34 часть
Как думаете концовку мне сделать плохую или хорошую?
-----------------------------------------------------
Соник нахмурился, сжав кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
Шэдоу всё ещё стоял на коленях перед ним, ожидая хоть какого-то ответа — признания, надежды, чего угодно.
Но Соник знал истину.
"Любовь?.. Ха... какая любовь? Я ненавижу её."
Он ненавидел саму идею быть чьим-то.
Ненавидел привязанности, чувства, слабость, в которую они загоняли.
И более всего ненавидел тот факт, что Шэдоу верил: можно запереть его и заставить полюбить в ответ.
"Я никогда не приму это."
И тогда в голове Соника созрел страшный, но единственный выход.
Если он не может быть свободен здесь — он найдёт свободу иначе.
Он умрёт.
И, возможно, хотя бы душа его будет свободна от этого искажения, от этой лжи.
Соник медленно поднялся с кровати, не отрывая взгляда от Шэдоу.
И впервые за всё время он улыбнулся.
Но это была улыбка холодная, обречённая — не для него, а для прощания.
— Ты хочешь, чтобы я остался с тобой? — глухо спросил он.
Шэдоу поднял взгляд, алые глаза полыхнули надеждой.
Соник шагнул назад, к стене, где в тени, вблизи оконной рамы, он когда-то заметил острый обломок — остаток разбитой им ранее в отчаянии вазы.
Он знал: Шэдоу оставил это специально. Подспудно, бессознательно. Как испытание. Как соблазн.
Соник наклонился, поднял обломок, легко скрыв его за спиной.
— Я всегда буду с тобой, — едва слышно прошептал он.
Шэдоу не успел ничего понять.
Одним резким движением Соник приставил острый край стекла к своей шее, чувствуя, как холодный осколок царапает кожу.
Но прежде чем он смог нанести смертельный порез — сильные руки Шэдоу схватили его, отбивая стекло в сторону.
— НЕТ! — с яростью и болью закричал Шэдоу, прижимая Соника к себе так крепко, что тому стало тяжело дышать.
Соник яростно вырывался, в его глазах стояла настоящая ненависть.
— Ты не можешь уйти от меня! — воскликнул Шэдоу, тяжело дыша. — Никогда!
— Отпусти, ублюдок! — прохрипел Соник, яростно сопротивляясь.
Шэдоу, несмотря на свои внутренние муки, был непреклонен.
Он держал его, как утопающий держится за последний кусочек дерева посреди бушующего моря.
Внутри себя Соник понимал: теперь он не просто пленник тела — он пленник чужого безумия.
"Я должен найти другой способ..."
Шэдоу тяжело дышал, его руки дрожали от напряжения.
Он не хотел...
Правда, не хотел причинять ему боль.
Но Соник сам вынудил его.
Словно переступив через тонкую грань в своей голове, Шэдоу внезапно стал ледяным.
Его лицо, ещё минуту назад искажённое мукой, стало пустым, почти безжизненным.
Он резко опустил Соника на пол.
Тот не успел даже подняться на ноги — как сильная рука схватила его за запястье.
— Ты не понимаешь слов, — тихо, почти нежно произнёс Шэдоу. — Значит, я объясню иначе.
Соник в панике дёрнулся, пытаясь вырваться, но хватка была железной.
Треск.
Первый щелчок, хруст ломающейся кости наполнил комнату.
Боль пронзила всё тело Соника, он вскрикнул, почувствовав, как правая рука повисла безвольно.
Но Шэдоу не остановился.
Он перехватил другую руку. Слёзы непроизвольно скатились по щекам Соника — не от слабости, от боли — от ярости.
Треск.
Второй хруст.
Теперь обе руки были беспомощны.
Шэдоу тяжело дышал, глядя на него.
В его глазах больше не было нежности.
Только безумная решимость сохранить его при себе любой ценой.
Соник задыхался от боли, лёжа на полу.
Он понял, что теперь даже если бы захотел — он не сможет сбежать.
Он не сможет ударить, не сможет оттолкнуть, не сможет взять в руки осколок стекла...
Шэдоу присел рядом, аккуратно убирая его взъерошенные пряди с лица.
— Ты будешь здесь, рядом, — прошептал он. — Даже если я должен сломать весь мир ради этого.
И на мгновение его голос стал почти нежным.
Но для Соника это была нежность хищника, держащего свою жертву в когтях.
---