Глава 24
Глава двадцать четвертая
Поезд тронулся с приглушенным визгом и начал набирать скорость. Ручка Пиппы подпрыгнула и вычертила кривую линию через всю страницу. Пиппа со вздохом вырвала лист из блокнота, скомкала и бросила в рюкзак. Все равно ничего путного не получилось.
Она сидела в поезде до Литтл-Чалфонта. Рави обещал подъехать туда прямо с работы. Пиппа решила провести одиннадцать минут с пользой и набросать черновик эссе о Маргарет Этвуд. Однако, перечитав свой собственный текст, осталась недовольна. Она знала, что хочет сказать; отчетливо сформулировала и буквально вылепила каждую мысль, но на ум приходили совсем неподходящие слова, да и те терялись по пути от мозга до пальцев. Разум никак не мог выбраться из тупика по имени Энди Белл.
Голос из динамика объявил, что следующая остановка – Чалфонт, и Пиппа с радостью закрыла похудевший блокнот формата А4 и затолкала его в рюкзак. Поезд замедлил скорость и с пронзительным механическим вздохом остановился. Она соскочила на платформу и скормила билет турникету.
Рави уже поджидал ее.
– Сержант, – он откинул со лба челку, – я только что сочинил саундтрек, сопровождающий наш выход на бой с преступностью. Начинаю я – нежные скрипки, флейта Пана… А затем вступаешь ты, с трубой Дарт Вейдера.
– Почему это я с трубой?
– Потому что у тебя походка как у трубача; прости, если тебе до сих пор этого никто не говорил.
Пиппа достала телефон и вбила адрес отеля «Зеленый дом». На экране высветилась линия, и они двинулись в заданном направлении. Голубой кружок заскользил по проложенному маршруту и спустя три минуты слился с красной точкой.
Пиппа подняла глаза и увидела небольшую деревянную вывеску с полустертой надписью «Зеленый дом». Крутая, посыпанная гравием дорожка поднималась к зданию из красного кирпича, почти полностью утонувшему в зелени. Плющ покрыл стены настолько плотно, что казалось, дом озяб и закутался в листву.
Шурша ногами по гравию, они направились ко входу. Пиппа заприметила припаркованный рядом автомобиль, означавший, что дома кто-то есть. Оставалось надеяться, это хозяева, а не постояльцы. Она ткнула пальцем в холодную металлическую кнопку. Прозвучал один длинный звонок.
Изнутри послышался тихий голос и шарканье шагов; затем дверь распахнулась. Занавес из плюща колыхнулся. За порогом стояла улыбающаяся старушка – пушистые седые волосы, очки с толстыми стеклами и джемпер с неуместным в это время года рождественским рисунком.
– Добро пожаловать. Я и не знала, что мы ждем гостей. На кого забронирован номер? – Она впустила Пиппу и Рави внутрь и закрыла дверь.
Они оказались в тускло освещенном квадратном вестибюле, с диваном и кофейным столиком слева и белоснежной лестницей на второй этаж в дальнем конце.
– Простите нас, – обратилась Пиппа к женщине, – вообще-то мы ничего не бронировали.
– О, вам повезло. Наш отель сейчас не переполнен, так что…
– …Извините, – прервала ее Пиппа, смущенно покосившись на Рави, – я хотела сказать, мы не собираемся здесь останавливаться. Мы ищем… у нас есть несколько вопросов к владельцам отеля. Вероятно, к вам?
– Да, это мой отель, – произнесла женщина, озабоченно рассматривая что-то слева от Пиппы. – Мы с Дэвидом управляли отелем двадцать лет; правда, в основном муж всем занимался. Недавно он меня покинул, и так тяжело стало. К счастью, внуки здесь, со мной, помогают, возят меня повсюду. Генри сейчас наверху, наводит порядок.
– Так значит, пять лет назад отелем владели вы с мужем? – спросил Рави.
Старушка кивнула и задержала взгляд на нем.
– Какой красавчик! – Она повернулась к Пиппе. – Девушка, вам повезло.
– Нет, мы не… – Пиппа снова покосилась на Рави. Ох, лучше бы она этого не делала! Пользуясь тем, что старушка опять смотрела в сторону, он оживленно затряс плечами, словно танцевал шимми, ткнул в себя пальцем и одними губами прошептал: «Я красавчик!»
– Вы не желаете присесть? – Старушка указала на обитый зеленым бархатом диван у окна. – Я вот желаю. – Она шаркающей походкой направилась к кожаному креслу.
Пиппа последовала за ней, мимоходом намеренно наступив Рави на ногу. Она устроилась напротив хозяйки, Рави, все с той же озорной улыбкой на лице, втиснулся рядом.
– Где же мои… – Старушка похлопала по карманам джемпера и брюк, близоруко щуря глаза.
– Нас интересует, – Пиппа постаралась вновь завладеть ее вниманием, – ведете ли вы запись постояльцев?
– Теперь все делается на этом… как его… на компьютере, правильно? Иногда на телефоне. Обычно Дэвид занимался учетом. А теперь Генри меня заменяет.
– Так как вы отслеживаете бронирование? – спросила Пиппа, заранее зная, что ответа не получит.
– Мой Дэвид отслеживал. Распечатывал график на неделю. – Женщина пожала плечами, не отрываясь от окна.
– А у вас сохранились записи пятилетней давности? – спросил Рави.
– Нет, что вы. Иначе мы бы потонули в бумагах.
– Но ведь на компьютере документы остались?
– О нет. После того как Дэвида не стало, мы выбросили его компьютер. Такая была медлительная штука, прямо как я. Теперь мой Генри вместо меня все делает.
– Можно вас спросить кое о чем? – Пиппа расстегнула рюкзак, достала сложенный лист бумаги, развернула и вручила старушке. – Вы помните эту девушку? Она останавливалась здесь когда-либо?
Женщина уставилась на фото Энди, в свое время опубликованное во множестве газет. Поднесла к лицу, отставила на длину руки, затем снова приблизила к глазам.
– Да. – Она перевела взгляд с Пиппы на Рави, потом на фото. – Я ее знаю. Она заходила.
У Пиппы от предчувствия побежали мурашки по коже.
– То есть вы помните девушку, которая останавливалась здесь пять лет назад? А мужчину, который был с ней, припоминаете? Как он выглядел?
Женщина растерянно посмотрела на Пиппу, ее глаза забегали по сторонам.
– Нет, – нерешительно проговорила она. – Не пять лет назад. Я видела эту девушку. Она сюда заходила.
– В 2012 году?
– Нет, нет. – Женщина смотрела куда-то мимо Пиппы. – Всего пару недель назад. Я точно помню.
Сердце Пиппы упало куда-то в глубокую яму.
– Это невозможно. Она уже пять лет как мертва.
– Но я… – Женщина покачала головой, морщины вокруг глаз стали отчетливее. – Но я-то помню. Она была здесь. Останавливалась у нас.
– Пять лет назад? – подсказал Рави.
– Нет. – В ее голосе чувствовались нотки раздражения. – Я же помню! Я ведь не…
– Бабуля! – послышалось сверху. По ступенями застучали тяжелые шаги, и в вестибюль спустился светловолосый мужчина.
– Здравствуйте! – он протянул руку для приветствия. – Я Генри Хилл.
Рави встал и пожал ему руку.
– Меня зовут Рави, а это Пиппа.
– Чем можем вам помочь?
– Мы как раз задали вашей бабушке пару вопросов о людях, которые гостили у вас пять лет назад.
Пиппа обернулась и взглянула на старую женщину. Та плакала. Слезы катились вниз по пергаментной коже и капали с подбородка прямо на фото Энди.
От внимания внука это тоже не ускользнуло. Он обнял старушку за плечи и взял листок из дрожащей руки.
– Бабуль, а почему бы тебе не вскипятить чайник и не заварить нам чаю? Я сам поговорю с нашими гостями, не беспокойся.
Он помог ей подняться с кресла и проводил к выходу из холла, попутно вернув Пиппе фото Энди. Рави с Пиппой молча переглянулись. Спустя несколько секунд Генри вернулся и закрыл дверь, чтобы приглушить шум закипающего чайника.
– Извините, – с грустной улыбкой произнес он. – Она очень переживает, когда начинает забываться. Альцгеймер, ничего не поделаешь… и с каждым днем все хуже. Я навожу в отеле порядок, чтобы выставить на продажу. А бабушка постоянно забывает об этом.
– Простите, – сказала Пиппа. – Следовало догадаться. Мы не хотели ее расстраивать.
– Что вы, я все понимаю. Так чем я могу вам помочь?
– Мы расспрашиваем об этой девушке. – Пиппа подала ему фото. – Останавливалась ли она здесь пять лет назад?
– А что вам сказала бабушка?
– Она считает, что видела ее недавно, несколько недель назад. – Пиппа сглотнула. – А девушка умерла в 2012 году.
– С бабулей такое часто случается. – Генри отвел глаза. – Путает то время, то место. Порой думает, что дедушка еще жив. Возможно, бабушка просто вспомнила события пятилетней давности. Вы уверены, что ваша девушка действительно здесь останавливалась?
– Я полагаю, да, – сказала Пиппа.
– Жаль, больше ничем не могу вам помочь. Я не располагаю сведениями, кто гостил в отеле пять лет назад; старые журналы регистрации мы не храним. Но раз бабуля ее узнала, вы получили ответ на свой вопрос?
– Да. Простите, что расстроили бабушку.
– Надеюсь, не сильно? – спросил Рави.
– Да что вы! Чашка чаю творит чудеса.
* * *
Когда они шли домой с вокзала Килтона, время перевалило за шесть часов. Солнце скатилось к западу, и над городом сгущались сумерки.
Мозг Пиппы работал, как центрифуга, вращая фрагменты жизни Энди, сортируя их и вновь собирая в различных комбинациях.
– Подведем итог, – сказала Пиппа. – Думаю, мы можем с уверенностью утверждать, что Энди останавливалась в «Зеленом доме». – Она решила, что плитки в ванной и смутных воспоминаний старой хозяйки отеля достаточно. Однако доказательства были шаткими и весьма отрывочными.
Они свернули на парковку, где их ждала машина Пиппы, по пути обсуждая многочисленные «если» и «значит».
– Если Энди приходила в отель, – говорил Рави, – то, возможно, там она встречалась с тайным любовником, и они старались, чтобы их не застукали.
– Значит, – соглашалась Пиппа, – кем бы ни был этот мужчина, он не мог привести Энди к себе домой. И наиболее вероятная причина – он женат или живет с семьей.
Это многое меняло.
– Дэниел да Сильва в 2012 уже женился, – продолжала Пиппа, – а Макс Хастингс жил с родителями, хорошо знавшими Сэла. Если кто-то из них поддерживал тайную связь с Энди, им пришлось бы встречаться с ней подальше от дома. К тому же – не забываем – Макс хранил у себя фото обнаженной Энди, сделанное в номере «Зеленого дома». Которое он якобы «нашел», – она жестом изобразила кавычки.
– Да. Зато Хоуи Бауэрс жил один. И если Энди тайно встречалась именно с ним, у них не было необходимости останавливаться в отеле.
– Я как раз об этом подумала. Отсюда следует, мы можем вычеркнуть Хоуи из списка кандидатов на роль тайного любовника. Хотя это и не означает, что он не может быть убийцей.
– Верно, – согласился Рави. – Зато картина начинает проясняться. В марте Энди встречалась за спиной у Сэла не с Хоуи, и не его она грозилась уничтожить.
Они упражнялись в дедукции всю дорогу до машины. Пиппа нажала на брелок, открыла водительскую дверцу и затолкала внутрь рюкзак, Рави сел на пассажирское сиденье и положил его на колени. Еще не успев забраться в машину, Пиппа заметила человека в зеленой парке с оранжевыми вставками, прислонившегося к ограждению примерно в шестидесяти футах от них. Хоуи Бауэрс, прикрывая лицо капюшоном, разговаривал с другим мужчиной.
Этот человек яростно жестикулировал руками, а его губы шевелились, вероятно, извергая поток ругательств. Блондин в дорогом шерстяном пальто.
Макс Хастингс.
Пиппа пригнулась и юркнула в машину.
– Что такое, сержант?
– Смотри. – Она показала в сторону ограждения, где стояли мужчины.
Макс Хастингс, которого она уже не раз поймала на лжи, утверждал, что никогда не покупал наркотики у Хоуи после исчезновения Энди и вообще понятия не имел, кто ее дилер. И вот теперь он стоял и препирался с тем самым дилером, хотя издалека и на ветру слов было не разобрать.
– Ого! – воскликнул Рави.
Пиппа поспешно завела мотор и тронулась с места, пока эти двое их не заметили. И пока ее руки не начали дрожать слишком сильно.
Макс и Хоуи знакомы друг с другом.
Очередной тектонический сдвиг в мире Энди Белл.
Пиппа Фитц-Амоби
ВКП 12.10.2017