ᴘᴀʀᴛ 35
Пытай меня нежно
С самого утра в доме Ли царила напряженная обстановка. Все были очень молчаливы и задумчивы.
И каждый переживал по своему поводу.
Минхо надеялся, что все-таки сможет достать медальон Мэй. И что сделает это очень быстро, чтобы надолго не оставлять брата и девушек одних.
Хисын переживал за Суджин. Боялся, что она отдаст все силы и жизнь, чтобы защитить их. Он хорошо знал свою маленькую ведьму, готовую пожертвовать всем ради своего предназначения.
Суджин тревожилась, что у нее не хватит сил удержать защиту, и что Хван доберется до Хисына.
А Софи…
Она переживала за всех. Боялась, что Хёнджин, пытаясь завладеть книгой и ее кровью, убьет всех. Но больше всего она тревожилась за Минхо, который сообщил, что ночью отправится в логово этого монстра.
Один.
И она совсем не понимала, зачем он туда собирается. На все вопросы Софи он отвечал уклончиво.
Поэтому она решила немного его попытать действенным для этого мужчины методом.
— Минхо, ты не поможешь мне принять ванну? — шепнула тихо Софи, чтобы ее не услышали Суджин и Хисын.
Глаза Ли мгновенно поменяли цвет, а на губах появилась улыбка.
— Могла бы и не спрашивать, — подмигнул ей мужчина.
Через пятнадцать минут, Софи лежала в огромной медной ванне, которая стояла прямо посреди спальни. Минхо почему-то задерживался.
У нее вообще складывалось впечатление, что все трое от нее что-то скрывают…
Но вот что?
Дверь открылась так внезапно, что Софи вздрогнула.
— Ваш верный слуга прибыл, — шутливо произнес Ли, быстро стягивая с себя одежду.
— Заставлять женщин ждать — нехорошо, — пожурила его девушка и вытянула идеальную стройную ножку, положив ее на край ванны. — Теперь тебе нет места в этой ванне.
Но зато есть в моем сердце.
— Нет места?
— Именно.
— Хм… — обнаженный мужчина подошел к ванне, и прищурился, словно придумывая хитрый план.
— Минхо, — в голосе звучало предупреждение. — Не смей.
Софи не хотела, чтобы сейчас он разрушил ее план, поступив, как несколько дней назад. Тогда она тоже не пустила его в ванну, и он начал ее пытать… Вернее, пытку устроили его руки… Он ласкал ее так, что она была готова на все, лишь бы почувствовать его в себе…
Но Ли не остановился на достигнутом. Он заставил ее умолять, кричать о том, что она мечтает принять с ним ванну.
И, получив желаемое, он наконец дал ей то, чего она так хотела.
— Что не сметь? — мужская рука медленно двигалась по вытянутой стройной ножке, которая покоилась на краю ванны.
— Ладно, залазь, — сдалась Софи.
Минхо, по обычаю, поднял ее в воздух, достав из воды, сел в ванну, и усадил ее на себя.
Уже возбужденный член, упирался ей прямо в поясницу.
Он был благодарен ей за этот маленький подарок и ее предложение.
Ему просто необходимо было хоть немного отвлечься от своих мыслей. А когда она оказывалась рядом с ним, да еще и обнаженная, он вообще обо всем забывал.
— Зачем ты вечером идешь в логово этого зверя? — как бы между прочим, спросила Софи, и потерлась о его твердый и большой член ягодицами.
Ли зажмурился от удовольствия.
— Чтобы забрать одну вещь, — простонал он.
Маленькая ведьма.
— Какую? — ее рука обхватила его достоинство, и начала ласкать.
Хо застонал. Мозг медленно плавился под движениями ее руки.
— Какую, Минхо?
— Может позже поговорим? — мужские пальцы оказались на ее лоне, и он подтянул Софи ближе к себе, лишив возможности «пытать» его движениями руки.
— Н-нет, — из легких вырвался вздох. — Сейчас
— Точно? — один палец скользнул внутрь, и он прикусил ее за мочку уха.
Мокрая… Моя…
— Да… — Софи таяла.
Проклятый искуситель.
— А если так? — он приподнял ее, и опустил на возбужденный член, погрузившись в нее полностью.
Софи вскрикнула и вцепилась в края ванны.
Вот и поговорили…
Через пятнадцать минут им все-таки удалось поговорить.
Она лежала на нем, опперевшись спиной о мощную грудь, пока Ли играл пальцами с ее торчащими розовыми сосками.
— Минхо, я серьезно. Либо ты говоришь, зачем туда идешь, либо я отправлюсь с тобой.
— Ты с ума сошла?
— Нет.
— Если ты сейчас говоришь серьезно, то я, вероятно, переоценил твои умственные возможности, — он заглянул ей в лицо. — Ты должна остаться здесь.
— Зачем ты туда идешь? — как мантру твердила Софи, во взгляде зеленых глаз угадывалось раздражение.
Да почему ты такой упрямый?!
Минхо смотрел на воинственное выражение лица своей красотки, и хмурился все сильнее. Настроена Софи была весьма решительно.
А ведь отправится же…
— За медальоном Мэй, — признался он.
— Зачем он тебе? — удивилась Софи. — Ведь Мэй уже не нужна Хвану.
— Но ему нужен медальон.
— Не понимаю… — между бровями девушки пролегла морщинка.
— Суджин сказала, что он может использовать его против нас, — солгал Минхо, смотря прямо ей в глаза. — Поэтому, его необходимо забрать.
— Может с медальоном Мэй во мне проснется магия? Хотя… Это же один и тот же медальон… Просто мой из будущего, — она не смогла скрыть в голосе нотки разочарования.
— Не переживай. Все будет хорошо.
— Я за себя не переживаю, Хо. Я беспокоюсь о вас. Я не хочу, чтобы вы пострадали, спасая меня. Вдруг я вообще — не и рода Сантино? Не Избранная? Ведь магия во мне так и не пробудилась!
— Хван пробовал твою кровь. А он безошибочно может определить такие вещи. В таком случае, не верить ему нет оснований.
— Тогда почему она не пробуждается, черт возьми?! — воскликнула раздраженно Софи. — Как ему противостоять?!
— Возможно, она проснется с появлением в небе кометы. Пока мы будем действовать наощупь.
— Пожалуйста, Минхо. Будь осторожен.Я не переживу, если ты умрешь.
Софи прижалась к нему, и подняла голову вверх, сразу же встретившись с его губами.
Всего за две недели этот мужчина стал для нее всем. Целым миром, от которого она не хотела отказываться, а тем более терять.
Она молчала о своих чувствах к нему, боясь того, что своим признанием, испортит их отношения. Потому что он не говорил ни слова, и от этого Софи было еще труднее.
Кругом одна неизвестность.
После бурного принятия ванны, Ли утянул Софи в постель, и снова занимался с ней любовью, заставляя обещать ему, что она никуда не пойдет и будет слушаться Хисына.
Если сперва Софи и пыталась противиться, то потом сдалась.
Разве можно устоять перед напором этого мужчины?
Проснувшись через несколько часов, Софи поняла, что лежит в постели одна.
Минхо ушел.
— Будь осторожен, Хо, — в пустоту прошептала она, закрыв глаза. — Я люблю тебя.