Белый лотос

- Держите, - Чимин, вернувшись от кассы с четырьмя бутылками пива, расставил три на круглом столике вынесенного в тёплый сезон на улицу кафе, после чего занял свой плетёный стул с оставшейся в руке бутылкой, открывая её на ходу. – Вроде все уже совершеннолетние, и я не совершаю нелегальный поступок, покупая вам выпивку...
- Мы уже выпили по одной до этого, не поздно спохватился? – улыбнулся Вернон, повернув крышечки на своей и второй бутылке, после чего одну протянул Розэ, чья голова лежала на его плече. Их стулья были сдвинуты друг к другу так плотно, что не виднелись подлокотники – на них сплетались руки влюблённых. Дело с Белым лотосом завершилось, и Вернону предстояло возвращение в Южную Кёнсан. Конечно же, он не говорил своей девушке куда именно и зачем он отправляется, но она заранее была предупреждена о его отлучке, поэтому не мучила вопросами и старалась наслаждаться каждым мгновением перед расставанием. Её длинные светлые волосы, от очередного окрашивания приобретшие жемчужно-розоватый оттенок, разметались по чёрной футболке недовыпускника Лога, но он не убирал их, а только поглаживал и вдыхал аромат, источаемый ими. Тихий весенний вечер был бы идеален, если бы они собрались тут не для чего-то вроде прощальной вечеринки, безусловно наполненной настроением уходящего, ускользающего.
- Оппа, а мне откроешь? – протянула свою бутылку Чимину Джису. Золотой на секунду замер. Пиво открывалось элементарно, но это же девочки. Было бы странно, если бы они не просили о помощи. Пожалуй, им, парням, даже не нравилось бы, если бы их ни о чём не просили. Где бы они тогда искали поводы для демонстрации своих сил и умений? Но у Чимина не было в мыслях рисоваться перед Джису, поэтому он, остерегаясь скорее себя, чем её, решил максимально вежливо пресечь всё на корню. Открыв бутылку девушки, он отдал её с улыбкой и словами:
- Оппа? Ты что, флиртуешь со мной?
- Это всего лишь по-дружески, - Джису смутилась, судя по розовеющим щекам, но не подала вида, - мы же в неформальной обстановке, почему я не могу так обратиться к тебе?
- Я слишком стар для этого. Для тебя я ближе к дядюшке*.
- Что?! – Джису засмеялась, чуть не разлив пиво, которое наливала в свой стакан. – Дядюшка? Мистер Философ, не перегибайте. Сколько же вам?
- Без году тридцатник.
- Это самый подходящий возраст для флирта, - заметила Розэ, приподнявшись с плеча Вернона, чтобы выпить со всеми. Будучи близкими подругами, они с Джису делились своими чувствами и переживаниями, поэтому Розанна знала, что Чимин кое-кому далеко не безразличен, и хотела бы поспособствовать образованию второй пары.
- Нет-нет-нет, я старик, - настойчиво повторил Чимин и, разлив себе и Вернону в маленькие рюмочки соджу, начал именно с неё. – Ну, за хороший вечер, за нас с вами!
- Enjoy! – поднял рюмку Вернон. Девушки чокнулись большими стаканами. Джису сделала глоток и посмотрела на друзей:
- Значит, я так и не узнаю за какой надобностью, куда и почему уезжает Вернон?
- А я тоже не знаю, - пожала плечами Розэ, - какая разница? Куда бы он ни отправился, итог один – здесь он будет отсутствовать.
- А говорят «female logic», «female logic»**! – хмыкнул американец. – Никогда не видел более адекватного и объективного человека!
Чимин улыбнулся, радуясь невинному и наивному восторгу младшего товарища от своей девушки, которую обожествлял, и вокруг которой, похоже, где-нибудь на Каясан организует культ, заставляя остальных адептов ежедневно слушать рассказы о том, как прекрасна и неповторима Розанна.
- Я бы так не смогла, - покачала головой Джису, - нет ничего хуже неведения, когда представления не имеешь о происходящем.
- Меньше знаешь – крепче спишь, - заверил её Чимин.
- Нетушки, - хитро прищурившись, поводила пальцем в отрицании из стороны в сторону она, - знаем мы эти мужские штучки. Вы нагоняете покров таинственности, чтобы вести двойную жизнь и шифровать свои измены, да-да! Нет других поводов, чтобы не быть откровенными со своей второй половиной.
- Джису, знаешь, что происходит с такими недоверчивыми девушками, как ты? – спросил её Вернон.
- И что же?
- Они выходят на пенсию девственницами.
- Ах ты! – протянула она руку к снекам в тарелке, якобы собираясь швырнуть что-то в парня. Чимин подвинул ей поближе всё блюдо:
- Кидай целиком в голову. Ишь, разболтался тут!
- Эй, коалиция! – засмеялся Вернон, понимая, что в него ничего не кинут, поэтому в шутку пригнувшись за Розэ. – Но разве я не прав? Если девушки всегда будут подвергать сомнениям каждое мужское слово, то как к ним вообще подступиться?
- Надо сначала делом доказать, что ты заслуживаешь доверия, - убежденно сказала Джису.
Розанна вытащила из-за своей спины Вернона и, когда он снова сел ровно, подтянулась к его лицу, положив ладони на мужскую грудь:
- А он и доказал, - глядя ему в глаза, любовно выдохнула девушка, и они поцеловались. Чимин, попивая пиво, закатил свои глаза от сцены юношеской нежности и отвернулся, но прежде ударил под столом Вернона по ногам, отчего тот вынужден был отстраниться от Розэ и прекратить публично целоваться. Скептично-насмешнический взгляд и пресекший романтику жест заметила Джису:
- Не завидуй, - бросила она Чимину.
- Оставим мою зависть на моей совести, а соблюдение приличий – на их. Это неприлично, - серьёзно посмотрел мастер на своего подопечного. Ещё не отошедший от ощущения губ Розэ на своих, Вернон промямлил:
- Ну, правда, не завидуй...
- Попутал? – спокойно, без каких-либо ухмылок, интонаций, угроз произнёс Чимин, глядя парню прямо в глаза. Тот, поймав этот взор, вспомнил, кто он есть, что ему ещё предстоит, кто сейчас перед ним, вспомнил лекции мастера Ли, все последние годы в монастыре, золотые клятвы, прокрутил буквально всю свою жизнь под отрезвляющим вниманием наставника, сразу же приосанился, выпрямил плечи, от чего Розанне пришлось от него немного отстраниться, и согласно закивал:
- Он прав, - повернув лицо к девушкам, прокашлявшись для убедительности, горячо заверил Вернон, - Чимин прав, это некрасиво.
- Да что в этом такого? – удивилась Джису.
- Ох, молодёжь, как устал я рассказывать вам о воспитании! – выдохнул Чимин. – Жрать, срать и сосаться, а так же всё из этого вытекающее, надо делать за закрытыми дверями, в специально отведённых для этого местах. И желательно не совмещать одно с другим, чтоб не попахивало извращением.
- Хм, да ты и правда дядюшка, - попивая пиво, над стаканом стрельнула в него глазами Джису, подзадоривая, - я бы сказала – ворчливый дедушка.
- Дедушка ремня тут всем всыплет – мало не покажется, - намекнул Чимин на то, что его лучше всё-таки слушаться, однако девушку это не испугало, поскольку интуитивно она уже угадала в нём того, кто никогда не обидит слабый пол, являясь его заступником.
- Ремня? У-у. Что там про извращения?
- Если б в удовольствие – было бы извращение, я вам не доморощенный Грей из ваших киношек, отмудохаю так, что даже мне самому приятно не будет, - пресёк Чимин кокетство. Когда дело касалось морально-нравственной части, ему было не до шуток. Многие люди, пока с ними весело и ласково говоришь, считают, что это всё обсуждается условно, «как бы», уроки не уходят на подсознание. Произносимое со смехом, в веселье, за обязательное правило не считается, разве что как предписания какой-то забавной игры, из которой в любой момент можно выйти. Но нет, порядочная жизнь, наполненная осознанием достойного поведения – не досуг выходного дня, а безупречное постоянство. И никогда не знаешь, кто примет к сведению, поняв смысл, вдумавшись, а не покивав для вида. Поэтому Чимин и перешёл на достаточно жёсткую отповедь. Джису притихла, не то обиженная, не то растерянная или расстроенная.
- Так, мне нужно попудрить нос, - поднялась Розэ и, поманив за собой подругу, повела её в уборную, находившуюся в той части кафе, что оставалась в здании. Вернон с обожанием проводил их взглядом.
- Хорошо, что ты пока что возвращаешься в Лог, - тихо произнёс Чимин.
- Издеваешься, да? На больную мозоль...
- Нет. Ты слишком ведёшься. Я понимаю, что ты влюблён и положительные эмоции дурманят. Но ты – мужчина. Ты – опора. От тебя должно идти, что позволительно, а что – нет. Ты точно должен знать, что за такие-то грани не переступаешь. Тогда женщине спокойно рядом, когда не ей надо напоминать, что хорошо, а что плохо, когда это твои установки по умолчанию, с которых тебя никто сбить не сможет. Законы нравственности – для тебя и меня, а не девушек. Пусть расслабляются и не парятся, это нам нельзя терять голову! В мире нравственных мужчин не бывает абортов, разведёнок, матерей-одиночек и шлюх. Прошу прощения – блядей, к древнейшему ремеслу честной проститутки не имею никаких претензий, всецело рад их существованию, скрашивающему серые будни. А начинается всё с мелочей, Вернон. Лизаться на улицах – ты совсем что ли?!
- Да блин, ну, не подумал! Что я, отвернуться от неё должен был?! Она бы оскорбилась, и я бы даже её в этом понял.
- Ты должен был объяснить, что так нельзя. Ты – золотой! Ты в этом мире для того, чтобы объяснять именно это, как и почему нельзя! Я догадываюсь, что у тебя на родине такое не порицается, и вообще есть День ходьбы с голыми сиськами по городу – я про такое читал...
- Почему я не удивлён?
- Заткнись. Я говорю, забудь, что там в Штатах. Тут – не Штаты. Тут – Азия. Да, есть ночные блядушники, да, люди тоже занимаются развратом и трахаются, и не только после свадьбы. Но золотые – это не из серии «а почему всем можно, а мне нет?». Это из серии «у меня есть своё представление о жизни, и я его придерживаюсь». И придерживаемся мы его твёрдо, непоколебимо, нерушимо. Уяснил?
- Уяснил, - послушно повторил Вернон. Если бы он стоял, а не сидел, то вытянулся бы, как на плацу.
- Пока сдержанность и умение видеть себя со стороны не войдут в тебя до самого костного мозга, я за тобой приглядывать не перестану, понятно?
- Не имею ничего против, - Вернон подлил в стакан пива и откинулся на спинку. – Приглядывать-то не за чем. Никакого интима! Эх... как я переживу эти два года?
- Как и три до этого.
- Да что ж ты мне всё преуменьшаешь?
- Случайно, - оттаял Чимин и позволил улыбке забраться на его лицо снова.

Джису и Розанна вышли из кабинок и, поправляя макияж, застряли перед длинным зеркалом над раковинами. Они подождали, когда выйдет посторонняя женщина, чтобы завести беседу.
- Чимин, конечно, тот ещё фрукт, - вздохнула первая. – Боже, ну почему я запала именно на него?
- Ну, объективно он милый, - достала блеск для губ Розэ и, уже откручивая крышечку, передумала и закрыла её. Всё равно она рассчитывает целоваться с Верноном до самого утра и его отъезда. Рука полезла в сумку за тушью.
- Он классный, да. Но слишком консервативный. Хотя иногда кажется, что вовсе нет...
- Это разница поколений. Одно поколение, в психологии считается... или социологии...не суть! Это семь лет. Он старше тебя на целых девять! Просто труднее найти взаимопонимание, вот и всё.
- А нет ощущения, что я ему не нравлюсь?
- Что? Нет. Он, наверное, просто себе цену набивает, - Розэ нащупала тушь, но, когда достала её, стала что-то соображать и от обновления макияжа тоже отказалась. – Может, Чимин проходил курс пикаперов и поэтому выкидывает такие штучки. Ну, знаешь, притяни – оттолкни.
- Да что-то он не притягивает ни разу...
- А кому проблем захочется? Как будто ты не знаешь, какая сейчас жизнь! Руку тебе на коленку положит, а ты его потом в тюрьму упечёшь за домогательства, ещё ославишь, залив во все соцсети плаксивые посты с хэштегом «me too». И кто не будет его травить, того признают женоненавистником и патриархальным ублюдком, так что Вернон тоже огребёт.
- Но я же пришла сама с вами в одиннадцать вечера, пью алкоголь и строю ему глазки! Как можно подумать, что ко мне нельзя подклеиться?
- Новостные статьи именно такими случаями и набиваются. Это меня подпоили, увезли чёрт знает куда и, даже если бы изнасиловали – никто бы ничего не пронюхал и не узнал, потому что влиятельные дяди, забавляющиеся с девочками, заткнут всем рты и всех подкупят. А мне лично и самой бы не захотелось оглашать, что меня пустило по кругу несколько человек, я бы вскрылась может, или ещё чего, но не плакалась бы в интернете, прилюдно выставляя свою трагедию. А шум создают те, кто хочет внимания...
- Но не создав шума – проблему не решить!
- Согласна. Да только из-за всяких подставных дур, желающих популярности и подзаработать, в жизни не разберёшь, где проблему решают, а где врут. – Розанна махнула рукой. – Чёрт с ним, с этим всем. Джису, я хочу, чтобы сегодняшняя ночь закончилась сексом!
Подруги посмотрели друг на друга. В уборную вошла ещё посетительница и закрылась в кабинке. Девушки придвинулись ближе и зашептали.
- Я думала, - продолжила Джису, - что вы с Верноном решили подождать до его возвращения.
- Да, сначала так и решили. И, судя по всему, он намерен сдержать своё обещание. Но, чёрт, я хочу его, хочу, хочу!
- В чём проблема? Скажи ему.
- Это не то. Всё должно гармонично получиться. Потом, когда до этого уже дойдёт, я-то скажу, что не против, но...
- Но?
- Мне нужны презервативы.
- А вдруг у него есть?
- Нету, я знаю, - заверила Розэ, помнящая слова Вернона той ночью, когда он у неё остался, после спасения. Да и она гуляла как-то вечером, укрытая его курткой – в карманах ничего не было. – Я никогда их не покупала, я не представляю, как это делать... умру со стыда – точно! Да и не разбираюсь... они по размерам, наверное? Или как? А у американцев больше, чем у корейцев? Тут на него найдётся?
- Ты у меня спрашиваешь? – усмехнулась Джису. Розанна знала, что у той ещё ни разу ничего такого не было. Истинная, на все сто процентов кореянка, родившаяся и выросшая здесь, Джису не избежала требовательного влияния общества и, будучи подростком, в основном училась, а не гуляла, если не считать одноклассниц.
- Блин... но если я Вернону скажу сейчас, чтоб купил, то это опять будет прямой призыв к действию. И некрасиво получится. Я не хочу, чтоб он понял, что я уже сейчас согласна. Пусть думает, что я смягчилась в процессе...
- Какие хитроумные многоходовки...
Женщина вышла из кабинки, подошла к раковинам, стала мыть руки. Девушки ждали, когда она их подсушит и выйдет. И только потом заговорили снова, опять в полный голос.
- Я могу попытаться достать тебе презервативы, - сказала Джису.
- Да ладно? Где?
- У Чимина.
- Ты серьёзно?! – ахнула Розанна и засмеялась. – И как ты ему объяснишь?
- Никак. Во-первых, хочу увидеть его лицо при такой просьбе. Во-вторых, хочу узнать, носит ли их он. Потому что, если носит, то реально себе цену набивает, а на самом деле – ко всему готовый.
- А если он Вернону разболтает, что ты просила?..
- Не успеет. Мальчики, в отличие от нас, толпой в туалет не ходят, а больше у них времени и поводов уединиться и не будет, - подмигнула Джису и, повесив сумочку себе на плечо, пошла из уборной. Розэ, ещё раз оглядев себя в зеркале и поправив длинные волосы, тоже подхватила сумку и поспешила догнать однокурсницу.

- Я уж думал идти вас спасать, - подвинул стул своей девушке Вернон, - девчонок всегда там засасывает.
- Кто бы говорил, тебя вот завтра года на два засосёт! - надув губы, напомнила Розэ. Парню вновь безумно захотелось её поцеловать, прижав к себе, но он чувствовал сверлящий взгляд старшего, поэтому ничего не предпринял.
- Ты всегда сможешь передать мне послание через Чимина.
- Ну, не всегда, а когда я буду на связи, - частично подтвердил тот, - иногда я тоже уезжаю. Но номер мой у вас есть, так что, обращайтесь. И не только насчёт послания Вернону. Если вдруг будут какие-то проблемы, или кто-то опять полезет, пожалуйста, без стеснений звоните и говорите.
- Спасибо, - улыбнулась Розэ. Вернону очень хотелось надеяться, что если он оставляет на связи друга, то у возлюбленной будет меньше шансов забыть о нём, увлечься кем-то другим. Будет какое-то ощущение его присутствия, которое не позволит смело согласиться на предложения со стороны.
- Ты можешь писать мне бумажные письма, - сказал он ей.
- Ух ты! Никогда в жизни этого не делала, - восторженно зажглась идеей Розанна, - это здорово! А ты отвечать мне сможешь?
- Наверное. Ради такого дела научусь красивому каллиграфическому почерку, а то мой ты не поймёшь.
- Бумажные письма! Как романтично, - искренне вздохнула Джису, удержавшись от очередного взгляда на Чимина.
- Они, конечно, романтичны, но живого человека не заменят, - Вернон стиснул в ладони руку Розэ, - почитает-почитает, и заполнит кем-нибудь пустоту возле себя...
- А сам-то, а сам? – обиделась Розэ на то, что в слабости обвинили именно её. – Наобещаешь писать, а ничего я не дождусь. И сам года через два забудешь, куда хотел вернуться.
- Я?! Я не... - он осёкся. Они пообещали друг другу обойтись без обещаний. Такой вот парадокс. – Время покажет. Что бы мы ни думали сейчас, мы потом увидим, как всё выйдет.
- Поэтому не будем говорить о будущем! Ну его! Допивайте, и пошли гулять.

Они ненадолго сходили в караоке-бар, потом побродили по району и, когда перевалило за час, пешком отправились провожать девушек. По Розэ и Вернону чувствовалось, что они спешат остаться наедине, чтобы наговориться, наобщаться, натрогаться друг друга, тем более, им не дали вести себя фривольно при друзьях. Джису к тому же поняла, что ей нужно будет куда-то деться, не мешаться до рассвета. С этим так-то проблем не было, родительская квартира находилась в Сеуле, вызывай такси и езжай, но когда она возвращалась поздно, во-первых, просыпались мать и отец, во-вторых, приходилось им объяснять, почему в такое время она ещё не спит, почему не осталась в съёмной комнате с Розэ, выслушивать мамины указания о том, что в такой час одной не безопасно шататься по городу. А после ещё недели две терпеть звонки перед сном – родители принимались убеждаться, что Джису добралась и у неё всё в порядке. Нет, ехать домой определённо не лучший вариант.
Парочка шла позади, хихикая и о чём-то перешёптываясь, держась за руки и обмениваясь фразочками, которые понимали уже только они. Джису, шедшая впереди с Чимином, по-хорошему завидовала этой любви, возникшему между друзьями взаимопониманию, когда двое действительно становились единым целым. Удивительно, как свела где-то в Корее судьба парня из Нью-Йорка и девушку из Новой Зеландии, столь похожих, во вкусе друг друга. Почему так легко и беззаботно не выходит отношений у неё, местной, с таким же местным молодым человеком?
- Чимин, можно я задам тебе несколько неожиданный вопрос?
- Неожиданный? – заинтересовался он. – Попробуй.
- У тебя случайно нет... - Джису чуть наклонилась к нему, заговорив шёпотом, чтобы двое сзади не услышали. Хотя те были так поглощены собственной беседой, что вряд ли бы обратили внимание на что-то ещё. - ... презервативов?
- Презе... - чуть не произнёс во весь голос Чимин от удивления, но тотчас зашептал и сам: - Презервативов?
- Да.
- Ты... - хотел он по-серьёзному начать разбираться в вопросе, но уловил какой-то подвох и, лукаво расплывшись, уточнил: - Тебе очень срочно? До ближайшей аптеки не дотерпит?
- Боюсь, что нет, - продолжая интриговать, покачала головой Джису.
- Тогда, кажется, есть они у меня или нет, мне лучше уносить ноги, потому что Вернон занят, а других подходящих жертв для внезапного изнасилования, кроме себя, я не вижу.
Девушка засмеялась:
- И всё-таки, ты не угадал. Можешь расслабиться, ты останешься невредимым. Так есть или нет?
- Ну, допустим, есть. Это тест на что-то? На запасливость, озабоченность, распутство, оптимизм?
- Если у них уже вышел срок годности, то, конечно, на оптимизм, - не в силах удержаться от веселья, на которое провоцировал Чимин, хохотала она.
- Эх, провалил я его. Они ещё годные.
- Хорошо. Тогда не мог бы ты ими поделиться?
- Прямо сейчас? – опять недопонял Чимин. – Нет, мне не жалко, но хочу понять...
- Меньше знаешь – крепче спишь, - вернула она ему его замечание. Золотой прищурился:
- Злопамятная засранка.
- Я не такая.
- Все девушки злопамятные.
- Ах, я такая, как все? – с вызовом посмотрела на него Джису. Безнадёжно, но ей хотелось услышать от того, кто ей нравился, что он её как-то выделяет. А если бы это было ложью? Из вежливости? Тогда лучше не надо. Но честно произнесённое «да, ты как все» - это же прямо в сердце. Куда это годится?
- Чисто физиологически все мы примерно одинаковые, но в совокупности индивидуальных признаков, разумеется, ты быть как все не можешь, - выкрутился Чимин, довольный собой. Его просто так было не провести. Он озвучил банальные истины, минуя собственное мнение.
- Ты уходишь от темы. Презервативы, - напомнила Джису. Чимин остановился у поворота в переулок. Двое идущих сзади заметили остановку и тоже встали, глядя на впередиидущих.
- Что такое? – отвлёкся от Розэ Вернон.
- Нам с Джису нужно отойти на пять минут, - указал он за угол, - попудрить носики.
- Хён***, ты ничего не путаешь?
- Нет, девчонки ходят кучками, - игриво и манерно произнёс Чимин и указал Джису в переулок. – Мы сейчас вернёмся.
- По-моему, ты запутался в схеме! – кинул вдогонку ему американец, смеясь.
Золотой зашёл за стену здания, которое они проходили, и полез шарить по своим карманам.
- Ты, всё-таки, решил не докапываться до истины? – улыбнулась Джису.
- Да я понял, что это для Розэ. Не сложная была задачка. Так сказать, дважды два. И раз это не для этих двух, то для тех. Я бы попытался подсунуть их Вернону, раз уж такие дела, но этот опять включит рыцаря и скажет «ни за что, не надо, я не буду». На, держи, - достал он презервативы и протянул девушке. Когда упаковка легла в её ладонь и попала под свет фонаря, он спешно схватил её обратно: - Ой, не те! Вот, - нащупал он в заднем кармане и положил в руку Джису другие, - держи эти.
- А... в чём разница? – неопытно, ничего не понимая в таких вещах, похлопала глазами девушка, убирая полученное себе в карман.
- Ну... как тебе объяснить, - замешкался Чимин, потерев шею. С каждым годом на него наваливались какие-то всё новые педагогические тяготы. То тренируй девчонку в тхэквондо и объясняй ей, для чего и ради чего драться надо, то теперь лекцию по контрацепции проводи! – Это... как бы... ну, - несмотря на то, что был парнем без комплексов и обладал должной смелостью в любых жизненных ситуациях, Чимин всё же почувствовал, что выворачивает наизнанку какую-то интимную часть своей жизни. Презики-то всё же были его. – Супер-лайт – они очень тонкие, порваться могут, не успеешь и заметить. Чтобы заметить и не накосячить – нужен опыт. У тех двоих за углом его нет. Им супер-лайт нафиг не нужен.
- Но у тебя они есть, - приподняла брови Джису.
- Так, всё, получила, что просила? Пошли назад...
- Погоди! А они это... подойдут Вернону?
- В смысле? – свёл брови к переносице Чимин.
- Ну... - заливаясь краской, что было видно даже в полумраке, протянула Джису. – По размеру...
- А-а, я понял. Он европеец, а я азиат. Ага. Спасибо, - поставил руки в бока золотой, - нет, я понимаю, когда приезжают девчонки с Запада и задаются такими вопросами, но твой-то здоровый патриотизм где?
- Я не... ну... не это имела в виду... я просто... извини...
Чимин цокнул языком и вышел из-за стены, быстро вернувшись на улицу, где ждали друзья. Вернон посмотрел подозрительно на него, затем на появившуюся следом Джису. У неё был виноватый вид, у Чимина – немного надутый.
- Всё в порядке?
- Да, вполне, - ответил мастер.
- Быстро вы уложились, - пошутил Вернон, намекая на секс.
- Я ещё и скорострел теперь, - не убрав до сих пор рук с боков, немного язвительно, но беззлобно процедил Чимин. – Да чтоб ты так быстро укладывался, как я. Европеец!
- Я что-то пропустил?
- Эволюционную ступень.
- Джису, ты там его избила, что ли? Чего он такой?
- Не знаю, - осознавая, что ляпнула обидный для любого мужчины намёк, не находила себе места она. Впрочем, Чимин был отходчивым и сам никогда зла не держал. Уже через минуту он вновь был самим собой, улыбчивым и спокойным. Хотя в первое мгновение ему и захотелось доказать, что он ни в чём не уступает другому, но Джису была не той девушкой, которую он потащил бы в кровать только для того, чтобы опровергнуть какие-то слухи или похвалиться своими навыками.

Когда они дошли до подъезда девушек, всё без лишних договорённостей как-то было ясно. Вернон ещё за день до этого обсудил с Розэ, что останется у неё до утра, как тогда, после спасения, ведь это будет последняя возможность провести вместе время перед тем, как они расстанутся на много месяцев. Джису успела незаметно передать подруге то, что получила от Чимина, поэтому, не претендуя на посещение их комнаты, делала вид, что собирается ехать к родителям. Они с Чимином остались на улице, попрощавшись с влюблёнными, и те поднялись наверх.
- Интересно, что у Чима с Джису там за секреты были? – разувшись, прошёл Вернон в уже знакомое помещение. – Не целовал ли он её, пряча это от посторонних глаз?
- Он бы тогда не был таким смурным после этого, - заметила Розэ, скинув с плеча сумочку и снимая из ушей длинные висящие серьги.
- Значит, он приставал, а она не далась.
- Ты думаешь, она ему нравится? – попыталась разузнать для подруги Розанна.
- Чимину все девушки нравятся. С чего бы ей быть исключением?
- Это не то! Я не про это. Может, она ему нравится, как я тебе? Может, он хотел бы с ней встречаться?
- Нет, встречаться он точно ни с кем не хочет.
- Не нагулялся ещё?
- А все ли способны нагуляться? Кто его знает, может, не создан он для отношений и семьи. Мне, так-то, тоже не положено было...
- Но любовь важнее правил? – потянулась Розэ и подсела к парню, опустившемуся на её кровать. Вернон, задолбивший слова Чимина, повторявший их про себя ещё долго после того, как они были высказаны, и всей душой желающий быть настоящим, правильным золотым, покачал головой:
- Не говори так. Любовь с правилами не должны соревноваться, они должны существовать на равных, не противореча друг другу.
Розэ немного скисла, спущенная с небес на землю. Ей хотелось петь и танцевать, окрылённая любовью, как и многие влюблённые девушки, она ставила её во главу всего, делала центром Вселенной, ведущей, путеводной звездой, одной на двоих.
- Я думала, что любовь – самое дорогое...
- Любовь? А как же здоровье, друзья, родные? – Вернон и впрямь ощутил себя тем мужчиной, который является стержнем, столпом****, основой, который должен направлять и поучать. – Нельзя выстраивать иерархию среди важных вещей. Одно дело, что деньги или какая другая мишура менее важны, но среди важного важно всё. – Парень посмотрел Розанне в глаза, взяв её за руки. – У меня... всегда будет в жизни присутствовать определённый долг, который я буду исполнять. Да, мои отлучки будут меньше по времени, но отлучаться я буду всегда. И я не хочу, чтобы когда-либо ты подумала, что ты менее важна и дорога мне, не хочу, чтобы однажды ты поставила ультиматум – это или это, я или долг. Да, мне придётся выбирать, и что-нибудь я выберу, тебя или долг, но до конца жизни останусь несчастным и считающим себя жалким убожеством, которое не смогло сохранить в своей жизни всё. Розэ, я хочу, чтобы ты, если почувствуешь, что не в силах терпеть такое, ждать меня постоянно, если у тебя засядут в голове мысли, что ты для меня не так важна, как что-то другое, поэтому я себя так веду... Чтобы ты подумала тогда хорошенько за эти два года, нужно ли тебе это. Я не хочу навязывать тебе непосильное. Да, я буду, конечно, есть землю и грызть камни, если тебе это всё окажется ненужным, но ты имеешь полное право на ту судьбу, которая принесёт счастье тебе. Которая будет тебе по плечу. В которой надо будет не терпеть и замалчивать, а в которой ты поймёшь того, кто рядом, и разделишь с ним его выбор. Как и он поймёт и разделит с тобой твой.
- Ты всё сказал? – когда он закончил, спросила Розэ. Вернон молча кивнул.
Она прижалась бедром к его бедру, прильнув впритык и, закрыв глаза, поцеловала золотого. Он тоже сомкнул веки и, надеясь, что девушка всё-таки поразмыслит над его словами, обнял её. Розанна обвила его шею руками и, наваливаясь всем телом, опрокинула на подушку. Упав на спину, Вернон не отпустил её, повалив с собой, но она высвободилась и, приподнявшись, стала стягивать с себя футболку, обнажая лифчик.
- Розэ, Розэ! – опершись на локти, привстал он и выпятил ладони. – Пощади, я же не удержусь так...
- Не удерживайся, - наклонилась она, целуя его в нижнюю губу. Он округлил глаза.
- Розэ, если это произойдёт, и ты меня не дождёшься, я...
- Да это ты сам ещё и не вернёшься, хватит на меня сваливать!
- Я не сваливаю, я просто... ну... при всей вере в лучшее, не знаю, во что верить... И стоит ли.
- А ты думаешь, я очень высокого мнения о постоянстве парней? – прекратила она касаться его лица губами. – Но, как бы то ни было, Вернон, мне кажется, мы не пожалеем, если сейчас... За два года же чувства остынут в любом случае, правда? Пусть не пройдут, но остынут. И каким бы ни был исход, нам не будет так уж и больно.
- В чём-то ты права, - согласился с её доводами парень. – Но я, наверное, не должен поддаваться. Я обещал тебе, что не стану настаивать, и мне не это от тебя нужно...
- А мне, - опять низко-низко наклонилась Розэ к нему, устами к устам и глазами в глаза, - это от тебя нужно. Не только это, естественно, ты не подумай.
- Ну, если бы тебе от меня только это было нужно, моей совести было бы спокойнее, я бы себе большее позволял, - хохотнул Вернон. – Но я всё-таки, тешусь надеждой, что тебе и сердце моё нужно.
- Нужно, - мягко улыбнулась Розэ, протягивая руку к включателю ночника, - выключишь верхний свет? – она грациозно соскочила с юноши и тот, ловко встав на ноги, погасил освещение, тут же сменившееся на приглушенное и неяркое. Розанна села лицом к возвращающемуся Вернону. Он схватил свою футболку за загривок и стащил её через голову. Девушка увидела его молодое, но натренированное и выносливое мужское тело, к которому хотелось прижаться. Он уже собирался забираться на постель, когда замер:
- Чёрт, тогда мне надо кое за чем сбегать.
- Кое-что есть у меня, - загадочно поманила его Розэ.
- Да? – Вернон погрозил пальцем, разоблачающе ухмыльнувшись. – Ах ты мошенница, всё спланировала, да?
- Ничего подобного. Так звёзды сошлись...
- Звёзды сошлись? – он всё-таки заполз на постель, потом на Розэ и, нависнув сверху, коварно улыбнулся на бок: - Каким именно образом, не подскажешь? По-крокодильи, по-собачьи, собрались в цифру шестьдесят девять?
- Похабник! – распахнула она рот, наигранно ханжески ахая. – Английский вроде мой родной язык, но что ещё за по-крокодильи? Это больно?
- Нет, это когда делаешь девушке кунилингус и... - Розэ закрыла ему рот ладонью.
- Ладно-ладно, можно без подробностей. Где понабрался-то такого? От проституток своих?
- Я вырос в Адской кухне, детка, - повёл он бровью, - там и не такие знания получишь.
- На мне только совсем уж всё применять не стоит, - хихикнула она.
- Нет? То есть, сдавать назад костюм из латекса и отпускать монстра с тентаклями?
- Да, начнём с чего-нибудь попроще, - снова сцепила руки вокруг его шеи Розэ. – С поцелуя, например.
- Австралийского*****?
- Боже, да замолчи ты уже, - сдержала она смех и приподнялась, чтобы захватить его губы. Но Вернон быстро перенял инициативу и, разведя уста Розэ, ворвался между ними языком. Грядущие два года расставания отошли на задний план. Скажи ему кто, что за эту ночь его расстреляют на утро – он бы не испугался и этого.

Примечания:

*Чимин подразумевает корейское обращение «аджощи» («ачжосси» - как вам на слух удобнее), которым обращаются к совсем зрелым дядькам

** female logic – женская логика

***хён – вежливое обращение к кому-то чуть постарше, вроде «старший брат»

****не исправляйте это слово на «столб», гуглите и расширяйте словарный запас

*****австралийский поцелуй – это слэнговое обозначение, когда мужчина плюёт на ладонь, чтобы смочить вместо смазки известно что перед сексом