А что теперь будет?
Прошло около месяца, мы с Женей общаемся намного чаще чем я с родными.
Я почти не выхожу из комнаты, да вообще из дома.
Женя уже не уходит как прежде в подсознание, он всегда со мной.
Мама часто уезжает по работе в другой город.
-Так не хочется вставать, тут тааак тепло.. сказал Женя, прижимая меня к себе.
-Угу, но кушать все таки надо.
Я лежала спиной к Жене и мне захотелось посмотреть ему в глаза, да, вот так резко захотелось. Я повернулась и увидела Женю с растрепанными волосами на голове.
-Ахах, Жень, ты такой милый..
-Да? А если так?. Он навис сверху, смотрел мне в глаза.
-Теперь ты не милый...
-Мм..а какой?
-Ты опять меня возбуждаешь..
-Я? Неееет, я такого не делаю, да что бы я тебя возбуждал?.. Пфф
-Жень, я серьезно.
Его ключицы выпирали, а вены на руках набухли. Он приблизился в плотную, его губы были рядом с моей шеей, я чувствовала его горячее дыхание от которого были мурашки по коже.
-Ну раз так..
Его твердый член уперся в меня, мое дыхание участилось, я знала что так нельзя делать, ведь он мой плод воображения и такого не должно быть..но возбуждение взяло вверх.
Он начал медленно касаться губами шеи и дошел до моих губ. Сердцебиение было слышно в ушах, кажется, будто я не могла двигаться, его губы коснулись моих.
Поцелуй не был страстным, пошлым или грязным, наоборот он был такой нежный и такой желанный, что все перестало существовать кроме нас. Он нежно проскользнул своим языком в рот и стал вырисовывать непонятные узоры.
Спустя 5 минут пришлось прервать поцелуй, из-за нехватки воздуха.
Я открыла глаза, Женя продолжил целовать мою шею, я знала что он возбужден, знала что будет продолжение, но не понимала как такое возможно, и опять же, он плод моего воображения. От раздумий не осталось ничего после того, как Женя начал покусывать шею и зализывать места укусов.
Рука парня тем временем уже хозяйничала в трусиках, размазывая природную смазку по половым губам и зажимая меж пальцев небольшой комочек нервов. Я выдыхала его имя и не узнавала собственный голос — такой хриплый от возбуждения и радости.
Раздвинула ноги шире, чувствуя пальцы Жени в себе, и впивалась ногтями в чужие плечи. Женя стонет со мной в унисон, рукой работает ритмично, а я и сама постепенно начинаю на его фаланги насаживаться, поскуливая и прося о большем.
Парня уговаривать не надо — одного твоего протяжного "Ж..жень..." хватает, чтобы спустить его с цепи. Он быстро избавляется от последних элементов нашей с ним одежды и одним резким движением входит в податливое тело до упора. Слышит тихое "Ай!" и замирает. Он знает.
Пока приходила в себя, Женя покрывал мое тело мокрыми поцелуями и оставляет яркие метки, которые точно не скоро пройдут. Боль быстро уступает место удовольствию, оставаясь лишь где-то на заднем плане слабым покалыванием.
Женя вжимает меня в постель, входит нещадно, будто в последний раз; жадным поцелуем впивается в мои губы, заглушая громкие стоны, и сплетает языки, завлекая их в бешеный танец.
Мы оба кончили бурно. Женя еле успевал выйти, пачкая спермой кровать и мой живот, а я все еще содрогалась от первого, и оттого не менее яркого оргазма. Он падает рядом, тяжело дышит и прижимает меня к себе. Я закрыла глаза, утыкаясь носом меж выпирающих ключиц, блестящих от капелек пота. Сейчас я определенно чувствую себя самым счастливым человеком на Земле, а сопящий рядом Женя только укрепляет веру в то, что завтрашний день непременно будет в миллионы раз лучше предыдущих.