II.XVII
Аромат кофе, который я просто терпеть не могла, доносился из её чашки. Впрочем, этот запах стоял во всей кофейне, но со временем к нему привыкаешь. Как она вообще может пить этот странный напиток, тем более без каких-либо добавок типа молока или сливок?.. Хотя с сахаром — уже хорошо. Я же, как и всегда, выбрала альтернативу — на этот раз чай, который оказался дороже кофе... На десерт — круассаны.
Проснулись мы вместе. То есть, она не встала раньше меня, как это обычно бывает. Мы просто нежились в кровати какое-то время, и как не хотелось, чтобы это заканчивалось. Но нужно было завтракать. Дома у неё ничего не было, так как вернулась она сюда только вчера спустя две недели командировки, поэтому предложила сходить в кофейню, которая находилась в её доме на первом этаже.
И вот теперь Валерия Александровна сидит даже не напротив меня, а совсем рядом. На ней снова платье, что натолкнуло меня на мысль о том, что со мной она надевает только их. На работу — костюм. А платья... это же так романтично. Наверное. Лучи солнца весело стучали в окно, на душе было также. Вот такое воскресное утро.
— Как прошла Ваша командировка? — пора уже начать расспрашивать о том, что происходило у неё за это долгое время.
— Насыщенно. Но ничего интересного, — отпив кофе и поставив чашку на место, Валерия посмотрела на меня. — Встречи с избирателями, разные городские и областные мероприятия... Отдыхать особо не приходилось. Ну, а ты? — в голове буквально промелькнуло перекати-поле прежде, чем я смогла вообще что-то вспомнить и уж тем более сказать ей. Так необычно — мы спрашиваем о делах друг друга, как будто мы действительно достаточно для этого сблизились, хотя какой раз я просыпаюсь с ней в одной постели. Парадокс.
— Ко мне сестра приезжала.
— Младшая?
— Да.
— Я думала, ты одна в семье... — настало молчание, потому что слова Валерии меня немного смутили. Действительно, после всего, что было, она только сейчас узнаёт про меня больше, про другую мою личную жизнь, в которой нет её. Знает ли она вообще мою фамилию? Скорее всего ей это необязательно, но это всё так странно получается, и осознаю я это только сейчас. Мы ничего не знаем друг о друге. — Это она тебя надоумила покраситься?
— Можно сказать и так, — с улыбкой ответила я. Наверное, необычное сочетание: солидная женщина-брюнетка и розоволосая простая студенточка. Видимо, своим новым цветом я стала привлекать ещё больше внимания к нам обеим. — Вам не нравится? — её глаза пробежались по моим волосам, и сложно было угадать заранее её ответ.
— Скорее просто непривычно, — как и всегда очень конкретно. Снова пауза. Я пила свой чай, а она кофе, и каждая украдкой наслаждалась друг другом. Так удивительно, что она не боится быть со мной. Я имею в виду, что даже сегодня Валерия Александровна не постеснялась пригласить меня сюда, а ведь наверняка она здесь бывает частенько, и скорее всего её знают. И как мы выглядим со стороны? Мать и дочь? Две подруги? Знаменитость и журналист, что берёт у неё интервью? Но ведь на самом деле мы две любовницы...
— Вам не бывает одиноко в такой большой квартире? — неожиданно даже для самой себя спросила я. Видимо мне понравилась тема про интервью. Женщина, даже не поведя бровью, снова посмотрела на меня.
— Хочешь переехать?
— Я... Я не это имела в виду, — и только после этого до меня дошло, что я сморозила. Как неосознанно. И как неловко! Но от её предложения у меня аж сердце ёкнуло. Да, слов на ветер она не бросает, но это было действительно странно услышать от неё. Неужели Валерия готова даже на это?.. А готова ли я?.. — Извините... — но женщина вообще не менялась в лице. Только опустила глаза вниз — задумалась.
— Бывает иногда. В основном на это просто нет времени. Но Анна, — никогда раньше она не называла меня полным именем, и это уже заставило моё сердце сделать небольшую паузу, — рано или поздно, но мне пришлось бы с тобой серьёзно поговорить, — стало страшно, ведь я не имела ни малейшего понятия, о чём будет этот разговор. Ведь тема могла быть какой угодно! В первую очередь на ум мне пришло то самое свидетельство о расторжении брака, которое вчера мне довелось увидеть совершенно случайно. Но ведь Валерия Александровна может заявить и о неожиданном расставании... Господи, нет... Неужели несмотря на всё, что между нами было и что происходит прямо сейчас, она готова на такой шаг?.. И пусть это логично необъяснимо, но ведь никто не знает, чего можно ожидать от этой женщины... А если она узнала про то, что было после театра?.. Можно умереть сразу? Но я лишь молча хлопала глазами, когда внутри меня бушевал ураган. — Мужчина, с которым ты видела меня в театре, мой муж, — что?.. Почему она говорит об этом?.. — Теперь уже бывший... — в голове всё смешалось... Столько вопросов, но в то же время ни одного. — Сама знаешь, мне особо некогда ходить по театрам, поэтому мне так хотелось, чтобы ты была рядом в тот день... — быть может, она погрустнела, совсем чуть-чуть, но в моих же глазах собирались слёзы, а к горлу подкатывал ком. — Но после балета я тебя уже не нашла, — конец. Конец моему спокойствию! Слёзы буквально полились, и их уже было не остановить. — Почему ты плачешь? — и от этого мне стало только хуже. Не дожидаясь ответа, она попыталась убрать с моего лица это безобразие, но это было бессмысленно. Почему я плачу? Она спрашивает меня и искренне не понимает, что такого в её словах. Но она даже не подозревает, что случилось потом в тот день... Мне мерзко от самой себя.
— Почему Вы развелись? — она снова опустила глаза и тяжко вздохнула.
— Всё давно к этому шло. Задолго до моего с тобой знакомства, — одна новость лучше другой... Сначала думаешь, что именно ты виновата в разводе любимой женщины, но оказывается не всё так просто... — Когда я возвращалась с командировок, мне не хотелось находиться дома, поэтому я снимала номера в отелях на несколько дней. Да. Мне было одиноко, — пауза. — А потом мы встретились, — я плакала. Ведь всё, что произошло со мной за всё то время, что я с ней, бывает лишь раз в жизни, и как мне повезло... И эта женщина открывается передо мной, раскрывает все свои секреты, но почему вдруг? Но я, в отличие от неё, просто не могла рассказать свои тайны, ведь они испортят всё.
— Извините меня за всё...
***
— Это мы с сестрой на концерте, — сидя на диване в гостиной у неё дома, я показывала Валерии Александровне фотографии на телефоне. В конце концов он оказался у неё в руках для нашего совместного удобства, и теперь она листала всё подряд. Какие-то фотки с Ульяной, какие-то с универа, включая и конспекты, какие-то даже просто не пойми что. И всё это смотрит она.
— Вы похожи... — интересно, а что было бы, если бы Валерии досталась моя сестра вместо меня? Боже, как это странно. — Любишь такие шумные мероприятия?
— Ну в общем-то да, — улыбаясь, ответила я. Ведь очень многие песни группы, на концерт которой мы ходили, ассоциируются у меня с этой чудесной женщиной, а она даже не подозревает об этом. Дальше пошли фотки с прогулок, а затем — театр. — Такие мероприятия мне тоже по душе. И как там красиво... — смотря на экран телефона, я как будто бы снова оказалась в Большом театре. Она ничего не ответила, но я знала, что со мной она полностью согласна. В основном на моём телефоне больше всего фотографий каких-то пейзажей или, так сказать, натюрмортов, чем портретов, особенно собственных. Но всё же в тот день их оказалось много. И закончились они также неожиданно, как и начались. На следующем фото она особенно заострила своё внимание, а моё сердце было готово выпрыгивать с этого двенадцатого этажа. Я и вовсе забыла про него... В голове появилось миллион ругательств вместо плана спасения. Сложно было сказать, что выражало её лицо, но это ей точно не понравилось. Да кому бы это вообще понравилось?! Господи Боже, спаси и помилуй... Валерия Александровна перевела взгляд на меня, и мне стало ещё больше не по себе... Тот самый холодный и бездушный взгляд, который давно не радовал меня своим присутствием, снова появился...
— По ремню соскучилась? — о господи... Делайте со мной, что хотите, главное не убивайте! Кто знал, что я облажаюсь именно так?.. С экрана на нас смотрела молодая студентка, ещё пока что блондинка, по имени Анна, которой только-только исполнилось двадцать лет, лежащая в постели с любимой женщиной, которая, в свою очередь, и вовсе не подозревала об этом преступлении... До этого момента. — Ничего не хочешь сделать? — сердце выпрыгивало, и я уже даже не помню, как телефон оказался в моих дрожащих руках, и как я удалила эту милую, но такую смелую фотографию... Заблокировав и отложив в сторону смартфон, я осмелилась посмотреть ей в глаза, не имея ни малейшего понятия, чего ожидать дальше... — А ещё? — господи... Меня сейчас точно убьют...
— Извините... — сначала она просто улыбнулась, а затем и вовсе слегка рассмеялась. В одно мгновение расстояние между нашими губами сократилось до минимума — и это всё она. Поцелуй. Глаза закрыты, концентрация полностью на ощущениях. Я ведь могла её потерять, уже второй раз, и скорее всего точно навсегда, но она просто рассмеялась. Чудесная женщина. Я люблю её до потери пульса. Люблю так сильно, что отпустить уже невозможно. Я люблю её, люблю! Пусть весь мир слышит эти слова и стук моего сердца! Но ей я не говорила ничего, потому что превращала свою любовь в действия. С губ на шею, руки под платьем, нам хорошо... Я целую её везде, и как же сладостно слышать эти стоны. Никогда моя жизнь не будет прежней после появления Валерии в ней. Это всегда был, есть и будет тандем.