Часть 25
Вот и всё, что я могу рассказать вам и моему сынишке, стоя тут и ожидая те силуэты вдалеке.
— Выходит, мам, Лайт был повержен?
— Да, милый, выходит, что так.
— Но я не думаю, что это полная победа.
— Это не финал, ты прав.
— Вы выиграли свою партию в вечной борьбе. Теперь черёд за другими, да?
— Да. Добро, справедливость, зло, подлость... Все эти вещи настолько близки...
— Я понимаю. И думаю, что на шестьдесят процентов мы так и не поймём, на какой стороне были. Но стремиться к идеалу, разве это плохо?
— Смотря, какую цену надо платить.
— Чужие жизни – это не цена.
— Но это самая дорогая валюта.
— Лучше платить начинаниями, идеями и идеалами, чем жизнями. Жизни не вернуть.
— Ну, теперь ты понял, кого мы навестили сегодня?
Малыш оглянулся на могилу, которую мы навестили последней. Солнце уже совсем зашло за горизонт, на улице воцарился мрак.
— Ягами Лайт, пусть мир не держит на тебя зла, но ты всегда будешь держать зло на мир... Разве не так? – спросил, глядя на могилу, мальчик.
Я пожала плечами.
— Идём им на встречу.
Мы снова прошли мимо могил. Мимо всех тех могил, которые я навестила. Цветы так и лежали, нетронуты никем, на кладбище царили тишина и покой. Казалось, что нет места более тихого и спокойного. Я же будто чувствовала этот холодок всюду здесь.
Поэтому я и не любила этот день. Не смотря на то, что он зимний, кладбище пугало меня ещё каким-то холодком. Холодом смерти. Вечности и спокойствия.
Малыш ещё раз перечитал все имена на надгробьях, которые я посетила. Мы уже почти подошли к выходу, как кто-то сзади вдруг схватил меня за плечи и крикнул:
— Бу!
Я отшатнулась, малыш засмеялся. Его схватил на руки и закружил этот самый «букающий».
— Ты идиот, я знала это. Тут кладбище, а не парк развлечений, – спокойно сказала я, выходя на тротуар.
— Да ладно тебе! – похлопал меня по плечу парень, держа на руках Майкла.
— О, а вот и вы... Не люблю я это место, мурашки по коже аж! – поприветствовал нас второй, принимая на руки Майкла.
— Я будто люблю, – грустно ответила я.
— Знаешь, этот день навсегда останется в нашей жизни днем смирения и холода, – сказал за моей спиной третий голос, – Как никак... А всё же...
Майкл кинулся навстречу третьему мужчине. Тот засмеялся и, взяв мальчишку на руки, подкинул его несколько раз.
— Меня б так кто-нибудь покидал, а! – саркастично сказал первый.
— Да не пошёл бы ты лесом! – легонько ударил его по макушке второй.
— Ты слышь! – первый и второй принялись драться снежками, уваливая друг друга на тротуар.
— А я всегда говорил, что они кретины, – сказал четвёртый, потирая замёрзшие руки.
— Опять забыл перчатки, Нейт? – спросил его третий.
— Есть такое, здравствуй, Эл, – Нейт пожал руку Эл.
Майкл тоже гордо протянул руку светленькому парню, кудрявые волосы которого вылезали из-под шапки.
— Привет, как твои дела, милый? – я обняла Нейта, восхищаясь его видом.
— О, неплохо, не считая некоторых нюансов...
— Опять девчонка не дала? – засмеялся первый, пытаясь накормить снегом второго.
— Иди к чёрту, Михаэль.
— Отпусти Мэйла, ей Богу! – я оттащила Мелло от Мэтта.
— Он придурок, я же говорил. Сигареты мне все помял.
— Идите вы знаете куда?!
— Вставай уже, – Эл подал руку Мелло, потом Мэтту.
— Ты всех посетила? – спросил меня Мэтт.
— Да...
— Надо бы навестить Ватари... Ближе к лету, думаю, посетим «Вамми», – Эл обнял меня за талию, взяв за руку Майкла.
— Роджер пустит нас, думаешь? – спросил Мелло отряхиваясь.
— Я всё устрою.
— Ну да, тогда-то ты тоже всё устроил.
— Заплатив людям Такады, я не прогадал, – улыбнулся Эл.
— Ты во всём не прогадал, – кивнул Ниа, отряхивая Мэтта.
Я грустно вздохнула, смотря в небо.
— Хэй, ну не грусти, а! – подошёл ко мне Мелло.
— Я смотрю, шрам-то у тебя стал... иным?
— Ну-у-у, твой совет, эта докторша такая... Профессионалка! Сказала, ещё год-полтора процедур, и буду как новенький.
— А это что? – указала я на шею Мелло, он резко накинул капюшон.
— Да засос, чё уж! – выдал друга Мэтт.
— Ну, нечем было платить.
— Заплатил натурой, – всё не мог угомониться Мэтт.
— Заткнись, а! Мне, может, нравится эта докторша.
— Смотри мне, Мелло, не обижай эту девушку, – погрозила я ему пальцем.
Мы помолчали с минуту, как вдруг Майкл сказал:
— Теперь я буду отмечать с вами этот день, да?
— Что? – хором спросили мы.
— Я хочу отдать дань почтения первой могиле, мой дядя Тобиас Мэгис, думаю, был хорошим человеком. Вторая могила – Наоми Мисора, такая женщина не может быть плохой. Она была очень сильной. А рядом с ней Рей Пенбер, это же её жених, не так ли? Соитиро Ягами... Думаю, у него была чистая душа. И Лайт... Справедливость, он просто не так понимал её. Воин же всё же не было, пока он вершил дела.
— Их и сейчас особо нет, – ответил Мелло.
— Ценить семью, настоящую любовь, человеческие качества, не трусить перед проблемами и опасностями и быть... Собой. Это главное?
— Почти что да, – кивнул Майклу Эл.
— Выходит, мы на правильном пути, – улыбнулся Майкл.
— Благодаря твоей маме, да...
Я смутилась, но все лишь подошли и обняли меня. Как было приятно, стоять в кучке из шести человек, дышать друг другу в лица и улыбаться, понимая, что все мы вместе. Что всё в порядке и что мы победили. Нашу битву мы отстояли достойно.
— Новый Кира объявился, – объявил вдруг Ниа.
— И что он? – поинтересовался Эл.
— Я сказал ему от лица великого Эл, что он не Кира, что великий Кира уже давно пропал, а он лишь тупая копия Киры. Новый Кира исчез. Кстати, Миса Аманэ найдена несколько месяцев назад мёртвой. Сбросилась с небоскрёба.
Я в ужасе прикрыла рот ладошками. Миса... Когда-то я обещала её Богу смерти, что сохраню Мису...
— Ох, умно!
— Спасибо, Мелло. Что ж, – Ниа поправил шапку, – мне пора.
— В какие ж это края? – поинтересовался Мэтт.
— Встреча.
— Клуб анонимных игрушечников?
— Нет, Мелло. Та самая девушка из клуба, ага?
— ЧТО? Та, что ли? Такая прямо вся у-у-у-ух?
— Ну, – Ниа широко заулыбался, понимая своё превосходство над Мелло.
— ТА КЛАССНАЯ ДЕВКА, КОТОРАЯ ПОСМЕЛА ПОСЛАТЬ МЕНЯ?
— Да.
— Ты сегодня встречаешься с ней?
— Именно.
— Черта с два, белобрысая башка, а как же я? – Мелло схватил в руки снег и, вылепив снежок, кинул его в сторону убегающему и смеющемуся Ниа.
— Пока всем, – крикнул на прощание Ниа, всё ещё смеясь над Мелло.
— Вот обломно, да братан? – Мэтт тоже не упустил возможности посмеяться над другом.
— Пошли вы все! – отмахнулся Мелло.
— А как же докторша? – спросил Эл.
— Во, пойду позову её на свидание, узнаю, где сидит этот засранец, и мы уделаем их. Я и докторша уделаем этого засранца и его... И его офигенную девку... – Мелло чуть ли не взвыл.
— Ты в платье-то с декольте видел эту докторшу? – спросила я, улыбаясь.
— Не-а...
— Ну вот, зови на свидание скорее, чего ты!
— Всё, пока. Мэтт, погнали, – Мелло зазвал друга.
— Пока, а, кстати, слыхали, что Мацуда сделал предложение Саю? – Мэтт пожал руку Майклу и Элу, обнял меня и побежал за Мелло, который явно настроился «уделать Ниа».
— Аидзава получил повышение, теперь он на месте покойного Соитиро. Мацуда вроде на вечеринке в честь Сюити и признался Саю, разве нет? – поинтересовался Эл.
Мэтт пожал плечами, убегая.
Мы стояли и смотрели им вслед. Три таких разных человечка, но родных в одном. Мы были семьёй. И что-то соединяло нас. Не то идеалы, не то мечты, не то просто чувства, необъяснимые, но крепкие.
Я знала, что хэппи энды – только для сказок. Но, смотря вслед убегающим парням, осознавая, что совершенно в другую сторону побежал ещё один парень, что рядом со мной стоит любимый человек и любимый сынок, как можно было не поверить в чудо?
У меня получилось сделать свою сказку, сколько бы трудностей я ни пережила до этого. Я надеюсь, что и у вас получиться создать свою сказку со своим счастливым концом. И все жертвы, которые надо будет принести, будут оправданы. И не забыты. Никогда.