Часть 5
Кумико была уже какой день в депрессии, мне от этого легче не становилось. Свой экзамен я прогуляла, благо, мне позволили пересдать его в связи с происшествием. Я решила покинуть Кумико, поскольку она совершенно никого не хотела видеть и слышать.
Где жить, я не задумывалась, знакомых было навалом. Пока что меня согласился приютить Алекс.
В четвёртый раз в своей жизни я стояла на похоронах. Шёл дождь, проливной дождь, народу было уйма: фанаты Лэнса, родители, знакомые, Дженни тоже... Я стояла в сторонке, в отличие от остальных, и молча глядела на погребение. В голове пронеслись жуткие мысли.
Лэнса больше нет. А ведь мы бы могли стоять не на похоронах, а на свадьбе. Дженни бы не отказала ему. Он нравился ей всегда. Но она строила из себя непреступную крепость слишком долго. Её игра затянулась, и Лэнс был потерян.
Нет, Лэнс был убит. Убит Кирой.
Как я узнала о Кире? Да так же, как и все, по телевизору. Как только весной начались массовые смерти преступников от сердечного приступа, мы с отцом разбирали множество версий этого, но никак не могли понять, как же Кира убивает.
Я была уверена, что Кира не сам лично сыплет всем яд или что-либо ещё. Кира не один, скорее всего. И Кира ещё не до конца понял, что творит. Он сам пользуется телевизором, наверняка, он не мастер в этом своём деле. Это молодой человек или девушка, поступающие спонтанно по большей части от неумения. Или от глупости.
Карать преступников – это конечно, героизм. Но делать это так странно, массово и постоянно – это уже походило на преступление. Для меня Кира после смерти Лэнса стал таким же преступником, каких он и пытался убивать. Люди ходили в страхе от Киры. Моя мама постоянно молилась Богу о спасении от этого «проклятого маньяка».
Я много размышляла об этом Кире. Сначала мне казалось, он поступает справедливо. Но как только в Интернет и газеты посыпались жалобы о том, что не все уж преступники были настолько виноваты, чтобы умирать, меня стали грызть сомнения. Этот Кира явно пока не осознал своих возможностей и не построил чёткий план действий.
После того, как я побывала на похоронах Лэнса, прошло пару месяцев. Я пожила у всех понемногу и, наконец, приехала в университет жить в общежитии. Там меня впервые за всё время выловил отец.
— Доченька! – обнял он меня.
— Папа! – я очень соскучилась по отцу, поэтому, не думая, кинулась его обнимать.
— Ну, как ты?
— Я хорошо, жива, видишь. Буду учиться в университете, как ты и хотел. Правовой...
— А как же?..
— После смерти Лэнса я передумала.
— Решила посвятить жизнь поимке преступников?
— Да.
— Смело, но...
— Пап!
— Хорошо-хорошо, идём, я помогу тебе.
Отец помог донести мне вещи и присел на мою кровать, я оглядела комнату. Ещё парочка соседей и комната будет полна. Две кровати пока что пустовали.
— Слышала новости?
— Нет.
— Детектив Эл ищет Киру, и у него есть кое-какие подозрения.
— Детектив кто?
— Эл.
— Тот самый?..
— Да.
Что касается детектива Эл – я восхищалась им. Всего одна буква «L», странный зашифрованный голос и немногословность, которая разила все словечки Киры напрочь. Мне хотелось бы увидеть этого детектива, особенно после того, как я подала документы на правовую кафедру.
— Это здорово, думаю, он поймает его.
— А я вот думаю, нет.
— Почему?
— У него нет необходимых помощников, это точно.
— Как Кира убивает?
— Думаю, через что-то главное у человека. Связи, манипуляция, не знаю точно. Это не холодное оружие, это не яды. Либо технологии... Либо... Явления.
— Какие?
— Паранормальные.
Я хмыкнула. Папа тоже.
— Знаешь, они же набирают команду, я думаю...
— И что?
— Ты бы могла помочь, не знаю... наверное.
— Мама против этого, она ещё не знает, на кого я учусь, благо.
— Я не против.
Я обняла папу, мы побеседовали ещё минут десять, и он ушёл, оставив меня в одиноком раздумье. Я никого не успела узнать из университета, тут впервые и кроме приёмной комиссии нигде не была. Мне было неуютно и немного страшно.
После стала обдумывать слова отца. «Самое дорогое, главное» – хм, родственники? А может, ДНК? Заражает каким-то вирусом кровь и всё... Или он действительно манипулятор. Странно, что только те, кого объявили по телевизору, умирают...
Проснулась ближе к вечеру, два соседа уже подселились ко мне. Две тихие девушки почитывали книжки и даже не обратили на меня внимания, когда я проснулась. Я представилась и вышла в коридор.
Как только я вышла на поляну, то вдохнула полной грудью. Вечер опускался на город спокойно, без спешки и небо казалось ярко фиолетовым, таким красивым и безмятежным.
Вдруг я услышала какое-то бормотание, спрятавшись за колонну, вгляделась в сторону бормотавшего.
— Лайт? – ужаснулась я.
Я учусь в одном университете с ЛАЙТОМ? Чёрт! Я злобно дёрнула кулаком, пока Лайт шёл через парк, бормоча что-то себе под нос, с яблоком в руке. Я удивлённо наблюдала за ним.
Он был очарователен, действительно. Возможно, в тот момент я и пожалела, что не пошла с ним на свидание.
Но это было лишь на момент, пока он не прошёл мимо колонны и меня снова не охватил этот холодок откуда-то немного со стороны. Моё «чёрное сердце» на шее резко охладело, и казалось, покроется инеем.
Я помотала головой. Какой иней? Лайт же присел на траву, положив яблоко рядышком с собой, и открыл какую-то чёрную тетрадь.
— Ботан, блин. Учит на завтра, поди-ка, – буркнула я, решив пройти мимо.
Но проходя мимо, я чуть не упала от шока. Я ясно видела, что Лайт ни разу не откусил от яблока, но рядом с ним лежал свежий огрызок. Я пошатнулась.
— О, опять ты, – улыбнулся Лайт, убирая тетрадь в сумку.
— Ой... П-привет! – осторожно обходя огрызок, поздоровалась я.
— Ты тут, выходит, тоже, да?
— Ага, – кивнула я.
— Неожиданно... – Лайт оценивающе оглядел меня, – Слышал ту ужасную историю, я думал, что там с тобой случилось чего, уж перепугался.
— Нет, отделалась шоком.
— Хм, да уж... Кира их наказал за это.
— Киру самого стоит наказать, – злобно огрызнулась я и тут же, подумав, что ляпнула лишнего, умчалась в корпус.
Я не знала этого, но на тот момент Ягами Лайт очень желал узнать моё имя. Очень желал... Утром меня разбудил приятный женский голос.
— Проснись!
— А? – я приоткрыла глаза.
Передо мною сидела восхитительной красоты девушка. Я сразу узнала её и кинулась обниматься, – Наоми Мисора!
— Привет, соня! – радостно обняла она меня.
— Как там твоя помолвка?
— О, отлично. У нас идиллия с Реем. Он такой... Не такой, как другие, знаешь. Идём, провожу тебя на занятие.
— Откуда ты знаешь, что я здесь?
— Твой отец сказал.
— Вы созваниваетесь?
— Да, до сих пор бывает, – улыбнулась Наоми.
Я быстренько оделась и прытко побежала за Наоми.
Наоми Мисора была моей любимицей всегда и везде. Я предпочитала называть её по фамилии, уж очень она напоминала мне имя. И девушка была не против.
Когда я ещё была маленькой, я называла её своей «самой любимой взрослой». Она всегда находила время заняться со мной рисованием или пианино, погулять или просто поболтать.
После ранения отца мы виделись реже, и всё же она заезжала к старому начальнику, проведывала меня. Как говорил отец, она расследовала ряд убийств с очень известным детективом и весьма успешно.
Я считала её идеалом во всём. Длинные шелковистые волосы, тёмные с живым блеском. Тёмные глаза, томные и игривые. Прелестная фигура, отличный характер. Она владела боевыми искусствами, умела обращаться с оружием, да и готовить умела. Ну чем не идеал?
Хотелось брать с неё пример, но драться у меня получалось куда хуже, чем у неё. Да и оружием я владела плоховато. Зато как она говорила, у меня был бездонный желудок и неутомимый мозг. Она зачастую засыпала глубокой ночью, пока я жевала печенье и искала что-нибудь полезное в Интернете.
Когда у неё появился жених, Рей, я и вовсе перестала с ней проводить так много времени. Но я была рада за Наоми, хоть и очень боялась её потерять. И вот она вела меня на занятие, что может быть лучше?!
— Ты здесь часто будешь бывать?
— В твоём корпусе – да. Думаю, часто.
— Вау! – обрадовалась я.
— Если что, зови, помогу с домашкой.
— Ты чудо, Мисора.
— Хэй, а почему именно полиция?
— Я хочу, чтобы Кира был пойман! – вдруг серьёзно ответила я.
Мисора с волнением поглядела на меня и, взяв за руку, неожиданно сказала:
— Пообещай, что будешь осторожна?
— Да, обещаю, Наоми...
— Точно?
— Да.
— Поклянись.
— Чем?
— Сердцем, – Наоми указала на «чёрное сердце», хотя я прекрасно понимала, что она имела в виду.
— Клянусь.
— Ты дорога мне, ты же знаешь.
— Я знаю...
— Кира опасен. И хитёр, хоть и не опытен, наверняка. Если ты хоть как-то захочешь это дело раскрывать, советуйся со мной или с отцом, можешь даже Рею звонить, его как раз хотели подключить по этому делу.
Я кивнула. Наоми обняла меня на прощание, и я прошла в аудиторию. У двери лежал ещё один яблочный огрызок. Меня бросило в жар.