Дорожные истории

Первая начала свой рассказ Василиса. Это была миловидная блондинка, очень доброжелательная, с весёлым взглядом. Рассказ её можно назвать так:

ПОРЧА

– Мой муж Сашка никогда в церковь не заходил. Меня это удивляло. Я сама изредка там бываю, но он говорил: "Не не, Вася, ты иди, а я постою, покурю. Не люблю я всякие религии". Как-то раз пришлось нам в церкви молебен отстоять по случаю похорон его родственника. Я видела, что его всего корёжит, что ему ужасно плохо. В итоге Сашка, держась за живот, с помертвевшим лицом, покинул церквушку и больше туда не возвращался. Я это к чему завела разговор? К тому, что у него были какие-то веские причины, не позволявшие ему общения с высшей силой, которую мы называем Богом. Я предваряю эти слова перед событиями, которые произошли со мной позже, чтобы эти события были вам понятны.

Так вот. Уже первые годы нашей совместной жизни показали, что мы с ним разные люди. Я деятельная, активная, трудоголик, как сейчас модно говорить, а он пассивный, ничем не интересующийся, кроме компьютерных игр. Я много раз пыталась его расшевелить, но куда там... После рождения ребёнка года три он просто сидел на моей шее, выполняя роль няньки. Прихожу как-то с работы. Вижу картину: он сидит за компьютером, а ребёнок ревёт, опачкался весь, голодный. А ему хоть бы хны. Даже поесть приготовить ребёнку и себе ему лень. Если начну пенять, то в ответ слышу – отстань. После стычек он что-то начинает делать, но потом принимается опять за своё... Так продолжалось долго. Чувствую – ему нравится такая жизнь.

И вот ещё. Моя свекровка, его мамаша, под стать ему. Тоже вечно с людей деньги тянет, не только с мужа, царство ему небесное. Придёт, бывало, к нам, позыркает по сторонам, пошепчется с сыночком и отвалит. А Сашка после этого наполняется какой-то важностью, не говорит, а цедит пренебрежительно слова. И грудь колесом.

Я долго терпела. Уже сын Серёжа начал подрастать, девять ему исполнилось. Прихожу как-то с работы. Сашка за компом играет, а мой сынок сидит в углу спальни и плачет. "Ты чего, сына?" – спрашиваю. "Я папу попросил задачку решить, а он ругается, не мешай играть, говорит". Я помогла сыну по учёбе, приготовила поесть. А сама думаю – надо с этим заканчивать. Лучше без отца сыну расти, чем рядом с таким идиотом. А тот как почувствовал. Прямо шёлковый стал, на целых две недели. Даже сварил как-то суп. Но надолго его не хватило. Пришла его мамаша, пошепталась со своим сыночком и была такова. И он опять за старое принялся.

Последней каплей стало, то, что сказал мне Серёжа: "Папа просит, чтобы я поговорил с тобой. Ему утром не хочется рано вставать и меня в школу провожать, а вечером забирать. Это мешает его работе. Пусть тогда он дома сидит, как раньше. А работать будешь ты одна. У тебя всё равно зарплата больше в пять раз. Вполне хватит семью прокормить". Тут уж меня прорвало, так прорвало... Не буду рассказывать как. Короче, выставила я его за двери. Подала на развод. Но с сыном встречаться не запретила. Сашка квартиру стал снимать, но кой-какие вещи свои всё ещё не забрал от меня.

Подхожу к сути.

Вижу как-то сон, страшный такой, до жути... Лежу я в каком-то ящике. Всё видать, как будто где-то за головой горит свеча, и тени колеблются по стенкам. Сверху и с боков щелевые доски и я лежу на них, а прямо мне в лицо сыплется земля сквозь щели. Запах свежевскопанной земли бьёт в ноздри. Слышу звуки какие-то сверху, вроде как приглушённый разговор. Я упёрлась руками в верхние доски, набрала воздуха полные лёгкие и как закричу дурнинушкой... И проснулась... В глазах мельтешат мерцающие тени. Сердце колотится, готово выскочить из груди, а главное – земляной запах чую. Ужас! Видно я закричала во сне, так как Серёжа проснулся и включил ночник. "Мама, у тебя всё в порядке? Ты кричала?" – спросил он. "Спи, моё солнышко, приснилось мне что-то".

Было воскресенье. Я не работала. Утра кое-как дождалась под впечатлением сна. В 7 часов уже звоню отцу. Он живёт один, давно на пенсии. Извинилась за ранний звонок. Рассказала ему свой сон. Папа говорит, что у него мурашки по коже забегали от моих слов. Сам он интересуется всякой мистикой, обрядами, изотерикой и разбирается в снах. Также он в курсе всех моих домашних дел. Навскидку, говорит – это у тебя заложена в доме какая-то закладка. На тебя наведена порча этой закладкой. Подожди, полистаю книжку. Вот нашёл, послушай. Этот предмет должен быть с резинкой и снят с мертвеца, так написано в одной из 5-ти книг под общим названием "Чёрная Книга Порч". Это, скорее всего, что-то из одежды. Меня словно обухом по голове ударили. Стало дурно. С мертвеца вещь лежит в моём доме!!! Уааах!!! Сразу же ослабели ноги, и меня прямо затошнило. Тут же возникла мысль – это всё маманя Сашкина состряпала. А купить вещь с мертвеца ничего не стоит в любом бюро ритуальных услуг. Лишь бы нашлись желающие купить.

Папа говорит – закладку ищи среди одежды. Стала я искать. Всё в доме перерыла. Нет ничего, даже в вещи Сашкины заглянула. Они были в сумках в коридоре. Звоню отцу. Так и так, говорю, ничего не нашла. А он – ты точно все места посмотрела? Сядь, посиди чуток. Притормози. Закрой глаза. Успокойся. Выбрось все мысли из головы. Твоя интуиция сама тебе подскажет, где это спрятано... Я закрыла глаза. Постаралась ни о чём не думать. И мозг сам выдал решение: а в спальне сына ты смотрела? А если Это лежит там, то – как он только посмел?!

...И вот села я на корточки перед тумбочкой сына и стала перебирать его вещички. Трусики, маечки, носочки. Та-а-ак, мимо. Футболочки... И вдруг вижу что-то чёрное между футболок. Это что? Я взяла фасовочный пакетик и им же трясущимися пальчиками извлекла эту вещь из футболок. И, что, вы думаете, это было? Никогда не догадаетесь. Перед моим носом болтался чёрный бюстгалтер... Снят с мёртвой женщины. В вещах сына спрятал, паскуда. Я от мерзости такой чуть не заорала, меня всю передёрнуло и я села на попу. Какая гадость!!!

Скорее завернула бюстгалтер в пакет и позвонила отцу. Папа говорит – иди и выбрось на мусорку, срочно. Не в мусоропровод, а на мусорку. Бросила я эту гадость в пакет с ручками и пошла к дверям. Открыла двери, и тут же заорала долго сдерживаемым криком: передо мной стоял Сашка. Пришёл забрать Серёжу на выходной. Воскресный папа, м-мать его. "Что кричишь, Вася?" – спрашивает. А сам внимательно смотрит на меня. Я последнее время ходила на фитнес, потянула спину. Стою перед ним сгорбившись, держу перед собой практически пустой пакет, нагло и зло говорю: "На мусорку пошла, мусор вынести. А ты меня напугал, с утра пораньше заявился. Вот и закричала от испуга. Кстати, можешь забрать свои вещички. Сегодня же. Им у меня не место. Посещать мою квартиру можешь только, когда я дома. Звони у подъезда, Серёжа выйдет. Ключи отдашь, когда вывезешь сегодня свои вещи полностью".

Папа сказал, что этот вид порчи, наведенный на предмет, задаёт болезнь поясницы, позвоночника. Поэтому Сашка так внимательно на меня смотрел. Но эта наведённая порча имеет и обратную силу. Если ты избавился от этого предмета сам, то наводивший порчу будет какое-то время болеть. Так оно и вышло. Сашка не приходил пару воскресений, говорил, что потянул спину на работе. Потом всё вроде успокоилось. Мы развелись. Сашке, конечно, трудно приходилось. Из комфортной жизни, когда за тебя решаются все проблемы, окунуться в жизнь, где ответственность ложится только на тебя, очень не просто. К этому надо долго привыкать. Но это уже были его проблемы. Людская молва иногда доносила мне, что он сильно разобижен на меня и мечтает, что я со временем попрошу его вернуться. Напрасно надеется.

Я часто думала: ну почему Сашка не может, именно не может, ходить в церковь? И пришла к выводу, что это чёрная магия его не пускает. Маманя и сынка втянула в свои делишки, ведьмачка чёртова. А Сашке я на прощание сказала – лучше потрать время на улучшение своей жизни, чем на ненависть ко мне. Иначе сам хлебнёшь то, что посылаешь мне, хотя бы в мыслях. Отпусти меня. Всё кончено. Окончательно и без поворота.

Папа предупредил меня, что если я почувствую какие-то нехорошие изменения в здоровье или в личной жизни или на работе, то я должна ему об этом сказать. Возможны ещё закладки, пока Сашка не успокоится и не выберет себе другой путь.

Прошло какое-то время, и мне опять приснился дурной сон. Я всю ночь дралась со свекровкой. Во дела. Я и драться-то не умею. А тут билась, как Ван Дамм в кино. Позвонила папе. Он говорит: опять закладка у тебя где-то запрятана. Если твой бывший не заходит к тебе в квартиру, то он может что-то мелкое подложить за дверями. Осмотри всё внимательно. Эта наведённая порча направлена на ухудшение отношений на твоей работе. А у меня и, правда, была в то время череда неприятностей с некоторыми сотрудниками.

Вынесла я стул в тамбур, села на него и стала внимательно рассматривать двери. Дала себе задание найти что-то мелкое. Закрыла глаза и постаралась ни о чём не думать. Дальше уже моя интуиция работала. Через некоторое время я встала, машинально протянула руку к плинтусу под дверями. Слегка отогнула его ногтём. Под ним была иголка с чёрной ниткой.

Через неделю Сашка позвонил Серёже и сказал, что его уволили с работы. Больше он к нам не приходил...

Рассказ ошеломил всех нас. Неужели в наш просвещённый век такое возможно? Посыпались вопросы:

– Вы вот про свекровку всё намекали, называли её ведьмачкой. А почему вы решили, что она занимается чёрной магией? У вас есть пример её ворожбы?

– Есть. Мы когда ещё просто дружили с Сашкой, то он ухлестнул за одной девицей. Я сказала себе: ну и чёрт с тобой, и перестала о нём думать. Встречаю как-то его маманю, а она мне и говорит:

– Ты, Вася, если хочешь вернуть моего сыночка, то скажи мне. Мне не нравится его теперешняя пассия. А ты ему хорошей женой бы стала. Я вижу, какая ты хозяйственная.

– Не хочу возвращать – не нужен он мне.

– Ну-ну – говорит она – сама прибежишь, коли так.

Вот ещё – подумала я – я, что, на дуру похожа?

В эту ночь так и не смогла уснуть. В голову полезли видения, где мы с Сашкой милуемся. Он, в этих видениях, как светлый рыцарь, был красив и мужественен. На меня напала маета, я места себе не находила, готова была бежать к нему среди ночи, как и говорила его мамаша. Утром Сашка сам постучал к нам в дом и вызвал меня на улицу. А я уже была готова простить ему всё, кинулась на шею. На следующий день он повёз меня в район и нас в ускоренном порядке поженили. Я уже тогда подумывала, что это дело рук свекровки. Папа говорил, что в то время у меня глаза лихорадочно блестели, и я никого вокруг не замечала, кроме Сашки.

– Вы думаете, что это Сашка вас приворожил с помощью матери?

– Конечно. Я же о нём и забывать стала. А тут вдруг дикая любовь проснулась. С чего бы это? Да ещё после разговора с ней.

– А зачем Сашке нужна была ваша болезнь? Что бы он от этого выгадал?

– Мне бы трудно пришлось одной. Работа, уборка квартиры, приготовление пищи, проводы сына до школы, забирать со школы. С больной спиной много бы я смогла? А тут он как тут нарисовался бы на белом коне. И – опять всё идёт своим чередом. А потом убирается закладка, и я опять здорова.

– А вторая закладка была зачем, по-вашему?

– Это уже месть, нервы мне потрепать. Я же его отчитала на пороге дома и отрубила все его мечты. А он гордый. Он себя всегда считал эталоном мужчины.

– А почему вы терпели такого пройдоху так долго? Любили приворотной любовью?

– Я давно уже не чувствовала к Сашке ничего, видимо, приворот был не сильный. Но я не хотела, чтобы Серёжа рос безотцовщиной. Тянула резину. А мне хотелось, чтобы меня тоже любили, говорили: какая ты молодец, Василиса. Какая ты красивая сегодня. Ты устала, отдохни, милая. А Сашка был просто потребителем, ленивым иждивенцем и всё. Никогда мне таких слов не говорил. Ему просто было удобно жить со мной.