45. Встреча в Ветклинике.
Кэтрин, выходя из лофта, села на первый попавшийся автобус, который остановился возле остановки бара «grill». Пусть даже это был последний рейс, и он ехал до конца, где как раз находился дом Лейси. Девушка, заплатив за проезд, села на первый ряд у окна и с грустью посмотрела наружу, наблюдая, как шел ноябрьский дождь со снегом. Пока автобус ехал, Кэтрин вспомнила момент происходящего в лофте… Узнать правду о смерти ее настоящих родителей, и как Мэттью, который скрывал это все… И обо всем, что происходит в Бейкон-Хиллз…
В голове роились обрывки фраз, полутона разговоров, испуганное лицо Мэттью. Почему он молчал? Зачем он так долго скрывал правду? Кэтрин чувствовала, как в ней поднимается волна гнева и разочарования. Она доверяла ему, считала другом, а он… Он просто играл с ней, как марионеткой.
Дождь усиливался, барабаня по стеклу автобуса. Кэтрин закрыла глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Она не знала, что делать дальше. Кому верить? На кого опереться? Бейкон-Хиллз превратился в змеиное гнездо, где каждый норовит ужалить в спину. Ей нужно было время, чтобы все обдумать, понять, как жить дальше с этим грузом правды.
Автобус остановился, и Кэтрин, словно очнувшись, увидела знакомые очертания дома Лейси. Она вышла на улицу, промокшая до нитки, но, казалось, не замечала холода. В голове было слишком много мыслей, слишком много вопросов, на которые пока не было ответов. Дом Лейси казался тихой гаванью в этом бушующем море лжи и предательства.
Кэтрин подошла к своей машине и ее мысль была о том как она хочет уехать, чтобы забыться и спрятаться ото всех. Кэт открыла дверь машины, села внутрь и, дрожащими руками вставив ключ в зажигание, завела двигатель. Фары выхватили из темноты мокрый асфальт и колючий снег, падающий с неба. Ей хотелось просто уехать, сорваться с места и мчаться вдаль, пока Бейкон-Хиллз не останется лишь размытым воспоминанием в зеркале заднего вида. Но куда ехать? И зачем? Бежать от правды? От себя самой?
В голове вновь всплыло лицо Мэттью, его растерянный взгляд, слова, которые теперь звучали как ложь. Кэтрин ударила кулаком по рулю, сдерживая рвущийся наружу крик. Нет, она не позволит себе сломаться. Она должна разобраться во всем, докопаться до истины, какой бы горькой она ни была. И тогда… Тогда она решит, что делать дальше.
Машина сорвалась с места, оставляя за собой лишь брызги воды и тусклый свет фар. Кэтрин вдавила педаль газа, чувствуя, как адреналин смешивается со слезами. Ей нужно было выплеснуть всю боль, весь гнев, все разочарование, что накопились внутри.
*****
Ветклиника.
Свет в клинике мерцал, как нервный тик, когда Дитон, сжимая в руке тряпку, вытирал последний стол. Дождь стучал в окна, словно пытался пробиться внутрь. Внезапный стук в дверь заставил его вздрогнуть. Он подошёл, настороженно глянув в глазок. На пороге стояла девушка, её волосы прилипли к лицу, одежда промокла до нитки. Она выглядела так, будто её вытащили из реки.
— Я её не видела, — выпалила она, едва он открыл дверь. Голос её дрожал, как струна, готовая порваться. — Я отвлеклась всего на пару секунд… чтобы поменять песню на айподе, а потом… она появилась из ниоткуда.
Дитон кивнул, стараясь успокоить её взглядом.
— Всё хорошо. Ты помнишь, где это произошло?
— Нет. В смысле, да, я помню, куда врезалась, но собака… — она замолчала, словно слова застряли у неё в горле.
— Где она сейчас? — спросил он, уже чувствуя, как адреналин начинает бить в виски.
— В моей машине.
Он вышел за ней, дождь тут же обрушился на него, как ледяной душ. Кэтрин открыла багажник, и оттуда раздался резкий лай. Почти белая собака, с шерстью, слипшейся от воды, смотрела на них испуганными глазами.
— Ты в порядке? — спросил Дитон, глядя на девушку.
— Да… — она кивнула, но её взгляд выдавал сомнение.
— Она просто напугана.
— Мы обе напуганы.
Он аккуратно взял собаку на руки, чувствуя, как её сердце бьётся, как барабан. Внутри клиники он положил её на стол, внимательно осматривая.
— Думаю, у неё сломана нога, — произнёс он, глядя на Кэтрин. — Как ее зовут? — спросил Дитон, осматривая собаку.
Кэтрин пожала плечами:
— Я не знаю. Я же говорю, она просто выскочила на дорогу. Я даже не успела понять, что произошло.
Дитон кивнул, понимая ее состояние.
— Ничего страшного. Сейчас мы ей поможем. Давайте сделаем рентген и посмотрим, что там с лапой. А вы пока можете посидеть здесь и немного успокоиться. — У меня есть сухие вещи в кабинете.
Она кивнула, но её взгляд задержался на нём чуть дольше, чем нужно. Дитон внимательно изучил девушку и, он понял, Кэтрин Гилберт - дочь Клэри Фейрчайлд… Та самая о которой говорится в пророчестве. Связь с кулоном Фейрчайлд.
— Ты ж Кэтрин Гилберт не так ли?
— Откуда вы узнали? Знаком с Мэттью и Лейси? Вы и они…?
— Да… С Лайтвувами мы давнее друзья. — Ты знаешь, что твой кулон — не просто украшение?
Она машинально коснулась цепочки на шее, её глаза расширились.
— Что вы имеете в виду?
— Это ключ. К древним силам, которые твоя семья охраняла веками. И ты — последняя, кто может ими управлять.
— Вы говорите, как будто это что-то из сказок.
— Сказки, Кэтрин, часто оказываются правдой.
Дитон повел девушку в свой кабинет, где предложил ей переодеться в сухую одежду. Пока Кэтрин переодевалась, Дитон достал старинный гримуар, который хранил в сейфе. На страницах книги он нашел упоминания о кулоне Фейрчайлд и о силе, которую он хранит. Он знал, что Кэтрин в опасности, и что ему нужно защитить ее.
Когда Кэтрин вышла из кабинета, Дитон протянул ей чашку горячего чая.
— Выпейте это, вам станет лучше, —сказал он. — А теперь расскажите мне все, что вам известно.
Кэтрин взяла чашку, благодаря Дитона тихим «спасибо». Она сделала глоток, чувствуя, как тепло растекается по телу. Взгляд ее метался по кабинету, словно пытаясь найти ответы в книжных полках и старинных инструментах.
— Я мало что знаю, — призналась она, поставив чашку на стол. — Неджи…Вот кого я встретила. Он рассказал мне в деталях: Мишель и про ее союзников. А до этого времени я знала про сверхъестественных. Я знаю, что я вампир, и кто Лейси на самом деле, Лидия… Стефан… А про кулон мне мало известно.
Дитон кивнул.
Кэтрин на секунду задумалась. В ее голове крутится вопрос о ее приёмных родителях.
— А наши приёмные родители, которые являются родителями Мэттью и Лейси … Они связаны с этим? Ведь их смерти очень как то связано.
— Возможно ты и права. Но не хочу тебя расстраивать, потому что твои воспоминания утеряны, а т.е стёрты.
— В каком смысле? — Кэтрин прищурившись посмотрела на мужчину
— Это уже неважно, важно то, что ты сама все узнаешь. Твои вопросы - скрыты среди этих вопросов, которые ты задала. Тогда ты найдёшь всей хронологии событий, Кэтрин.
Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине. Дитон смотрел на Кэтрин с сочувствием, зная, какой тяжелый путь ей предстоит пройти. Он понимал, что она должна сама раскрыть правду о своем прошлом и о силе, заключенной в кулоне. И он сделает все возможное, чтобы помочь ей в этом. Ведь судьба мира, возможно, зависит от нее.
Кэтрин опустила взгляд на свои руки, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Воспоминания, стертые воспоминания… Что еще скрыто от нее в этой запутанной игре? Она подняла голову и посмотрела прямо в глаза Дитону.
— Я должна знать. Что со мной произошло? Кто стер мои воспоминания и зачем?
Дитон вздохнул. Он не хотел обременять ее сразу всей правдой, но понимал, что откладывать больше нельзя.
— Это долгая история, Кэтрин. Но если вкратце, то твои воспоминания были стерты, чтобы защитить тебя. И кулон. Сила, заключенная в нем, слишком велика, чтобы попасть в чужие руки.
— Чьи руки? Кто хотел заполучить кулон?
— Твои враги, Кэтрин. Те, кто охотится за древними силами и готов на все, чтобы их заполучить. Неджи – лишь марионетка в их руках. И теперь, когда они знают, что ты жива и владеешь кулоном, ты в большей опасности, чем когда-либо.
Дитон встал и подошел к окну, всматриваясь в надвигающиеся сумерки. Он чувствовал, как сгущается тьма, как приближается угроза. Кэтрин должна быть готова к тому, что ее ждет.
— И, Кэтрин. На Мэттью не злись. Понимаю, что ты сейчас чувствуешь, после того, что он с его сестрой скрывали правду о том, что твои настоящие родители - мертвы.
Кэтрин нахмурилась, пытаясь осмыслить слова Дитона. Предательство близких людей всегда ранит сильнее, чем удары врагов. Мэттью, человек, которого она считала семьей, хранил от нее страшную тайну. И Лейси, ее названная сестра, была в этом замешана. Чувство обиды и растерянности переполняло ее.
— Я не понимаю, — прошептала она, — зачем они это сделали? Если они хотели защитить меня, почему не могли просто рассказать правду? Почему нужно было лгать?
Дитон повернулся к ней, его лицо выражало искреннее сочувствие.
— Иногда, Кэтрин, правда бывает слишком тяжелой, чтобы ее вынести сразу. И тем более ты должна думать о том, что тебя ждёт в будущем … Скоро ты, окончишь школу, выпускной класс, и новый этап жизни. Вот ты кем хочешь стать?
— Ветеринаром…
Дитон кивнул, словно ожидая этого ответа.
— Хороший выбор, благородная профессия. Но помни, Кэтрин, твоя судьба не ограничивается только этим. Сила кулона, знания о твоем прошлом — все это неотъемлемая часть тебя. И ты должна научиться управлять этим, использовать во благо.
Кэтрин поднялась с кресла и подошла к камину, протягивая руки к теплу. Огонь словно успокаивал ее, дарил ощущение стабильности в этом хаосе неизвестности. Она чувствовала, как внутри нее зреет решимость. Она должна узнать правду, принять свою судьбу и защитить мир от надвигающейся тьмы.
— Я готова, — тихо сказала она, не отрывая взгляда от пламени. — Я хочу знать все. Расскажите мне о моих родителях, о кулоне, о моих врагах. Я больше не боюсь правды.
Дитон одобрительно кивнул, видя в ее глазах отблеск силы и решимости.
— Хорошо, Кэтрин. Тогда начнем…
Он начал рассказывать ей о древнем роде, к которому она принадлежала, о силе кулона, способного управлять стихиями, о врагах, жаждущих этой силы, и о той трагической ночи, когда ее родители пожертвовали собой, чтобы спасти ее и кулон от неминуемой гибели. Кэтрин слушала, затаив дыхание, словно впитывая каждое слово, каждую деталь этой истории. В голове всплывали обрывки воспоминаний, словно осколки разбитого зеркала, складывающиеся в единую картину.
*****
— Это все кажется невероятным, — наконец произнесла Кэтрин, — как будто это сюжет для книги или фильма. Но… что-то внутри меня подсказывает, что это правда. Эти… воспоминания, они кажутся такими… реальными.
— Я понимаю, как тебе сложно поверить, — ответил Дитон, — но у меня есть доказательства. Этот кулон, который ты носишь… он – ключ. Ключ к твоей силе и к защите от врагов.
Он подошел к камину и достал из потайного отделения старинную шкатулку. Открыв ее, он достал свиток, написанный на незнакомом языке.
— Это – древний текст, в котором описаны возможности кулона и сила твоего рода. Я учился расшифровывать его годами. Теперь пришло время тебе узнать его секреты.
Тем временем Дитон осторожно затянул последнюю ленту шины, его пальцы, привыкшие к грубой работе, двигались с удивительной нежностью. Собака, крупный мастиф с шерстью цвета ночи, тихо заскулила, но не сопротивлялась. Кэтрин сидела на корточках рядом, ее пальцы нервно перебирали край плаща. Ветер трепал ее волосы, смешивая запах костра с ароматом сосен.
— Он будет в порядке, — произнес Дитон, обтирая руки о брюки. — Но ему нужно время. И покой.
Кэтрин кивнула, но ее мысли были далеко. Она смотрела на кулон, висящий у нее на шее. Серебряный ободок переливался в свете костра, словно живой.
Тем временем собака резко начала лаять в сторону выхода. Мужчина и девушка переглянулись друг на друга, услышав шум, как заходят в ветклинику.
— Жди здесь. — Дитон пошёл проверять входы. Он остановившись заметил свою «сестру» - Моррелл. Дитон не дурак, он догадался, что это не его сестра.
— Впустишь свою сестру, Алан?
— Ты еще не устала от игр, Мишель?
— Ты видимо заработался. Я не…
— Я сказал уходи. Рябина хорошо защищает. Так что ты не сможешь сюда зайти и воспользоваться колдовством. А моя сестра - Моррелл сейчас в Мистик Фоллс у Бонни Беннет.
— Жалкий друид…Передай моей малышке Гилберт большой «привет», наверное все же больно до сих пор от того, как Александр Лайтвуд скрывал правду от нее.
— Убирайся отсюда, Мишель.
Мишель окинула его презрительным взглядом, и с тихим шелестом исчезла в ночной темноте. Дитон вздохнул, чувствуя, как напряжение покидает его тело. Он знал, что это была лишь временная передышка. Мишель не остановится, пока не получит то, что ей нужно.
Вернувшись к Кэтрин, он увидел, что она все еще смотрит на кулон, словно пытаясь разгадать его тайну. Он понимал ее замешательство и страх. Но он также знал, что она сильнее, чем она думает.
— Эта была … Мишель?
— Да. Тебе пора ехать домой. В лофте Мэтта ты будешь под защитой. И можешь взять собаку. Хочешь я довезу тебя до дома?
— Я сама справлюсь, спасибо вам за все.
*****
Стефан продолжал идти и идти дальше, осматривая людей в поисках пропавшего, но ничего. Он уже готов был сдаться, опустить руки и наконец пойти домой, напиться, забыть на время эту хуйню и лечь спать, но не тут-то было… Стефан, когда шёл, заметил какого-то парня, и некая энергия подсказывала, что это может быть Неджи. И по пути начал думать: «О боги, Неджи, ты ли это??» Хотя пока радоваться нечему, а вдруг это не он? Или тот, кто хочет его убить в своих «ласковых» объятиях, но все же проверить стоит. Стефан начал подходить к этому парню и по пути выкрикивать его имя, даже орал:
– Неджи?! Твою ж дивизию, где ты шлялся?! – он подходит к нему чуть ближе, чтоб убедиться, что это ОН, а не какой-то проходимец.
Когда парень услышал чей-то мужской голос, который звал кого-то, он приподнял голову и посмотрел на мужика, сначала не узнал его, а хз почему.
– Эм, вы, наверное, обознались? Меня зовут Джейк.
Стефан посмотрел на парня вопросительным видом и не понял, видимо, он его так разыгрывает? Или что-то с головой не так? Он уловил взгляд Неджи, как он посмотрел на него, будто рил не помнит имя и даже его…
– Джейк? Когда ты успел сменить имя? Тебя зовут Неджи.. Алло. С головой ударился? И я Стефан.
Когда он услышал, что парень называл его другим именем, то подумал: «Аа, вот как меня звали, а неплохо», и вспыхнул от радости, когда услышал, что его зовут Стефан, мол, почти всё вспомнил. Он был готов броситься в его объятия, но желание подшутить над ним взяло верх, поэтому сделал вид, что ничего не понимает:
– Эм, вы ошиблись, да и вас я не помню…
У Стефана уже было недовольное выражение лица, по глазам понимает, что он шутит и врёт. Ведь он оборотень и хорошо распознает ложь. Ну хотя, возможно, он решил пошутить.
– Ты шутишь?! Тогда смешно.
Стефан радостно улыбнулся, что Неджи тут, жив и здоров. Он заметил его изменения, но ему вообще все равно, поэтому он обнял его крепко, ведь он так скучал, что не мог представлять жизнь без него…
– Я уж думал, что потерял тебя навсегда…
– Блин, ну ты меня раскусил, да, согласен, в моей голове это выглядело смешно.
Неджи слегка улыбнулся парню и вытащил свои руки, показывая черные когти, но ему уже на это наплевать. И как бросится на него, как зверь на свою добычу, но не волнуйтесь, он не хочет его расчленить, а просто обнять.
– Но, как видишь, я цел, хоть и много произошло, ну да хер с ним, – парень его крепко обнимал, пытался потискать за щёки.
– Ну, я серьёзно… Тебя не было где-то недели… Я подумал, что бросил меня и забыл. Я переживал… – Стефан был рад и тоже обнимает.
После объятия он посмотрел на Неджи в глаза и дотронулся рукой к его щекам. Стефан был на нервах, это уже можно понять, и не мог пока что быть спокойным.
– Ну, по сути, я не сдох, жив, стою перед тобой, а точнее обнимаемся. Ну, если подумать, то это главное, а остальное на второй план откинем.
Парень продолжал его обнимать, постепенно сжимая его бедное тело в своих объятиях, ломая части костей.
– Ну как, что нового? Кого-то убили? Кто-нибудь заявлялся к тебе с просьбой убить его или убить кого-то? С Мишель встретился или она уже сдохла от ожидания?
Неджи все свои слова шептал на ухо, сами понимаете, обнимаются, так что незачем орать на всю улицу, ну а чтобы было удобнее, они переместились в домик Стефана.
Парень рад, что Неджи здесь, как он говорил, что не сдох, что жив и стоит перед ним, и обнимаются. После он услышал его вопрос, но когда они оказались в его доме, он вначале обратил внимание на стол, там же стоит почти выпитый бурбон, и он молился, что он этого не заметит… И после он стал отвечать на вопросы.
– Ничего нового. Тишина, также о Мишель ни слуха, ни духа. Но это же пока хорошо, наверное…. – парень не стал рассказывать то, что случилось в школе, и вообще о Мишель.
Неджи недолго его обнимал, но все же решился отпустить.
– Да? Нет, ну это радует, но не кажется ли тебе это странным? Мол, ни слуха о ней.
– Странно, конечно. Но знаешь, я уже ничему не удивляюсь. После всего дерьма, что с нами приключилось, отсутствие новостей – это почти что подарок судьбы. Лишь бы не вылезла опять с каким-нибудь безумным планом.
Стефан вздохнул и прошел к столу, не обращая внимания на бурбон. Он старался не пить, особенно когда Неджи рядом. Слишком много раз это заканчивалось плохо.
– Ладно, про Мишель потом. Рассказывай, где ты пропадал? Что случилось? И почему теперь тебя зовут Джейк? У тебя амнезия, что ли? Или ты решил начать новую жизнь под другим именем?
Он смотрел на Неджи с беспокойством. Что-то было не так. Слишком много вопросов и слишком мало ответов. И эта черта Неджи, вечно отшучиваться и скрывать правду, начинала его раздражать.
Неджи прошелся по комнате, рассматривая фотографии на стенах. Он избегал прямого взгляда Стефана.
– Это долгая история. И, наверное, не самая приятная. Но, если вкратце, то я сама не понял, что произошло. Вроде как пытались подчинить своей воле. И, кажется, немного промыли мозги. Имя Джейк – это, видимо, часть их плана. Но, как видишь, я вырвался. И вернулся к тебе.
Он взял стакан и сделал большой глоток.
– Ладно, давай оставим это на потом, – Стефан вздохнул, чувствуя, что Неджи что-то недоговаривает. – Сейчас главное, что ты здесь. Живой и здоровый.
Он подошел к Неджи и снова обнял его, на этот раз не так крепко. Ему просто нужно было почувствовать его рядом.
– Я так рад, что ты вернулся, – прошептал он, уткнувшись в его плечо. – Не пропадай больше так надолго.
Неджи отстранился, в его глазах мелькнула тень. Он не любил проявления нежности, особенно когда они исходили от Стефана. Слишком много воспоминаний, слишком много боли.
– Да, я тоже рад быть здесь, – ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Но не стоит преувеличивать. Я вернулся, потому что мне нужно было вернуться.
Вечер прошел в неторопливой беседе, воспоминаниях о прошлых приключениях и шутках. Стефан старался создать атмосферу уюта и спокойствия, чтобы Неджи чувствовал себя в безопасности и мог расслабиться. Он понимал, что ему нужно время, чтобы прийти в себя после того, что с ним произошло.