А вон и кровь на стене.
– Напугать пытались, – сделала вывод Андрияненко. – Уж точно не убить.
– Быстрый вывод, – укоризненно заметил Симоненко.
– Да, просто есть очевидные признаки, – ответила Лиза. – Пострадавший сам вызвал помощь. При желании преступники могли бы его легко добить.
– Все у тебя легко, – неодобрительно заметил Симоненко.
– С тобой не очень, – уточнила Андрияненко, подойдя к капитану.
– Со мной как положено, – натягивая пластиковые перчатки для осмотра вещественных доказательств, ответил Симоненко. – Вы в отделе привыкли по-другому. Ничего. Перестроитесь.
– Ты же знаешь, что Ире сейчас главное – покой?
Симоненко поднял мобильный телефон пострадавшего и стал его осматривать, пощелкал кнопками, изучая журнал вызовов.
– Дело не в капитане Лазутчиковой, – сказал он, не поворачивая головы. – Ты расследуешь, как-будто приехала на молодежную тусовку. Пришла, посмотрела и сразу сделала вывод. А нужно разобраться в причинах.
– Поехали к потерпевшему, там и выясним причины, – предложила Андрияненко.
– Уже составила список вопросов? – снимая перчатки, осведомился Симоненко и наконец-то посмотрел на Лизу.
– Надо выяснить, кто знал, что он будет здесь один.
– А еще: рассмотрел ли он нападавшего, – стал монотонно перечислять Симоненко, – и кто такой абонент «Хасанов», с которым он разговаривал во время нападения.
Выходя из ангара, Андрияненко остановилась и сделала приглашающий жест рукой, пропуская Симоненко вперед. – Так точно. После вас, господин капитан.
– Товарищ капитан, – без всяких эмоций поправил ее Симоненко.
***
В холле больницы оказалось на редкость людно. Несколько мужчин стояли у окна, тихо переговариваясь. На стуле сидела заплаканная молодая женщина, обнимающая девочку-подростка. Пока Симоненко выяснял, где находится Антонов и что группа молодых мужчин – водители его фирмы, Андрияненко присматривалась к лицам мужчин. Один даже в темных очках, хотя в помещении было даже темновато. Женщина с девочкой оказались женой и дочерью Антонова. И с них Симоненко начал допрос, выясняя первым делом были ли застрахованы жизнь и здоровье предпринимателя. Водители прислушивались к допросу и начинали потихоньку ворчать. Симоненко повернулся и заставил всех замолчать одной лишь фразой.
– Вообще-то, я хотел бы знать алиби каждого на момент нападения. Так что вы там подумайте пока.
Хмуро переглядываясь, водители замолчали. Андрияненко подошла к ним с участливой улыбкой и кивнул на следователя.
– Он такой, вы с ним поосторожнее. Ему на все вопросы придется ответить. В том числе и на вопрос – откуда вот это?
Взяв за руку одного из водителей, Андрияненко подняла ее, демонстрируя разбитые костяшки пальцев. Водитель отдернул руку, но Лиза приподнял темные очки другого. Под очками, как и следовало ожидать, обнаружились синяк и ссадина возле глаза. У третьего ссадина на ключице, хорошо видная в вороте рубашки.
– Откуда нужно! – буркнул высокий водитель.
– «Откуда нужно» – это не ответ, – констатировал Симоненко и, поднявшись со стула, подошел к водителям.
– Слава, – высокий водитель кивнул коренастому мужчинке с разбитыми пальцами. – Объясни им. А то я… нервничаю.
– Отойдем поговорим? – покосившись на жену хозяина, предложил коренастый.
– Поговорите, – согласился Симоненко. – Я узнаю прогноз у врачей.
Валера прошел дальше по коридору, не обращая внимания на раздраженные взгляды водителей. На ступенях у входа в отделение водитель закурил, посмотрел на свои костяшки и заговорил глухим голосом, чуть сутуля плечи.
– Нас две бригады на районе. Мы, ну в смысле «АВТОВОЗ» и хасановская «Колесница». Машин и у нас, и у Хасанова примерно поровну, заработка хватало всем. Антонов на лицензию документы подал первым. Подсуетился вовремя, но у Хасанова родня в комиссии. Поэтому они лицензию получили, а мы – нет.
– Но работать продолжили, – догадалась
Андрияненко. – И нарвались на разборку?
Андрияненко внимательно смотрела на водителя. Тот помедлил, глубоко затягиваясь сигаретой, потом кивнул и, оглянувшись по сторонам, задрал рубашку, показывая фиолетовый синяк на боку.
– Наваляли они нам по первое число. Но дрались честно, тут мы без претензий.
Андрияненко вошла в палату, когда Симоненко уже допрашивал предпринимателя. Антонов лежал бледный, с гипсом на ноге, с перевязанными грудью и головой.
– Гражданин Хасанов угрожал вашему здоровью?
– Нет… Не помню… – тихо ответил Антонов. – Ругались… Но угроз не помню…
– Хасанов мог знать, что в момент разговора вы будете в ангаре один? – спросил Симоненко.
– Не знаю… – подумав, ответил предприниматель. – Может быть, и знал…
– Не знаете или «может быть»? – продолжал настаивать следователь.
Дверь в палату открылась, и вошли жена Антонова с дочерью. Симоненко недовольно посмотрел на них, не делая попытки встать и уступить женщине место у кровати раненого.
– Проходите, проходите, – Андрияненко поддержала женщину под руку, увидев, как она пошатнулась, увидев мужа в таком состоянии. – Мы закончили.
– Сашенька, как ты? – женщина вцепилась в руку Антонова и снова заплакала.
– Папа, врачи говорят, все хорошо прошло! – присела к отцу девочка.
Андрияненко стала делать знаки, что им лучше уйти и дать родным побыть вместе, но Симоненко его жесты игнорировал и выжидающе смотрел на Антонова.
– Я жду.
– Может, и знал, – наконец ответил предприниматель.
Записав его ответ, Симоненко поднялся и, проходя мимо Андрияненко, сказал с нажимом:
– Вот теперь закончили.