8. Галлюцинации
Том с облегчением вздохнул, когда услышал отдалённые вскрики журналистки. Он вспоминал последний разговор с этой женщиной на представлении его финальной книги, именно диалог с ней встревожил его тогда. И вот, как только Уайт вспомнил все детали, вдруг застыл на месте. Перед ним стоял смеющийся мужчина, облачённый в чёрный балахон. Черты его лица писатель не мог разглядеть, только жуткую улыбку, больше походившую на оскал. Том узнал этого мерзавца за считанные секунды и дал понять это детективу Санчесу. Но тот только бессмысленно смотрел на напарника и глупо моргал глазами.
Сделав ещё одну бесполезную попытку привести Дэниса в чувство, Уайт плюнул на него и сорвался с места прямо к незнакомцу. Но тот не был намерен сдаваться и мгновенно помчал, куда глаза глядят. Писателя никак не покидали ощущения, что всё это уже происходило раньше. Темнота, поглотившая Нью-Йорк, а он в погоне за своим недоброжелателем пробирается сквозь знакомые лабиринты улиц. Перед глазами Тома мелькал краешек тёмного плаща и, как бы Уайт не старался ускорить бег, ощущение было таким, будто он не двигался с места. Паника и непонимание происходящего накрыла новоиспечённого детектива с головой и он, потеряв понимание, куда бежит, стал осознавать, что вокруг одна лишь непроглядная мгла.
Томас пропустил момент, когда вдруг ощутил, как земля буквально уходит из-под ног, а он в невесомости и с большой скоростью падает вниз в неизвестность.
***
Полёт не продлился и пары секунд, как Уайт упал на твёрдую поверхность. Писатель сразу вскочил на ноги, уронив всё же заболевшую голову себе на ладони. С трудом Уайт удержал равновесие и сделал первый шаг. Потом второй и третий. Удостоверившись в своей устойчивости, Том, стараясь стерпеть яркий свет, ослепивший глаза, огляделся и обнаружил, что находится в месте, очень напоминающем подобие асгардских покоев. Стены из чистого золота, мебель и золотистые искусно вышитые ткани. Для начала Уайт похлопал себя по лицу, а после и ущипнул себя, чтобы понять сон ли это. Но ничего не изменилось. Тогда он разыскал взглядом резную тяжёлую дверь и спешно направился к выходу.
Первое, что удивило Тома, так это незапертая дверь. Если бы его поймали, то скорее бы посадили в темницу, а уж никак не в шикарные покои, из которых он, к тому же, свободно мог выйти. Писатель ещё туго соображал и пока что мог всё это списать на банальные галлюцинации. И увиденное за дверью отчасти подтверждало его догадку.
Томасу открылся вид на тронный зал. Народу в нём было полно, в уши сразу ударила громкая музыка, вокруг все пели, танцевали и пили. В общем, веселье шло полным ходом.
Уайт стал змеёй пробираться сквозь толпу, и одно он для себя подметил: на него никак не реагируют. Но это и не иллюзии. Для достоверности он положил ладонь на плечо одного из асгардцев и ощутил жестокость ткани что была одета на нём. «Что же это такое?» — замер в раздумьях Уайт, также отметив, что ас на его прикосновение никак не отреагировал. Он даже попытался развернуть мужчину к себе с применением силы, но никакого результата не последовало. Тогда-то писатель и ускорил темп, пробираясь к трону с мыслями: «Странные видения... Интересно, это дело рук этого пса хельского в капюшоне?» — задавался вопросами Уайт. Если это не игра воображения, а и в самом деле фокусы «мидгардского злодея», то в таком случае этот тип вряд ли человек, и он владеет какой-то магией.
Вот, наконец, Том вышел к трону Асгарда. Как он и ожидал, на нём восседал Всеотец собственной персоной. Рядом с ним стояли Тор и Фригг. Втроём они радостно о чём-то перешептывались, но о чём конкретно писатель расслышать не мог. И только по мелким отрывкам фраз до него стала доходить суть разговора.
— Выпьем же за мир в Асгарде и Девяти мирах! — поднял свою чашу Один и во всём зале в мгновение ока воцарилась мёртвая тишина.
— Ведь нет больше плута! Локи больше нет! — воскликнул вслед за отцом Тор и вот уже после его слов асгардцы подняли свои кружки и возгласами поддержали слова старшего наследника.
Томас будто закостенел от услышанного. Как же долго ему не доводилось слышать имя «Локи» из чьих-либо уст и тут вдруг он слышит его от Тора. В прошлом от старшего брата. Какое-то время писатель стоял без малейшего движения среди радостно плясавших асгардцев и обдумывал сказанное. Это наверняка всё не на самом деле, но тогда что это всё значит? Так шалит его подсознание или же кто-то намеренно ввёл его в подобие транса?
Том вновь взглянул на некогда родную ему семью и в первую очередь на златовласого Тора. Тот смеялся громоподобным смехом и рассказывал что-то отцу с матерью. И вот тут бывший маг не выдержал. Уайт прикрыл глаза и стал шептать заклинание. Пора бы выбираться из этого морока.
Вдруг Тома словно окатило ледяной водой, а асгардцы и тронный зал стали медленно, но верно растворяться. Последнее, что успело долететь до слуха писателя было его имя, что произнёс Тор: «Локи...»
Уайт вновь понимает, что куда-то падает с большой скоростью, но уже через пару мгновений ощущает сильный удар по рёбрам и валиться на влажный асфальт. Он еле сдерживает себя, чтобы не застонать вслух и с хрипом поднимается на дрожащих ногах. Голова идёт кругом, а тело одолевает почти невыносимая слабость. Первое, что он замечает — это посветлевшее небо, хоть оно и было затянуто тёмными тучами. «Я пробыл в мороке всю ночь» — крутилось в голове Уайта. И после того, как писатель находит силы осмотреться вокруг, он не замечает никого поблизости.
— Уайт! — слышит Том откуда-то вдали и резко оборачивается на знакомый голос. И не ошибается. К нему бежит запыхавшийся Санчес и, надо заметить, выглядит тот взволнованным.
— Я здесь, — хрипит писатель и подзывает детектива к себе.
— Боже мой, где тебя носило?! — пытается отдышаться Дэнис, останавливаясь и, наконец, переводя дыхание.
— Боже? Даже так, — издевательски усмехается Том и отряхивает малость промокшие пряди волос.
На это бывалый детектив непонятливо хмурится и снова спрашивает, где же тот всё-таки был и куда его только понесло. Томас рассказал о том, что увидел того незнакомца в капюшоне, которого он до этого уже встречал в квартире Уиллстон, и который наверняка у него же похозяйничал. Но Санчес только открывал рот, говоря: «Я никого там не видел, Том...»
Уайт покосился на Дэниса и предложил продолжить этот разговор где-нибудь в другом месте, на что детектив согласно кивнул. Знал он тут одно хорошее местечко в паре шагов от них.
Как оказалось, это была самая обычная кофейня. Напарники заняли один из неприметных столиков и Санчес, всё же не сдержавшись, заказал себе кофе. Уж слишком сильный здесь был аромат. Такой притягательный и жутко аппетитный.
— Никогда не понимал, как Это можно пить, — скривился писатель, вытирая салфетками, которые обнаружил на столе, лицо от грязи. Всё же падение на асфальт не могло остаться без последствий. Дэнис решил промолчать, ведь сейчас Уайт вёл себя действительно странно.
— Послушай, может быть и не было никакого парня в капюшоне? Была ночь, мало ли что могло показаться, — пожал плечами Санчес, с улыбкой наблюдая, как официант ставит на стол чашку с горячим кофе.
— Считаешь меня психом, — усмехнулся Уайт. — Вполне возможно. Но почему я должен тебе верить! — больше утвердительно заявил Том и довольно сильно ударил кулаком по столу. От такого резкого жеста писателя Дэнис чуть было не выронил чашку с горячим напитком из рук, лишь чудом удержав.
Почти все, находящиеся в кофейне, как рабочие, так и обычные посетители, обратили всё своё внимание к столику с Санчесом и сидящим напротив него Уайтом.
— Небольшое недоразумение, граждане. Всё в полном порядке, — с лёгкой и поддельной улыбкой проговорил Дэнис. Убедившись, что на них более не обращают внимания, он столкнулся со злым выражением зелёных глаз. — Хей, ты чего это? Я никак не хотел обидеть или задеть тебя, поверь. Но я правда...
— Замолчи, — прошипел Том, не отводя взгляда от Санчеса. Тот даже поёжился и поспешил вернуться к своему ароматному кофе, уж на него было куда приятнее смотреть.