3 глава
Прошло три дня, Каори сделала то, о чем я ее просила, она пошла в редакцию журнала «grandiose events» - популярная редакция в Нью Йорке где раскрываются самые скандальные события и преступления. Я попросила ее подать заявку на мое имя и сказала, что никто не должен об этом знать. Но вот уже на пороге моей палаты стоит темноволосая девушка, в деловом костюме, белая рубашка, застёгнутая на все пуговицы, черные брюки клеш, за ней мужчина с большим объективом, я приглашаю их войти, попросив медсестру никого не впускать ко мне, даже моих родных.
- Здравствуйте, Мисс Картер, я Глория Эванс журналист, из редакции «grandiose events» мы получили от вас заявку, пришли взять интервью, готовы ли вы рассказать всё, то же самое что и в том заявлении? - сказала девушка спокойным и решительным голосом
- Да, прошу вас присядьте.
Мужчина садится с другой стороны от журналистки, он включает камеру, Глория с другой стороны от меня, включает микрофон, открывает блокнот, и начинает читать вопросы.
- Ну так начнем? - уточняет девушка.
- Да.
- Скажите пожалуйста, это правда, что ваш отец Филипп Картер, пичкал вас средствами стирающие память?
Я тяжело вздохнула, хотела, чтобы весь мир узнал, что мой отец монстр, пора сделать то, что должно было случиться, жаль, что этот монстр сдох, никак не мучившись.
- Да. Он делал это когда мне еще было четыре года.
- Для чего он делал?
- чтобы никто не узнал правду?
- Какую правду?
Я прикусила нижнюю губу, мое сердце бешено колотится, воспоминания, которые вернулись ко мне во время клинической смерти наводит на меня новую волну ужаса.
Я опускаю голову, и тихо произношу:
- Он убил её... - тяжелый вздох выходит из меня, будто на живот упала штанга.
- Кого? - не ожидая такого ответа, настороженно спросила Глория.
- Мою мать.
- О вашей матери ничего не было известно, только то, что она бросила вас, разве нет?
- Информация для простых смертных - тише произношу я, и осилив себя поднимаю глаза решительно смотря на журналиста, которая сжимает в руке свой же блокнот.
- Расскажите, что вы помните?
- Отец убил мою мать, когда мне четыре года, он избил ее, а потом... разрубил ее на куски
Журналистка сглатывает, а мужчина державший объектив нервно смотрит в сторону Глории.
- Куда он спрятал ее останки, вы помните это?
- Моя мать стала садом. Зеленым, красочным. Райским...
*******
Через двадцать четыре часа мое интервью вышло на все экраны страны, был бушующий скандал, а за окном больницы толпились журналисты, желающие получить больше информации, но я сделала все что могла, Кристин и Энтони прибежали ко мне как только увидели меня на экране телевизора, были в шоке абсолютно все, они обнимали меня и пытались успокоить, дальше приехала и полиция получив нужную информацию, они допрашивали меня, а потом сказала где находятся останки моей матери, в тот же день был полиция получила ордер на это дело, все прочистили, раскопали в папином саду красочно зеленую
землю, мою мать нашли, точнее ее кости, я открыла миру глаза, но моя сломанная жизнь никогда не станет прежней.
Энтони и Кристин были со мной рядом, не оставляли меня ни на минуту, Кристин вела себя очень странно, но все завалилось за пару дней, расследование, новости, журналисты, мое лицо светилось абсолютно везде. Не знаю как это так получилось, но больше и больше заявлений появилось в сети, где говорилось что мой отец был насильником и педофилом, никто не обращался с таким заявлением раньше, так как мой отец был слишком влиятельным, угрожал жертвам расправой и тем что жизнь закончится у них, и ему ничего за это не будет никто не узнает, жертв насчитано десять, в большем случае это несовершеннолетние, значит я все сделала правильно.
Всю ночь я рыдала, думала о том зачем же я выжила, как теперь жить с такой кошмарной правдой, могилу моего отца нашли на кладбище и оскверняли чем можно, я была такой же жертвой как и они, и мне всячески каждый день приходили письма с поддержкой и пониманием, все были на моей стороне, жертвы моего отца благодарили меня за то что я смогла сказать правду и то что им уже не нужно молчать.
Сколько зла и грязи сделал этот монстр. В том интервью я рассказала, что и не являюсь его дочерью, что моя мать была убита только потому, что хотела сбежать от него, но у нее не получилось, и почему он не убил меня тоже, мне не ясно, он знал, что я не его дочь, держал меня всегда рядом.
Расследование до сих шло, с каждым днем раскрывались новые махинации, связанные с Филиппом.
Подробности не из самых приятных и вот спустя месяц как весь мир узнал правду, мы стоим с Кристин и братом у двери суда ждём момента, когда суд начнётся, но что я не готова была увидеть, это как Ариэль идет по коридору, на ней не капли макияжа, волосы завязаны в пучок, она перекрасила волосы, они были пепельного цвета. Ее зелёными глаза пересеклись с моими, в моих глазах шок и недопонимание что она тут делает, а в ее усталость и никакого блеска ненависти.
Я бы подумала, что она пришла насмехаться надо мной, но нет, она встала пять метров от меня, мы молча смотрели на друг друга, я покачала головой намекая «что ты тут делаешь?»
Но слеза упала с ее ресниц, и тут дверь открылась, нас пригласили войти.
На суде было много людей которые пришли послушать об этом ужасном преступлении.
Судья одет в чёрную мантию, проходит и садится за судебный стол, он проверяет глазами дело, и стучит молотком открывая заседание.
Хоть я и жертва, но встаю на место свидетеля, мой адвокат которому поручили это дело сидит рядом, Энтони и Кристин сели позади как слушатели, в их глазах стоят слезы и поддержка, они на моей стороне, я смотрю на Кристин, она тихонько кивает мне, намекая что все будет хорошо уже с этого дня.
- Эстер Картер, главный свидетель и жертва, мы знаем все сведения произошедшего, преступник мёртв, но дело открыто, и мы все здесь чтобы официально закрыть это дело счастливым концом. А также я хочу пригласить потерпевшую, девушка, которая тоже хочет засвидетельствовать преступление, прошу Ариэль Дэвис подойдите на место истца.
Меня очень удивляет это, что это значит, я смотрю в ее сторону и не могу поверить происходящему. Она молча подходит и становится на место истца. Не смотря на меня.
- И так Ариэль Дэвис, расскажите нам, что вас связывала с Филиппом?
- Судья, я лучшая подруга Эстер Картер, мы с самого детства дружили, и я гостила у ее семьи очень часто
- Он вам что-то сделал?
Тишина, весь зал в ожидании ответа, а я прикована к ней глазами, сжимаю кулаки, неужели...
- Филипп... Изнасиловал меня, когда мне пятнадцать.
Ужасающие охи разнеслись по залу суда от услышанного.
- Где это произошло?
- В доме моей подруги. Я приходила к ней, но ее не было дома, он заманил меня домой, намекая что Эстер скоро вернётся, а дальше...
Молчание. Долгое. Напряженное, сгоняя все мои ребра к лёгким, трудно дышать, я смотрю на неё, не в силах поверить в услышанное, теперь все становится на свои места, пазл понемногу сложился, а если Ариэль именно та, кто убил моего монстра отца? Ариэль молчит, она нервно опускает голову вниз, ее нижняя губа подрагивает, и она заламывает себе указательные пальцы.
- Мисс Дэвис, сможете рассказать, что он с вами сделал? - наконец прерывает напряженное молчание судья.
И действительно, Эль продолжает, и то, что я услышу дальше:
- Затащил в комнату... и-избил...изнасиловал, а потом избивал за то, что я испачкала пол своей кровью, заставил все вытирать, и потом снова... Он... - она не выдерживает, и в зале суда слышен надрывной всхлип, Ариэль начинает рыдать, она еле держится на ногах
Судья просит дать ей воды, и через силу Ариэль продолжает:
- Он изнасиловал меня, и заставил молчать... Молчать обо всем... За дни до этого, у Эстер случился приступ прямо в школе, она начала нести бред... - в этот момент она смотрит на меня, ее лицо все мокрое и красное от слез - в больнице она очнулась, и успела сказать мне лишь... Что ее отец убил... Убил Монику...
Дальше Эль рассказала про дни когда снова была изнасилована моим отцом, он угрожал ей, что ее семью уничтожат если она попробует что-то рассказать, были дни когда она не хотела жить, ей страшно было выйти из дома, она никому не говорила, никому, она улыбалась мне, выглядела уверенной в себе, пока таила такой кошмар, она была убита так же вместе со мной.
- Ваша честь, прошло два с половиной года со смерти Филиппа, но у меня были сообщники, которые в трудные дни помогали мне, и вместе с ними, я провела расследование, Филипп так же не был верен своей жене, а также этот человек не являлся биологическим отцом Эстер
- Эти подробности нам уже известны
- Да, ваша честь, но я и мои друзья два с половиной года назад пытались раскрыть преступления самостоятельно, и сняли все доказательства на скрытую камеру.
- И что же вы не отнесли эти доказательства?
- Все просто, на следующее утро Филипп был найден мёртвым.
Пазл полностью сложился, но не в ту сторону, если Эль и ее сообщники собирались сдать с потрохами моего отца, значит ей не было смысла убивать отца, но слишком много совпадений.
Ариэль протягивает флешку, прокурор подключает ее к компьютеру, а затем на проекторе высвечивается всё, абсолютно все, сначала длинный коридор, потом стоны какой-то женщины, а через маленькую щель видно, как отец омерзительно трахает какую-то намалёванную женщину, они заканчивают и мадам уходит, к горлу поступает тошнота, мерзкий ублюдок, я оплакивала это омерзительное чудовище...
А дальше на записи, отец пытается изнасиловать Эль говоря ей всякие мерзости и оскорбления... Пока в ту же секунду в кадре не появляется знакомый силуэт... Секунда и удар в сердце, болезненный, кто-то зажег спичку и поджег меня изнутри, Дерек... Мой Дерек... Вспоминаю тот день, когда рассказала ему всё о Ариэль, вспоминаю как он, глядя мне в глаза сказал, что поможет мне...
Они... Они знали друг друга с самого начала, они двое лгали мне прямо в глаза, и если сейчас Ариэль я могу понять или даже простить, но он... Зачем он так со мной... Все ради Ариэль? Все ради нее?
- Эстер - из моих приглушенных мыслей меня отвлекает голос Ариэль, я отвлекаюсь и смотрю прямо на неё, в моих глазах пустота, непонимание, разочарование, боль, боль, которая и так никуда не девалась.
- Эстер, прости меня, я не могла... Прости я не могла тебе все рассказать, у меня были причины, а Дерек... Дерек тоже ни в чем не виноват, это он тебя защищал все это время, я говорила ему присматривать за тобой пока меня нет в городе, говорила защищать пока не найдем выход, мы старались, старались, пытались найти улики, помочь, тебе помочь, ты все это время жила без воспоминаний, без матери, этот монстр все у тебя отнял.. Прости меня прошу...
Признание разрывает мою плоть, оно слишком искреннее и у меня не осталось никаких сомнений...
Суд заканчивается, все шокирующие от жестокой правды потихоньку выходят из зала суда, я выхожу самой последней, обнимая себя за плечи, рядом стоит Кристин и пытается меня приобнять, теперь все стало на свои места, теперь я хочу жить дальше, даже если с такой правдой, с такой жестокой, я буду жить дальше.
Мы выходим на парковку, весенний ветер обвивает спину, не холодный, подходя к машине, Кристин открывает мне дверь, и на против я вижу припаркованную черную машину, знакомый силуэт, черты лица, голубые глаза смотрят прямо на меня, рядом стоит Ариэль... Он защищал меня, потому что она его об этом попросила и это разбивает мне сердце
*******
1 неделя спустя.
Я забираю документы с университета, и подаю их на факультет «творчества» это было моей мечтой, моя душа свободна от падений, особенно после всех событий что со мной случились, Ариэль и Дерек будто вновь испарились из моей жизни, и не знаю затишье это перед бурей или буря утихла и теперь стоит жить дальше тихо и спокойно, умеренно идя к своей цели. После всего что случилось, в кампусе меня знал каждый, кто-то смотрел на меня с непринужденным страхом, кто-то с восхищением, а кто-то с осуждением, ведь я все еще являлась дочерью педофила и убийцы, но многие на моей стороне, большинство писали мне в поддержку студенческий форум, что я сильная и со всем справлюсь, а то, что Филипп не является моим биологическим отцом радует меня слишком сильно.
После занятий, я встретилась с Каори, с момента как я встала на ноги, ее жизнь так же кардинально изменилась, Профессор Джон все-таки не выдержал мысли, что его девочку могут увести под венец, и теперь она живет с ним, надо же как случается, через что им пришлось пройти, а это уже совсем другая история*
А дальше посмотрев в небо, улыбаюсь, имею силу улыбнутся ведь я очистила имя своей родной матери, на душе будто сложился нужный пазл, но чего-то еще не хватает, ах да, мой родной отец? Честно сказать не нуждаюсь в поиске, у меня уже есть семья, Кристин и Энтони и есть моя семья больше мне не надо.
Останки моей матери законно похоронили на кладбище, и я начала приходить к ней постоянно, оставляя ей ярко алые розы.
— Мамочка... Теперь ты можешь спать спокойно, все закончилось. — улыбаюсь я сдерживая порыв слез которые щекочут нос.
— Теперь я в праве делать то, что хочется мне, я уверена ты гордишься мной. — поглаживаю я горстку земли и встаю.
Чуть постояв, уже готова уходить, оборачиваюсь и вижу его. Дерек. Смотрит на меня, голубые глаза в которых можно захлебнуться целиком и полностью, за это время он стал еще шире в плечах, поменял причёску, виски выбриты, взгляд такой будто собирается в меня ими стрелять, но стиль его все тот же, элегантный, черная одежда идеально подчёркивает его смуглые скулы, и пухлые розоватые губы.
Зачем он пришел, что еще хочет сделать?
Не желая с ним разговаривать, прохожу мимо него.
— Эстер... — запинается он, но я мгновенно останавливаюсь, не оборачиваюсь, и стою к нему спиной, кажется если сейчас повернусь, то я сдамся, покажу свои глаза, и в них сразу все станет понятно, боль которую я ощутила, обида, он любит другую, другую...
— Что ты хотел? — отстранённо спрашиваю я
— Поговорить с тобой, хочу, чтобы ты меня выслушала! — в его голосе слышится мольба, чем просьба.
— Разве нам есть что обсуждать? — хмыкаю я. — Если Ариэль снова прислала тебя, проверить все ли хорошо, то можешь идти обратно к ней. Со мной все прекрасно, живу дальше, обид ни на кого не держу. Я все сказала, и больше не подходи ко мне.
— Все не так Эст! — пытается оправдаться он, но я перебиваю.
— Все так! Ты это делал все ради своей любимой девушки, все понимаю! — нашла в себе смелость обернуться к нему, посмотреть на него, и черт... Я утопаю в его голубых глазах, хочется подойти, рыдать и спросить, зачем он так со мной, что черт возьми влюбилась в него, зачем же он так со мной, хочется бить его что есть мощи, кричать ему в лицо, говорить какой он гад, что так беспечно играл с моими чувствами. — Ты все делал ради Ариэль, она страдала, а ты от всего ее хотел уберечь, и все что она бы тебе сказала, ты и сделал, все ж правильно? Так? Так вот иди к ней, поцелуй в лобик и скажи: любимая, с твоей бывшей несчастной подружкой все хорошо, теперь я сделаю все чтобы ты была счастлива! — на мой выпад, Дерек молча стоял и пристально смотрел на меня, только и всего, я думала, что сейчас он просто возьмет и уйдет, но нет.
— Что ты стоишь, иди к своей Ариэ..
— Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! — перебивая меня кричит он, казалось бы, все мертвые от его хрипловатого голоса очнулись.
— Что? — не верю я своим ушам.
— Я делал это потому, что люблю тебя, всегда... Всегда любил только тебя! — признание проходит через меня, я не сразу осознаю услышанное. Дерек чуть запыхавшийся, будто пробежал трёхчасовой марафон по Нью-Йорку. Его голубые глаза полны искренности, я вижу блеск будто к морю вышло солнце, он пристально смотрит, казалось, еще немного и он пустит слезу.
Это впечатляет, только за все это время я поняла одно: никому не доверять.
— И что мне с этим сделать — собрала я все силы чтобы сделать голос буквально равнодушным, замаскировав все бури эмоций за безразличием.
Дерек смотрит недоумевая, серьёзно ли я сейчас?
Только вот я искренне хочу забыть сказанные им слова, такими признаниями ради шуток не разбрасывают, или он хочет добить меня и разбить мне сердце настолько, чтобы я больше никогда не смогла вздохнуть без боли в груди.
Он молчит, но на его выражении лица все написано: разочарование...
Он что разочарован? Выгибаю бровь мне непонятно эта эмоция до конца.
— Эстер... — глубоко вздыхает он, пытаясь собраться с мыслями опуская голову. — Я знаю, что ты пережила... Что пережила ты, но Ариэль пережила не меньше
Усмехаюсь.
— Да, я была права — кусаю нижнюю губу нервно, и смотрю безразлично в его лицо — Разговор на этом закончен, будьте счастливы, и надеюсь, что мы будем реже пересекаться.
Разворачиваюсь и быстрым шагом ухожу, все дальше и дальше от него, по щеке предательски скатывается слеза. Убираю её моментально! Никаких больше слёз! Хватит страданий.
*****
Каори вспешке что-то готовит, ее волосы завязаны в небрежный пучок, она в футболке до колен несётся так, что кажется будет не ужин, а землетрясение на кухне. Подруга позвала меня на совместный ужин, я впервые буду ужинать с профессором Джоном и вне кампуса пересекусь.
Прошел один месяц с момента как я виделась с Дереком на кладбище, и всеми силами старалась не вспоминать его слова и всю эту нелепую ситуацию, впрочем, он будто пропал без следа, Кристин и Энтони поехали в штат Калифорнию в Сан-Франциско, у Энтони снова соревнования по баскетболу, и мы часто переписываемся пока они там.
Скучаю по ним, достижения моего младшего брата взлетают с каждым разом.
И вот я сижу на кухне, пока каори как дикое животное мечется по комнате.
На предложение помочь ей, она отказалась, сказала «все сама, все сама»
Это картина меня даже очень позабавила, я сижу за столом напротив неё, та что-то бежит перемешать морковь на сковороде, замешивает тесто, голова кругом от ее телепортаций.
— Может все-таки помочь? — хихикаю я.
Каори оборачивается ко мне будто испугавшись, смотрит так будто вообще не знала о моем присутствии. А я сидела здесь целый час, неловко переминаясь с одной ноги на другую. Дальше на ее мине озадаченность, она прищуривается, замирая еще минуту точно пристально смотрит на меня, даже скорее сквозь меня.
Мне стало еще больше неловко, тишина сквозь звуки готовки на заднем плане.
Приподнимаю бровь, смотря вопросительно.
— Точно! — очень громко сказала она, и я вздрогнула. — Вот же черт! Забыла сливки купить.
Подруга как-то трагически опрокидывает голову и рычит... Я закатываю глаза
— Так спокойно! — встаю и подхожу к Каори близко, глажу ее по спине успокаивающе — пойду куплю сливки, здесь же есть ближайший супермаркет?
На лице подруги появляется радостная улыбка, она кивает и говорит мне адрес, быстро одевшись направляюсь к супермаркету, три минуты спустя как я уже переходила дорогу, Каори написала мне целый список того, что забыла купить.
Моргаю, очень долго увидев длину списка.
«ты забыла абсолютно всё?» — печатаю я, уже заворачивая и вижу большую автопарковку, а дальше супермаркет.
«прости, я думала, что не нужно, все дома есть»
Еще раз закатываю глаза.
Но не успела я и добраться до входа, как черная тонированная машина подрезает мне путь. Мой мозг даже не понял об опасности, но меня уже запихнули в машину.
Мужчины в масках, один сидит напротив, другой рядом со мной, паника, наконец понимаю ситуацию и пытаюсь вырваться, машина успевает отъехать на большое расстояние, мужчина берет меня силой, прижимая к себе, и я чувствую вонючую ткань у рта. Я проваливаюсь в сон.
*****
Голова гудит, открываю глаза, белый потолок, мычу вставая, и понимаю... Ох черт... Я снова здесь. Что этот старый ублюдок пристал ко мне?
— Спала так сладко — вздрагиваю.
Поворачиваю голову сидит мужчина, это Стив... Ухмыляется, очень мерзко пристально смотря на меня.
— Что вам опять от меня нужно? — выпаливаю я. Все это... Все злит. — послушайте, я не девушка Дерека понятно вам? Разбирайтесь с ним, а не со мной!
— Ну тише девочка! Не надо повышать голос — как-то издевательски говорит он. Я хмурюсь.
— И не нужно врать! — смеётся старый урод. — я видел, как вы целовались, примерно полгода назад. Неужели у вас фиктивные отношения?
— Вы следили за нами? — злюсь еще больше.
— Да. — Лаконично отвечает он, улыбка все так же на его лице.
— Что вам нужно?
— Все просто, Дереку ты дорога, и он обязательно придет сюда.
— Мы больше не общаемся с ним, наше знакомство ошибка, а приходить сюда чтобы драться из-за меня, я думаю он не настолько глуп.
Мужчина начинает смеяться во весь голос, лицо краснеет, а вены на шее вздуваются.
Он омерзительный тип, надо поскорее думать, как сбежать отсюда.
— Рассмешила... Ну во-первых Дерек точно придет сюда ради тебя, а во-вторых... — делает он паузу, его тон мрачнеет.
— Что во-вторых? — становится интересно что в голове этого психа.
— Во-вторых он придёт сюда не драться, мы его убьём... А затем и тебя. — все внутри меня холодеет.
К горлу поступает шершавый ком, сглотнуть не получается, я замерла, пристально смотря на существо перед до мной, будто я кролик под прицелом у браконьера. Он так просто это сказал, будто убийство людей это как пойти и украсть жвачку.
— Но если он все-таки не придет за тобой, а я в этом очень сомневаюсь, то пустим тебя по кругу тут, будешь развлекать наших бойцов после их поражений, как тебе такая идея?
Он угрожает мне, губа подрагивает, будто мне вынесли самый страшный приговор, но он упустил кое-что. Все что со мной случилось, не страшнее того, что он хочет со мной сделать.
Хладнокровно улыбаюсь и заливаюсь безумным смехом, а тем же его мерзкая улыбка пропадает с лица. Оно становится серьёзным, пугающим, а затем что-то меняется, он приподнимает спину, садясь ровно, как будто ему вонзили в позвоночник стрелу, намазанную ядом. Я перестаю смеяться, что-то напугало меня в его измененном поведении. Он все еще пристально смотрит мне в глаза, но взгляд туманится, будто Стив погружается в воспоминания.
Так или иначе я заговариваю первая:
— Кинете меня по кругу и что с того? Эй... — улыбаюсь, и только богу известно, как жутко проскользнула моя улыбка на лице. — вы новости читали? Знаете меня? Я дочь убийцы и педофила, меня всю жизнь пичкали волшебными таблеточками, вы думаете после этого я чего-нибудь испугаюсь?
Это была ложь я действительно боялась...
Но меня снова унесло в безумство и в несправедливость жизни, что будто все.
Была ли это последняя капля? Нет, я умерла, умерла тогда когда узнала что моей жизнью управляли, что я многое знала, но меня заставили забыть, что в ту страшную ночь монстр мог убить не только мать, но и меня, но оставил в живых, потому что больше убийств ему приносили удовольствие чужие страдания, и он хотел оставить меня как приз, а может он бы тоже захотел насиловать меня, а потом бы приковал в подвале кандалами и издевался пока мучительно не умру.
— Можете делать со мной все что хотите, пытайте и убейте — вынесла я себе приговор, я уже ничего не слышала, кроме своего безумия. — Но Дерек... Да я люблю его, но надеюсь, что он не придет.
Он молчит, смотрит на меня так будто он уже мёртв и мне стоит прикрыть ему глаза.
— Кто твоя мать? — внезапно спрашивает он, очень даже серьёзно.
— Моя мать давно в могиле и от нее остались только серые останки, хотели пустить по кругу еще и её? — мрачно сообщаю я.
Он вздрагивает, в глазах я вижу что-то похожее на недопонимание и грустный блеск.
— Я спросил кто она?
Я не успеваю ничего ответить, слышны выстрелы снаружи.
Оглядываюсь, снова выстрел, рычания и крики, смотрю на Стива, он будто не обращает внимание на звуки снаружи, будто он под отдельным куполом что блокирует весь шум. Я озадачено смотрю на него.
— Беги — внезапно произносит он и мои глаза широко раскрываются.
— Что? — прошептала я, заглатывая воздух.
— Беги — второй раз он сказал это с каким-то странным вздохом опустив голову.
Не теряя больше времени, я резко встаю и бегу к двери, она открыта, открыв там темнота, тот же самый длинный коридор. Выстрелы стали четче, звуки борьбы и сирены полицейских машин, я бегу, бегу и не оглядываюсь. Порой надо бежать и никогда не оборачиваться, вдруг там и правду есть монстры.
Раз и я на подпольной арене, полиция всех скрутила, каждый лежит на полу, а мужчины в броне наставляют оружия на них, мое дыхание становиться прерывистым, ищу среди них того кого действительно полюбила, вспоминая его, губы, руки, разговоры и шуточные перепалки, я вдруг осознала как все это люблю, и что не могу потерять его.
И тут мою руку хватают, я оборачиваюсь рывком, охаю громко, и вижу Дерека. Родные голубые глаза, его дыхание сбито будто он бежал через всю планету чтобы спасти меня.
Сквозь весь этот хаос, крики, оры, и полицейский выстрелов, мы смотрим друг другу в глаза.
Все закончилось. Все обязательно будет хорошо.
*****
Через час я сидела фургончике скорой помощи, полиция задавала пару вопросов, репортеры кружились рядом и снимали, а Дерек был неподалеку что-то бурно рассказывал полиции тоже. Стив сидел в полицейской машине и смотрел в пустоту.
Я так и не смогла понять почему он остановил эту жестокую игру.
Я так хотела домой. А самое главное я хотела наконец поговорить с Дереком. Он посматривал в мою сторону с таким теплым взглядом, волнением, он так беспокоился и по его языку телу я понимала, что он хочет поскорее ко мне.
На место происшествия приехал Энтони и Кристин, они перепугано подбежали ко мне и обняли. Уверив их что все позади, темнокожий полицейский, получив нужную от меня информацию, отошел и дал больше личного пространства. К этому моменту подошел Дерек. И Кристин с интересом разглядывала его.
— Здравствуйте — заметив взгляд Дерек поздоровался.
— Здравствуй — кивнула Кристин и мягко улыбнулась.
— Здорово! — с большей мальчишеской радостью пожал руку дерека мой младший брат.
— Кристин, Энтони, это Дерек…мой…— не могла подобрать слов
— я ее парень — ответил за меня он.
— парень?
Даже я удивилась. И Дерек посмотрел на меня очень красноречиво, видимо понимал, что спорить я больше не намерена.
— Да, это мой парень — расплылась в улыбке. — Дерек это моя мама
И от слова мама, у Кристин от удивления глаза стали влажными от слез. Я впервые это сказала. А ведь должна была сделать это с самого начала. Она была моей матерью, она забирала меня со школы, приходила на все праздники, целовала перед сном как родную дочь, делала красивые прически, защищала меня, и она заслуживает быть матерью, моей матерью. Именно она научила меня любить мир и любить бога, благодарить его за каждый атом этой планеты.
— Приятно познакомиться, мне честь разговаривать с вами — сказал Дерек. И вдруг на душе стало так тепло и уютно, что все, кажется все теперь плохое будет позади, что мир будет как в сказке, где в реальности справедливость всегда будет играть важную роль.
Не важно сколько падений, важно, что встать почти всегда возможно. Что невозможное можно превратить в совершенство. И как только мы оказываемся в клетке проблем, и жизнь кажется уродливой и несправедливой.
Важно знать, что сдаваться не стоит, что можно ухватиться даже за невидимую нить и попробовать выкарабкаться. Что все что случается никогда не уходит без последствий. Зло нужно чтобы добро всегда о себе напоминало.