Глава девятая. «Я сделаю все, чтобы найти и наказать обидчиков любимого писаря»
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
«Я сделаю все, чтобы найти и наказать обидчиков любимого писаря...» — Амен.
Я совсем не ожидал, что за короткий срок работы с Ливием, ко мне придут слуги, со словами, что шезму напали на Эву и Исмана. К чёрту всю работу.
С лекарем мы не расстались. Мы направились в его кабинет. На кушетке лежал забитый Исман, и моя неферут. У неё было ножевое ранение. Поиски Реммао и Рэймсса проходят безуспешно, но как они умудряются появляться так резко, громко, но не попадаясь?
— Что с ней? — Спросил я.
Она лежала с закрытыми глазами, почти не шевелясь.
— Эвтида! — Крикнул я, бросившись к ней.
У Исмана не было открытых ран, и он поднялся с кушетки, принимаясь обрабатывать свои раны. Кажется, я его недооценил.
— Она дышит, — говорит Ливий. — но мне нужно перевязать её рану. Выйдите все отсюда! Это делается в стерильных условиях.
— Я не выйду. — Говорю я. — Я останусь здесь.
— Будешь смотреть на то, как она страдает? — Спрашивает отчаянно Исман. Его тон взбесил меня.
— Сейчас ты выйдешь отсюда! — Рявкнул я. — Я хочу видеть, что с ней все нормально.
— Да что с ней может быть нормально? — Кричит Исман, подходя ко мне ближе. — Нас зажали с обеих сторон. Меня Реммао чуть не убил, а Рэймсс пырнул её! Что может быть нормально?
— Закрой рот, и проваливай в свою комнату. Я тебе не отец, чтобы учить, как со старшими разговаривать.
Видно, что он не выдержал такого давления. Исман действительно ушёл. Я видел, как он переживал за Эву, но не мог ничего поделать с его хамством. Пускай лучше проспится.
Я все таки остался наблюдать за состоянием Эвы. Немного неприятно наблюдать за тем, как лекарь касался её бёдер, как облизывался каждый раз... а может мне мерещится? Я боролся с желанием растерзать Реммао и его брата. Такое поведение уму непостижимо.
Мне помогли доставить Эвтиду в мой дом. Там я уложил её в постель. Я не унимался. Мне было так обидно, и неприятно. Я хотел убить этих черномагов. Они посмели тронуть её, а ведь раньше были ей по плечо. Как же они бесили меня, раздражали, выводили из себя.
Я просидел до самой ночи. Спать не хотелось. Боялся, что с Эвой что-то случится. Я наблюдал за ней, сидя на диване. Страшно. Вдруг она начнет задыхаться, или что-то вроде? Поблизости нет никого. Внутри все кипело. Я был очень зол.
Вдруг, раздаётся мычание. Я лежал на диване, и услышав звук, тут же вскочил с него, чуть не запутавшись в одеяле.
— Любимый господин... — хрипло шепчет она.
Бедная моя, неферут. У неё целая жизнь перенеслась перед глазами. Господи, как же она была напугана.
Когда я подошёл чуть ближе, она тем же хриплым голосом, с облегчением, прошептала:
— Ты цел...
Она хотела подняться с кровати, чтобы обнять меня, но я остановил её:
— Лежи на месте. Тебе лучше лежать.
— А как же ты?
— Я лягу рядом.
Она лежала на моем месте, а я на её. Она прижималась ко мне. Я чувствовал тепло её тела.
От неё пахло ягодами. Мне нравилось, что она прижималась ко мне все сильнее. Я гладил её по плечу. Голова у неё по прежнему болела. Она не могла сидеть на месте, ей нужно было лежать. Эва уложила голову мне на грудь, а после слегка вздрогнула, когда коснулся её плеча.
— Тебе холодно?
Она лежала в одном белье, под одеялом, что не очень то согревало.
— С тобой? Никогда. — Отвечает она, и на её лице появляется слабая улыбка. — Просто неудобно, и нога болит.
— Не ходи нигде одна, слышишь? Без разницы, сколько у меня работы. Я буду ходить с тобой где пожелаешь. Только не смей больше ходить одна. — Говорю я. — Мало, что еще может произойти с тобой. Они тебя преследуют Эва, выжидают момент, когда ты останешься одна, и нападают. В таком состоянии тебе уже не отбиться, будь у тебя нож, автомат, или ядерная бомба.
— Может это моя вина? Реммао сказал, что ему не нужна девчонка, которая приносит одни проблемы. От проблем надо избавляться.
Долбанный Реммао. Казню его к чертям!
— Он не великий. Его можно казнить по той же причине.
— Но это не он приносит проблемы, не он связался с тобой.
Я вздыхаю, а после говорю:
— Если ты думаешь, что приносишь мне проблемы, то оправдание простое, и неоспоримое. Я тебя люблю.
— Это твое оправдание? — Усмехается она.
— Скорее как факт, но задумывалось как оправдание.
Она медленно тянется к моим губам. Одно лишь мгновение, и я снова пробую её губы на вкус. Её рука лежала на моей груди, и её пальцы вызывали у меня лёгкую дрожь. Не могу я держать себя в руках, находясь с ней. Не могу я удерживать любовь к ней. Хочется признаваться ей в любви вечно. Мои щеки покраснели из-за отсутствия расстояния между нами, секунду, и она засмущалась.
— Ты покраснел.
— Ты тоже. — И после моих слов она снова целует меня.
Мне было невыносимо жарко. Вообще, при поцелуе с любимым человеком, так и должно быть. Но это походу была температура. Хотя, я прекрасно себя чувствую. И все же, что это?
— Ты и вправду будешь везде таскаться со мной?
Я киваю. Ничего в этом такого нет. Отправлю других охотников, или Агнию. Все таки не один я ведь работаю, а, это всё так и есть. Просто привык работать один.
— Везде. Твоя безопасность превыше всего.
— Только на цепи меня не держи.
— Только в любовных сетях.
Она целует меня, и снова прижимает голову к груди, слушая учащенное сердцебиение. Я волновался. У меня никогда не было человека, которого я бы под пустил к себе так близко. Эта девчонка смогла раскрыть меня с другой стороны.
— Знаешь, а у меня вообще никогда не было такого, что я любила кого-то. Я всегда дерзила, и невоспитанно себя вела только потому, что боюсь предательства. Боюсь, что люди, которые были мне дороги, сделают мне больно.
— Я тоже боюсь этого. — Говорю я. — Поэтому тоже никогда никого не подпускал к себе так близко.
Она вздохнула. Тяжелая тема для неё. Эва обещала говорить честно, что её тревожит, и прочее. И она хочет найти в себе силы рассказать о прошлом, но... ей все еще хотелось забыть его.
Эва удобно расположилась на мне. Она закинула на меня коленку, и еще сильнее прижалась. Я слегка помог перебраться на себя, чтобы она могла лежать на мне, а после аккуратно накрыл нас одеялом.
— Спокойной ночи. — Бурчит сонно она, и я целую её в макушку.
Это была еще одна из счастливых ночей в моей жизни. Проснулся я рано. Нужно было решать дела с лекарем дальше, но перед этим всем чудом я оставил записку.
«Доброе утро, неферут. Работа не ждет, сама знаешь. Если хочешь есть, или еще чего-нибудь, то я оставил тебе Тизиана, побудет немного прислугой любимого писаря эпистата. Если захочешь прогуляться, то скажешь ему, он позовет меня. И не бойся отвлекать меня. Только рад буду оторваться от работы, чтобы увидеть тебя. Целую.»
Ну да, я еще тот романтик. Могу дать пару уроков. Еще я хороший учитель, но уроки даю только своему любимому писарю.
— Тебе Исман рассказывал о том, что произошло вчера? — Интересуюсь я, и Ливий слегка кривится:
— Даже тему эту затрагивать не хочет. Ведёт себя, как дамочка незамужняя. Весь нервный.
— Нервный? — Хмыкнул я. — Не предполагаешь, к чему это все?
— Может из-за того, что Рем оказался сильнее? Теперь чувствует вину за то, что не защитил названную сестру?
— Возможно. А еще?
— Он же сам ввязался в это. Первый ударил. Реммао это просто так не оставит.
Теперь и его преследовать будут? Чувствую себя отцом, который решает проблемы двоих своих детишек, у которых они появляются каждый божий день. Ну, чтобы Эва не переживала, нужно и за братом её названным прибрать.
Обоих так и не поймали. Шастают на свободе, дома не появляются. Где они пропадают, и как так незаметно объявляются?
— Эва счастлива с вами. — Резко выпалил Ливий.
К чему он это?
— Она безумно счастлива. И, кажется, нашла человека, которого по настоящему любит. Не представляешь, раньше она приходила к нам нервная, и неуверенная в себе. А теперь, вчера например она вся сияла. Не собираетесь в жёны её брать?
А ведь он прав. Я тоже никогда не видел её настоящей, а сейчас она сияет, больше не дерзит, и не злится. Но Ливий не тот человек, с которым я бы хотел обсуждать свои чувства. Поэтому не судьба развязать мне язык.
— Собираюсь. — Только пока что не обсуждал это с Эвой. — Ладно, можешь идти.
— С Эвой все в порядке?
— Иди. — Повторяю я. — Увидитесь, как поправится.
Ливий не стал спорить. Молча покинул кабинет. Я остался сидеть на своём месте. В голове перемешивались разные мысли. Но на самом деле было скучно. Если бы Эва была в порядке, то мы бы сидели вместе, болтали например.
— Ну привет, эпистат. — В кабинет зашла Агния, без стука, как обычно.
— Нашли их?
— Нет, — ответила она. — так как ни у кого из нас нет чуйки на шезму. Если ты понял, конечно.
— Ну конечно я понял. Хочешь, чтобы я шёл с вами? Да будь так.
Она осматривает меня, а после говорит:
— Тогда переодевайся. Жду за дверью.
Иногда мне кажется, что ни хрена я не эпистат, раз существует такая самоуверпнная выскочка, как она. Хотя, она пытается быть одновременно и командующей, и одновременно сама по себе.
Переодевшись, я вышел из кабинета. Интересно, как там Эва? Ей наверное скучно сидеть в четырёх стенах.
— Мне нужно зайти домой перед тем, как мы продолжим поиски. — Говорю я, идя по плечо с Агнией.
— Говорят, у тебя девушка появилась? — Интересуется она.
— Ага, — говорю я. — твоя соседка, между прочим. Точнее, уже бывшая соседка.
— Эвтида? Ну да, она ещё та штучка.
Да, Эва ещё та штучка...
— Остра на язык, да ещё и красотка.
Я ухмыльнулся. В голове промелькнула та самая ночь. Прикусив губу, я ответил:
— Да, в этом её фишка.
— У нас таких языкастых пол города. А выбрал именно её.
— Сердце не выбирает. — Отвечаю я.
Мы доходим до дома. Я прохожу внутрь. Увидев меня, Эва тут же соскочила с кровати.
— Тихо, тихо. — Приговариваю я, обнимая её. — Ты всё ещё хромаешь.
— Плевать, — отвечает она, и прижимается ко мне. — я рада тебя видеть.
Она рада меня видеть...
— Я тоже соскучился.
Она встаёт на носочки, и целует меня в губы, так неожиданно, резко, но приятно.
— Я тоже соскучился, и поэтому пришёл.
— Ты сейчас уйдешь?
Я, нехотя, киваю. Да, уйду, ловить предателей, тех, кто причинил тебе вред. Они поплатятся.
— Да, сейчас пойду на поиски.
Она вздыхает. Эва опускает взгляд, но через мгновение снова смотрит на меня, и говорит:
— Будь осторожен.
— Всего то поиски. Как будто что-то может произойти.
— Может, — говорит она, и берёт меня за руку. — Реммао очень опасен.
Она не просто так говорит это, все-таки переживает. Но я никогда не плевал на то, что делаю. Я ко всему отношусь достаточно серьезно, и умею рассчитывать свои силы. Но приятно, что она беспокоится обо мне.
— Если что, после драки с Исманом его самое слабое место — бок, а ещё плечи. Это так, на всякий случай.
Полезная информация.
— Спасибо за подсказку, актуальна.
Я снова целую её, а после прижимаю к себе.
— Возвращайся поскорее.
— Обязательно. — Говорю я, но вдруг слышу хриплый шепот:
— И... постарайтесь не так жестко с ним.
Я лишь вздохнул, а после мы расстались. Я вышел из дома с тяжестью на душе. Я понимаю, что Реммао был дорог ей, и он помогал ей, но он предатель. А предателей не прощают. Он буквально хотел убить её! Я ему этого не прощу.
Мы осматривали территорию в округе, но никого все равно не было. Бессмысленно было ехать на окраину, ведь они не могли так легко добраться до туда незамеченными. У меня было плохое предчувствие. Меня как будто за нос водили. Кто-то оставлял ложные следы, записки в храмах. Но все это указывало туда сюда, из храма, в другой храм. В самом деле, они ничем нам не помогли. Я был уверен, что записки бесполезны. Мы проскакали на лошадях до самого вечера, так ничего и не найдя. Погода поднималась жуткая. Но вернувшись в дом, Эву я не обнаружил. Но и Тизиана не было на месте. Я не понимал, где они могли быть. Агния предположила, что они ушли к лекарю, и примкнувшему. Да, они там и оказались. Вот только лекаря там не было.
— Где Ливий? — Спрашивала Эва, еле стоя на ногах.
— Что произошло? — Интересуется Агния, проходя в дом. — Шум стоит на все поселение.
— Ливий пропал. — Отвечает Тизиан.
--------------------------------------------
Надеюсь вам понравилась эта глава. Не забудьте оценить её, и рассказать о вашем впечатлении в комментариях.
Еще у меня есть телеграм канал: https://t.me/jul1e_ff