ГЛАВА 19
Хёнджин.
Я хмуро иду домой к Элле. Мне нужно дождаться того момента, когда она проснётся и рассказать ей все. Что я совсем скоро узнаю кто пытался меня убить все это время. Но самый главный вопрос: почему мой отец замешан в этом?
Почему он отдал какие-то деньги человеку, связанному со мной. Он не мог так поступить и предать меня. У нас всегда были наилучшие отношения и я бы не мог подумать, что произойдёт такое. Сложно обвинять его в чем-то, но если это он, я не знаю как мне смириться с этим. Не знаю как нужно будет начать снова доверять людям и вообще смогу ли когда-нибудь.
Я прохожу сквозь стену комнаты Эллы и бросаю взгляд на большую кровать, на которой она сладко спала.
Я даже не понял как сильно начал привязываться к этой девушке, но увидев ее по новому совсем недавно, задумался о том, что я чувствую к ней. Она моя подруга, она дорога мне, она привлекает меня, она такая красивая и драгоценная, но я понимаю, что мне нельзя думать о ней так. Когда я начал думать о том, что совсем скоро мне придётся уйти - мою грудную клетку сильно сдавило. Это единственное, что я смог почувствовать бесчувственным. Я привязан к ней, но я никогда не скажу, что люблю ее, находясь в таком состоянии. Потому что я не могу чувствовать любовь. Наверное.. И это ломает.
Я замечаю, что одеяло откинуто в сторону, а значит она проснулась. Я должен рассказать ей все, что думаю, что возможно мне придётся уйти и она никогда меня больше не увидит или остаться с ней. Но я не могу допустить того, чтобы она окончательно привязалась ко мне.
Дверь в ванную закрыта, но я вижу, как горит свет. Слышу звук набирающейся в ванну воды и именно это меня насторожило. Она как-то говорила мне, что стала принимать душ, потому что я панически боюсь хоть какую-то глубину воды. Она стала быстрее мыться, чтобы не доставлять мне дискомфорт. И когда я понимаю, что набирается ванна, меня это напрягает. Сначала я не хочу входить. Я не хочу вводить ее в неловкое положение, поэтому сначала зову:
- Элла? Выйдешь?
Тишина в ответ заставляет мои руки начать ходить ходуном от предчувствия. Я вхожу в ванную через дверь и застываю на месте.
На полу очень много воды, что если бы я был материальным, мои ноги бы хлюпали. Элла лежит в ванной так, будто спит, но она не реагирует на мое присутствие. Вода переполняется и начала почти доходить ей до носа.
- Элла! Ты, что, сумасшедшая?? - кричу я.
Я не могу подойти ближе, мои ноги застыли на месте. В голове всплывают ужасные флэшбеки и я мотаю головой, пытаясь выбросить их из головы.
« - привет, малыш, - я рисую микки-Мауса, сидя спиной к двери в мою комнату и от звука Ее голоса вздрагиваю.
Бабуля говорила мне до того-как уехать отдыхать к единорогам, что если я чего-то очень сильно хочу, я должен закрыть глаза и три раза это попросить. Помолиться и в конце сказать «аминь», но когда я весь вечер просил Бога, чтобы Она не зашла ко мне в комнату сегодня, ничего не вышло. Неужели бабушка меня обманула? Я жмурю глазки. Я думаю, что если закрою глаза и сделаю вид, что меня нет, Она тоже в это поверит и уйдёт.
- ты так красиво рисуешь, крошка, - улыбается Она, проводя пальцем по моей руке. Я открываю глазик и смотрю на повязку на запястье. Тетя Тиа из Индии( наша медсестра) надела мне ее пару дней назад, сказав папочке, что я поранился, когда играл с ребятами. Я так сильно хотел сказать, что это не я сделал, что я не выходил на улицу больше недели, но папочка все равно находился в Греции по своим взрослым делам. Я боялся, что он будет волноваться и они с Ней поругаются. Но я люблю папочку, я не хочу, чтобы он расстраивался из-за этой ранки, я потерплю, я ведь уже взрослый мужчина. Вчера мне исполнилось 6.
- пойдём со мной Джинни, ты же хочешь пойти со мной? - говорит Она таким нежным голосом. Я знаю, что если откажусь, то мне будет больно.
- что мне нужно сделать? - шёпотом спрашиваю я.
- о, я лишь хочу искупать тебя. - Она нежно берет мою ручку в свою и ведёт меня по коридору в сторону ванной. Я знаю, что когда Она говорит таким нежным голосом, это хуже всего. Тогда мне всегда больнее.
- ты же ведь знаешь, что отец не работает, правда Джинни? Ты же знаешь об этом? Он как обычно трахает какую-то красотку у себя в номере отеля, а нас с тобой обманывает. Ты же хочешь помочь мне? - говорит Она и с каждым словом ее голос становится холоднее.
- д-да.
- я не хочу помогать Ей, но если откажусь, Она сделает мне очень-очень больно.
Она считает, что если я получу снова какую-нибудь травму, папа сможет обратить на нас внимание.
Мы заходим в ванную и я вижу уже набранную ванну.
- снимай свои вещи, малыш, - нежно говорит она.
Я покорно киваю и пытаюсь стянуть футболочку через голову, но путаюсь. Я слышу как Она злится. Она начинает кричать на меня, хватает за футболочку, запутавшуюся у меня на шее и со всей силы дергает, что я слышу звук оторванной ткани. Она толкает меня вместе с этой футболкой и мои ножки путаются, после чего я падаю, ударяясь виском о ванну.
Мне так больно. Очень больно. Но если я заплачу, Она накажет меня сильнее. Я не могу терпеть и слёзы капают из моих глаз. По щеке стекает что-то мокрое. Я трогаю это пальчиком и вижу красную жидкость. Я привык. Я вижу ее очень часто.
- вставай и садись в ванну! - орет Она. Я слушаюсь, пытаюсь встать, забираюсь в такую ледяную ванну и дрожу от холода. Мне больно и страшно.
Ее голос снова нежный, она гладит меня по волосам, опустившись рядом с ванной на колени. Она гладит меня, моет мои волосы и напевает песни. Вода такая холодная, что мои конечности коченеют и я не чувствую своего тела. Ее руки тоже мерзнут, Она дышит на них и снова гладит меня по голове. В какой то момент Она хватает меня за волосы, опускает мое лицо в воду и держит. Я захлёбываюсь, пытаюсь выбраться, но не могу.
Вот бы папочка был здесь. Вот бы он помог мне.
Я чувствую, как начинаю терять сознание, больно и холодно. В воде страшно. Вода жуткая. И в воде я возможно потеряю свою жизнь или то, что от неё осталось. »
Я кричу что-то невнятное, пытаясь выбросить это из головы. Я рад, что не вижу крови, но Элла может захлебнуться или хуже того. Вдруг она уже умерла? Я не могу подойти и помочь. Я бессильный и даже не знаю что сделать.
Нужно перебороть себя. Если я сейчас не подойду и не помогу ей, она умрет. Я потеряю ее и больше никогда не увижу. Она не заслуживает такой судьбы как у меня.
Быть мёртвым молодым.
Мои ноги начинают двигаться и я подхожу ближе к ванне. Я не могу коснуться ее, моя рука пролетает сквозь все.
- нет,нет,нет,нет,нет - повторяю я. Я должен сделать это. Я должен коснуться ее. Моя душа требует этого. Мой дух. Все мое естество.
Я жмурю глаза, чтобы не видеть глубины ванны и пытаюсь нащупать тело Эллы, но ничего не выходит.
- ТВОЮ МАТЬ! - ору я. Я такой бесполезный.
- пожалуйста, господи, помоги мне. Забери меня к себе, дай мне вытащить ее. Я кричу так сильно. Услышь меня, помоги мне.
Я снова жмурюсь, протягиваю руки в воду и наконец хватаю ее.
Чувствую счастье от того, что я могу помочь ей. Что я вытащил. Я сделал это. Я от части переборол свой страх. Я падаю на пол вместе с Эллой, держа ее в руках. Она дышит, пусть и плохо. Я пытаюсь как-то реанимировать ее, она должна очухаться. Трясу ее. Пока я могу касаться ее, я сделаю все.
Глаза Эллы начинают медленно открываться, но фокуса в них нет. Я трясу ее и слегка хлопаю по щекам и она резко отпихивает меня, после чего ее рвёт на пол. Я не хочу на это смотреть, но мой взгляд находит в рвоте очень много таблеток.
Не может быть, чтобы она наглоталась этого.
Элла садится к стене и закрывает глаза. В ней почти нет сил и она плачет.
- ты в своём уме, дура?! - ору я.
-как ты меня достал, идиот? - хныкает она.
- я специально села в ванну и набрала ее полностью, чтобы ты и близко не подошёл.
Она даже и близко представить себе не может на что я готов, чтобы спасти ее. Когда я допустил мысль, что могу потерять ее, моя голова была в таком беспорядке, будто я сошёл с ума.
У меня стояла одна цель: спасти ее.
Элла кашляет, с неё капает вода.
- для чего ты сделала это? Скажи мне? Почему ты захотела покончить с собой? Ты вообще понимаешь, что подумала бы твоя мать?.. Что подумал бы я?... - тихо добавляю я.
Я вижу как ее руки трясутся.
- я не могу жить с мыслью, что я ребёнок уродства. Я не могу так жить. А вдруг я стану такой же, Хёнджин? - плачет она, впадая в истерику. Она все ещё вялая и может в любой момент упасть в обморок.
- к тому же, мама бы пережила. И ты.. а ты то что? Мы друзья. Ты узнаешь кто пытался тебя убить, придёшь в норму и забудешь про меня.
Так ужасно, что она это говорит. Я не смогу забыть такую девушку. Так хочется сказать ей, что она самое лучшее, что было в моей жизни.
Но я молчу.
Я просто подползаю к ней ближе, чтобы успокоить. Я все ещё могу касаться ее и это радует. - Элла, ты восхитительная. Ты никогда не станешь как все они. Ты особенная, ты заставляешь сердца людей биться чаще. И пусть мое не бьется, и пусть я не умею чувствовать, я все равно смог привязаться к тебе. Ты не станешь как твой отец, он никогда не воспитывал тебя. Забудь про него.У тебя есть ты. И тебя у тебя не отнимает никто.
Я глажу ее по руке, чувствуя, что она успокаивается.
- ты правда так думаешь? - шепчет она.
- ты веришь мне? Я никогда тебе не врал и не собираюсь. Мое детство не было лучшим, да и вся жизнь не была такой. Но в ней появилась ты и я так рад. Я рад, что именно тебя тогда увидел на мосту. Что именно ты увидела меня, единственная из всех. Ты вселила в меня жизнь. Вселила жизнь туда, где ее быть не может.
Я трогаю ее лицо и глажу щеки, пока она плачет. Не знаю, что происходит, но резкий порыв заставляет меня сделать это. Я просто прижимаюсь к ней губами, радуясь, что она отвечает мне взаимностью. Я терзаю ее губы, пытаясь, будто в последний раз запомнить их вкус. Они нежные, пухлые и мягкие. Будто бы созданные для меня. Во всем человечестве меня интересует лишь один человек.
Элла обнимает меня за шею, а мои руки трогают ее талию, голову, все места, до которых я могу дотянуться. Она стонет мне в губы, мы смакуем ее слёзы на своих губах.
Но в какой-то момент, я понимаю, что мне нужно оторваться. Пусть это так и не хочется делать.
Она прижимается лбом к моему и тяжело дышит. - пообещай мне, что мы встретимся, если ты в один момент уйдёшь от меня. - говорит она.
Я киваю. - мы обязательно когда-нибудь встретимся. - шепчу я.
- а ты пообещай мне, что даже если никто тебя не полюбит, ты будешь любить себя. Ради меня.
Она кивает.
- Я совершила глупость и ты спас меня. - улыбается она, но, кажется, все ещё чувствует себя плохо.
- я буду всегда тебя спасать. В воде, огне или в апокалипсисе. - говорю я, убирая прядь волос ей за ухо.
- Хёнджин, кажется я тебя.. - начинает она, но открывается дверь и в ванную комнату входит ее мама: очень испуганная.
Я смотрю на время на стене и меня будто бы бьет током. Я должен идти. У отца встреча с человеком, что пытался меня убить.
Пока мама Эллы пытается вызвать скорую и помочь ей привести себя в порядок, я машу Элле рукой.
- скоро увидимся! - говорю я и исчезаю.
Подхожу на место, где должны быть назначена встреча.
Я вижу Мерседес отца, стоящий недалеко от меня. Какой-то пустырь. Такое ощущение, будто он приехал сюда на перестрелку. я подхожу к нему. Задняя дверь открыта, поэтому я могу видеть, как его нога дергается от волнения.
- не говори мне, что ты предал меня, - шепчу я ему, но понятное дело, что он меня не слышит.
Слышу звук подъезжающей машины и оборачиваюсь. Белая Ауди подъезжает к машине моего отца и папа выходит, чтобы встретить человека.
Когда дверь белой Ауди открывается и оттуда выходит человек, я сразу понимаю, что этот то , кто пытался меня убить.
- о нет, - вырывается из меня.
Все тело замирает от страха, ужаса, неверия, обиды и предательства. Мне хочется подойти и все высказать, но я чувствую, что чего-то не хватает. Опускаю взгляд вниз и вижу, что нет моей ноги.
Мое тело превращается в пыль.
Я разгадал загадку. А значит это конец.
Я даже не смог попрощаться с Эллой.