Дневник Алексайо

Меланхолично Элен выдохнула дым, лениво вращая между пальцами трубочку. Она задумчиво взирала на сдержанные вежливые лица присутствующих. Радости не было, унылое послевкусие и разочарование в мести. Элен за время заработала более хороший контроль, так что, эта трубка в руках, которую она так желала разломать напополам, оставалась целой. Государь мертв, да здравствует новый государь. Это место несмотря на счастливые детские воспоминания, омраченные гибелью матери, стало чуждым. Они не нашли способ вернуть воспоминания и теперь им всем предстояло жить с бременем осознания того, что в их жизни была кто-то, кто оставила настолько глубокие душевные раны, что и три года казались как первым, кого они не могли вспомнить. Филон не стремился найти себе любовный интерес, друзей он тоже не заводил среди сверстников, напоминая Элен, которая в детстве настолько погрузилась в мир книг, что не видела в детях своего возраста подходящего собеседника.

Отец медленно умирал. Новость, после возвращения, обрушившаяся как снег на голову. Слишком внезапная, ужасающая, оставившая после себя горечь сожалений. Он прекратил попытки наладить связь с ней, после обнародования своего здоровья. Элен же не могла найти в себе мужество побороть стыд за своё поведение, чтобы найти силы встретиться с ним. Особенно после того разговора.

Неторопливо Элен сделала идеальные кольца дыма и улыбнулась, глядя на звёзды. Чем она собиралась заняться? Элен не сильно вдумывалась в идею реализации себя самой. Окрылённая мыслью, страхом и надеждой, она полностью посвятила пять лет своей жизни на изучение Скрытых земель и нахождение редких трав. Она познакомилась с многими людьми, имела встречи с аристократами высшего сословия, удостоилась благосклонности правительницы. Хотела ли она бы вернуться? Элен вслушивалась вполуха в беседы. Нельзя откладывать долгий разговор с отцом. Возможно, она поговорит с ним завтра. Когда поднимется солнце и начнётся новый день, она сможет посетить его и поговорить обо всем. Сама мысль страшила. Глаза становились слишком сухими и желали увлажнится, пальцы начинали дрожать, а уверенность медленно гасла.

Как поживала Марселин? Канула осень, за ней прошла зима и весна. Элен вспоминала, что Аглая добилась своей цели, посадила ублюдка Мейнарда на престол, который он не шибко желал, но обязан был править. Кто знает, во что выльется его правление. Элен знала одно. Она не желала оставаться здесь. Где те лица, виновные в страданиях сестры, живы, живут и будут жить, в лучах любви народа, под любимым делом, в достатке и сытости. Элен так и не решилась рассказать о том, кто именно пытал сестру. Не к чему им знать, покуда они и так не помнят о ней, кроме отголосков прожитых чувств. Может, отец знал, она не уверена. Даже если один из них мертв — это не вернуло Алексайо. Элен протянула руку к звёздам, тоскливо задаваясь вопросом, боялась ли Алекс смерти? Было ли ей страшно? Что она чувствовала, узнав, что её собирались убить? Как долго она боролась в плену? Как бы сильно Алекс не страдала, Элен этого, с болью в сердце и слезами на глазах, никогда не узнать и не понять. Элен выкурила трубку с отстранённым выражением лица и напряжённой линией губ.

Алексайо, что бы ты сказала, увидев к чему все пришло? Боль медленно заглушалась от потери сестры, шрамы в ней останутся навсегда, но люди существа адаптивные, как бы ужасно это не звучало. Мир шел своим чередом и продолжался после смерти матери, после смерти Алексайо, точно также, как и будет продолжаться после смерти Элен. Это константа, настолько внезапная, что привнесла смутное утешение в её жизнь. В её памяти сестра так и останется той молодой девушкой, которую она помнила шесть лет назад. Останется в памяти пылающей жизни, волевой личностью на которую Элен смотрела с восхищением, которой она хотела быть и мечтала увидеть гордость в глазах сестры, слова «Я горжусь тобой», произнесенные её голосом полным мягкости и гордости. Усмехнувшись, Элен неторопливо подумала, что в ответ она получила разбитые надежды, отчаяние и боль, потерю. Но с помощью сестры смогла обрести надежду и спасти Филона. А после узнать, что отец медленно умирает. Элен сможет ли когда-нибудь получить счастья, не потеряв что-то в процессе?

⊹──⊱✠⊰──⊹

Элен застыла, пока разрывалась на куски от осознания тревожности атмосферы, напряжённого чувства, что что-то произошло и смутной догадки, полной ужаса и отчаяния, столь знакомого и невыносимого, что ей стало дурно. Она медленно, мучительно медленно обернулась к Филону, тут же отмечая покраснение глаз. Она отказывалась в это верить, никак не хотела и не желала, даже если в глубине знала и понимала суровую правду. С его словами, словно умерла и она. Элен сжала хрусталь так крепко, что он лопнул в её руках. Элен вздрогнула, едва подавив всхлип. Не от физической боли из-за того, что осколки порезали ладонь, а вино щипало открытые раны. От осознания факта, что она не присутствовала на последнем вздохе отца, что она так и не сказала важные слова, о которых так часто хотела сказать. К чему важные слова! Элен даже так и не сказала, что любит его! Признание, что считает его своим отцом, что бережет его. Теодор повел её к дивану, вытаскивая осколки, пока она отстранено наблюдала за тем, как он аккуратно вынимает осколки из раны. Филон тут же нашел в столе Теодора аптечку, и принялся обрабатывать и перевязывать рану. В глазах помутнело и Элен медленно заплакала, слеза за слезой, оплакивая последнего родителя.

Отец не дожил до начала лета. Элен сжимала плечо Филона с торжественным выражением лица. Её щеки влажные от слез, но несмотря на тяжесть момента, Элен чувствовала, что в душе пустота. Противоречивые чувства создавали в её голове ясность. Она подняла лицо к небу, покрытому серыми неприглядными облаками. Элен помнила. Когда матушка умерла лил дождь, на похоронах отца льет дождь. В груди болело, осознав, что Элен не узнает лил ли дождь при смерти Алекс. Элен позволила брату обнять себя. Она поглаживала волосы младшего, который уже вырос под её рост. Филон возмужал, но всё также эмоционален. Элен ненадолго улыбнулась краешками губ этой мысли, даже если радости не было из-за события. Она не позволит миру сломать Филона так, как мир сломал Алекс. Элен встретилась взглядом с Аглаей. Элен собиралась покинуть этот черствый и ненавистный материк. Марселин должна причалить через месяц и у неё есть время закончить последнее дело.

— Пошли, Филон, — шептала она, потирая его спину.

Он согласованно мычал, быстро вытирая слезы. Его глаза красные, припухшие, а губы дрожали. Элен понимала его. Потерять последнего родителя тяжело. Элен хотела спрятаться под одеялом и позволить слезам пропитаться в подушку, но она должна быть сильной, даже если не понимала для чего.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Размышляя обо всем, Аглая поняла, что Агапий сделал то, что никогда не смогла бы сделать она. Он не только добрался до Клеона и успешно травил его три года так, что об этом Аглая смогла узнать только от самого Клеона, который перед смертью не спешил, да и никогда и ни за что не признался бы даже с мечом у шеи. Лекарь Лорс успешно отравил государя, это она поняла лишь позже, после убийства прошлого государя, видя скрытые признаки отравления и не понимая, как она не увидела это раньше. Аглая не знала, как Агапий Лорс смог добиться этого, если он никогда не покидал Тэф, и она совершенно не имела представления какими связями он мог обзавестись, чтобы успешно внедрить своих людей во дворец. Ей оставалось лишь болезненно восхищаться им и его жаждой мести, ненависти и терпению.

— Госпожа и господин Лорс отбыли с многоуважаемой Покорительницей Молний, — сообщил слуга, низко поклонившись.

Его дети покинули материк. Аглая быстро отослала слугу. Со звуком закрытой двери на губах появилась кривая напряжённая улыбка. Она издала смешок, а затем засмеялась всё сильнее. Боль, разъедавшая её изнутри, утихла под эмоциональной. Она смеялась и смеялась, пока на глазах не выступили слезы. Аглая разрыдалась, как маленький ребенок, надрывно плача по себе. Она обняла себя, в отчаянии желая получить тепло, прижимаясь лбом к рабочему столу. Знание того, что её цель, которой Аглая посвятила всю себя, смысл жизни, исполнилась не привела ни к чему. Мир не изменился. Она не стала счастливой. Аглая и не думала, что сможет теперь стать счастливой. Запертая в этих четырех стенах, Аглая ощущала себя той птицей в клетке, которую так любила мать Мейнарда. Безвольная птица, умеющая петь, без возможности расправить свои крылья и свободно парить в небе, поражая всех своей красотой. Аглаи противно от себя самой, противно от своих действий. Её тошнило от своих улыбок и слов. Аглая хотела бы вновь увидеть улыбку госпожи Лорс, зная, что не будет достойна, но отчаянно желая попытаться.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Элен задумчиво наблюдала за волнами и горизонтом, размышляя. Никто не удивился, что Элен решила покинуть государство. Лука и Маргарет желали удачи. Живот Маргарет стал заметно виден, и все оберегали её, не позволяя малейшему волнению проявится. Гильдия Теодора расцвела, пользуясь большей популярностью, чем раньше. Виконтесса Ламброс смотрела на неё понимающе, как никто другой. Барон Гликас, особенно барон Макрис выглядели расстроенными, что Элен, понимающая их юмор, покидает их, на что получили от баронессы Гликас. Гликерия улыбалась печально, расстроенная их желанием покинуть материк. Пандор, узнав, что сопровождать будет Покорительница Молний взял ответственность за переговоры с ней о благополучии Элен и Филона. Кузнец подбадривал и давал дельные советы Филону, который воспринял их слишком серьезно, быстро записывая в блокнот. Прощание закончилось на теплой ноте с обещанием обмениваться письмами с помощью магических почтальонов. Элен крошечно улыбнулась, слегка приподняв уголки губ и посмотрела на чистое голубое небо, такое свободное и бескрайнее. Их ждал совершенно другой материк, государство Терра, которое по словам Марселин является центром сосредоточения знаний, где поощряются ученые и все ремесла, особенно почитается творчество.

Прощай отец, с которым Элен не смогла поговорить обо всем по душам, так и не откинув глупые эмоции, которого она будет несмотря ни на что любить. Прощай матушка, невероятная женщина, подарившая ей младшего брата и старшую сестру, покинувшая их так рано, но искренне любившая их. Родители навсегда останутся в её сердце и памяти, пусть и будет она вспоминать о них с грустью, но с улыбкой. Элен, которой предстояло жить с осознанием того, что она так и не помирилась с отцом. Прощай, дорогая старшая сестра, тот еще картофель. Элен навсегда будет хранить её дневник и картины, с некоторыми она планирует поделиться с миром, чтобы память и творчество сестры познало, как можно больше людей. Алексайо заслуживала восхищение её талантом, хотя бы после смерти. Если бы Элен увидела Алексайо... Она хотела бы сказать спасибо. Спасибо, что спасла всех, спасла Филона, спасла маленький мир Элен. Спасибо, что стала утешением и спасением, надеждой и героем для всей семьи после смерти матери. И прости, что Элен не смогла стать для неё таким человеком.

— Элен? — раздался взволнованный крик Филона, обернувшись, Элен улыбнулась увиденному. — Пошли послушать истории Покорительницы Молний! Она обещала рассказать о том, как получила этот титул!

— Не то, чтобы история увлекательная, но раз вы хотите её услышать, то почему бы и нет, — беспечно сказала Марселин.

Усмехнувшись, она покачала головой, с нежностью и благодарностью взглянув на Марселин, которая стояла рядом с Филоном, и смотрела фиолетовыми глазами на неё с пониманием и гордой улыбкой, от которой признательность распространилась в ней теплом. Только сейчас Элен обратила внимание, что паруса сменились на рисунок с лотосом. Возможно, всё-таки стоит дать шанс общению с Аглаей, про которую она не забывала, внезапная мысль заглушилась её собственным голосом:

— Иду!

Тревоги медленно покинули Элен, пока глубокий, громогласный голос Марселин наполнил сознание. Смогла бы Элен когда-то отпустить боль? Возможно. Но Элен никогда не забудет свою семью.