Рассвет

Аполлон задумчиво шагал по лесу, радуясь возможности сбежать из ставшего после того полуночного разговора с Лоренцией ему в тягость общества Полемистиса. Яркое солнце скрывали кучевые облака, принося приятную свежесть и долгожданную прохладу. Как и густая тень леса, под сень деревьев которого Аполлон ступил, чувствуя себя выпущенным на свободу волком.

Лесная подстилка едва слышно шуршала под ногами, зеленый мох скрадывал звуки, позволяя ступать почти что бесшумно. Где-то в ветвях деревьев, не видимые даже цепкому взгляду вампира, пели птицы. Аполлон остановился и с нежностью провел пальцами по грубой, шероховатой коре многовекового дуба.

- Стой, где стоишь! – раздался окрик, но мужчина лишь ухмыльнулся и покачал головой.

Конечно, что он ее заметил. Бесшумная тень, тихо преследующая его с того самого момента, как он перешел невидимую черту, разделяющую территорию людей и вампиров.

- Не двигайся! – выкрикнула преследовательница, заметив его покачивания.

Аполлон ощутил исходящий от нее страх. Она боялась его, этого странного вампира, спокойно разгуливающего по их, человеческой, территории. Но к этому страху примешивалось какое-то баранье упрямство, и Аполлон не смог сдержать ухмылки.

- Не беспокойся, я не причиню тебе вреда. Я просто...

- Кто тут может причинить вред, так это я, - задиристо прервала его девушка и нервно переступила с ноги на ногу, - имей в виду, у меня арбалет, и я держу тебя на прицеле. Только дернешься, и...

Она многозначительно замолкла, предлагая Аполлону самому додумывать дальнейшее развитие событий. Но мужчина лишь хмыкнул, отчего-то зная, что она не сделает выстрела. Не перейдет черту.

- Я просто гуляю, - спокойно повторил он, - и не хочу вступать ни в какие конфликты. Во-первых, ты наверняка прекрасно знаешь, что предшественник нынешнего графа заключил с людьми, а точнее, с охотниками на нечисть, договор на крови, по которому мы не имеем права убить или ранить кого-нибудь из вас. Последствиями этого... злодеяния, - после секундной паузы он подобрал нужное слово, - будут безумие и дальнейшая смерть. Ну а вы взамен, - Аполлон чуть повернул голову, краем глаза рассматривая точеный силуэт девушки, - обязуетесь не убивать нас просто так, без видимых на то причин. Необоснованно. Как видишь, нападать я на тебя не намерен, так что оснований нет. Дай старому вампиру спокойно погулять, полюбоваться на цветочки...

- А во-вторых? – раздраженно прервала его охотница, - что же во-вторых?

- Ну а во-вторых... - Аполлон на миг задумался, - этот день слишком хорош, чтобы портить его чьем-либо убийством, согласна? Теперь, думаю, мне можно повернуться?

- Да, - после минутного колебания и тяжелых вздохов сказала девушка. Но арбалет не опустила.

Аполлон нарочито медленно, не делая резких движений, повернулся. На него, словно дикий зверек, с недоверием в поблескивающих глазах смотрела молоденькая девушка, совсем еще ребенок. Ей было не больше тринадцати, и ее хрупкая на вид фигурка совсем не сочеталась с огромным и явно тяжелым арбалетом. Встряхнув головой, незнакомка раздраженно сдула с высокого лба прядь непослушных огненно-рыжих волос. Чуть сощурив ярко-зеленые глаза, напоминающие два мятежных леса в период бури, она неотрывно смотрела на мужчину, словно ожидая чего-то.

«Возможности всадить мне стрелу в лоб, должно быть», - подумал Аполлон, но тут же отбросил эту мысль. За всей видимой резкостью и яростностью скрывались добрая и ранимая душа, он видел это в ее глазах, в том, как она держалась.

- Я Аполлон, - сказал вампир, а потом представился полным именем, - Аполлон Никитис Хаталми. А твое имя?

- Патриция, - неохотно ответила девчушка, а потом насмешливо наклонила голову, - у тебя что, и правда два имени, да еще и таких вычурных? Или ты меня дурачишь?

- Правда, - твердо ответил мужчина.

Он предпочел не вдаваться в подробности и не сообщать свое настоящее имя, которое привык ревностно оберегать от любопытных ушей. Он хранил его в тайне, ведь это было то немногое, что напоминало ему о той, прошлой жизни.

- Как я понимаю, Патриция Сансет?

- Именно, - девочка горделиво подняла подбородок, - а ты наследный граф?

- Именно, - повторил ее фразу Аполлон и едва заметно улыбнулся.

Но Патриция лишь еще больше прищурилась, продолжая сверлить вампира недоверчивым взглядом. Недоуменно фыркнув, она резко качнула головой и прикусила губу.

- Что-то не так? – едва сдерживая ухмылку, поинтересовался Аполлон.

Эта девчушка его забавляла, чем-то напоминая маленького рыжего котенка, впервые увидевшего большого пса и пытающегося понять, что к чему.

- Постой, - неожиданно догадался Аполлон, - ты что, никогда раньше не видела вампира?

- Что за глупости, - раздраженно передернула плечом Патриция, - в любом случае, это тебя не касается.

- Ох-хо-хо, - расхохотался мужчина, - вот этого я никак не ожидал. Честное слово, думал, тебя познакомили с вампирами чуть ли не с младенчества, зная твоих родителей. А если бы ты выстрелила в обычного человека? Да ладно, что уж там. Если бы это оказался по-настоящему опасный вампир, который вышел на... прогулку и случайно повстречался с маленькой девочкой?

- Я не маленькая девочка, - угрюмо пробурчала девчушка, - и ты сам сказал, что по заключенному договору вампиры не могут нападать на людей.

- Тебе ли не знать, как все любят нарушать правила.

Вскинув голову, Патриция пронзительно взглянула на мужчину, и тот расслабленно пожал плечами, чрезвычайно довольный тем, что его предположение оправдалось.

- Ты ведь сбежала от родителей, не так ли? Схватила арбалет и была такова. Я прав?

Патриция нервно кусала губы и со смесью злобы и стыда глядела на Аполлона. В конце концов, тяжело вздохнув и прядя, видимо, к выводу, что выкручиваться смысла нет, она медленно кивнула. А потом неожиданно пожаловалась:

- Они все еще считают меня маленькой девочкой, не способной постоять за себя.

«И они правы, - хотелось сказать Аполлону, - если достаточно сильный – или безрассудный – вампир захочет убить, то он убьет и опытного охотника, не то что маленькую беззащитную девочку».

- Тебе повезло, что первым вампиром, которого ты встретила, оказался я, - вместо этого мягко произнес Аполлон, - твои родители просто пытаются защитить тебя. Не все вампиры такие очаровательные, как я.

Патриция, фыркнув, не выдержала и рассмеялась, смотря на жеманно хлопающего ресницами и паясничающего Аполлона. Мужчина, тоже улыбнувшись, с неожиданной болью в сердце понял, что им с Лорой никогда не удастся создать такое же маленькое чудо, которое будет бурчать и недовольно морщить носик из-за их чрезмерной опеки. После них ничего не останется.

Ему и раньше приходили в голову такие мысли, но ему всегда успешно удавалось отгонять их подальше. Но сейчас, глядя на девочку, он понимал, что после этой встречи уже не сможет сбежать от этих чувств. Ему остается лишь принять их, прочувствовать и жить дальше.

- Ну так что, милая охотница, я могу идти? – сделав над собой усилие, с улыбкой спросил Аполлон.

- Я не уверена, что...

Патриция бросила взгляд на спину, туда, где, по прикидкам Аполлона, находился ее дом, а потом снова неуверенно посмотрела на мужчину. А потом, чуть сощурив глаза, медленно отмеряя каждое слово, произнесла:

- Я провожу тебя.

- Не доверяешь? – криво ухмыльнулся Аполлон и устало вздохнул.

На него словно навалилась вся тяжесть мира, а мысли, чувство одиночества и боль из-за ссоры с Лоренцией, от которых он пытался сбежать, спрятаться и затеряться в лесу, вновь атаковали его мозг, выедая его изнутри.

- Просто хочу тебя проводить, - упрямо повторила Патриция, и Аполлону ничего не оставалось, кроме как смириться.

Лесная подстилка тихо похрустывала под ногами, особенно громко слышимая в тишине. Они молча шли рядом, каждый думая о своем. Небо, затянутое тучами, предвещало скорый дождь, а ветер, пригнавший кучевые облака, все не стихал и становился, наоборот, сильнее с каждым мгновением.

- Что-то случилось? – неожиданно прервала затянувшееся молчание Патриция и, отвечая на недоуменный взгляд Аполлона, продолжила, - ты так резко помрачнел, словно вспомнил о чем-то... плохом.

- Да нет, ничего такого, - пожал плечами мужчина, но, увидев недоверчивый взгляд Патриции, полный скепсиса, тяжело вздохнул, - я не хочу взваливать на кого-либо еще свои проблемы.

- Так ты и не взваливаешь, - поудобнее перехватила тяжелый арбалет девочка, - я же не собираюсь их решать. Я всего лишь предлагаю выслушать тебя.

Аполлон усмехнулся и покачал головой, не переставая удивляться этой девчушке.

- Я поссорился с дорогим мне человеком, - немного подумав, сказал он, выбрав самую нейтральную формулировку, которую смог придумать.

- Оу, сочувствую, - Патриция сморщила лоб, - поговори с ним, извинись. Станет легче.

- Спасибо за совет, - хмыкнув, пробормотал Аполлон, - именно так я и сделаю.

- Я серьезно, - раздраженно сказала Патриция, - тебе станет легче, если ты с ним помиришься. А для того, чтобы помириться, надо сначала поговорить с человеком и извиниться перед ним, если ты виноват. Мне всегда становится лучше, когда я мирюсь с тем, с кем поссорилась, а не варюсь в обиде и злости. Если ты его любишь, то никакая ссора не должна помешать вам обрести счастье. Все эти разногласия, они... не важны. Потом ты и не вспомнишь причину ссоры. Но если не сделать первый шаг и не помириться, то ты можешь навсегда потерять ее. И тогда останется только кусать локти.

- Тебе лет-то сколько, мелкая? – восхищенно произнес Аполлон, совершенно не ожидавший от девочки подобных слов, - рассуждаешь прямо как умудренный опытом старик. Но ты права. Как только приду, найду... этого человека и попрошу прощения. Наша ссора... Она не имеет значения, единственное, что является по-настоящему важным, - наши отношения.

- Вот и чудесно, - Патриция, совсем по-детски улыбнувшись, остановилась, и Аполлон только сейчас понял, что они уже подошли к границе.

- Полагаю, пришло время прощаться, - мужчина улыбнулся ей, как равной, и подал руку, - был рад познакомиться с тобой, Патриция Сансет.

- Я тоже, - девушка смущенно улыбнулась и пожала протянутую ладонь, - никогда не думала, что скажу это, но я и правда рада, что повстречалась с тобой. Хоть ты и вампир.

- У каждого своими недостатки, - пошутил Аполлон, желая вызвать улыбку у неожиданно погрустневшей Патриции.

Но у него ничего не вышло. Девочка избегала смотреть на него, упорно уставившись в землю и ковыряя носком ботинка опавшую листву. Она словно не решалась произнести что-то, боялась или стеснялась, но, в любом случае, не могла найти сил высказать мысли вслух.

Аполлон тяжело вздохнув, присел на корточки и посмотрел на Патрицию снизу вверх, понимая, что теперь пришло его время задавать вопросы и давать мудрые советы.

- Что-то случилось, охотница?

- Нет, - она помотала головой и закусила губу, отчаянно хмурясь и морща высокий лоб.

Аполлон, наклонив голову, внимательно посмотрел на девочку, разглядывая черты ее лица. Она была удивительно похожа на свою мать, которая... Ну конечно! Аполлон едва не хлопнул себя по лбу. Он вспомнил, как слышал от Октавиуса, что молодая наследница большую часть года проводит в частном пансионате, где ее строго воспитывают и обучают различным научным премудростям, и лишь на лето приезжает домой, где за ней не менее строго следят родители и тренируют, стараясь подготовить ко всем ситуациям, в которых их чадо может оказаться.

Аполлон еще с того разговора с Октавиусом понял, что Патриции, скорее всего, невероятно одиноко и страшно в этом огромном, чужом ей лесу, где за каждым стволом может прятаться равнодушная дриада, любопытный оборотень или же опасный вампир. Здесь, вдали от подруг и привычного ей окружения, она наверняка терялась, робела даже перед собственными родителями, которые ее подчас просто не понимали.

А в Аполлоне она увидела того, кто мог бы развеять ее страх и смущение, с кем она могла бы позволить себе быть свободной от тяжелых обязательств охотницы на вампиров из древнего и могущественного рода Сансетов. Она – и это было странно, противоестественно – совершенно не боялась Аполлона, наоборот, он был ей интересен, с ним хотелось проводить время.

И Аполлон, как бы это ни было абсурдно, хотел того же. Эта девчушка чем-то зацепила его. Возможно, она напомнила ему о человеческих чувствах и эмоциях, о тех временах, когда ему еще не приходилось пить кровь, чтобы выжить. А возможно, она была похожа на него ныне покойную младшую сестру, по которой мужчина ужасно скучал. Но, как бы то ни было, они оба невольно тянулись друг к другу, словно им было предназначено встретиться и стать, несмотря на все различия и предрассудки, хорошими друзьями.

- Слушай, Патриция... А ты любишь читать?

- Что? – девочка удивленно уставилась на Аполлона, пытаясь понять, чем вызван его странный, ни к чему, на ее взгляд, не относящийся, вопрос.

- Читать любишь?

- Ну да, люблю, - хмурясь, осторожно ответила Патриция, - а что?

- Да я просто подумал, что у меня в замке есть огромная библиотека, - медленно, растягивая слова, произнес Аполлон, с удовольствием наблюдая, как у девочки от восторга загораются глаза, - и мне кажется, что я знаю книгу, которая могла бы тебе понравиться. И я мог бы принести и дать ее тебе...

Аполлон замолк, внимательно следя за реакцией Патриции. А в ее душе – мужчина отчетливо видел это по глазам девочки – происходила борьба не на жизнь, а на смерть.

- Не думаю, что родители позволят, - наконец вымолвила она, но, взглянув на заманчиво улыбающегося Аполлона, неожиданно озорно ухмыльнулась, - хотя если они об этом не будут знать, то им и не будет нужно позволять что-то.

Аполлон, фыркнув, тоже ухмыльнулся и, выпрямившись, посмотрел на Патрицию.

- Ну что, на следующей неделе на том же месте?

- Книгу не забудь, - Патриция весело встряхнула волосами, - до встречи!

- До встречи, - прокричал Аполлон уже в спину убегающей, забавно подпрыгивающей на ходу девчушке и улыбнулся.

Да, эта охотница точно не даст ему заскучать и добавит в его жизнь еще больше ярких, необузданных красок.