~Седьмая часть~
Воскресенье, утро, 07:44
Утро в доме Такаши начиналось мягко и тихо. Сквозь тонкие занавески в комнату проникал приглушённый свет, окрашивая стены в нежные оттенки розового и персикового. Было ещё рано - за окном едва начинало светать, и только изредка слышались редкие звуки пробуждающегося города.
Ацуки почувствовала тепло рядом - тонкое дыхание, приятное ощущение тела, прижатого к её спине. Она слегка повернулась и увидела знакомый профиль Такаши, который, казалось, тоже только проснулся. Его рука, мягко обнявшая её талию, создавалa ощущение безопасности и покоя.
«Как странно... - подумала Ацуки, - мы же просто друзья. И всё же, вот так, вместе, так близко...»
Она не чувствовала смущения или волнения - скорее спокойствие, как будто это естественный ритм утра. Воспоминания о вчерашнем дне, о веселье на фестивале, о смехе и приятных моментах, всплывали в голове, создавая лёгкую улыбку.
Приглушённый гул бытовой техники - напомнили, что день начинается по-настоящему.
«Нужно вставать», - мысленно сказала Ацуки, медленно освобождаясь из объятий и вставая с кровати.
Тихо, чтобы не разбудить Такаши, она направилась в ванную. Холодная вода освежила лицо, пробудила каждый нерв. Зеркало отразило взгляд девушки - усталый, но довольный, с лёгкой мягкостью в глазах.Она снова вернулась в комнату.
За окном теперь уже светило утреннее солнце, мягко заливая комнату золотистым светом.
В коридоре она услышала лёгкий шум - это к комнате тихо подбежали Мана и Луна - сестрёнки Такаши. Их звонкий смех и радостные голоса наполнили пространство.
- Ацуки, доброе утро! - воскликнула Луна, прижимая к себе мягкую игрушку.
- Доброе! - улыбнулась Ацуки, обнимая обеих на руки и обнимая.
- Ты хорошо спала? - спросила Мана, улыбаясь.
- Да, спасибо, - ответила Ацуки, гладя их по головам. - А вы?
В этот момент в кухне зазвучал звонок чайника. Такаши уже спускался вниз, готовя завтрак для всех.
- Пойдём, - позвал он, - пора завтракать.
Ацуки вместе с девочками направилась вниз. Дом наполнялся ароматами свежезаваренного чая и домашней выпечки.
В кухне царила тёплая, семейная атмосфера: сестрёнки суетились вокруг, помогая Такаши накрывать на стол, а Ацуки с улыбкой наблюдала за этим уютом, думая про себя: "Напоминает меня с Кейске"
Лучшие моменты завтрака плавно подходили к концу - на столе остались лишь несколько крошек и пустые чашки. Мана и Луна, уставшие от игр, уже устроились у ног Такаши, тихо сопя и поглядывая на взрослых.
- Спасибо за завтрак, - сказала Ацуки, поднимаясь из-за стола. - Было очень приятно провести с вами утро.
- Мы всегда рады тебя видеть, - улыбнулся Такаши и протянул руку с полотенцем, чтобы она могла вытереть руки.
Ацуки ловко вытерла ладони, ещё раз огляделась по комнате - такой простой, но по-домашнему уютный интерьер с тёплыми деревянными полками, где стояли фотографии и сувениры.
- Пойдём, я тебя провожу, - предложил Такаши, когда Ацуки взяла свою сумку.
Выйдя из дома, они почувствовали лёгкую свежесть утреннего воздуха - ещё прохладного, но уже напоённого запахами цветущих деревьев и влажной от росы травы.
- Ты не устала? - осторожно спросил Такаши, шагнув рядом.
Ацуки задумалась.
- Честно? Немного устала. Но этот праздник - точно того стоил. Такое ощущение, что весь город на пару дней стал чуть светлее.
Он улыбнулся, глядя на неё.
- Рад, что тебе понравилось. Я тоже не ожидал, что этот день будет таким особенным.
Их шаги спокойно звучали на тротуаре, а рядом пели птицы, наполняя воздух лёгкой музыкой.
- Знаешь, - вдруг сказала Ацуки, - иногда кажется, что в таких моментах можно понять себя чуть лучше. Кто ты есть на самом деле, а не только то, что видят остальные.
- Понимаю, - ответил Такаши. - И я очень рад, что мы можем это разделить.
Они подошли к перекрёстку, где дороги расходились.
- Вот и я, - сказала Ацуки, слегка улыбнувшись.
- Пока, - ответил он, задерживая взгляд на ней. - До встречи в школе.
Ацуки кивнула, переведя дыхание и улыбаясь сама себе.
Когда она поворачивала за угол, внутри словно осталось тепло от общения, от простых слов и поддержки - того, что не всегда можно выразить напрямую.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Когда Ацуки подошла к их дому, солнце уже стояло высоко. Тепло пронизывало воздух, заполняя дворик запахом зелени, чуть поджаренной пыли и какого-то неуловимого лета. Открывая калитку, она шагнула на знакомую дорожку, устланную тенью от густой кроны дерева во дворе.
Дверь приоткрылась почти сразу - видимо, Кейске заметил её из окна. Он стоял босиком, в лёгкой домашней футболке, лениво прислонившись к косяку, и щурился на солнце.
- О, гляди-ка, возвращение блудной сестры, - протянул он, ухмыляясь. - В чужой одежде, зато с выражением лица, как будто только что с курорта.
Ацуки хмыкнула, поднимаясь по ступенькам.
- Лучше чужая одежда, чем твои растянутые майки, - парировала она. - Хотя, должна признать, в футболке Такаши спать куда приятнее, чем я ожидала.
- Ты бы ещё душ принять у него успела, - фыркнул Кейске, распахивая дверь шире. - А, стоп. Судя по свежей голове - и это тоже было?
- Ну да, - спокойно сказала Ацуки, проходя мимо него. - А ты бы хотел, чтобы я пришла неумытая и лохматая?
- Вообще, я уже настроился на драму, - протянул он, закрывая за ней дверь. - Типа: «вот она, сбежала с головой в чужой дом, предала родной холостяцкий быт». А ты такая - довольная, причёсанная и в чистой одежде. Даже придраться не к чему.
Ацуки сняла сандалии и поставила сумку у стены.
- А ты, гляжу, уже успел пообедать без меня?
- Лапша и чай - вот и весь мой обед. Но если ты пришла не с пустыми руками, я могу поделиться чаём, - кивнул он на стол, где остывал заварник и стояли две чашки.
- Я больше по рису и мисо, если честно, - заметила она, проходя на кухню.
- О, возвращение к традициям. Уважительно.
Он последовал за ней, чуть потянув за хвост её хвойно-зелёного худи - та самая вещь, которую она с утра натянула у Такаши поверх футболки.
- Слушай, ну вот честно: тебе идёт его стиль. Может, переезжай?
- Я подумаю. Но у него в шкафу нет такого количества бардака, чтобы я чувствовала себя как дома.
Кейске засмеялся.
- Ага, знала, что ты привязалась не ко мне, а к моим разбросанным носкам. Ну что ж... пошли на кухню, сварим нормальный рис.
Ацуки покачала головой, пряча улыбку.
- Знаешь, иногда приятно возвращаться в дом, где тебя ждут. Даже если встречают с подколами.
Кейске посмотрел на неё с полуулыбкой.
- А я, между прочим, волновался. Но теперь вижу - ты в порядке. И даже, кажется, счастлива.
- Может, чуть-чуть, - ответила она тихо.
В кухне запахло чаем и уютом. Солнце скользило по полу, и дом снова стал тем местом, где легко дышится.
На кухне повисла пауза: Ацуки закрыла дверцу холодильника, взглянув на полупустую полку.
- Кейске, у нас остались только яйца и кетчуп, - с легкой досадой сказала она, оборачиваясь к брату. - Даже риса нет. Ты что, всё съел?
Кейске, сидевший на диване и ковырявшийся в телефоне, лениво вскинул бровь.
- Может, это ты всё съела? Я ж тебе не сторож, - хмыкнул он, вставая. - Ладно, одевайся. Пойдём, затаримся, пока не стало совсем грустно.
- Ага. Я только переоденусь, - кивнула Ацуки и поднялась наверх.
Через несколько минут она спустилась в лёгкой рубашке и тёмных джинсах, волосы убраны в хвост. Кейске уже ждал в коридоре, с ключами и сумкой.
На улице было тепло, солнце пробивалось сквозь лёгкие облака. Двор пах августом - сухой травой, пылью и чем-то привычным, родным.
- Напоминай мне почаще, что мы не в кафе живём, - усмехнулся Кейске, глядя на список покупок в телефоне. - А то как-то слишком быстро всё улетает.
- Ну извини, что я умею готовить и люблю есть вкусно, - отрезала Ацуки, засунув руки в карманы. - Кто-то же должен.
Магазин был не очень загружен - лёгкая будничная суета, фоновая музыка из старых японских хитов, и мерно щёлкающие кассы.
Ацуки привычно двигалась между рядами, наполняя корзину овощами, лапшой, курицей, зеленью, соусами и пачкой любимого молочного пудинга. Кейске шёл рядом и время от времени подкидывал что-то своё.
- Эй, не забудь взять молоко и хлеб, - напомнил он. - А то опять будем завтракать воздухом.
- Ага, уже, - кивнула Ацуки и вдруг заметила знакомую фигуру у холодильников с напитками.
- Чифую? - позвала она.
Парень обернулся, улыбнулся и подошёл к ним.
- Привет. Вот уж не ожидал вас тут встретить. - Он поправил воротник и взглянул на корзину. - Готовите на армию?
- Как всегда, - усмехнулся Кейске.
Они ещё немного поболтали - о школе, клубах, фестивале. Потом обменялись парой шуточек, и разошлись: Чифую - к кассе, Ацуки и Кейске - за последними покупками.
Дверь квартиры мягко захлопнулась за спиной Кейске, и на пару секунд в прихожей повисла тишина - тёплая и насыщенная запахами улицы, влажного воздуха и чуть сладкого аромата из пакета с фруктами.
- Фух... - выдохнула Ацука, скидывая кроссовки и вытягивая руки вверх. - Руки отваливаются.
- А ты меньше клубнику в последний момент хватай, - хмыкнул Кейске и поставил сумку на пол. - Мы и так уже перебрали бюджет.
- Но она выглядела, как в рекламе, - пожала плечами Ацука. - Сочная, красивая... не устоять. Ты сам съешь половину.
Они переглянулись и почти синхронно усмехнулись.
Проходя на кухню, Ацука машинально зацепила рукой пульт на тумбочке и включила музыку фоном - тихий инструментальный ло-фай плавно разлился по квартире, создавая уютную ритмичную подложку к повседневным действиям.
На кухонном столе постепенно вырастала гора из пакетов: овощи, лапша, рис, замороженные гëдза и токпокки , зелень, мясо в вакуумной упаковке, фрукты, яйца, тофу, паста мисо и прочее, что Ацука быстро расписывала себе в уме на грядущие дни.
- Так, яйца в холодильник сразу, - скомандовала она и сама же убрала их, привычно проверив срок годности. - Рис поставлю в банку.
Кейске с деловым видом сортировал заморозку и приговаривал:
- Ты уверена, что мы всё это за пару дней съедим? У тебя кулинарный клуб в голове живёт?
- Прямо в желудке, - парировала она, перекладывая овощи в специальный контейнер. - Я просто не люблю, когда холодильник пустой.
За окном ветер теребил листья на деревьях, задувал в форточку свежестью. Где-то вдалеке послышался лай собаки и звук мопеда. Простая сцена повседневности, в которой чувствовалось что-то почти медитативное: покой, стабильность, ритм.
- Надо будет вечером что-то необычное приготовить, - задумчиво сказала Ацука, ставя последний контейнер в ящик. - Может, запечённые баклажаны? С чесноком и соусом?
- Если ты их сделаешь, я даже посуду за тебя помою, - поднял руки Кейске. - Только без этих твоих острых сюрпризов. Я до сих пор помню прошлый раз...
- О, ты о том кари с пятью перцами?
- Да! Я чуть язык не сжёг!
Они оба рассмеялись, и комната словно заиграла красками - смех сделал её ещё теплее, живее. В таких моментах особенно остро чувствовалось: они действительно семья. Своё пространство, свои ритуалы, свои шутки и уют, который не купишь даже на самой красивой ярмарке.
- Всё, вроде бы разобрали, - Ацука вытерла ладони о полотенце и кивнула в сторону холодильника. - Осталось только подумать, что на обед.
- Может, лапша с овощами? Быстро и сытно, - предложил Кейске, подходя к плите.
- Согласна. Давай вместе сделаем?
Кейске кивнул. Музыка продолжала играть. Ацука достала сковороду, Кейске занялся овощами - и домашний день закипел своей неспешной, уютной жизнью.
На кухне разливался мягкий свет, проникающий сквозь занавески, и воздух наполнился запахом свежих овощей, зелени и чего-то очень домашнего. Кейске расставлял продукты по местам - хлопал дверцами шкафчиков, по привычке что-то тихо насвистывал. Ацука, сняв рубашку и переодевшись в домашнюю майку и свободные брюки, резала лук на деревянной доске, слегка щурясь от едкого запаха.
- Осторожней с пальцами, - пробормотал Кейске, заглядывая через её плечо. - А то порежешься и снова будешь ходить с пластырем, как в прошлый раз.
- Это было из-за тебя, между прочим, - спокойно ответила Ацука, не отвлекаясь от нарезки. - Кто отвлекает вопросами о соли, когда человек режет имбирь?
- Кто-то же должен следить за тем, чтобы суп был солёный, - усмехнулся он и вытащил из пакета помидоры. - Эти будем жарить или оставим на салат?
- Лучше на салат. Мы же готовим что-то лёгкое? - Ацука поставила лук в сковороду и аккуратно налила немного масла. - Тебе кстати не кажется, что на этой неделе мы едим больше, чем обычно?
- Ты просто больше дома бываешь. Вот и создаётся впечатление, - пожал плечами Кейске. - А вообще... может, мы и правда расслабились. После фестиваля всё как-то потекло медленно.
- Мне нравится, - честно сказала Ацука, посыпая овощи специями. - Немного тишины. Даже уютно.
Кейске поставил на плиту кастрюлю с водой и повернулся к ней, облокотившись о столешницу.
- А у тебя что, не было тишины до этого?
- Было, - она пожала плечами, - но... другой. А сейчас она какая-то... тёплая. Наверное, потому что рядом все, кто мне дорог.
Он молча посмотрел на сестру. На секунду воцарилось почти трогательное молчание, наполненное запахами кухни, лёгким шипением сковороды и звоном ложек.
- Ого, философский настрой, - с усмешкой сказал он, - или это потому что ты переночевала не дома?
Ацука чуть склонила голову набок, спокойно глядя на него.
- Если ты сейчас хочешь что-то спросить - говори прямо.
- Да шучу я, шучу! - Кейске рассмеялся и занялся нарезкой тофу. - Просто удивлён был. Не ожидал, что ты останешься у него ночевать. Хоть и понимаю - дождь, поздно, всё логично...
- Ты же не возражал, - мягко напомнила она, помешивая в сковороде.
- Конечно, нет. Такаши - нормальный парень. Его сёстры тебя обожают, ты с ними - как родная. Но если он тебя обидит - я ему ухо откушу.
Ацука фыркнула и повернулась к нему, держа в руках лопатку.
- Кейске, пожалуйста. Не начинай.
- Ну ладно, - он поднял руки, сдаваясь. - Только не злись. Всё хорошо.
- Я и не злюсь. - Она кивнула на кастрюлю. - Смотри, не забудь, когда закипит.
- У нас отличная командная работа, - кивнул он, бросая в неё лапшу. - Мы как шеф и су-шеф.
- Ты кто тогда? - с невинной насмешкой спросила Ацука.
- Конечно, шеф, - гордо ответил Кейске.
- Ага, конечно, - усмехнулась она, - а я просто всё готовлю.
Смех снова заполнил кухню, растворяясь в запахе чеснока, кунжута и чего-то очень привычного и уютного.
На кухне повисла тёплая, обволакивающая тишина, прерываемая только шорохом ножей и негромким постукиванием посуды. Запах свежесваренного риса и обжаренных овощей с соевым соусом приятно щекотал нос. За окном лениво проплывали облака - день был по-летнему мягкий, чуть вялый.
- Слушай, ты всё-таки перестала резать лук криво, - заметил Кейске, лениво ткнув палочками в тарелку. - Гордиться тобой начинаю, сестрёнка.
- Я тебе сейчас перережу что-нибудь другое, - спокойно отозвалась Ацука, отпивая чай. - Ты до сих пор не умеешь нормально варить лапшу. Всё или переварено, или как пластмасса.
- Это стиль, - фыркнул он. - А не ошибка.
- Угу. Как и твои рубашки с дырками - «модные».
Кейске усмехнулся, вяло почесал затылок и пододвинул к себе тарелку поближе. Они ели молча несколько минут, наслаждаясь неторопливым обедом. Дом был наполнен уютом - приглушённый свет, мерное тикание настенных часов и лёгкий аромат пихты от свечи, которую Ацука поставила на подоконник.
- Надо будет потом ещё зелень докупить. В этот раз мало взяли, - сказала она, ставя пустую чашку в раковину.
- Можем завтра утром смотаться. Или если совсем не терпится - вечером, - пожал плечами Кейске. - Хотя я думал погулять.
- Ага, ты же говорил, что с Чифую. Идёте, как обычно, есть мороженое на набережной?
- Может быть, - ухмыльнулся он. - Не твоё дело, шпионка.
- Угу, конечно. Потом опять будешь жаловаться, что живот болит, - усмехнулась она и собрала со стола остатки еды.
Они вместе встали из-за стола. Кейске молча начал складывать тарелки, Ацука вытерла стол и принесла полотенце, чтобы насухо протереть всё. В их действиях ощущалась привычка и лёгкость - будто давно отработанный домашний танец.
- Эй, ты посуду или себя моешь? - хмыкнула Ацука, заметив, как Кейске обливает всё вокруг водой.
- Всё нужно держать в чистоте, - торжественно произнёс он, и она засмеялась.
Пока Кейске вытирал руки, Ацука оглянулась на кухню: чистый стол, свежий воздух из приоткрытого окна, лёгкий солнечный свет, падающий на плитку. Было странное чувство спокойствия - то самое, редкое, когда ты просто дома, и тебе никуда не надо торопиться.
- Всё, ты свободен, - сказала она, потянувшись. - Я к себе, надо уроки доделать.
- О, так ты ещё не сделала? Скандал. Подставляешь нашу честь.
- Молчи, ты вообще не помнишь, как зовут твою учительницу.
- Потому что не хочу знать. Она злая.
С улыбкой Ацука выскользнула из кухни, оставив за спиной Кейске, лениво потягивающего воду из стакана. День ещё не закончился - впереди был тихий час, когда всё замирает, и время течёт чуть медленнее.
После ужина и лёгкой уборки, Ацука поднялась к себе в комнату, прихватив с собой тетрадь и пенал. Пройдя по коридору и закрыв за собой дверь, она глубоко выдохнула и оглядела привычный интерьер - светлый, мягкий, немного художественно хаотичный. На подоконнике вились горшки с комнатными растениями - аккуратными, ухоженными, зелёными. С потолка на верёвке свисал засушенный букет лаванды, а у стены стоял открытый шкаф со сложенными мангами, книгами и папками, между которыми были вставлены открытки, фотографии, рисунки.
Ацука включила настольную лампу с тёплым светом, приглушив основной свет в комнате. Пространство будто стало мягче, тише. Открыла тетрадь по истории, поставила перед собой учебник и, подперев щёку рукой, начала выписывать основные даты событий.
Сквозь приоткрытое окно доносились звуки жизни с улицы - чириканье птиц, далёкий лай собаки, проезжающая машина. Воздух был тёплый, насыщенный августовской зрелостью, пахнущий пыльцой и листвой.
Она ловила себя на том, что периодически отвлекается. Мысли всё ещё возвращались к событиям последних дней. К фестивалю. К Такаши. К тому, как уютно и спокойно было у него дома, как легко прошёл утренний завтрак, и как смешно было, когда Луна рассказывала о своей школе.
Она покачала головой, сосредоточившись.
- Так, собралась... - пробормотала она себе под нос и продолжила выводить в тетради аккуратные строчки.
В какой-то момент поднялась и подошла к полке, чтобы взять ещё одну тетрадь, и взгляд её задержался на цветах. Они просились к уходу. Ацука аккуратно поставила тетрадь на край стола, закатала рукава и занялась привычным делом.
Она взяла небольшой опрыскиватель и прошлась по листьям - у каждого цветка было своё имя, своя история. Монохромный суккулент, который она вырастила из маленького черенка. Маленький лимонный куст, подаренный на день рождения. Стайка пышных сенполий на нижнем уровне полки.
Каждое движение было выверенным, неторопливым, как маленький ритуал. Где-то подрезать сухой листочек, где-то подсыпать земли, поправить подвязку. В этот момент комната наполнялась особым запахом - смесь земли, зелени, увлажнённого воздуха.
- Вот так... теперь красиво, - улыбнулась она уголком губ, глядя на аккуратно выровненные ряды горшков.
Взгляд на часы. Время близилось к вечеру.
Ацука снова села за стол, сделала ещё пару записей по литературе и на всякий случай отложила тетрадь по математике - с ней, как всегда, предстоял бой. Но пока что ей просто хотелось немного посидеть в тишине.
Она подтянула к себе кружку с остывшим чаем, зажгла маленькую свечу в стеклянном подсвечнике и замерла на мгновение, опершись подбородком на руку.
В комнате царила тишина, нарушаемая только скрипом карандаша и шелестом страниц. День медленно склонялся к вечеру, и даже солнце, пробивающееся сквозь занавеску, легло на пол мягким пятном.
Ацука сидела за письменным столом, опершись щекой на ладонь. Вторая рука машинально вертела ручку, а взгляд скользил по тетрадке, где уже аккуратным почерком были выведены заголовки и первые строчки. Она лениво кивнула себе:
- Ну... половину хотя бы закончить - и будет уже достижение.
На фоне, с мягко приглушённой громкостью, играла спокойная инструментальная мелодия из одной старой дорамы, которую она когда-то смотрела с Ёсикой. Знакомые аккорды ласкали слух, помогая сосредоточиться и создавая ощущение спокойствия и уюта.
Порывшись в пенале, она достала линейку и с новой старательностью начала подчёркивать подзаголовки.
В этот момент за дверью послышались шаги и негромкий стук. Дверь чуть приоткрылась.
- Эй, - высунулся Кейске, опираясь рукой о косяк. - Я выхожу.
Ацука повернулась на стуле.
- Куда?
- С Чифую встретимся. Погода - норм, да и... просто прогуляемся, - он пожал плечами. - Буду к вечеру. Нужно что-то купить?
Она покачала головой:
- Всё есть. Только не забудь зонт, на вечер вроде дождь обещали.
- Ага, гляну. - Он хмыкнул, потом чуть склонил голову. - Ты чего такая тихая? Устала?
- Уроки делаю. И вообще-то, я - воплощение продуктивности, - Ацука ухмыльнулась, делая вид, что подчёркивает что-то в тетради.
- Через час стану ухажёршей фиалок.
- Ну хоть не кактусов, - фыркнул он. - Ладно. Не скучай.
- Не пропадай.
Кейске кивнул, прикрыл за собой дверь. Послышались удаляющиеся шаги, потом щелчок входной двери и еле слышное «я ушёл» в коридоре.
Ацука посмотрела на дверь и немного улыбнулась.
- Всё-таки... хорошо, когда кто-то просто рядом. Даже если и ворчит.
Работа продвигалась неторопливо, но с удовольствием. То ли из-за спокойного солнечного дня, то ли из-за того, что мозг, наконец, отдохнул за выходные, мысли складывались яснее. Каждый пункт давался легче, и даже математика не казалась враждебной.
Иногда Ацука вставала, потягивалась, подходила к окну, глядела вниз на улицу, где редкие прохожие лениво бродили вдоль лавочек, или просто поднимала взгляд на балкон соседей, где ветер раскачивал занавески. Всё это - знакомое, обыденное, родное - будто обволакивало её в лёгкое одеяло будничности, от которого становилось спокойно.
Закончив третий предмет, она закрыла тетрадь и потянулась всем телом, хрустнув плечами.
- Ну всё, пора к цветам, - пробормотала она, выходя из-за стола.
Ацука аккуратно закрыла тетрадь, убрала ручку в пенал и поднялась со стула, потянувшись. Её спина приятно хрустнула, и она чуть улыбнулась - день тёк неторопливо, как ей и нравилось. Солнечные лучи ещё тянулись по полу, но уже мягче, не такие жгучие, как днём.
Она подошла к балконной двери и, взявшись за ручку, медленно открыла её. Свежий воздух сразу коснулся лица - лёгкий, пахнущий листвой, немного влажный, с тонкой ноткой чего-то сладкого, будто кто-то рядом только что сорвал яблоко.
На балконе было тихо. Горшки стояли вдоль перил: фиалки, лаванда, мята, пара маленьких кустиков суккулентов. Всё выглядело ухоженным, живым, как крошечный сад, которому Ацука доверяла свои мысли.
Она наклонилась к фиалкам и провела пальцами по мягким листьям.
- Привет. Я пришла, как обещала, - тихо сказала она, будто обращаясь к ним.
Сняв с подставки пластиковую лейку, она набрала немного воды из стоящего рядом бидончика - заранее отстоявшаяся, не холодная. Лёгким движением полила фиалки, стараясь не задевать лепестки. Вода впитывалась в землю с едва слышным звуком.
Следующей была лаванда - высокая, стройная, с мягкими фиолетовыми головками, которые чуть покачивались на ветру. Ацука провела рукой вдоль стеблей и вдохнула аромат - любимый, спокойный, как объятие.
- Кажется, ты уже отцветаешь, - сказала она чуть грустно. - Но даже так... всё равно красивая.
Она сняла сухие цветки, аккуратно сложила их в маленькую жестяную коробочку - из таких, где раньше были конфеты. Внутри уже хранились засушенные лепестки с начала лета.
Потом она перешла к мяте - та распушилась, бодро тянулась вверх, пахла ярко, будто утро.
- Вот кто всегда в форме, - хмыкнула Ацука, ощипывая верхушки, чтобы не перерастала. - У тебя бы поучиться упрямству.
Суккуленты требовали минимум внимания - только проверка почвы и немного света. Она присела на корточки и чуть поправила землю в одном из горшков, а затем задумчиво задержалась, глядя на небо.
Оно уже начинало сереть - небо не стало мрачным, но утратило яркость. Солнце скрывалось за облаками, и ветер на балконе стал прохладнее.
Ацука обхватила колени и села прямо на коврик. На секунду стало так тихо, что она услышала, как жужжит где-то за углом кондиционер, как листья касаются друг друга, как скрипнула ветка в соседнем дворе.
Она подумала, как приятно просто быть в этом моменте - не спешить, не думать о следующем, не тревожиться. Даже уроки, оставшиеся на потом, казались далёкими, как другая часть жизни.
Телефон коротко завибрировал внутри дома.
Она поднялась и не торопясь вернулась внутрь.
Ацука вернулась в комнату, прикрыв за собой балконную дверь. Внутри было уже немного темнее - закат окрашивал стены в золотисто-розовый, словно кто-то разлил свет по углам. С балкона всё ещё доносился запах мяты и лаванды, и воздух в комнате оставался прохладным.
На столе, рядом с тетрадью, вибрировал телефон. Она подняла его и увидела: сообщение от Такаши:
Дверь квартиры тихо открылась, и Кейске вошёл, слегка усталый, но довольный. Он снял куртку и бросил ключи на стол.
- Я дома! - позвал он, слыша тихие звуки из кухни.
Ацуки вышла из комнаты, улыбаясь.
- Как прогулка? - спросила она, ставя чашку на поднос.
- Неплохо, - ответил Кейске, снимая обувь. - Чифую опять рассказывал свои истории, смешные и немного странные, как всегда.
- Представляю, - улыбнулась Ацуки. - Ты хоть не замёрз?
- Нет, было тепло. Даже солнечно, если не считать лёгкого ветерка.
- Ну, тогда хорошо. Давай помогай мне с ужином - продукты уже разложены.
Кейске кивнул, и они вместе начали готовить, уютно беседуя и разделяя дела на кухне.
Кухня наполнилась тёплым светом лампы, который мягко отражался от гладких поверхностей столешницы и посуды. На плите шипел сковородка, на которой подрумянивались кусочки курицы, а аромат свежих овощей и пряных специй наполнял комнату.
Ацуки ловко нарезала зелёный лук и болгарский перец, кидая их в вок, а Кейске помогал, накрывая на стол и расставляя тарелки. Иногда он тихо напевал мелодию из одного из их любимых фильмов, и Ацуки улыбалась, ловя настроение.
- Знаешь, - начала она, ставя тарелку с рисом, - иногда кажется, что самые простые блюда - самые уютные. Как этот ужин. Домашний, без лишних изысков.
- Согласен, - кивнул Кейске, беря палочки и пробуя кусочек. - Отличный баланс вкусов. Твоя курица всегда лучшая.
- Ха, - засмеялась Ацуки, - это уже похвала! Значит, стоит готовить чаще.
Они ели неспешно, наслаждаясь тишиной, которая была наполнена лишь тихими звуками посуды и щелчками палочек. За окном начало темнеть, и в окно заглянул мягкий вечерний свет фонарей.
- День был длинным, - тихо сказал Кейске, - но такие вечера делают всё лучше.
- Да, - согласилась Ацуки, - просто быть рядом, готовить и разговаривать - лучшее, что может быть.
После того, как тарелки опустели, они вместе убрали со стола, легко переговариваясь о планах на завтра и мелочах жизни.
На ужин они решили сделать якисобу - быструю, но вкусную лапшу с овощами и мясом. Пока Кейске резал капусту и болтал, Ацуки обжаривала ингредиенты на сковороде, добавляя соусы и приправы. Ароматы наполнили кухню, и снова появилась та самая атмосфера - уюта, близости и тишины, которая бывает только дома.
После ужина они переоделись в домашнее, вымыли посуду, разложили всё на свои места. Вечер тянулся мягко и спокойно. Кейске устроился на диване, перелистывая каналы.
- Что будем смотреть? - спросил он. - Только без слёзливых историй.
- Ага, ты же в прошлый раз уснул на половине фильма, - напомнила Ацуки и легла рядом, подоткнув плед.
Они выбрали лёгкую комедию, но досмотреть её не успели. Где-то на середине сюжетных перипетий глаза начали слипаться. Кейске уже тихо посапывал, а Ацуки всё ещё пыталась досмотреть, но сдалась - и через пару минут уже дремала, уткнувшись в подушку рядом с братом.
Спасибо за то, что вы со мной и читаете каждую часть! Скоро появится продолжение - 8-я глава. Буду рада вашим комментариям и звёздочкам, ведь именно они делают мою работу ещё теплее.(ˊ˘ˋ*)❀(*'▽'*)❀.