ГЛАВА ШЕСТАЯ
Когда они наконец дошли до дома семьи Финли, Алекс, всё бурча что то по типу "я не хотел брать этого ненормального к нам домой, Рафаэлка", надавил на дверную ручку и пропустил "друзей"(вряд ли он когда нибудь назовёт Габриэля другом) в дом.
Габриэль, видя то, как на него смотрит Алекс, нервно переминался с ноги на ногу, совершенно не зная куда себя деть. Чувствовал он себя до тошноты некомфортно под взглядом Финли, осторожно переступив порог дома, рассматривая жилье.
Он не мог сказать, что семья жила богато, но и бедняками они, судя по всему не были. На полу лежал серый ковёр, возле стены красовалось чёрное зеркало, обои были слегка содраны, скорее всего их давно не подклеивали.
Чарльз, тем временем, не сильно церемонился, он сразу как только зашёл развалился в кресле, всё ещё покашливая в кулак.
Рафаэль мягко улыбнулся Габриэлю, давая понять, что он не один, на это Габби усмехнулся в ответ, на мгновение забыв о том, что старший брат этого мальчика уже продумывает план убийства и, зная его, очень жестокого убийства.
Компания прошла в гостиную (Чарльза всё таки подняли с его укромного места), Баркли подумывал "Здесь красиво... Правда запах какой то странный..ну ладно". Как тут он почувствовал неприятный толчок в бок. Разумеется от Алекса. От кого же ещё можно ждать подобное?
Парень повернулся к виновнику, глаза приобрели немного грустный взгляд.
— Хватит ходить как мямля, мамочка тебя тут не пожалеет. Или что, надеешься к тебе будут хорошо относиться? Ты тут только благодаря Рафу, тебе стоит сказать ему спасибо. — Сказал Алекс, ещё раз толкая Габриэля, теперь уже плечом.
Баркли промолчал, на глаза накатывали слезы, нос начало неприятно щипать. Он быстро смахнул их рукавом, натянул улыбку и сел на ближайший стул.
Пока Габри пытался справиться с эмоциями, Чарли уже крутил романы с холодильником. Он всё пытался достать что нибудь покушать даже не задумавшись что делает неприлично. Алекс на это закатил глаза, но в них не было злости, какой он одаривал Габриэля. И, честно сказать, кареглазый почувствовал в себе неприятное чувство похожее на... зависть? Нет, это скорее несправедливость, к Бёртону все так хорошо относятся, практически всё разрешают, не говоря слово "нет", а Габби только пинают и говорят грубости.
Рафаэль сел на соседнюю табуретку положив голову на руки.
— Прости за поведение Алекса, он честно не со зла это делает, — сказал Раф, прикрывая глаза.
— Всё в порядке, я понимаю почему он считает меня опасным для вас всех...— Ответил Баркли.
В комнате повисла неловкая тишина, какую прервал Чарльз вернувшись с бутербродом и таблеткой во рту. Большинство пожалуй успели подумать, как он успевает делать всё сразу? Совсем обезбашенный что ли?
— Вы чего носы повесили? Смотрите друг на друга так, словно кто то умер. — Сказал он, и расселся на диване закинув ногу на ногу.
— А.. да нет, ничего, ты так спокойно относишься к ситуации, я тебя совершенно не пугаю? — Пробормотал Габби поворачиваясь к рыжему.
— Не-а, сам не знаю почему, но ты не кажешься каким-то устрашающим или что то по типу того.
Габриэля немного тронули эти слова, неужели хоть кто то считает что он не опасен для общества ...?
К тому времени Алекс уже вернулся, и продолжил прожигать взглядом Габри, наконец он заговорил:
— Так, мы тут не для того чтобы развлекаться, Баркли, рассказывай всё, что бы мы хотели услышать. — Он скрестил руки на груди.
Кареглазый вздохнул во все лёгкие и тихо начал:
— Моя бабушка ведьма— ,он продолжил собираясь с мыслями
— в детстве я часто проводил с ней время, она учила меня всему – использовать магию, варить зелья, прогонять таких же нечистей, какую я видел сегодня, я с малка умею пользоваться палочкой, также мой амулет позволяет без особых усилий заключить противника в этом же кулоне, он принимает новых "гостей" флегматично, думается так и должно быть.
Все очень сосредоточено слушали слова нового знакомого, пытаясь максимально вдуматься в происходящее.
— Как-то так — закончил свой рассказ Габриэль.
Ребята удивлённо вытаращалиль на него, Чарльз даже застыл с бутербродом в руке. Он подавился собственным кашлем от такого-то заявления.
— Офигеть не встать ...— пробормотал Алекс, обдумывая то, что услышал, информация никак не хотела складываться в голове.
— Ты прав, действительно шокирующие...— Ответил ему Рафаэль, Лавуазье не решился комментировать это заумными словечками, на данный момент такое поведение неуместно.
Голубоглазый подошёл к Баркли поближе и положил руку на плечо. Это не было чем-то романтическим, вовсе нет, все знали это было утешение, немая поддержка в которой на данный момент так нуждался Габри.
Последний ничего не ответил на это жест, но был благодарен Лавуазье за его доброту и заботу.
Чарли смотрел на друзей с нескрываемым удивлением в глазах, но никак не отвращением или ужасом. Бёртон осмотрел Габриэля и его губы изогнулись в некой улыбке.