Fix everything

6 лет назад.

Девушка со всех ног бежала по улице, дыхание было тяжелым, сердце бешено колотилось в груди. Она была зла и переживала за Чонгука каждый раз, когда он пропускал занятия. Наконец, она добралась до его дома и забежала внутрь. Скинула рюкзак и поднялась наверх, в его комнату, где парень мирно спал, не заботясь о бардаке вокруг после вчерашнего вечера.

— Ты идиот! — крикнула Сона, кидая в него первую попавшуюся подушку. Гук сонно прохрипел и перевернулся на другой бок. — Вставай! — она стянула с него одеяло. И он, наконец, открыл глаза.

— Ну чего тебе...

— Я опаздываю в школу из-за тебя, придурок. — Одевайся, жду тебя внизу.

Парень неохотно потянулся и посмотрел ей вслед. Ему была приятна мысль, что Сона так заботится о нем.

Одним из самых теплых и счастливых воспоминаний из его школьных лет было время, проведенное со своей лучшей подругой. Они были восьмиклассниками и проводили большую часть свободного времени вместе. Их дружба началась еще с детства. У них было так много общих интересов и хобби, что они всегда находили занятие, чтобы хорошо провести время. Вместо того, чтобы сразу возвращаться домой, они часто оставались вместе и отправлялись на длительные прогулки по большому городу. Блуждая по улицам, они разговаривали о всем на свете: о мечтах и планах на будущее, о семьях и увлечениях. Эти прогулки были для них не только потрясающим способом провести время, но и возможностью по-настоящему разделить друг с другом все.

Однако, с самым ярким воспоминанием связано путешествие на море совместно с их семьями. Это была настоящая радость. Они провели целую неделю на песчаном пляже, плавали в море, играли в песочнице. Эти дни были полны смеха и игр. Друзья вдохновляли друг друга на освоение новых просторов и бесконечно наслаждались моментами, когда смеялись до слез.

Те школьные годы, проведенные с Соной, в прямом смысле стали основой его счастливых воспоминаний. Они учились не только друг у друга, но и открывали для себя мир и становились лучше вместе. Эти моменты общего времяпрепровождения — это что-то, чему он будет навсегда благодарен и что запомнит на всю жизнь.

Девушка сидела в гостиной, когда Чонгук спустился и посмотрел на нее с улыбкой.

— Хватит обижаться, лучше пойдем и купим по мороженому.

— Еще чего, я всю ночь писала за тебя принципы экономики. — раздраженно ответила она. — Ты должен сегодня же пойти и показать их учителю.

— Да зачем мне эта экономика. — он устало закатил глаза и вздохнул. — Скукота. Давай сходим в кино хотя-бы, у меня ведь был день рождения вчера.

Девушка удивленно взглянула на него и почувствовала вину за то, что совсем забыла.

— Боже, прости пожалуйста, я...

— Ничего, я не считаю его чем-то особенным, для меня это обычный день.

— Но я все равно куплю тебе подарок и за кино заплачу.

Наши дни.

Девушка лежала на отельной кровати и смотрела в потолок, с улыбкой вспоминая те прекрасные дни.

Она давно заметила, как он отстраняется от того доброго и милого парня, с кем дружила всю жизнь. Его родители любили ее и беседовали с ней на тему учебы. Они сказали помочь ему разгрести долги и девушка не спала ночами, чтобы переписать за него все конспекты и сделать домашнюю работу.

Вместе с Чонгуком они даже разработали план, чтобы он мог справиться с учебой, снять стресс и найти свою внутреннюю мотивацию. Они установили регулярное расписание, чтобы он мог уделять время и урокам, и отдыху. Она также предложила ему присоединиться к клубу по интересам, чтобы он мог найти дополнительную поддержку и вдохновение. Но с каждым днем он становился все более закрытым от нее, перестал звонить, спрашивать как она. Его посещаемость в школе ухудшилась и он начал проявлять больший интерес к алкоголю. Девушка видела, как он постепенно умирает на глазах в своих нынешних привычках, но всё было бесполезно.

«Что теперь делать? Как нам наладить отношения? Может просто забыть об этом и через несколько дней всё станет как прежде?».

Сона то и делала, что ломала голову вопросами. Ей очень хотелось помириться с ним, ведь она всегда надеялась, что Чонгук изменится. Думала, что это всего лишь кризис в отношениях и скоро всё наладится, но прошло уже достаточное количество времени, а он всё такой же.
«Это все-таки привязанность или любовь?».

***

Парень прокручивал всю сегодняшнюю ситуацию в своей голове и пытался понять, зачем Чимин связался с его женой? Давний «друг», как называл его раньше Чон — оказался предателем.

В прошлом было одно неприятное событие, которое изменило всю его жизнь. Пак, его лучший друг, предал его, и этот момент запечатлелся в памяти Чонгука как одно из самых больных и неприятных. Он всегда доверял Чимину и рассчитывал на его поддержку в любых ситуациях. Они проводили вместе много времени, делили секреты и мечты. Но внезапно всё изменилось. Все тайны, смешанные с ложью, стали открываться одна за другой, и каждое новое откровение причиняло ему огромную боль.

Оказалось, что Чимин использовал дружбу с Чонгуком только в своих собственных интересах. Чтобы поиметь связи и научиться большему от человека, чей смысл жизнь состоял в деньгах. Он не только неправдиво передавал информацию о других людях, но и устраивал махинации, чтобы достичь своих целей.

Чонгук ощущал себя преданным и предоставленным самому себе. Все его мечты и надежды рухнули, и он оказался один на один со своими страхами и разочарованиями. Это было что-то горькое и неприятное, о чём он не мог забыть ни на одну секунду.

Год назад.

— Господин Чон, вы должны это увидеть. — секретарь настойчиво показывал ему планшет со всеми данными.

— Я занят. — прошипел он. Гуку было не до этого, он схватился за голову и пытался сложить цифры, которых становилось все меньше с каждым месяцем.

— Прошу, это очень важно.

Сердито подняв голову на мужчину, он выхватил планшет и начал читать, но с каждым словом его глаза все больше наполнялись яростью и непониманием.

— Это же оффшора. — ответил он и поднял глаза на секретаря.

— Господин Пак Чимин переводит средства из вашей компании в свою. Это длится уже несколько месяцев.

— Найти. И убить. — он сжал зубы, представляя его лицемерное лицо.

— Вчера ночью он вылетел в Швейцарию, телефон недоступен.

Чонгука охватил гнев и обуревающая ярость. Предательство Чимина простирается далеко за пределы личной жизни. Он использовал их дружбу и доверие. Это было преднамеренное и жестокое стечение обстоятельств.

Почувствовав, что страх и непонимание пронизывают каждую клеточку его тела, парень мгновенно осознал всю жестокость и лицемерие человека, которого он считал своим лучшим другом. Он был предателем настолько глубоко, что начал скрываться в другой стране, пытаясь избежать ответственности. Гук понимал, что воткнуть нож в спину уже невозможно, но его жажда мести только усилилась. Он решил, что никто не должен остаться ненаказанным за предательство, особенно когда это затрагивает его личные и деловые интересы.

Чон приказал своему секретарю, что он обязан найти Чимина и разоблачить его. Он требовал, чтобы каждый камень был перевернут и каждая тенистая аллея была прочесана, чтобы найти его. Он понимал, что ни одна длинная ночь в Швейцарии не будет спасать Чимина от его гнева. С его деньгами и связями, Чонгук был полон решимости вычеркнуть Чимина из своей жизни навсегда. Он присягнул, что никогда не забудет это предательство, и что его месть будет сладкой и беспощадной.

Этот поступок Пака внес серьезные изменения в жизнь молодого парня, разрушил их дружбу и оставил его в состоянии эмоциональной пустоты. Теперь Чонгук стал более осторожным в отношении других людей, остерегаясь подобных обманов.

Наши дни.

Внезапные вспышки прошлого появлялись перед глазами. Кроме жажды мести и гнева не оставалось других чувств. Он свёл эти болезненные воспоминания к тому, что слишком много выпил. Толпа людей, танцующих в клубе не имела никакого значения. Ему казалось, что он один, а громкая музыка на фоне всего лишь белый шум.

«Я сошел с ума?», подумал он, смотря на бокал с голубой жидкостью. «Что со мной?».

Он скользнул взглядом по толпе, где каждый человек казался таким равнодушным и безразличным. Именно здесь он ощутил настоящую пустоту, которая проникала в него все глубже. Чонгук пытался выяснить, что происходит с ним, почему он чувствует себя так оторванным от окружающей реальности. С каждым вздохом он находился все дальше от своего истинного "я", заблудившись в этом мире бездушных и искусственных отношений.

Белый шум в его ушах разрушал последние остатки его рассудка. Громкая музыка проникала в каждую клеточку его сознания, окутывая его ненужными и неконтролируемыми эмоциями. Он жаждал тишины, желал вернуть себе утраченный внутренний мир. Голова кружилась, ноги не слушались, будто он находился в бреду.

Внезапно, появился человек среди толпы, которого он никак не мог не заметить. Он выделялся из серой массы своим особым обликом и живостью. Загадочная улыбка на его лице искрилась во тьме клуба, словно свет в ночной бездне. Он подошел к нему, и его слова прозвучали раздраженно: «Ты забыл, кто ты на самом деле. Забыл, что весь этот мир - всего лишь иллюзия, созданная вокруг тебя.». Сознание притупилось, всё расплывалось, Чонгук оглядывался по сторонам и пытался найти этого человека, а может... Это был вовсе не человек? В глазах постепенно темнело, а голова сжималась, пока он окончательно не провалился в пустоту.

***

Чона передернуло, он резко подскочил и не мог отдышаться. Вокруг все та же знакомая ему комната. Холодные капельки пота стекали по лбу. Чонгук пришёл в себя и не мог вспомнить как оказался здесь, ведь ещё вчера он так же как и во сне сидел в клубе. По щеке стекла слеза и Гук сам не понял, что произошло.

«Я плакал?», смахнув ее, он посмотрел по сторонам, в поисках жены, но она до сих пор не вернулась. Гук поднялся с кровати и направился в ванну, чтобы смыть все остатки этой ночи и переживания. Ему казалось, что воображение играет с ним плохие шутки, ведь такие сны — новинка.

Он включил воду и стоял под струями, пытаясь смыть с себя все негативные эмоции. Чон пытался освободить свою умственную и эмоциональную нагрузку. В пылу мыслей, он перебирал возможные причины искаженного поведения Соны. Может быть, она просто решила сбежать? Но куда?..

Вышедший из ванны, он ощутил исчезновение сонливости и прилив энергии. Как будто присутствие воды сполна сказалось на его спокойствии и ясности мысли. Он оделся и спустился на кухню, где его уже ждал завтрак. Служанка быстро накрыла на стол и вежливо поклонилась, прежде чем уйти. Но Чонгук остановил ее и подозвал жестом к себе.

— Ты знаешь где Сона?

— Госпожа вчера утром ушла на работу и больше не приходила.

Парень тяжело вздохнул и почувствовал неприятную боль в голове.

— Как я вчера вернулся домой? — спросил он, потирая виски.

— Вас доставил водитель. Вы вчера много выпили, говорили о какой-то мести и чуть не разбили окна. — она снова поклонилась и ушла по своим делам. А Гук теперь сидел с озадаченным лицом и не мог ничего вспомнить.

Решив, что кофе будет достаточно, он вышел из дома и сел в свой черный Мерседес. Резкое желание увидеть Сону было чем-то странным. Ему никогда не приходилось испытывать это омерзительное чувство ревности, которое теперь преследует его даже во снах. Он нахмурил брови. Его ум метался между реальностью и образами, которые создавал его разбушевавшийся разум.

Сона в это время сидела в своем кабинете и смотрела в одну точку на экране компьютера. Она думала над дизайном новой помады, но ничего дельного в голову не приходило.

— Госпожа Ким, ну и чего вы сидите? — сказал вошедший только что Чимин. Он поставил кофе на ее стол и сел рядом. — Работать надо.

Девушка взяла в руки стаканчик горячего капучино и вздохнула.

— У нас ведь еще есть время до новой коллекции, куда торопиться?

Он улыбнулся, взглянул на экран и придвинулся еще ближе. Его задумчивое лицо выглядело до жути сексуальным, но Сона не поддавалась, она отодвинулась, предоставляя ему место и стала наблюдать. Пак хорошо разбирался в программе по дизайну и сделал небольшой набросок. Это заняло около пяти минут, а потом он снова взглянул на девушку.

— Это подойдет?

— Очень креативно, где же вы научились этому? — Ким начала разглядывать дизайн и на ее лице сразу же засияла улыбка.

— От безделья. Начал заниматься этим еще в университете. — ответил он. — Хотел спросить, сколько вы уже замужем?

Сона перевела глаза на Чимина и сжала кулачки от такого неожиданного вопроса.

— Два года. — тихо сказала она.

— И какого это? — его лицо было абсолютно серьезным.

— А какое это отношение имеет к рабочему процессу, Господин Пак? — этот голос заставил обоих замереть. В дверном проеме стоял Чонгук, оперевшись на косяк и сложив руки на груди.

Девушка от испуга сразу же встала со своего рабочего места и подошла к нему.

— У тебя же выходной, что ты тут делаешь? — злостно прошептала она и хотела вытолкнуть его.

— Мало видимся в последнее время. — он ухмыльнулся и перевел взгляд на Чимина.

Чонгук выглядел безумным. Его довольную улыбку можно было увидеть не часто. Сона растерялась от внезапного появления мужа, ведь он никогда не вмешивался в ее работу, и тем более, не был в этом офисе.

— Гук-и, это не место для таких разговоров. Обсудим все дома. — девушке уже было неловко.

— Господин Пак, а расскажите мне, на каких условиях вы договорились работать? — не унимался он и прошёл в кабинет. Чонгук казался настроенным на провокацию. Он продолжал пристально смотреть на Чимина, словно искал что-то в его реакции. Вальяжно сел на диван и закинул одну ногу на другую.

«Что происходит?», подумала Сона, смотря на Чимина, который тихо засмеялся.

— Извините, Господин Чон, но я не разглашаю рабочую информацию третьим лицам. — уверенный ответ Пака заставил его измениться во взгляде.

— Милая. — парень похлопал рукой по дивану и обратился к жене. Девушка покорно села и неуверенно посмотрела на Пака. — Скажи мне, что предложил тебе этот мошенник? — он нагнулся к ней и мило улыбнулся.

— Чонгук, прекрати. — кажется, ей совсем не нравится этот разговор. Она никогда не вела дела таким способом.

— Это нарушение профессиональных границ, Сона. — его тон стал в разы громче и грубее.

Ким удивленно посмотрела сначала на него, а потом на Пака. Ей не хотелось сейчас выяснять с ним отношения при постороннем человеке. Но чувство вины, которое он так упорно пытается навязать, начало залезать прямо в её душу. Эта ситуация навеяла напряженную обстановку и давила с непреодолимой силой.

— Заткнись уже. — выдавила она, не выдержав напора. — Поговорим дома. Я больше не хочу с тобой разговаривать.

Сона довольно взрослая умом девушка, и прекрасно понимает, что хочет Гук, но в свою сторону она редко может это терпеть.

Чимин молча наблюдал за происходящим, видимо, понимая трудность ситуации, в которой находится его коллега. А Чонгук не хотел останавливаться. Парень взял ее за руку и вывел из кабинета, отводя подальше, где нет людей. Он хотел быть нежным, убирая с ее лица волосы, но получилась лишь жалкая пародия заботы. Неадекватные дерганья головы, сбитое дыхание говорили о его гневе, который даже и не пытался скрыть.

— Почему ты такая упрямая?

Она смотрела на него, молча пытаясь проникнуть в суть его слов. В ее глазах отражалось смешение испуга и решимости.

Медленно приблизившись к нему, она встала перед ним и ласково положила руку на его плечо. Даже через его ярость она ощутила напряжение в его теле.

— Остановись, Чонгук, пожалуйста. — мягко прошептала она, стараясь передать свою заботу и понимание через прикосновение. — Если ты до сих пор злишься из-за вчерашнего, то давай поговорим об этом. Я знаю, что ты зол и разочарован, и я не хочу это игнорировать. Давай послушаем друг друга. Нужно найти компромисс.

— «Компромисс»? Ты думаешь, что компромисс был бы достойным решением? — его голос был пронзительным и злобным. — Ты вообще не понимаешь о чем говоришь. — она отшатнулась от него, понимая, что столкнулась с его стеной неразумности.

— Почему ты стал таким? — с грустью в голосе ответила она. — Работа — это единственное место, где я не думаю о наших ссорах, проблемах, но даже здесь ты пытаешься достать меня. Что с тобой не так?

— Я пришел проверить, чем же занимается моя жена, которая даже не удосужилась прийти домой. — он усмехнулся. — И что я вижу? Как хорошо ты знаешь этого человека, чтобы обсуждать с ним свою личную жизнь?

— Да, ты прав, я не знаю его. — уверенно ответила она, гордо подняв голову. — И какая тебе разница? Это мои проблемы, я решу их сама.

— Ты замужем, Сона. — его глаза сверкали от адреналина, а руки сжали ее пальцы так сильно, что она чувствовала болезненное покалывание. — Я твой муж.

— Замужество не означает, что я должна делиться с тобой каждой своей мыслью или проблемами. — девушка попыталась освободиться от его крепкой хватки, но не вышло. — И я не обязана давать отчет о том, с кем я общаюсь и кто мне помогает.

— И ты хочешь сказать, что мы, будучи мужем и женой, можем существовать как две отдельные, независимые личности? — его глаза сузились, и Сона уловила в его голосе нотки обиды.

— Нет, я не это имею в виду. Я всего лишь говорю о том, что каждый из нас сохраняет право на личную приватность и свободу выбора. — она прижала губы друг к другу, смирившись с тем, что ее слова не доходят до него. — Быть в браке не значит быть привязанными друг к другу, это значит строить отношения на взаимном уважении и доверии. — Чонгук ослабил хватку, тяжело вздыхая.

— Ты должна была давно понять, что я не такой человек. Строишь фантазии, придумываешь себе идеального мужа, ты всегда была такой.

«Речь была не об этом, Гук-и...».

Ким увела взгляд в сторону, сдерживая слёзы. Даже такую упорную в своей цели девушку можно сломать.

— Хочешь узнать, почему я все еще терплю тебя? — она посмотрела на него с подступающим комом в горле. — Я каждый раз вспоминаю те прекрасные моменты, когда мы болтали ни о чем. Как дурачились и оправдывались родителям, что это не мы сломали ту дорогущую вазу. — Сона горько усмехнулась, и на ее щеке показалась маленькая слезинка. Чонгук молча слушал, чувствуя, как кулаки разжимаются. Видеть ее слезы — было самым неприятным моментом, и он так хотел обнять ее, прижать к груди, чтобы утешить, но он сдерживался из-за мерзкого осадка после ссоры. — У меня есть миллион причин, чтобы уйти, но я все равно надеюсь, что ты изменишься. Наверное, это глупо?

— Люди не меняются. — спокойно произнес он, опуская голову.

Ким почувствовала себя странно. Зачем он так говорит? Она нахмурила брови и вытерла выступившие слёзы.

— И что ты предлагаешь? Развестись? — от одного этого слова: «развод», она уже хотела расплакаться.

— Попробуй, если хватит смелости. — равнодушно произнёс он, засунув руки в карманы. Парень напоследок окинул её взглядом, развернулся, и направился к лифту.

Сона закатила глаза от своего собственного поведения и закрыла рот рукой, чтобы взять себя в руки. Ей предстоял целый рабочий день, но как можно вообще думать о работе?

Она попыталась успокоится, сосредоточиться на своих задачах, но голова все равно наполнялась мыслями о Чонгуке. Ведь их семейная жизнь уже давно потеряла смысл, они стали чужими друг другу. И хотя она мечтала о счастливой семье, все складывалось совсем не так.

Но Сона не могла позволить себе сломиться. Она была сильной женщиной, успешной в работе и встречала все трудности с улыбкой. Поэтому, поправив макияж, она вернулась в свой кабинет и улыбнулась Чимину. Когда она вошла, Пак поджал губы и изобразил что-то наподобие улыбки, но все равно видел, что она расстроена.

— Извините, у меня такое впервые. — Ким села за рабочее место, и дрожащими руками начала что-то искать. Чимин увидел это и остановил ее, слегка касаясь руки.

— Отдохни. — его тон был не таким, как раньше, а мягким и заботливым. Сона испугано посмотрела сначала на него, а потом на его руку. — Можешь пойти домой, или прогуляться. Я закончу все сам.

Девушка ненадолго застыла, смотря в его глаза, как будто он был для нее единственным спасением. Мысленно повторяя: «помоги».

— Господин Пак... — прошептала она, сглатывая ком. Он по доброму улыбнулся и перевёл взгляд на листы бумаги, что искала Сона.

— Давай перейдем на «ты». Возьми выходной и успокойся. Работа подождет.

— Я в порядке, правда. — ответила она, отрицательно качая головой. Девушка вздохнула и села поудобнее. — Продолжим.

Чимин недовольно цокнул, но всё равно улыбнулся. Он был восхищенно ее упорству, но считал, что моральное состояние на работе куда важнее.