28
«У тебя когда-нибудь была ситуация, когда твой дружок выходил из-под контроля?»
Услышав его слова, Ли Сяомин окаменел.
Ли Сяомин: ?
Боже, не могу поверить, что я действительно спросил это вслух.
Ли Сяомин помолчал немного, прежде чем ответить ему: «Чэн-гэ, когда ты сказал дружок, это то, что я понял?»
Он торжественно кивнул.
Ли Сяомин сказал: «Почему бы тебе не пойти в больницу, чтобы провериться?»
Он запаниковал и сказал: «Нет, ты не понял. У меня есть друг, который пришел ко мне, чтобы пожаловаться на эти вещи, поэтому я пришел спросить тебя».
С выражением «я понимаю», Ли Сяомин довольно небрежно повторил с ним: «О, о, о, друг. Я понимаю, тогда это друг, но серьезно, я рекомендую тебе...э, нет, твоему другу, если у него возникнут какие-то проблемы, он должен немедленно отправиться в больницу».
Чэн Хуай Сю: «...»
Забудьте, он все равно продолжит об этом говорить.
Он сказал: «Это мой друг, ах. Он, он, снова становится нормальным, как только он видит мужчину...»
Ли Сяомин не выказал особого удивления и спросил: «Возможно ли, что твой друг гей?»
«Это неважно. В наше время общество очень толерантно. Ты...твой друг должен быть смелым и смотреть в лицо своему сердцу любыми способами. Какая бы у него не была сексуальная ориентация, это нормально».
«Ни в коем случае»,— тут же возразил он,— «Нет, не в этом дело. Дело в том, что, мой друг, как только он увидит чужого парня, он сразу...»
Ли Сяомин нахмурил брови и серьезно сказал ему: «Чэн-гэ, несмотря ни на что, ты не можешь быть любовником моей пары».
Эта фраза глубоко его задела.
Он почувствовал, как его губы задрожали. Он постарался успокоиться и сказал: «Если бы ты был не одним, что бы ты подумал?»
«Хотя маловероятно, что я столкнусь с такой ситуацией»,— Ли Сяомин мягко моргнул, глядя на него, он ухмыльнулся, поднял ладонь и в конце концов медленно сжал ее в кулак,— «Я бы его кастрировал».
«Ха-ха, шучу. Я не сделаю ничего противозаконного, но если кто-то попытается приставать к кому-то, кто мне нравится»,— Ли Сяомин, не меняя выражения лица, сжал кулак так сильно, что хрустнули костяшки пальцев,— «я все равно не позволю ему уйти безнаказанным».
Какое прекрасное лицо, какое жестокое сердце.
Его промежность мгновенно похолодела.
Холоднее, чем его сердце.
Он оперся на раковину, и его ноги почти не могли стоять. Он сказал сдавленно: «Сяомин, я знаю тебя так долго, как же так получилось, что я не видел тебя в отношениях с кем-то другим?»
Ли Сяомин сказал так, словно это не имело большого значения: «Больше всего меня раздражают те, кто приходит из-за моей внешности».
«Но люди визуальные существа, поэтому для меня полезно сохранять свое нынешнее состояние».
Ему нужно держаться подальше от Нин Ихэна, он не мог совершить еще одну ошибку. Может, это было просто минутное замешательство его младшего брата. Еще есть место для спасения всего.
Ли Сяомин сказал ему не говорить об этом, но он не осмелился подтвердить, говорит ли он правду или нет. Он не верил, что он действительно хотел быть холостяком до конца своей жизни.
Но Нин Ихэн все равно был его боссом. Он не мог быть слишком равнодушным. Он не мог вернуться, чтобы посмотреть на его фотографию в WeChat такой, какой она была. Он просто потерял энтузиазм подружиться с ним.
Он больше не просит себя что-либо сделать для решения его эмоциональных проблем, пока он не совершит ошибок.
Он так переживал, что больше не смог читать свою любимую додзинси, а оригинальное аниме стало безвкусным, как жевательный воск.
Разговор с Ли Сяомином не облегчило его внутреннюю боль.
Поздно ночью, когда он ворочался и не мог заснуть, он создал тему на анонимном форуме, посвященном отношениям.
Он вкратце описал, что случилось с ним, его начальником и его соседом по комнате, надеясь получить от пользователей сети
какие-нибудь идеи по решению проблемы.
Но большинство пользователей сети пришли посмотреть драму. Они ответили только 666 и «Хахаха».
Небольшая группа крайне гомофобных пользователей сети посчитала его геем и сделала ряд недружелюбных замечаний в его адрес и адрес его семьи. Была также небольшая группа пользователей сети, которые твердо верили, что Нин Ихэну он нравится.
Сосредоточенность и мозги пользователей сети были просто возмутительны. Были даже некоторые, кто думал, что Нин Ихэн просто возжелал его котенка, поэтому он намеренно соблазнил его и попросили его быть осторожнее, если его сосед по комнате сговорился с его боссом.
В конце концов они поспорили, оставлять ли котенка в арендованном доме, когда уезжают домой на китайский новый год.
Он погладил по спине Мими, которого оставили в арендованном доме на весь ежегодный отпуск, и молча закрыл веб-страницу.
Пока он об этом не думал, проблемы не существовало.
Он решил пока оставить все как есть.
После разговора с Ли Сяомином в туалете, на второй неделе его заявления о холостяцкой жизни, он проснулся пораньше, чтобы умыться, и обнаружил Ли Сяомина, искусно завязывающего галстук перед зеркалом.
Ли Сяомин был довольно симпатичным мужчиной. Он может носить все, что угодно, на вешалке, и выглядит гораздо красивее других.
Его настроение все еще не улучшилось, но, увидев, что он редко одевается так официально, он нехотя приободрился и пошутил: «Прошло всего несколько дней с тех пор, как мы вышли на работу. Ты идешь на свидание, а?»
Это не может быть свидание с Нин Ихэном, верно? Он тихо добавил в своем сердце, чувствуя себя все более и более потерянным.
Вот почему он не верит людям, которые говорят, что они полны решимости не влюбляться. Значительная часть людей потом меняют свое мнение. Они просто не встретили подходящего человека.
Ли Сяомин тоже был не в духе. Он безразлично сказал: «Моя цзе заставила меня пойти на свидание вслепую, так что я не могу не пойти».
«Я просто отнесусь к этому спокойно и забуду об этом. Эх, придется тратить выходной».
О, так это Ли Иннин заставила его пойти на свидание вслепую. Он думал, что он хотел пойти на свидание с Нин Ихэном.
Извините? Свидание вслепую? Ли Сяомин собирается на свидание вслепую?
Он был очень шокирован и сказал: «Сяомин, ты что, тот самый...»
Ли Сяомин перестал завязывать галстук и с сомнением посмотрел на него: «Я кто?»
Насколько ему известно, Ли Сяомин никогда не посмеет признаться в своей сексуальной ориентации Ли Иннин. Он знает, насколько Ли Иннин важна для Ли Сяомина. Он ни за что не станет не подчиняться идеям Ли Иннин, даже если это будет свидание вслепую, ему придется стиснуть зубы.
Но Ли Сяомин, с его характером, никогда не сделал бы такой вещи, как измена в отношениях, даже если бы это было просто для того, чтобы иметь дело с лицом его цзецзе. Насколько сложно было бы в этот период времени?
Он колебался снова и снова и, наконец, сказал: «А босс знает об этом?»
Ли Сяомин зевнул и, не обращая внимания на его предыдущие слова, продолжил завязывать галстук, говоря: «Вчера я отпросился у него».
Что подумает Нин Ихэн, узнав об этом?
Не зная, было ли это следствием отсутствия навыков у его младшего брата, но он также горевал из-за того, что весна прошла, а осень наступила, и ему стало жаль Нин Ихэна.
Вспышка вдохновения внезапно придумала ему надежный план. Он стиснул зубы и сказал: «Вы видели фотографии друг друга?»
Ли Сяомин ответил: «Еще нет».
Он сказал: «Тогда я пойду вместо тебя, Сяомин».
Хотя он действительно думал о Ли Сяомине и Нин Ихэне, о не был полностью лишен эгоистичных мотивов. Он также хотел попробовать воспользоваться этой возможностью, чтобы нормально общаться с девушками и наконец убедиться, была ли это его собственная проблема или нет.
«Таким образом, ты сможешь справиться со своей цзе, и тебе не придется тратить ни дня отпуска».