Глава 27: "Последнее сражение"
Появление Феликса как Феникса нарушило саму ткань реальности.
Старые законы дрогнули. Небо раскололось.
И Он проснулся.
Верховный.
Тот, кто создал Песню Судеб. Тот, кто правил без чувств.
Он не имел лица — только тень.
Голос его звучал, как тысяча голосов, затонувших в вечности.
— Ты нарушил порядок, — раздалось над простором.
— Я переписал его, — ответил Феликс, и его крылья загорелись ярче.
Верховный поднял руку — и небеса потемнели.
Началась буря. Стихии смешались.
Воздух превратился в пепел.
Хёнджин схватил Феликса за запястье.
— Мы сделаем это вместе.
И тогда — он изменился.
В его глазах вспыхнуло сияние.
Символы, унаследованные от небесного рода, загорелись на коже.
Он — не просто человек.
Он — проводник Песни, которая способна соединить два мира.
— Пой, — прошептал Феликс.
И Хёнджин запел.
Это была песня о нём. О них.
О любви, которая не должна была случиться, но стала светом, сильнее присяги.
Мир дрожал.
Верховный бросил в них бурю, но она разбивалась о звук.
Свет их голосов вспарывал мрак.
Они не пели отдельно.
Их сердца звучали как одно.
В кульминационный миг Феликс взмыл в небо, крылья раскинулись в сторону горизонта.
Он отпустил всё, что когда-либо связывало его с небом.
И запел Песню Перерождения.
Свет прорвал тьму.
А Верховный...
Упал на колени.
И прошептал:
— Я... слышу. Впервые.
И исчез.
Не в страхе.
А в покое.