Вторжение

Перед летчиками открывался вид на целый городок за стеной, но туда они не полетели. Это было самоубийство. Неожиданность само по себе, что на их перехват еще не подняли истребители. Странно это. Их приборы с легкостью могли засечь любое движение в лесу, но не увидели два самолета в воздухе? Бред. Либо военные ждут их ошибку, либо за стеной происходит что-то более интересное.

Сержант качнул машину, ложась в пологий вираж. Успел разглядеть лагерь ученых у границы, укрепленный по всем правилам военного искусства, прежде чем свернуть за капитаном. Как минимум, он был счастлив, что капитан избавился от этой зеленой твари, а значит, он все тот же прежний друг, который ставил спасение людей выше собственного любопытства. Да, именно любопытство. А как иначе? Именно оно с самого начала их путешествия привело их к инопланетному кораблю, и именно оно стало причиной, что пришлось отклониться от маршрута. Чисто человеческий фактор, который всегда мешал военной службе.

Самолеты пошли на посадку в сотнях метрах от границы стены. Парни спрыгнули в зеленую траву и тут же стали закидывать самолеты сухой травой. Им даже не нужно было сговариваться. Действовали они по военному протоколу, как во время боевых действий.

- Капитан, есть идеи?

- Нужно дождаться темноты. Через пару часов заход солнца. Если Вивьен рассказала им сколько нас… Осуждать не буду. Но нам нужно хоть какое-то преимущество и ночь станет нашим другом. Если уж суждено умереть, то сделаем это красиво, сержант.

Он не планировал осуждать хрупкую девушку, если во время пыток она выдаст все этим военным. Капитану было хорошо известно, на что способны военные для получения нужно информации. Но он не знал, что именно в этот момент девушка делала все, чтобы их неумелые пытки не принесли никакого толка. Возможно, это было только начало их экспериментов, но она была готова вытерпеть столько, сколько сможет преодолеть ее организм. Нужно было быть сильной, чтобы заслужить уважение этих уродов и попасть в главную башню к тем, кто уже давно перестал считаться с жизнями людей.

Из-за сильной духоты, Вивьен буквально видела, как в стакане напротив ее камеры испаряется вода. От полной кружки осталась едва четверть. Ясно было одно, с пресной водой дефицита тут не было, раз они так легкомысленно использовали ее в качестве пыток.

Послышались шаги со стороны спуска в тюрьму. Погруженная в свои мысли, девушка даже не услышала шума от открывающегося люка. Через несколько секунд перед Вивьен показался статный мужчина лет пятидесяти. Волосы его уже были покрыты сединой, на лице виднелись крупные морщины, но телосложение было как у двадцатилетнего спортсмена. Он не улыбался, как остальные, сохраняя немое выражение лица. Брезгливый взгляд упал на девушку, точно перед ним был лишь протухший кусок мяса. Помещая заложника в самое душное место и моря жаждой, они, судя по всему, надеялись увидеть принцессу взаперти.

- Надо отмыть, - сухо проговорил мужчина басистым голосом. – И переодеть. Это не годится.

Вивьен лишь молчала. Не в ее ситуации было сейчас встревать в словесную перепалку.

- Отведите ее во вторую башню и дайте все необходимое, - добавил военный, обращаясь кому-то во тьме.

Только тогда Вивьен заметила того паренька, который привел ее сюда. Должно быть он был тут все это время, наблюдал, так сказать, и докладывал об этом своему начальнику. Быть тихой и незаметной, впервые, помогло девушке. Но вот где эта вторая башня?

Оказалась она в метрах двадцати от тюрьмы, да и не такая уж и высокая, чтобы гордо называться башней. Так, примерно, размером с двухэтажную постройку. Стены были порядком разрушены и держались на честном слове строителя. Вроде ванной комнаты, в которую видимо приглашали именно дам, чтобы они привели себя в порядок перед тем, как перейти в чьи-то руки для утех. Их не особо волновало, что в один прекрасный момент, если подует сильный ветер, эта конструкция просто может сложится, унеся чью-то жизнь. Говорят, что женщины в дефиците, но отношение, как к стаду коров. Тем не менее там была горячая воду. Вивьен уже и забыла, что это такое принимать горячую ванну. Военный закрыл ее снаружи и дал час. Ох, это стал лучший час за долгое время. Около получаса девушка только пролежала в ванной, пока вода не стала остывать. Это был ее первый раз. Раньше приходилось пользоваться корытами. О таких мраморных вещах приходилось слышать лишь от дедушки, который успел застать мир до его разрухи.

Девушка шагнула к ветхому шкафу в углу комнаты, даже не высушив тело полотенцем. Капли стекали по ее телу, создавая озноб. Это отнюдь напоминало ей, что ничего в этой жизни не осталось без последствий, за каждое короткое удовольствие нужно платить. Открыла створку и тяжело вздохнула, увидев в шкафу лишь яркие платья, которые предпочитали раньше девушки из борделей. Тугие корсеты, юбки с разрезами от бедра и декольте, которое лишь на двадцать процентов могло прикрыть грудь. Но ничего не оставалось делать, как натянуть одно из этих платьев, ведь время подходило к концу, а встречать обнаженной какого-нибудь тупого военного совсем не хотелось. Выбор пал на платье глубокого синего цвета. Оно показалось отнюдь самым скромным, если так это можно было назвать. С корсетом пришлось повозиться, но Вивьен затянула его так сильно, что в грудь перестал практически проходить воздух. Ей нужно было выглядеть подобающе, чтобы добраться до высших чинов, а не остаться у ног того капитана, который велел привести ее, если не выберут.

К назначенному времени, минутой раньше, в помещение вошел парнишка, которому было велено следить за ней. Он слегка подвис, разглядывая женскую красоту. Это все, что он мог себе позволить. Густые женские локоны закрывали грудь, падая волнами вперед. Парень молча показал рукой убрать их назад. Девушка тут же послушно откинула их на свою спину, открывая область декольте. Парень замялся, уставившись на вздымающуюся грудь, но преодолев себя, отвел взгляд в сторону.

- На выход, - твердо обронил он.

Когда Вивьен вышла, увидела, как из похожих построек выводят дам. Как оказалось была и башня один, и башня три, и еще штук десять в линию. Но вышло лишь пять женщин. Они были все лет тридцати и, судя по их вальяжному флирту с ходу, это был их не первый отбор. Вели они себя достаточно дерзко и вызывающе. Обнажали бедра, приподнимали юбки, крутили своими округлостями перед военными.

Женщин выставили в линию и приказали ждать. Простояли они минут десять, когда в метрах тридцати показался тот самый мужчина, который спускался в тюрьму ранее, который смотрел на Вивьен, как на мясо. Теперь же его взгляд изменился, но ничего хорошего не предвещал.