Глава 38
Get Some -Lykke Li
My Love - Florence + The Machine
Татрин - АИГЕЛ
На коленях у Сина сидит блондинка из восточной Европы, она прижимается все плотнее к его груди, проводя пальцами по краю расстегнутой на несколько пуговиц рубашки, пока его ладонь ползет по ее оголенному бедру. Оттенок ее волос - словно первый снег и почти идентичен с оттенком волос азиата. Кто бы это не делал с ними, он - просто бог колористики, потому что после осветления примерно на 10 тонов, его волосы все еще на месте. Губы девушки наверняка оставляют липкий след на его шее, когда она прикасается ими к его коже, но кого это волнует?
Глаза Сина не отрывались от меня. Особенно, когда я глубоко вздыхаю, намекая, что очень сильно скучаю на вечеринке его жизни.
– Еще вина? - услужливая девушка мило улыбаясь, профессионально игнорируя то, насколько извращенным выглядела наша компашка в темном углу комнаты. Син, пялящийся на меня в упор, я, пытающаяся смотреть куда угодно кроме как на него, и Фэм, уткнувшаяся экран телефона, полностью безразлична к происходящему.
– Спасибо, но я, пожалуй, остановлюсь.
– Я плачу, Сайгон, можешь нахлестаться им в усмерть.- злобно поддразнивает меня азиат, пока рука девушки проникает под его рубашку поглаживая грудь.
– Ты просто надеешься, что я слечу с катушек, и займу ее место.
– Если ты когда-то слетишь с катушек, то поверь, твое место будетдругм.- парирует парень как раз перед тем, как обратить внимание на красотку, ласкающую его и подарить ей довольно глубокий поцелуй.
– С этим же успехом он мог ей эндоскопию провести языком.- Сидней плюхается в кресло рядом со мной, но получает, в ответ лишь сдержанное фырканье. Я не хочу. чтобы Син понимал, что от этого спектакля, я могу испытывать какие-то человеческие эмоции, кроме скуки и незаинтересованности.
– Часто это наблюдаешь?
– С тех пор как ты ушла - регулярно.
– Я искал кого-то кто мог бы заглушить боль, но никто не бьет настолько же сильно как ты, Сай.- С придыханием шепчет Син, на секунду оторвавшись от губ девушки.
– Сними себе комнату. Или отпусти меня потусоваться в нормальное место, где я не буду наблюдать за тем как ты трахаешь какую-то девку на моих глазах, чтобы позлить, будто тебе тринадцать. Впрочем, мне все еще все равно.
– Если бы тебе было все равно.- Фэмида подала голос, сидя сбоку между нами с Сином.- Ты бы так сильно не бесилась.- Я ловлю ее взгляд с поднятой бровью и тут же голос в моей голове скучающе протягивает: "Хватит играть с едой Сайгон, безвкусная блондинка - его отчаяние, времени баюкать его эго уже не осталось".
И она права. Времени у нас действительно в обрез сегодня.
– Я устала и хочу отдохнуть, и либо я окажусь в отеле в своей теплой и одинокой кинг сайз кровати, либо можно я схожу в по-настоящему веселое место? Где мне не нужно будет сходить за нормальную.
Син отрывается от девчонки, явно заглотив наживку.
– Отведи меня. Туда, где тебе так хорошо.
Взгляд Сина колкий и цепки. Возможно, он надеется, что там найдет ответы, но мы все прекрасно знаем, что есть всего два вопроса, волнующих его: как получить надо мной полный контроль, и с кем я занималась сексом, пока его не было рядом. Так что я притворно улыбаюсь, отвечая ему:
– Я приведу тебя к порогу, но не несу ответственности за проход дальше..
В этот раз сирены даже не пытаются спрятаться, и, выходя из внедорожника, я прослеживаю глазами все 100 этажей небоскреба, чтобы зафиксировать взгляд на вывеске, венчающей башню. Ярко голубой и кричащей о своем наплевательском отношении ко всем на свете. Предательская ухмылка продирается сквозь попытки ее удержать.
– Four forces? - Сидней, беспечно засовывает руки в карманы своих хлопковых широких брюк, выбираясь из автомобиля за мной. - Думаешь он настолько идиот?
– Если быть честной - очень сильно на это надеюсь.
Сидней дает мне зацепится за его локоть, для дополнительной опоры. Я приоделась, жаль, что в основном для того, чтобы все адекватные мысли Сина покинули его обесцвеченную голову, в пользу наблюдения за тем, как на моей голой спине покачивается сложный узор из серебряных цепей, поверх пурпурного очень открытого топа. Они спускаются от замысловатого чокера на шее, обрамляя плечи и доходя длиной почти до кистей.
Я не ношу золота, его оттенок мне не приятен. А серебро - будто дань моей порочной природе. Холодное, и серое.
Син притих, его инстинкты самосохранения достаточно чутки, чтобы понимать, что это не просто клуб, как тот, что был до этого. Так что в лифте мы поднимаемся молча, сверля друг друга долгими взглядами, но не произнося ни слова.
Фэм нервно потирает друг о друга подушечки пальцев левой руки.. Она не спускает взгляда с Сиднея, и я почти уверена, что они ведут молчаливый диалог, размышляя о том, кем можно будет пожертвовать, если наше рандеву выйдет из под контроля, и что-то мне подсказывает, что я - главный претендент.
Мой страж, нехарактерно ухмыляется, предвкушая приключение, наверно, единственный из нас, кому эта ситуация доставляет удовольствие. Пока что.
Короткий звонок, возвещающий, что мы на своем этаже, заставляет всех перевести внимание на дверь с двумя параллельными волнистыми линиями нарисованными друг над другом. Знак воды. Точно такой же, как был вытатуирован на предплечье любой сирены, с которой я была знакома.
А затем дверь открывается в полутемный коридор, в конце которой за стойкой, освещенной единственным полноценным источником света, находится девушка, которую я узнаю с первого взгляда.
Мариса Артио - младшая сестрица Алекса. Девчонка, ставшая сиреной не по своей воле и буквально через пару недель после своего восемнадцатилетия. Инфант террибль. Очаровательная и несносная. С тонкими чертами лица, глазами цвета индийского океана, близкими к оттенку Ареса, и черной копной волос, ниспадающей крупными локонами почти до поясницы. Она улыбается, как-только узнает меня.
– Кого я вижу? Моя безвременно пропавшая подружка, решила почтить своим присутствием стихии.- на Марисе красивейшее платье, будто сотканное из ночного неба, настолько его оттенок глубок, а стразы переливаются словно звезды. Она оценивает моих друзей, останавливая взгляд на каждом из них и становится серьезнее.
– Проходят все, кто не люди. Так что ты, красавчик, остаешься за бортом.- На секунду мы замираем, пока до каждого доходит ее слова.- Сайгон и парнишка - шепчущие, девушка- ведьма. А ты... - она делает драматическую паузу. - Просто человек, насколько мне известно. А людям в таких местах как это - делать нечего.
– А я предупреждала.- кидаю в Сина и делаю шаг в сторону двери, но всего один, поскольку он хватает меня за руку, выше запястья. Сильнее, чем стоило. Выдыхаю через нос, чтобы не показать ему, что мне больно, но не предпринимаю попытки уйти. Пока что.
– Я могу пройти.- злобно рычит он в сторону Марисы, которая не впечатляется. У всех сирен отработано выражение лица, которое за долю секунды заставляет тебя почувствовать себя буквально грязью из под ногтей. Но сирена воды росла как принцесса славного рода. Буквально. Так что ее мимика - это вверх надменного совершенства.
– Можешь? - переспрашивает она, проходясь по Сину глазами от макушки до обуви и обратно.- Докажи.- Син делает шаг к ней.- Только не забудь о том, что владелец здания, требует, чтобы камеры во всех общественных пространствах работали исправно, приватность начинается лишь за этой дверью.
Азиат проглатывают невысказанные слова и переводит злобный взгляд на меня, все еще жестко сжимая мою руку.
– Ты делаешь мне больно, отпусти.- мое лицо не настолько уничижительно как у сирены, но уверена, что Син не упускает торжество, которое очень сложно остудить внутри. - Я так долго ждала этого шанса, что не откажусь от него.
– Тебе не сбежать, Сайгон.- Син переходит на диалектный вьетнамский, в надежде, что это придаст приватности нашему разговору.- Твои близкие у меня и если...
– Не все крутиться вокруг тебя или меня, Син.- не поддаюсь на его порыв и продолжаю на английском.- Иногда клуб для избранных, это всего лишь клуб для избранных. Но как сказала Мариса - ты всегда можешь доказать, что ты один из нас.
Он прожигает меня злобным взглядом так сильно сжимает мою руку, что всхлип вырывается, ровно в тот момент, когда Мариса кладет свою ладонь поверх его, зажигая свои татуировки стихий. Он светят кислотно бирюзовым оттенком, и я знаю, что это означает ее полный контроль над эмоциями. Но Син то нет, так что он отпускает меня от неожиданности.
– Если я еще раз увижу, как ты делаешь ей больно, то, клянусь, что в отличии от Сайгон, найду твою самую болевую точку в теле и буду бить туда, пока от твоей надежды завести детей ничего не останется. Она зайдет в мой клуб при любом раскладе, потому что хочет туда войти. Попытаешься ее остановить и я лично аккуратно упакую тебя в несколько отдельных контейнеров для транспортировки домой. Я. Понятно. Объясняю. Красавчик? - с этим словами Мариса брезгливо одергивает руку, и принимается снова безразлично крутить сережку с бриллиантами у себя в ухе с невинным выражением лица. Будто только что не угрожала оторвать яйца одному из самых могущественных азиатов на планете.
Син знатно охренел от происходящего и сделал движение к нам, в миг вызывая внимание сирены вновь.
– Мне нужно повторять дважды? Или у тебя просто отсутствует инстинкт самосохранения?
Азиат собирался нагрубить в ответ, но не успел, прерванный Сиднеем:
– Ты же мне доверяешь?- он вклинивается между нами, забирая внимание на себя.- Я буду рядом. Это просто клуб, сам видишь. Пусть и с сумасшедшей управляющей, которой только вчера разрешили покупать алкоголь.- Мариса картинно щурит глаза в ответ, будто это ее оскорбляет.
– Я старше, чем ты раза в полтора, а то и больше, мальчик. И еще одна фраза в этом стиле, и ты тоже останешься с ним, чтобы утешить. Тик-так. Ваше время уходит. Либо вы заходите, либо Сайгон сделает это одна.
Если бы Син дал мне вскрыть свою ауру прямо сейчас, на меня бы обрушилась волна красного и чего-то близко к серому, потому что он все еще смотрит на то, как я разворачиваюсь к дверям, с вырезанными деревянными волнами на них, и наблюдаю за их медленным открытием.
Он не думал, что сможет потерять контроль над всем, просто потому что не готов показать свою природу. Акрос никогда не простит своему хозяину то, что он один из нас. Так что да... По сути я заставила его выбирать между желанием контролировать одну надоедливую шепчущую и тем, что дает власть.
– Если с ней что-то случиться...
– Она в самом безопасном месте на земле, с ней ничего не случиться, но если ты не оставишь их в покое...- из-за дверей появляется Игорь, который как и Мариса был выдресерован унижать глазами. Он подхватывает мою руку, опуская на свой локоть, и тянет внутрь, с такой аристократичной вежливостью в движениях, что кажется я начинаю понимать всех девушке, которые готовы отдать много за его внимание. Пока дверь закрывается, разделяя меня с моим хозяином, мы двигаемся внутрь. Место, где музыка обволакивает сердце, люди танцуют и веселяться, а тревоги покидают головы и тела. С каждым шагом, обруч вокруг моего солнечного сплетения ослабевает, и я чувствую, как начинаю снова полноценно вдыхать и выдыхать. Я смогла пройти.
– Не оглядывайся.- говорит Игорь, наклонясь слишком близко к моему уху, на мой вкус.- Он в такой ярости, что никогда тебе этого не простит. Лучшее впечатление этой недели.
– Не думала, что ты так любишь драму.
– В Теодоре все стабильно и довольно скучно, а тут можно вспомнить прошлое и повеселится. Так что, отстранись, чтобы посмотреть в мои глаза с полным восхищением и пусть это будет последнее, что он увидит перед тем как дверь захлопнется.
Делаю все по инструкции, и, кажется теперь понимаю, о чем говорила Сэм, когда упоминала "былые дни и много неправильных решений". Как только дверь хлопнула он сделал шаг назад, отпуская меня, и серьезно спросил:
– Этих двоих надо обезвредить?
– Нет.
– Контролировать?
– Нет.
– Я могу вырубить обоих за три секунды...
Фэмида тяжко вздыхает за моим плечом:
– Слушай, красавчик, я тут, чтобы с бывшим договориться об опеке над детьми, а он - чисто для прикрытия.- острый подбородок, кивнул в сторону Сиднея, который разве что рот не открыл разглядывая клуб изнутри. Кажется, мы забыли, насколько он был заперт в Акросе, гораздо больше чем мы с ведьмой.
Все пространство полыхало от неоновых всплесков голубого и белого на фоне черноты. Если клуб огня был открытым и дружелюбным, то вода отличалась. Атмосфера завораживала, музыка расслабляла и казалось, будто в каждом укромном темном уголке нас ожидали тайны. И песня "My Love" Florence + The machine на фоне, только подтверждали это
– Располагайтесь, я попрошу, чтобы вам принесли выпить. - Игорь, элегантно указал на столик в дальнем углу, который для нас приготовлен. Фэм и Сидней провожают его долгими взглядом, но мне плевать, я плюхаюсь на мягкий диван, стоящий полукругом, по форме стола в нише и нетерпеливо бью по обивке рядом.
– Вы как будто никогда не были в таких местах.
– Я точно не был...- Парирует страж протискиваясь поближе ко мне.- но ты и так прекрасно об этом знаешь.
– И мне жаль, что ты потерял так много.
– Мне все равно... Примерно как тебе, час назад при взгляде на блондинку.
– Слова ранят.- картинно хватаюсь за сердце, изображая драму, и вызываю наверно первую по настоящему искреннюю улыбку у Сида за много дней.
– Не тех, кто в броне.- парирует он.
Мы продолжаем молча оценивать обстановку. Фэм, что-то печатает в телефоне, Сидней с восторгом разглядывают окружающее пространство, я же просто смотрю в толпу без особой надежды.
Мы виделись с Амрит вчера вечером, Арес мог бы и не успеть. Я не знала, на что надеялась, назначая встречу меньше чем через 24 часа, просто так боялась, что Син попытается побыстрее вытащить нас назад в Акрос, что запаниковала.
Надо было пораскинуть мозгами.
"Не терзай себя".- Голос Афины почти ласков -"Уверена, что полубожок, нашел способ, иначе в нем нет ничего от его Бога".
Вздохнув я подперла подбородок рукой, в тот момент, когда передо мной опустился стакан с жидкостью персикового цвета.
– Палома, для редкой гостьи.- Промурлыкал Игорь над моим ухом.- Игристое для ведьмы и джин-тоник для стража.
– Дела идут настолько плохо, что ты сам подаешь напитки?- язвлю я в ответ, но он ставит еще один рядом с моим..
– Негрони для заблудшего.- четвертый стакан опускается рядом с моим. Жидкость в нем кроваво красного цвета.
Я не успеваю обработать яркую метафору, потому что, замечаю мужчину у своего плеча и резко вскидываю голову.
Арес оглядывает меня сверху вниз с абсолютным удовлетворением в глазах, и я просто застыла, чувствуя как волнение прокатывается по всему телу, от макушки и вниз. Адреналин и облегчение, как абсолютно амбивалентные ощущение заполняют меня изнутри.
Он пришел.
И с первого взгляда видно, что он изменился, словно за то время, что мы не виделись, полностью отдал контроль своему богу. Глаза цвета Индийского океана, на фоне загорелой кожи невероятно яркие, от всполохов света в такт музыки. Волосы, в идеальном беспорядке, треугольный вырез черной футболки, открывает вид на толстую серебряную цепь. Все колечки и проколы в ушах заняты и создавая превосходную композицию. Его вид кричит об опасности, будто искра, которую они нам передают, наконец смогла найти выход наружу и теперь сожжет все, к чему прикоснется. Будто только сейчас он принял свою природу и предназначение.
И четкая единичная догадка пронзает мой разум: Боги создали его, чтобы убивать.
Впечатление, что на мои плечи давит вся тяжесть мира, потому что я реально хочу склонить голову.
Я. Хочу. Преклонить колени.
Высказать уважения его Богу.
Служить и чтобы мои молитвы прославляли его.
Но не отвожу глаз.
– Беспощаден.- я скорее выдыхаю слова и они не должны быть поняты. Арес не отводит взгляда. Он не скользит по телу, не оценивает изгибы. Он просто въедается в меня, как в самое дорогое ему оружие. И я готова им стать.
– Моя любимая - безжалостна. Я должен соответствовать.
"Любимая".
По ощущением весь воздух покинул мои легкие от неожиданности.
"Любимая".
Ни Вейн, ни Син никогда так меня не называли. Для них я была кем угодно, но только не...
"Любимая".
Я разомкнула губы, собираясь защищаться. Никто не должен был знать о его чувствах и паника поднимает свою голодную сущность.
Это можно использовать против него. Меня можно будет использовать против...
– Может сбавить обороты драмы? - почти безразлично произносит Игорь рядом, заставляю собратся.
– Он помешан на контроле.
– Она - расчетливая сука.- говорим одновременно в ответ, разрывая очарование это сцены.
Фэм салютует:
—И вместе вы - идеальная пара. Гораздо лучше, чем мы были с ним. Выпьем же за это.- она делает несколько больших глотков и с раздражением ставит пустой бокал на стол. Если бы я провела с ведьмой чуть меньше времени, я бы даже поверила в ее безразличие. Но мизинец и безымянный палец руки подрагивали, пока она заправила прядь кудрей за ухо.— Если мы разобрались с этим, может сразу перейдем к пункту, где мы определяем, как спасаем моих детей?
— Наших.- голос Ареса низкий и угрожающий, он садиться рядом, и его рука тут же занимает место у меня на бедре, словно там ей самое и место.- Мы тут спасаем наших детей.
Сидней делает короткое движение, в попытке нащупать оружие. Но за столом одни защитники так что три пары глаз предупредительно щурятся.
– Не советовал бы доставать... Чтобы ты там не прятал.- шипит Арес.
– А я не советую тебе угрожать ни одной из них.-- Сид выдерживает обещающий-скорую-и-мучительную-смерть взгляд Ареса и отвечает точно таким же. Я редко видела стража настолько собранным, но прямо сейчас отлично понимала, что в случае потасовке Арес получит достойного противника.
– Будь так добр, прекрати- бровь полубожка ползет вверх, спрашивая, уверена ли в своем суждении.-- С него достаточно того, того, что я подставила. И то, что он тут с нами - результат его безвыходного положения.
– Ты грязно манипулировала?- голос Ареса игрив, но на самом деле, он прощупывает мое отношения к стражу.
– А сам как думаешь?
Брюнет опасно усмехается и на секунду я решаю, что он плюнет на мои слова и продолжит провоцировать, но он напористым движением подает руку.
- Арес, я - парень Хоши.
Сид не тушуется и отвечает на рукопожатия твердой хваткой.
– Сидней, я - страж Сайгон.
– Обычно пафоснее всех в компании веду себя я.- влезает Игорь, о котором я совершенно забыла.— Но вы явно сегодня в ударе, давно я так не веселился.
– И если мы уладили формальности и никто никому больше не собирается отрывать конечности. я бы повторила выпивку..- Фэмида щелкает пальцами подзывая официанта и просит перенести новый бокал.
– Неси бутылку. – Игорь перехватывает парня. – Выбери что-то из Испании. Под стать даме. Такое же эмоционально нестабильное.
– Ты не помогаешь сейчас.- отвечает она пронзая его осуждающим взглядом.
– Я пытаюсь не-у-су-гу-бить.— с нажимом произносит блондин.— Сэм задержалась, так что считайте, что я за нее м предлагаю переходить к договоренностям. Как Верховный правитель, я не против того, чтобы дети были спрятаны в Теодоре столько сколько понадобиться. Если будет нужно я укрою там любых сопровождающих их взрослых. Завеса и порталы будут открыты для любого, за кого кто-то из вас четверых будет готов поручиться. Единственное, что мы не можем гарантировать - это их постоянную стабильную работу, но мы работаем над этим.
- Фэмида не сможет пройти через него не откинувшись.—я почти пытаюсь возмутится, но Сид продолжает.—браслет не позволит. Если попытается – это приравнивается к побегу и он убьет ее.
Теперь мы все пялимся на тонкую полоску серебра, аналогичную тем, что носят шепчущие в Акрос, словно она ядовитая.
– Не думаю, что браслеты сделаны так, чтобы порталами активироваться.
– Они сделаны так, что соприкасаясь с любой инородной магией, отзываются как на угрозу.
– А снять?
– Ее хозяин должен реально желать ее отпустить и самостоятельно это сделатью
– Дерьмо.- констатирую одновременно с Аресом и Игорем. Потому что хотя все видели эту побрякушку на ведьме ежедневно, об этом никто не подумал.
– С ними может пойти кто-то из вас. – голос ведьмы растерян и полон надежды. Арес смотрит на меня, словно ожидает, что я смогу рассказать что-то что нас всех тут спасет.— Я понимаю, что мои шансы на долгую и счастливую жизни очень близки к нулю, но...
– Прости, но в моих планах не было спасаться от Сина бегством.— мой голос холоден, и я бы не хотела быть на ее месте.— К тому же, если дети пропадут, он будет вне себя, наверняка уже прикинул, чем может завершится эксперимент, если смешать кровь шепчущих и ваших малышей. Если я не смогу его остановить, то хотя бы оттянуть внимание на какое-то время.
— Я останусь с Хоши.- стреляю глазами в Ареса, прекрасно понимая, что он зол, но как будто ведьма и сама себя сейчас прекрасно наказывает.
– Но это твои дети.- добавляет она жалобно, снова поднимая взгляд. В нем столько отчаяния, что кажется мне становиться дурно. Неосознанно я вскрываю ее ауру, и пытаюсь понять, как я могу облегчить грязно-серое облако внутри ведьмы. Но ответ прост - никак. Она совершила ошибку и теперь несет ответственность.
– А зачем ты напялила эту хрень на себя?— злобно отвечает полубожок, указывая на браслет.
– Я была напугана, плохо соображала и просто не знала куда мне идти.
– Ко мне.—злобно рычит Арес, подаваясь вперед, и теперь моя очередь класть руку на его бедро, предупреждая. Сидней готов защищать Фэмиду и градус нашей милой беседы явно повышается. – Тебе надо было, прийти ко мне, что мы вместе решили этот вопрос, тогда сейчас мы бы все не оказались в этой убогой ситуации.
– Да ситуация, и вправду, убогая.— врывается Игорь.— как бы я не любил драмы, ваша теперь так или иначе касается меня. По этому, детки,—он обводить нас колким взглядом.— определяйтесь с планом и не забудьте сообщить об окончательном решение. Клуб сегодня может предоставить комнаты для всех вас в любой комплектации. Насколько я знаю, человек, который себя считает вашим общим хозяином, покинул заведение и не караулит. Так что дальше вы можете делать все что угодно. Развлекайте, найдите случайное знакомство, сделайте что-то, чтобы этот вечер запомнился не только злостью. Ваш счет запишут на меня. Советую ни в чем себе не отказывать, потому кто знает, вдруг это будет последний ужин.
Ровно с последним словом Игорь скрылся в толпе буквально за секунду, оставив нас с повисшей посреди стола тишиной.
Хлопок пробки игристого привел меня в чувства, потому что официант, наконец, принес бутылку.
– Мне надо было подумать. Подумать и каким-то образом расслабить мозг, потому что кажется, что он вот-вот...
– Потанцуй со мной.— Арес шепчет мне на ухо на французском, что довольно неожиданно в текущих обстоятельствах.
– Мы вроде как тут обсуждаем крах нашего общего мира. Немного не до этого.
– Пожалуйста, Хоши. - Его подбородок касается моего виска, и теперь я даже не пытаюсь игнорировать древесно сладковатый запах его парфюма. – Я до сих пор, хочу наорать на тебя, хотя с нашей последней встречи прошло достаточно времени, чтобы успокоиться.
Я перекидываю одну ногу на другую чисто из вредности за слово на букву "Л" при всех, хотя вообще не уверена, что мои друзья знают французский:
– И что же не орешь?
Арес делает один глубокий вдох широкой грудью, закрывая глаза и явно подавляя что-то дерзко-агрессивное и возвращается ко мне взглядом.
– Потому что я уважаю, твой выбор, Хошимин. Именно по этому я искал возможность с тобой связаться, а не оказался на вашем чертовом острове, не выпустил наружу своего Бога и просто не наблюдал со стороны за тем, как мое тело под его началом стирает в порошок всех до единого неугодного тебе человека. Я понимаю, что это твоя война, и ты ее ведешь только так как хочешь. Но будь добра - не убейся в порыве кровожадности, потому что там где ты - там и я, любимая.
Мои губы приоткрылись, потому что я не смогла подавить удивление.
- Фэмида, ты будешь продолжать пить, или мы можем осмотреться? - осторожно спрашивает страж и наверно только в этот момент я вспомнила, что мы не одни.
– С удовольствием.- ведьма быстро покидает столик, но поравнявшись с Аресом, окидывает его оценивающим взглядом с ног до головы, вздернув подбородок. Арес отвечает ей тем же, и мне хочется закатить глаза потому что жизнь этих двоих явно не учит. А затем ведьма чеканит:
– Я прощу прощение за то, что натворила. Ты хотел бы, чтобы я пришла тогда к тебе, но я смогла это сделать лишь сейчас. Мне правда жаль, Арес, но я хочу, чтобы ты сжалился над ними, а не надо мной. Я признаю свою вину, и буду нести наказание, но они - нет. Прошу тебя...
– Так же, как я умолял тебя выбрать нас?
– То есть ты отказываешь им из-за обиды?
– В отличии от тебя, просто знаю, кто у меня в приоритете.
– Спорить о детях - отвратительно. - врываюсь в их дурацкую перепалку.- Да, он говорит из обиды, но Арес - верен.
Глаза Фэмиды мечутся между нами, будто она выбирает цель, чтобы словесно ударить, и я готова, обороняться, когда она выдыхает:
– Я, правда, думаю, что ты с ней - пара гораздо лучше, чем мы были. Уверена, она бы на моем месте даже не задумалась бы над тем, чтобы покинуть тебя.
И ведьма резко двигается в толпу танцующую, под расслабленные биты вокруг, не дав нам возможности отреагировать.
– Я за ней присмотрю сегодня.— Сидней хлопает меня по плечу и явно пытается нагнать Фемиду. И в ту же секунду он растворяется в толпе, оставляя нас одних, и я давлю костяшками указательных пальцев на уголки глаз, в надежде остановить дрожь во всем теле.
– Ты неправ.- выкидываю в Ареса.
– Я знаю, Хоши, но ничего не могу поделать с тем как сильно на нее злюсь. Но со временем справлюсь.
– Я знаю. К тому же они ужасно милые и похожи на вас двоих.—И кажется я впервые заставила Ареса не дышать, мои усмешка прорывается сама собой, параллельно с тем, как я вспоминаю, что на моем абсолютно бесполезном мобильном телефоне есть что-то очень дорогое. - Погоди. где моя сумочка?
Я мечусь несколько секунд у стола, пока наконец не выуживаю его из своего клатча телефон и не нахожу фотографии. Да, они дурацкие, сделанные со вспышкой и абсолютно отвратительным светом и мной по-середине, но то, что Арес смотрит на них с детским восторгом и удивлением на лице полностью нивелирует мою нервозность. Он не двигается, но лицо озаряется каким-то особенным добрый светом, будто прямо в этот момент сердце наполняется совсем другой любовью. Не той, что между нами, а которая гораздо глубже и божественнее, чем даже наши искры.
– Прости я не знаю, как их зовут, но уверена, что мы завтра точно это выясним и...
– Хошимин, будь добра, заткнись.
Его рука собственнически ложится на мой затылок, заставляя наши губы приблизиться.
Арес нежен в этом. Он всегда нежен во всем, что касается меня и это делает каждое его прикосновение невероятным, и привлекательным и ... он замирает на секунду, будто вспоминает что-то важное:
– Танцы отменяются и я забыл сказать, что Зевс выбрал меня и я принял его искру.
Я моргаю трижды, чтобы понять, что именно он имел в виду, наши носы почти соприкасаются так, что пытаться спрятать удивление - глупая идея.
– Это объясняет мое непреодолимое желание валяться у твоих ног.
И он накрыл мои губы не оставляя возможности возразить, а я подчинилась, потому что кто я такая, чтобы перечить верховному Богу Олимпа.